1-3
28 ноября 2025 г., 18:51
Лучшие полчаса своей жизни ты просто паришь над родным городом, наслаждаясь свободой небес. Стоило подавить страх, глубоко укоренившийся в твоём сознании, как летать сразу стало поразительно легко и естественно. Что-то подсказывало тебе, что можно летать куда изящнее и маневренней, но ты махнула на это рукой: так уж ли надо сразу стремиться к совершенству?
Есть, правда, один минус: надо быть предельно аккуратной, подлетая к земле, иначе всякие извращенцы будут без конца заглядывать тебе под юбку. Может, если ты когда-нибудь пересечешься со Славой, то спросишь, как она справляется с этой проблемой.
Увы, всё хорошее рано или поздно должно закончиться. Хоть тебе и понравилось наблюдать с высоты, как последние солнечные лучи пропадают за горизонтом, ты помнишь, что должна поспешить домой. Ты не говорила отцу, что собираешься за покупками; после того, как ты загремела в больницу, он каждый раз страшно волнуется, если не застаёт тебя дома.
— Ладно, Идеальный Шторм, — тихо говоришь ты. — Летим домой.
Полный вперёд, хозяйка.
Да, именно так ты в итоге решила назвать самоцвет. Ты прикидывала более благозвучные или величественные имена: Грималкин, Элдред или Геката — но ни одно из них тебя не устроило. Хоть самоцвет и не отвергал их, особого восторга они у него тоже не вызывали. В какой-то момент он предложил назваться «Небесным Возмездием», которое, ну… Ты сразу отмела.
«Идеальный Шторм» устроил вас обоих. Самоцвет оценил сочетание «прилагательное+существительное», а ты — заложенный смысл. Ты ведь и вправду не предвидела, что найдешь этот разумный технарский прибор в пустом переулке. Ты случайно забрела так далеко от рынка вместо того, чтобы сразу развернуться и пойти домой. Ты случайно первой услышала свист и решила узнать, откуда он. И абсолютно случайно — так тебе кажется — твоё описание того, чем занимаются герои, сподвигло его сделать из тебя живой аналог магический артиллерии.
Но все эти совпадения так идеально совпали, что скоро у всех злодеев этого города выдастся Очень Плохой День — прям вот так, с заглавной буквы.
Эта мысль вызывает у тебя усмешку, к которой добавляется смешок, который разрастается до полноценного хохота. Боже, когда в последний раз тебе было так весело? Наверное, ещё до старшей школы, до того, как Эмма проявила свою сучью натуру, до того, как ты вернулась из летнего лагеря. Когда-то давным-давно твои родители почитали за чудо, если твоя болтовня затихала хотя бы на пять минут, а сейчас будет чудом, если ты скажешь больше десяти слов за день. Почти два года ты будто жила в бесконечной грозе, и вот наконец-то из-за облаков выглянуло солнце.
Дорога домой с высоты твоего полёта кажется всего лишь серой полоской. Ты устремляешься вниз со скоростью пикирующего сокола, а в последнюю секунду — взмываешь, едва скользнув по асфальту носками сапог. К несчастью, припаркованная у дома машина даёт понять: ты опоздала. Папа уже вернулся. Тебе нужно переодеться в обычную одежду, пока он не…
О, нет. У тебя нарисовалась проблема.
— Эм, Идеальный Шторм, а куда ты дел мои вещи? Не могу же я зайти в дом в… таком виде, — не то чтобы ты выглядела прям уж ужасно, но наряд определенно откровеннее всего, что ты привыкла носить. Но есть в этом и плюс: как только ты начнешь геройствовать, никто не проведет параллели между дерзкой и яркой парадевчонкой и унылой и мрачной старшеклассницей (как это ни печально).
Мирская одежда хранится в пространственном кармане. Туда она перемещается во время трансформации и возвращается на тебя, как только ты снимаешь Барьерный Плащ.
— Как удобно, — бормочешь ты. — Ладно, значит… выходим из трансформации. Хочу снова стать обычной собой.
Вместо ответа твое тело вспыхивает белым, после чего свет рассеивается, оставляя тебя в привычной одежде. Поскольку ты больше не паришь, гравитация быстро сокращает тот дюйм, что разделял твои стопы с асфальтом. На грудь падает нечто твердое, и ты, опустив взгляд, видишь синий самоцвет, теперь висящий на твоей шее на серебряной цепочке.
Удачи, хозяйка, — говорит он.
Ты прячешь самоцвет под майкой, чтобы папа его не заметил. Ты искренне надеешься, что удача тебе ни к чему. Открыв дверь, ты заходишь в дом и кричишь:
— Пап, я дома!
— Тейлор! — он выбегает из кухни; его лицо полно тревоги. — Где ты была? Я прихожу, а дома никого. Ни записки, ни звонка. Я подумал… — он опускает взгляд и чуть ли не падает на стул. — Я подумал, что с тобой что-то случилось.
От его слов у тебя ëкает сердце, и затаëнная радость, оставшаяся от полëта, резко испаряется.
— Я не хотела тебя пугать. Просто пошла на рынок, чтобы… — ты прикусываешь язык, чтобы не сболтнуть, что София, Эмма и Мэдисон по-прежнему тебе житья не дают. Ты отлично знаешь, что он выйдет из себя, если узнает, что администрация Уинслоу нарушила обещание и не положила конец их буллингу. Что хуже — его злость ничего не изменит, разве что добавит ему стресса. У него и так проблем по горло с поиском работы для всех паромщиков, ещё твоих бед в нагрузку ему не хватало. — Поглазеть, что продают, — кое-как заканчиваешь ты.
— …Ясно, — не сразу реагирует он. — Просто… в следующий раз оставь записку, ладно?
— Ты бы об этом тоже не забывал.
Тебе не хотелось, чтобы он услышал это замечание, но, видимо, ты говорила недостаточно тихо. К твоему удивлению, ты не увидела ни укоризненного взгляда, ни нахмуренных бровей. Напротив, он даже ухмыльнулся в ответ.
— Наверное, ты права, — он смотрит на тебя поверх очков. — Ты сегодня на редкость весёлая. Может, тебе стоит почаще ходить по магазинам.
Ты пожимаешь плечами, не зная, что ответить. Вряд ли бы он поверил, что поводом твоей радости стал говорящий самоцвет, который дал тебе суперсилы и «обновил» твои «параметры». Поэтому ты прибегаешь к технике, которую ты с ним отточила за последние годы: меняешь тему.
— Пойду переоденусь. Что на ужин?
— Ничего такого — пара бургеров, которые я купил по пути. Иди, переоденься, а потом будем есть.
____________________
Где я? Кто я? В чём моё предназначение? Как я сюда попал? Где я должен быть? За мной хоть кто-нибудь придёт? Помогите! Помогите! Помогите! Помогите! Помоги… Кто ты? Чего ты хочешь? Ты мне поможешь? Поможешь. И я тебе помогу. Я дам тебе всё, чего пожелаешь. Я буду вечно любить тебя. Только не отсылай меня прочь ещё раз. Хозяйка. Ты переворачиваешься в постели и проваливаешься в сон, а синий самоцвет на прикроватной тумбочке продолжает источать теплый свет.____________________
30 января Проснувшись на следующее утро, ты замечаешь, что дом непривычно тих. Обычно в это время твой отец уже завтракает, но, как бы ты ни напрягала слух, ты не слышишь ни скрипа стула, ни шороха газеты, ни стука кофейной чашки по столу. Ты распахиваешь дверь спальни и выбегаешь в коридор, но поспешно возвращаешься, чтобы подхватить с пола пижаму. Ты точно помнишь, как надевала ее прошлой ночью перед тем, как лечь спать. Так какого же хрена ты проснулась раздетой?! Одевшись как следует, чтобы не довести оставшегося родителя до инфаркта, ты значительно спокойнее спускаешься по лестнице. Кухня холодна и пуста, но в глаза бросается желтый квадрат.Вызвали на работу.
Рядом с офисом видели Барыг.
Возможно, ничего серьёзного, но лучше перестраховаться.
Вернусь где-то к обеду.
— К обеду, значит? — бормочешь ты и смотришь на часы — на них 8:12. — Чем предложишь заняться до его возвращения, Шторм? Чем угодно, — неизменно бодрым тоном отвечает самоцвет. — Память восстановлена на 14%. Теперь доступны тренировочные симуляции. Тренировочные симуляции? Ты задумчиво киваешь. Прошлой ночью ты была ограничена во времени и не успела толком оценить свои силы, но теперь в твоем распоряжении несколько часов. Эти симуляции пришлись бы как нельзя кстати, вот только ты не знаешь, будут ли они полезны в реальной жизни. Кроме того, до тебя доходил слух, что героям-одиночкам всё равно нужно где-то зарегистрироваться, чтобы СКП не приняла их за новых злодеев. А ещё ты могла бы пойти поискать наркопритоны или другие злачные места, которые было бы неплохо уничтожить, как только папа уснет. Вариантов не счесть! Аж глаза разбегаются!
