Эскалационная волшебница Тейлор

      С высоты твоего полета офис Ассоциации Докеров и впрямь смотрится кошмарно. Весь фасад здания обрушился, и хотя люди немало постарались, чтобы расчистить завалы и спасти тех, кто под ними оказался, само здание выглядит так, будто по нему прошлось торнадо. Тебе остается лишь радоваться, что твой отец обрел силы: без него Ассоциация точно накрылась бы.       Но ты прилетела не видами любоваться. Ты камнем пикируешь вниз, прямо к немилосердной земле. Но в самую последнюю секунду ты отталкиваешься от нее, делаешь сальто и изящно приземляешься на носочки. Ты расплываешься в улыбке — тебе это никогда не надоест.       Твоя воздушная акробатика привлекла внимание нескольких докеров, которые разгребали мусор снаружи, и двое из них теперь идут к тебе. У обоих хмурые лица — это одновременно и хорошо, и плохо. Хорошо потому, что они тебя не узнали — стало быть, твой отец никому не раскрыл твою личность; вряд ли бы многие из них стали слушаться приказов пятнадцатилетней девочки, пусти и кейпа, а те, кто стал бы, не захотели бы брать тебя на разборки с бандами. А плохо потому, что они наверняка решили, что ты пришла навести шороху. К счастью, это заблуждение легко исправить.       — Эй, мальчики! — говоришь ты, решая провернуть одну хитрость. Рассматривая свое тело и костюм в зеркале в ванной, ты поняла, что по-прежнему сходишь за себя прежнюю, но большая часть людей не смогла бы тебя узнать. Если и вести себя иначе, они вообще ни о чем не догадаются. Натянув самую кокетливую улыбку, ты делаешь медленный круг посохом, после чего забрасываешь его на плечи и небрежно наклоняешься. — Вы мне не поможете?       Тот, что помоложе, может, двадцати пяти с чем-то лет, кивает, но тот, что постарше, хмурится.       — А с чем конкретно?       — Вчера я столкнулась с одним типом. Он сказал, что вам, ребята, не помешал бы кто-нибудь с моими навыками. Он назвался Капитаном, — в их глазах вспыхивает осознание. — Не подскажете, где я смогу его найти?       Хмурый указывает через плечо на три трейлера, стоящих на парковке.       — Он посередине. Постучи и дождись, когда он сам предложит зайти. Вломишься просто так — пожалеешь.       — Буду иметь в виду, — ты колеблешься, набираясь смелости, затем с важным видом протискиваешься между ними, на ходу подмигивая молодому. — Пока, красавчик.       Краем глаза ты замечаешь, что он смотрит тебе вслед, а затем опускает взгляд ниже. Всего на миг или два, но этого хватает, чтобы хмурый с силой врезал ему по плечу и отвлек.       На твоих щеках появляется румянец, а уголки рта приподнимаются в легкомысленной улыбке. Сработало! До встречи с Идеальным Штормом ты и подумать о таком не смела — впрочем, у тебя и фигура для подобного не соответствовала. Прибавь к этому самооценку, которую, казалось, навсегда подорвала смерть мамы и предательство Эммы. Но теперь, открыв в себе эту дерзость, ты внезапно понимаешь, как весело бывает жить! Ты даже не думала, что такое возможно!       Статус (обновление параметра (характер)): 63%       Ты из вежливости стучишь в дверь трейлера и заходишь, не дожидаясь ответа. Ты не знаешь, чего ожидать — может, отца, по шею зарывшегося в бумаги или в мыле за телефоном, — но никак не того, с чем сталкиваешься. Твой отец смущенно смотрит на тебя, и ты, склонив голову, окидываешь его взглядом.       — А ты не говорил, что будешь участвовать в средневековой ярмарке.       — Ты еще кто такая? — спрашивает женщина, стоящая у дальней стены трейлера. Рядом с ней притулился потрепанный манекен, на котором висит тяжелое синее пальто с медными пуговицами. Она огромная, выше твоего отца и почти вдвое шире него в плечах. Наверное, многие принимали бы ее за докера, не будь у нее волос до пояса и поистине впечатляющего бюста. Как бы тебя ни огорчала собственная плоская грудь, с ней бы ты точно меняться не стала. Твой отец вздыхает и спрашивает у тебя:       — Ты ведь помнишь Лейси? Жену Курта? — ты киваешь. Он поворачивается к ней. — Лейси, понимаю, вы виделись в последний раз несколько лет назад, но это моя дочь, Тейлор.       — Тейлор? Серьезно? — он кивает, и Лейси уже по-новому смотрит на тебя. — Божечки, девчуль, тебе лет-то сколько?       — Пятнадцать.       — А в этом наряде дашь не меньше восемнадцати. На крайняк — семнадцати. И ты позволил ей вот так разгуливать?       — Моего мнения здесь никто не спрашивал, — саркастически замечает твой отец. — Аннет всегда советовала подумать дважды, прежде чем ввязываться в драки с девочками-подростками, и трижды, если те могут стрелять лазерами.       Лейси уже смотрит на тебя с опаской и толикой испуга. Стараясь разрядить обстановку, ты улыбаешься и спрашиваешь:       — Значит, теперь можно гулять до глубокой ночи?       — И не рассчитывай. Чтобы была дома, как штык, до девяти вечера, — вы с Лейси смеетесь. — И, кстати, а почему ты не в школе?       Твоя улыбка меркнет.       — Возможно, тебе стоит присесть.       — Ну, супер.       Он проходит вглубь трейлера и садится на стул в самом дальнем углу. Приглядевшись, ты замечаешь на полу широкую линию, прочерченную ярко-желтой краской; выглянув в окно, ты понимаешь, что она образует круг, замыкающийся как раз в том конце трейлера.       — Так ты определил диапазон своей силы?       — Да. Шестнадцать футов. Если зайдешь за линию, я смогу взять тебя под контроль, хочу ли я этого или нет, — напряжение, сковывавшее его плечи, спадает. Вероятно, ему приходилось сдерживаться изо всех сил, пока Лейси наряжала его в плотные черные брюки, сапоги и белую рубашку с широкими рукавами. — Всё, я присел. И почему же ты не в школе?       — Я ее бросила.       — Что?!       Он вскакивает на ноги, и ты тут же приподнимаешь руки, а посох послушно повисает рядом с тобой. Лейси, кажется, не знает, на кого смотреть — на него, на тебя или на твоего отца.       — Мне надоело терпеть травлю. Если я продолжу ходить на занятия, то в какой-нибудь день попросту швырну Эмме в лицо Огненной Стрелой! Хорошенькую же я репутацию героини построю, если первым делом закосплею Кэрри!       — Эмме? Твоей лучшей подруге?       — Моей бывшей лучшей подруге, которая последние полтора года превращает мою жизнь в тотальный кошмар, — он смотрит на тебя с такой растерянностью и разочарованием, что ты лишь беспомощно пожимаешь плечами. — У тебя и так было полно забот с поиском работ и оплатой счетов, которые ты пытался от меня скрыть. Мне не хотелось еще сильнее тебя нагружать.       Твой отец краснеет при упоминании счетов, но быстро берет себя в руки.       — Нагружать? Тейлор, я твой отец; если ты была не в силах с чем-то справиться, ты должна была попросить меня о помощи.       Ты думаешь, что он о себе-то едва мог позаботиться, но не рискуешь произносить это вслух. Прошлой ночью вы решили, что будете стараться наверстать упущенное и наладить отношения. Напоминание о прошлом, каким бы справедливым оно ни было, только сделает хуже.       — Но теперь-то это уже не важно, так? С Уинслоу покончено.       — Но тебе нужно учиться…       — Об этом я уже позаботилась, — ты ласково гладишь темно-красный самоцвет, и Идеальный Шторм звенькает в знак признательности. — Я попросила Шторм поискать всё необходимое для домашнего обучения и сдачи ООР. Он уже собрал все материалы и учебники. Если хочешь, можем дома всё детально обсудить.       Он кивает и встает, направляясь к вам с Лейси.       — Как скажешь. Так ты поэтому прилетела? — его брови сходятся к переносице, и он добавляет напряженным тоном: — Если ты рассчитывала подраться, то Александр и пара других ребят сейчас как раз собрались проверить один слушок. Якобы Барыги открыли поблизости новую точку. Они… вероятно, не будут возражать, если ты к ним присоединишься…       Тебе ясно, как день, что он отчаянно подыскивает повод тебя туда не пускать, поэтому ты с радостью ему подыгрываешь.       — Звучит весело, но, думаю, для меня сейчас есть дело и поважнее. Терпеть Барыг, естественно, нельзя, но мне кажется, для меня разумнее было бы слетать в штаб-квартиру Протектората и зарегистрировать нашу команду.       — Я как раз собирался этим заняться, — бормочет он. — Я хотел было попросить Маргарет позвонить в СКП, но потом пришла Лейси и… Ладно, не важно. Если хочешь, я возражать не буду. Когда закончишь, прилетай к нам, и мы все вместе явимся на засвидетельствование.       — Тогда я полетела.       — Не-не-не! — говорит Лейси. — Тейлор, нужен твой вердикт. В костюме Дэнни определенно чего-то не хватает, и он отказывается признавать, что я права.       Ты улыбаешься — как от ее явного желания поиграть в переодевашки (хоть ты это с самого детства терпеть не могла и без конца этому противилась, когда они с Куртом приходили к вам в гости) так и от твоего отца, раздраженно закатывающего глаза. Но она права: костюм — решающий момент в образе героя. Ты рада, что Идеальный Шторм выбрал его за тебя.       — А можно полный образ увидеть?       Он натягивает на лицо бандану с прорезями для глаз, надевает синее пальто и смотрит на тебя, как бы умоляя не продлевать его страданий. Окинув взглядом оставшиеся аксессуары, ты замечаешь одну деталь, которую попросту грешно пропускать.       — Прозвища у нас максимально различные, — говоришь ты, поднимая ее. — Костюмы тоже не похожи — они даже в разных цветах. Но мы можем сравниться в нелепости наших шляп, — ты накидываешь треуголку ему на голову, и Лейси с довольным видом кивает. — Ну вот. Теперь идеально.       Он испускает полный смирения вздох, но уголки его губ приподнимаются в улыбке.

xxxxxxxxxxxxx

      Паря над спокойными водами залива, ты делаешь всё возможное, чтобы снизить свой энтузиазм до социально приемлемого уровня, чтобы не опозориться в штаб-квартире Протектората. Говорят, она защищена непроницаемым силовым полем, сотнями зенитных ракет и другими убийственными штуками, созданными Оружейником. Но, тем не менее, ни одна из них не реагирует, когда ты приземляешься на вертолетной площадке. Ну, помимо двух сотрудников СКП, караулящих дверь; заметив тебя, они вскакивают и хватают брандспойты, подсоединенные к зданию длинными шлангами.       — Назовись!       Ты посылаешь им обезоруживающую улыбку, но сотрудников она совсем не пронимает.       — Меня зовут Ведьма Бедствия, и я…       — На землю, живо!       — Зачем?! — удивленно вскрикиваешь ты. Один из них наставляет на тебя брандспойт, и ты спешно добавляешь: — Я просто хотела документы забрать!       Это ставит их в тупик.       — Документы? — спрашивает менее агрессивный тип.       — Да! Мне нужны бланки для регистрации независимой команды героев!       — …Так ты — героиня?       Тебе нечего на это ответить, но, к счастью, сам вопрос остается риторическим. Более словоохотливый из них тянется к рации, прицепленной к плечу, и что-то шепчет в нее — ты не можешь разобрать слов. Побеседовав с кем-то, он опускает руку и продолжает молча наблюдать за тобой.       В неловкой тишине проходит сначала одна минута, потом две. Ты уже начинаешь всерьез задумываться о том, чтобы улететь и перепоручить всё взаимодействие с Протекторатом отцу, как вдруг дверь позади сотрудников открывается.       — Теперь ясно, из-за чего весь сыр-пор, — говорит вышедшая на площадку женщина. Сильный ветер треплет концы ее шарфа с узором американского флага. — Значит, это ты — Ведьма Бедствия?       — Д-да, — Мисс Ополчение. Ты говоришь с Мисс Ополчение! Она никогда не была в пятерке твоих любимых героев, как Александрия, Оружейник или Легенда, но ты знаешь, что твой отец, да и добрая часть докеров всегда ставили ее выше любого другого члена местного Протектората. — Рада знакомству! — ты хочешь пожать ее протянутую руку, но замираешь, заметив, как сотрудники СКП вновь поднимают брандспойты в твою сторону. Только теперь ты догадываешься, что в них — быстро застывающий пенопластовый раствор. Посмотрев на героиню и выразительно закатив глаза, ты пытаешься сделать книксен.       Да, именно что «пытаешься». Что-то тебе определенно удается — твоя левая нога подгибается, а правая скользит влево, увозя тебя примерно через треть площадки. Ты подскакиваешь и изо всех сил стараешься не показывать, как сильно удивлена очередным странным движением, которое запихнул в твою голову Идеальный Шторм. Мисс Ополчение несколько раз моргает от увиденного, после чего качает головой.       — Агент Симмонс, полагаю, это можно убрать. Вообще говоря, я на этом настаиваю — незачем начинать драку попусту. Тебя же, Ведьма Бедствия, я могу пригласить в один из наших конференц-залов. Полагаю, там нам будет куда удобнее.       — Можно просто «Ведьма», — говоришь ты, когда вы заходите в здание. Само по себе прозвище тебе нравится, как и скрытая в нем угроза, но в устах будущей союзницы оно звучит как-то уж очень мрачно.       Она кивает и открывает дверь, за которой оказывается комната с небольшим столом и несколькими стульями из темно-красного дерева.       — Кофе? — спрашивает она, наливая себе из кофейника, стоящего в углу, и добавляя немного сахара.       — Нет, спасибо.       — Как скажешь. Иногда я только благодаря ему и могу пережить очередной день, — выдвинув стул, она садится и ждет, когда ты сделаешь то же самое, после чего вытаскивает трубочку и бросает ее в чашку. — Итак, Ведьма, ты прилетела зарегистрировать свою команду независимых героев, я правильно поняла? — ты киваешь, и в ее глазах появляются веселые искорки. — Люблю такие моменты. Хотя, должна признаться, я удивлена: обычно мы в курсе, когда несколько героев-одиночек решают объединить силы. Боюсь, я даже твоего прозвища прежде не слышала.       — О, вы и не могли, — со смехом отвечаешь ты. — Я всего пару дней как обрела силы.       Мисс Ополчение вновь удивленно моргает.       — Пару… дней? — ты киваешь. — И уже нашла себе команду? А ты быстрая, — она вставляет соломинку в прорезь в шарфе и отпивает кофе. — Извини за прямоту, но почему ты решила не вступать в Протекторат?       В Протекторат? А почему не в Стражи?..       Ты изо всех сил сдерживаешь рвущуюся наружу ухмылку. Похоже, не только Лейси кажется, что ты выглядишь старше своих лет.       — Я подумывала об этом, но… Мне показалось, что у вас слишком… жесткие рамки, — лучше сказать это, чем признаться, что твой отец считает их некомпетентными и неспособными разогнать банды Броктон-Бей. — Когда Капитан предложил мне присоединиться к его команде, я в первую очередь поинтересовалась насчет моей личной свободы. Мы сошлись на том, что, когда я не играю роль их летающей артиллерии, я становлюсь артиллерией самой себе.       Она смеется, хоть шутка и вышла лажовой.       — Еще и Капитан. Должно быть, я сильно отстала от жизни, раз не слышала и о нем. Как называется ваша команда?       — «Каперы». И вы никак не могли о нем узнать, — успокаиваешь ты ее. — Он тоже недавно обрел силы.       Героиня хмурит брови.       — Так вы нашли друг друга сразу же после триггерных событий? Сколько вас в команде — трое, четверо?       Ты поднимаешь взгляд, пытаясь вспомнить, сколько докеров — по расчетам твоего отца — поддержат вас в вашем начинании.       — Где-то тридцать пять.       — Тридцать пять? — ты киваешь, удивленная ее удивлением. — Это… Ого, — она отпивает кофе. — Не знала, что за последнее время в город переехало так много паралюдей.       Теперь тебе понятна ее реакция. Тридцать пять кейпов? Да это больше, чем все злодеи Броктон-Бей вместе взятые. Ты не можешь сдержать смех.       — Как ни приятно было бы располагать столькими кейпами, я не это имела в виду. Мы с Капитаном — единственные паралюди в команде. Остальные — обычные люди, которые устали терпеть нападки банд.       Мисс Ополчение надолго замирает.       — Команда из паралюдей и обычных людей. Это… будет проблематично.       — Что? Почему?       — Потому что команды героев регистрируются Протекторатом, а не СКП, — видя непонимание на твоем лице, она объясняет: — По закону членство в Протекторате дано лишь паралюдям, тогда как в СКП — только обычным гражданам. Если команда смешанная, юридически ее нельзя зарегистрировать.       — Мы не можем заявить о себе просто потому, что хотим работать вместе?! — возмущаешься ты.       — Боюсь, что так. Технически, вы с Капитаном можете зарегистрироваться, как дуэт героев, или зарегистрироваться каждый по отдельности. Но все остальные Каперы… — она качает головой. — СКП не любит гражданских, которые в большинстве своем не обладают должной подготовкой, вмешивающихся в разборки кейпов. Они без надобности подвергают себя опасности и усложняют работу как СКП, так и нам — ведь мы обязаны не только победить злодеев, но и их защитить, — откинувшись на спинку стула, Мисс Ополчение продолжает примирительным тоном: — Зарегистрировавшись в Протекторате, вы, по сути, получаете лицензию. То, чем вы займетесь, будет считаться деятельностью, спонсируемой государством. У вашей команды такой правовой защиты не будет. Теоретически, их даже могут арестовать, если они ввяжутся в драку с какой-либо из банд. Хотя будет ли окружной прокурор предъявлять им обвинения — вопрос открытый.       — То есть, вы хотите сказать, что они не имеют права сражаться, потому что не имеют сверхсил? — праведный гнев бурлит в твоих жилах. Не появись Идеальный Шторм, у тебя бы тоже никаких сил не было. То, что лишь Устройство, а не жажда помочь другим или банально защитить себя, дает тебе право остановить бандитов, бесит тебя без меры.       Опытная героиня молчит, позволяя тебе, остыть, после чего отвечает:       — Я хочу сказать, что тебе, как и остальным Каперам, нужно быть осторожными. Осознание того, что именно твои действия повлекли за собой смерти напарников, — одно из худших испытаний в мире, и я никому бы не пожелала прочувствовать эту боль.       — Мы и так в полшаге от смерти, — огрызаешься ты. — Вопрос лишь в том, рискнем ли мы приблизить смерть, сражаясь со злом, или же смиримся с тем, что кто-то придушит нас во сне.       В тишине, повившей после твоих слов, тиканье часов звучит особенно громко.       — Можно мне просто взять бланки? Мне пора вернуться к команде.       Она кивает и тянется за тонкой папкой, лежащей в дальнем конце стола. Перелистывая страницы, она вытаскивает несколько листов.       — Бланки регистрации независимых героев для тебя и Капитана и бланк регистрации команды, если всё же решишь стоять на своем. Их можно предоставить сюда или в офис СКП в центре города. Я бы рекомендовала доставить их лично или через надежного курьера — бланки, которые были отправлены нам по почте, иногда пропадали.       Сложив бумаги пополам, ты идешь вслед за Мисс Ополчение обратно к вертолетной площадке. У самой двери она останавливается и вытаскивает визитку из одного из многочисленных карманов ее униформы.       — Я искренне надеюсь, что всё сложится хорошо — как для тебя, так и для Каперов. Но если когда-нибудь попадешь в беду, Ведьма, я бы хотела, чтобы ты позвонила мне. Мы, героини, должны держаться друг друга.       Ты киваешь и выходишь за дверь. Два сотрудника по-прежнему стоят на том же месте, пристально наблюдая за городом. Проследив за их взглядами, ты и сама останавливаешься. Огромное облако пыли поднимается над северной частью города. Прямо над Доками.       Ты бежишь к краю площадки и спрыгиваешь. Ветер хлещет тебя по щекам, пока ты летишь над водами залива, а бланки шумно хлопают в руках. Тебе совсем некуда их день; во время боя придется либо выкинуть их, либо кто-то избавится от них за тебя. Заметив неподалеку от береговой линии здание с плоской крышей, ты приземляешься и трансформируешься. Едва твои пятки касаются бетона, как ты суешь документы во внутренний карман куртки и сразу же облачаешься в Барьерный Плащ. А следом — несешься над городом, как только позволяет твоя магия.       Ты довольно скоро добираешься до источника хаоса. Уродливый плод любви танка с паровозом катится по руинам здания на гигантских гусеницах, а пулеметы, установленные на этом механическом монстре, без конца палят по группе мужчин, одетых в повседневную одежду и черные лыжные маски и вооруженных бейсбольными битами, ломами и даже парой дробовиков. Скрип, наверняка сидящая за рулем этой образины, поливает асфальт пулями, но ни в кого толком не попадает. Банда, с которой она дерется, слишком сплоченная, слишком опытная для ее беспорядочных атак. Некоторые из мужчин уворачиваются от таких выстрелов, которые могли бы увидеть разве что затылком.       Ты с нарастающим ужасом приглядываешься к ним. Они движутся абсолютно слаженно. Неестественно. Сверхчеловечески.       Ты сбавляешь скорость, делаешь сальто вперед и ударяешься сапогами о крышу; шляпа так и норовит соскользнуть с головы, но ты хватаешься за поля и натягиваешь ее на место. Пулеметы нацеливаются уже на тебя, и пара Каперов тоже поворачивает к тебе головы. Все ведут себя так, будто чего-то ждут — чего-то помимо тотального разъеба Скрип.       Ах, да, точно. Герои же всегда непринужденно и шутливо говорят со злодеями. Вот только как у них это получается?       — Знаешь, — наконец, выдавливаешь ты. — Зря ты начала палить по моей команде. Подобное меня… расстраивает.       Пожалуй, пойдет — особенно с этой драматичной паузой под конец. Злодейка, похоже, так и считает — гусеницы ее адской машины хрустят обломками, разворачивая весь корпус, чтобы нацелить на тебя самую большую пушку. Отлично, ее внимание ты привлекла.       Теперь осталось понять, как спасти саму себя, да еще и команду заодно.