Эскалационная волшебница Тейлор

      Ты приземляешься перед офисом Ассоциации, и его разрушенный фасад нисколечко не приглушает эйфорию, возникшую во время полета. Вот уж от чего ты точно никогда не устанешь — так это от ощущения свободы в небе. Идеальный Шторм говорил, что с практикой у тебя будет выходить всё лучше и лучше, что ты даже сама по себе летать сможешь, но ты бы поставила это утверждение под сомнение. Как бы самоцвет ни заверял, что в тебе скрыт талант великой волшебницы, ты всё равно знаешь, что и способности, и подвиги — всё это дано самим Идеальным Штормом.       Однако в глубине души ты всё же жаждешь, чтобы его слова оказались правдой.       Свет горит лишь на парковке, в трейлере твоего отца, так что ты поднимаешься по ступенькам и заходишь внутрь. Твой отец сидит в кресле, сменив костюм на привычные джинсы и рабочую рубашку; широкая желтая полоса, которую он провел по полу, нисколько не отпугивает трех мужчин и одну женщину, рассевшихся перед ним полукругом прямо в зоне действия его сил. Рядом с ними виден пятый, единственный пустой стул; мужчина, с ног до головы покрытый татуировками, оборачивается на звук открывшейся двери и жестом подзывает тебя.       — Проходи, Тейлор.       Вот и канул твой шанс остаться девушкой-загадкой — как минимум, для всех Каперов. Не то чтобы ты не хотела им открываться — как-никак, стоит начать доверять новой команде — но дело в принципе. Ты мысленно отдаешь приказ Устройству, чтобы никто не счёл тебя сумасшедшей. Идеальный Шторм радостно звенькает, и после оранжевой вспышки на тебе появляется повседневная одежда.       — Простите за опоздание, — говоришь ты, присаживаясь рядом с Александром. — Северные ветра оказались куда сильнее, чем я ожидала.       — Это самая нелепая отговорка, которую я когда-либо слышала, — шутливо шепчет Маргарет, менеджер этого филиала Ассоциации. — Что хуже — я ей верю!       — Мы только начали, — говорит твой отец. — Сегодня мы уведомили национальное ведомство, что официально распускаем филиал в Броктон-Бей, хоть и не будем сообщать об этом публично. Пока что нас покинули трое.       — Это сегодня. А сколько будет завтра? — тихо спрашиваешь ты. Курт фыркает.       — Десять, может, двенадцать. Я весь день разговаривал с ребятами, в том числе и с теми, кто сейчас в больнице. Джейкоба прошлой ночью навещала Панацея, так что завтра он выписывается. Остальных отпустят в ближайшие дни. Да они и сами рвутся на свободу.       — Даже после того, что случилось с Биллом?       — Мы понимали, на что шли, — сочувственно говорит Александр, накрывая твои руки своей огромной лапищей. — Просто… не ожидали, что за сегодня так много кто пострадает. Но мы знали, что рано или поздно такое бы случилось. Противостоять бандам, сражаться со злодеями, перед которыми пасуют герои… Будет больно, мы это осознавали. Кто-то из нас даже умрет, — он ободряюще сжимает тебе руки. — Но чем это отличается от того, как мы раньше жили? Тима могли зарезать АПП за то, что он шел не по той стороне улицы. Империя сочла бы убийство Маргарет услугой обществу, — темнокожая женщина хмурится, но кивает. — Я не хочу умирать, но, если уж придется, я хотел бы умереть за дело. Лучше погибнуть в бою, чем сдохнуть, как собака.       Остальные кивают, а ты, хоть и прикусываешь губу, не можешь с ним поспорить. Ты практически слово в слово высказала это пару часов назад Мисс Ополчение.       Твой отец виновато смотрит на тебя, явно думая, что тебе не стоило видеть тело Билла. И ты с ним согласна: увидеть, как знакомый тебе человек лежит мертвый в грузовике, — совсем не то же, что просто предположить это. Но! Раз он был готов рискнуть собой, если все они готовы поставить свои жизни на кон, ты будешь уважать их жертву.       — Тим, сколько наличности мы смогли забрать? — спрашивает твой отец. Худощавый бухгалтер пожимает плечами.       — У меня еще не было шанса подсчитать. Навскидку? Как минимум тысяч пятьдесят.       — А что насчет Скрип?       Ты откашливаешься.       — Я оставила ее без сознания у ног Скорости. Если она еще не под стражей, это не моя вина.       — Барыги потеряли крупную сумму и даже одного из кейпов. Мы сегодня постарались на славу, — эти слова, так редко произносимые на собраниях докеров, отпечатываются надеждой на лицах всех вокруг. — Тим, было бы здорово, если бы ты начал считать и сортировать наличность. Нужно будет что-то отложить на аренду новых помещений, чтобы создать видимость того, что мы по-прежнему еле-еле держимся на плаву.       — Зачем же тогда закрывать филиал, если хотите оставить всё по-старому? — спрашиваешь ты.       — В основном — из-за инспекций, — объясняет он. — Будучи частью Ассоциации, они имеют право в любой момент проверить нашу бухгалтерию. Если кто-то начнет копать, откуда у нас столько денег, если все безработные, это… плохо для нас кончится, — ты понимающе киваешь, и он окидывает взглядом оставшихся. — Курт, Александр, можете собрать ребят и разузнать, нет ли рядом других наркопритонов? После сегодняшнего — никаких налетов, пока всё основательно не выясним. Маргарет, согласишься остаться нашим менеджером?       — Кто-то же должен держать вас, мальчиков, в узде, — с улыбкой отвечает она.       — Спасибо, — он смотрит на тебя. — А ты, Тейлор, займешься учебой. Ты — член команды, — продолжает он, не дав тебе и слова вставить, — и, очевидно, незаменимый. Но ты должна думать и о своем будущем. Ты достаточно умна, чтобы закончить колледж, и я не вижу причин тебе с этим тянуть. Завтра мы направим заявления в Уинслоу и Конкорд и ты начнешь готовиться к экзаменам. Мы в любом случае еще нескоро найдем, чем тебя занять.       Ты вздыхаешь, но послушно киваешь. Раньше ты была предоставлена самой себе. Но при этом была скучной серой мышкой, а он — отцом, слишком занятым с докерами, чтобы уделять внимание еще и тебе.       Ты ни за какие коврижки к этому не вернешься.       — Думаю, день выдался продуктивным, — говорит твой отец. — Идите по домам, отдохните. Следующие пару дней будет полегче.       После того, как все разошлись, твой отец протяжно выдыхает и падает в кресло. Идеальный Шторм звенькает — предположительно, сообщая, что он больше не сдерживает свою силу.       — Если тебе еще сложно себя контролировать, зачем же устроил это собрание? — спрашиваешь ты.       — Их спроси. Это они сходили за стульями и расселись кружком вокруг меня. Наверное, чтобы показать, как доверяют мне и что не боятся, если я вдруг начну влиять на их решения, — вяло улыбнувшись, он продолжает: — Я ценю это, но лучше бы они и правда дали мне расслабиться. Я не хочу как-либо контролировать их. Это верный путь к диктатуре и навязыванию собственного мнения, а я меньше всего хочу, чтобы у нас прибавилось трупов.       Ты ерзаешь на стуле, не зная, что на это ответить, и из-за этого движения у тебя что-то громко хрустит в кармане. Вот блин, бланки!       — Я совсем забыла рассказать, как слетала в Протекторат!       — Честно сказать, я тоже про это забыл, — говорит он. — Ты всех нас записала?       — Тут такое дело…       Ты выкладываешь ему все неутешительные факты, и после каждого его лицо становится всё мрачнее и мрачнее.       — Херня какая-то, — заявляет он, когда ты замолкаешь. — Они не имеют прав, потому что не кейпы?       — И я о том же. Но теперь я думаю: что если… Ну, ты же делишься с ними своей силой, так, может, этим они технически попадают под определение паралюдей? У меня создалось впечатление, что Мисс Ополчение поддержит нас в любом начинании… Что скажешь?       Его лицо внезапно бледнеет.       — Плохая идея, — ты удивленно смотришь на него. — Ты, вероятно, не помнишь, но именно этим в свое время занимался Учитель. Давай не будем создавать нежелательных ассоциаций с безумцем, заключенным в Птичьей клетке.       Сейчас, кажется, самое время сменить тему, поэтому, пока он не пришел в себя, ты наносишь удар.       — Слушай, пап, можно мне завести питомца?       — …Кого?       — Питомца. Маленькую пушистую зверушку, которую можно будет держать в доме и играть с ней.       — Я знаю, что такое питомец, — говорит он. — Просто не понимаю, как мы до этого дошли.       Ты пожимаешь плечами.       — Мне хотелось об этом спросить, и я решила, что момент подходящий. Шторм говорит, что знает… способ наделить животное сверхсилами, — уклончиво объясняешь ты, чтобы не словить от отца косых взглядов за всяких там «фамильяров» или «магию».       — Если у вас выйдет целитель, я его одалживать начну, — шутит он.       — Такое, вообще говоря, возможно, — с улыбкой отвечаешь ты. Во время полета Идеальный Шторм представил тебе шесть шаблонов, один из которых обладал парочкой исцеляющих заклинаний. Но ты пока не знаешь, на чем остановиться.       А твой отец, похоже, не знает, что ответить. Проходит минута, после чего он качает головой.       — Ладно, можешь завести питомца. Но это большая ответственность. Тебе придется его кормить, ухаживать и убирать за ним…       — Пап, мне пятнадцать, а не пять! — смеешься ты, поднимаясь на ноги. — Пошли домой. Не знаю, как у тебя, а у меня выдался тяжелый день.