Эскалационная волшебница Тейлор

      24 февраля       Будильник орёт тебе в ухо, и ты сонно пытаешься его вырубить. В любой другой день ты бы без проблем встала, но сейчас ты чертовски устала. Кажется, ты и пары часов не проспала. Твои пальцы нащупывают будильник, и ты бьешь по нему с закрытыми глазами, но он почему-то не затихает. Неужели так сложно взять и выключиться…       — Тейлор. Тейлор. Тейлор!       — Нучë?! — стонешь ты, открывая глаза и потирая ухо. Почему она на тебя кричит?       — Что это за звук?       — Это мой… — ты замолкаешь, понимая, что не в будильнике дело. Звук доносится с улицы. Громкий, затяжной вой, который тебе смутно знако…       Ты в ужасе распахиваешь глаза. Система оповещения о Губителях!       Ты вскакиваешь с кровати и бежишь к комоду за одеждой, игнорируя ящик с нижним бельем, считая его в данной ситуации совершенно ненужным. Вряд ли это очередная проверка работоспособности системы. О таких всегда предупреждают в вечерних и ночных новостях, а проводят ровно в полдень, чтобы все чётко видели, что к городу никаких огромных чудищ не приближается. Настолько рано утром их никогда не устраивали. Значит, всё серьёзно. Нужно собираться, бежать в убежище и пережидать катастрофу.       УУУИИИИУУ. УУУИИИИУУ. УУУООООУУ.       Кровь застывает у тебя в жилах, и ты замираешь. Нет. Нет, нет, нет. Тебе послышалось. Точно послышалось.       УУУИИИИУУ. УУУИИИИУУ. УУУООООУУ.       — Тейлор, — спрашивает Саманта, улавливая твой явный страх, — что это значит?       — Третья сирена отличается, — шепчешь ты. Тебе вбивали это в голову последние девять лет. Если третья сирена такая же, как и первые две, бегите в убежище. Если третья сирена отличается, просто бегите. Спасайте свою жизнь и свой рассудок, ведь надвигается… — Симург. Она здесь. В Броктон-Бей.       Ты движешься ещё быстрее, натягиваешь старую, ставшую слишком маленькой футболку и спортивные штаны и бежишь вытаскивать из шкафа чемоданы. Тебе невольно вспоминается, что в последний раз ими пользовались ещё в то время, когда твоя мама была жива и вы всей семьёй на неделю уезжали в Диснейленд. Бросив один из них Саманте, ты кричишь:       — Запихивай туда всё, что можешь! Нужно срочно выметаться отсюда! — когда прилетает Симург, города помещают в карантин. Их жителям рано или поздно разрешают покинуть пределы опасной зоны, но с ними до конца жизни обращаются, как с преступниками. Нет, даже как с бомбами замедленного действия, которые готовы рвануть в любой момент и посеять хаос.       Потому что именно ими они и становились. Обычные люди превращались в орудия, которые срабатывали именно тогда и там, как того хотелось Симург. Единственный способ этого избежать — это как можно скорее покинуть город.       Ты хватаешь одежду обеими руками и лихорадочно запихиваешь её в чемодан. Вещи на ближайшие несколько дней есть. Прав или кредитки у тебя нет. Телефона тоже. Чего-то, что представляет особую сентиментальную ценность, ты не припоминаешь. А больше ничего спасать и не требуется, когда на пороге стоит ангел безумия. Всё остальное можно заменить.       Застегнув чемодан, ты слышишь, как Саманта делает то же самое.       — Тейлор! — кричит она. — Держи!       Ты ловишь Идеальный Шторм и надеваешь его на шею, а затем вы с Фамильяром чуть ли не пулей несетесь вниз по лестнице.       — Пап! Пап, ты где?       — На кухне! — ты бросаешься туда, рассчитывать увидеть, как он тоже собирает вещи, без которых вам не обойтись. Вместо этого он почему-то сидит полуголым и говорит по мобильному — крайне неохотно купленному после образования Каперов — попутно натягивая штаны от своего костюма. Остальные вещи, составляющие образ Капитана, разложены перед ним на столе. — Александер, именно поэтому мы и составили все эти списки — чтобы как можно скорее собрать информацию. Дувр слишком близко. Манчестер подходит и по размерам, и по расстоянию, но Бостон в этом плане будет даже лучше. Скажи всем, чтобы ехали по 95-й и гнали в ту сторону. Пусть берут только самое необходимое; против этой суки каждая минута на счету.       Он завершает звонок и смотрит на тебя.       — Ты что делаешь? — спрашиваешь ты. Он как будто… Но он же не настолько глуп! — Это же Симург!       — Знаю. Именно поэтому я и не могу уехать. Нельзя допустить повторения Лимы.       Ты прикусываешь язык. Как бы ты ни хотела это отрицать, в его словах есть доля правды. К третьему появлению Симург люди поняли, что она сводит своих жертв с ума. Когда все планы противостоять ей рухнули в первые же минуты боя, многие кейпы, ранее хотевшие остановить Симург, ринулись наутёк, бросив столицу Перу на произвол судьбы. Но дело приняло неожиданный поворот. Дождавшись, когда бóльшая часть кейпов покинет город, Симург тоже прекратила сеять разрушения и полетела над главной автомагистралью, обрушивая свою песнь на убегавших жителей, пока оставшиеся кейпы и некоторые беглецы не догнали её и не вступили в бой. В конце концов им удалось загнать её обратно в небо, но только после того, как она успела налетать в общей сложности пятьдесят миль. В течение следующего года сработало столько «Зиз-бомб», что жертвы исчислялись миллионами. С тех пор кейпы никогда не бежали от Симург, и самая младшая из Губителей больше не улетала от первоначальной цели.       — Возможно, именно я смогу переломить ход битвы, — продолжает он, понимая, в какую сторону понеслись твои мысли. — Кто знает, что она устроит на этот раз? Возможно, я смогу воздействовать своей силой и на других кейпов. Если они будут действовать так же слаженно, как Каперы, мы сможем остановить её до того, как она устроит настоящую катастрофу.       — Но город всё равно закроют на карантин, — он кивает, и ты кричишь: — В боях с Губителями погибают десятки кейпов! Пап, ты можешь умереть!       Он отводит взгляд и надевает мешковатую рубашку.       — Я это понимаю, Тейлор. Поверь, я правда понимаю. Но эти силы мне достались не просто так. Я чувствую, что и их выбор был неслучайным. И если я могу на что-то повлиять, я должен сражаться. «С большой…       — Процитируешь при мне тот старый комикс — клянусь, я тебе врежу.       — Я боюсь, Тейлор, — признается он. — Врать не буду, боюсь. Но я должен остаться. Я не смогу себе в глаза смотреть, если не помогу тем, кого был в силах спасти, — вновь взглянув на тебя, он продолжает: — Но ты не обязана оставаться. Я даже не хочу, чтобы ты оставалась. Курт и Лейси уже едут к нам; они тебя заберут и поедут в Бостон. Я встречусь с вами, когда всё кончится.       При условии, что к тому времени он ещё будет жив.       — У меня больше шансов выжить после встречи с ней, чем у тебя, — говоришь ты, хоть и не веришь, что эти слова вырываются из твоего рта. Симург пугает тебя, как и у любого, у кого есть хоть капля здравого смысла. Бегемот — убийца героев. Левиафан — убийца городов. А Симург — убийца надежд. Если её выбор пал на тебя, ты уже не будешь прежним. Ты станешь её марионеткой, её орудием.       Но, и это очень важное «но», теперь и ты обладаешь сверхсилами. Если ты сбежишь и никому ими не поможешь, если ты сбежишь и твой отец погибнет, ты будешь корить себя до конца жизни. К тому же, Барьерный Плащ действительно защищает тебя не в пример лучше костюма, в который облачается твой отец.       — Если ты останешься… значит, останусь и я.       — Ну уж нет, — заметив, как ожесточился твой взгляд, он поворачивается к Саманте. — Скажи ей, что она здесь не останется!       Енотиха смотрит то на него, то на тебя, а затем говорит:       — Этого я сделать не могу. Что решит Тейлор, с тем соглашусь и я. Если она хочет сражаться, этого хочу и я. Если захочет уйти — я последую за ней.