5 способов расстаться

Дверь проскрипела под давлением и открылась. — Скромно, но зато уютно! — воодушевлённо произнесла Руж, впуская новую хозяйку внутрь. Рядом со входом стояла обычная деревянная кровать с серым пледом и небольшим матрасом, а подле неё — прикроватный столик. Над ним был прибит крючок для одежды. В противоположной стороне во всю стену вытянулось панорамное окно, за которым продолжалась бушующая метель, но теперь она казалась неприятной картинкой страшного фильма из телевизора. Возле стоял небольшой рабочий стол, а над ним висели книжные полки. Рядом со входом по левую руку расположился длинный шкаф. Руж включила свет, и Эми заметила серые нейтральные обои. Здесь не было интерьера, который привлекал бы глаз. — Но ты можешь украсить комнату как захочешь, — постаралась воодушевить подругу мышка, встав напротив окна: — И шторы повесим! Ну… Чтобы тебя никто не видел. — КАК ЭТО ПОМОЖЕТ ОСТАВАТЬСЯ НЕЗАМЕЧЕННОЙ? — спросил Омега. Робот был слишком большой и не смог бы проникнуть в комнату, как и уместиться в таких скромных квадратах. Руж вздохнула, но заботливо улыбнулась: — Ты неправильно меня понял, милый. Это нужно, чтобы никто не мог подглядывать за тобой. Эми села на кровать. Её личико украшали пластыри, которые скрывали недавние порезы и воспаления. Матрас скрипнул под тяжестью. Пол был холодный и чужой. Нежилое помещение не предусматривалось для такой гостьи, здесь Эми не чувствовала себя как дома. Пустые глаза застыли на белом плинтусе. Все разговоры проходили мимо ушей, оставались шумом на фоне. Над головой ясно и ровно горела лампа. Руж переживала за подругу, пусть и старалась оставаться оптимистичной. Девушка села рядом с розовой ежихой и положила руку на её аккуратные маленькие плечи: — Дорогуша… Эми ещё сильнее вжалась в кровать. Другим было больно смотреть на то, как красное опухшее лицо снова и снова проливает слёзы. Но Эми была не в силах себя сдерживать. Мобианка устало прислонилась к подруге и тихо заплакала. Руж осторожно прижала её к себе, погладила рукой по иглам, пока другой обхватила плечи. Эми могла не бояться, Руж не даст её в обиду. Никогда этого не случится, как бы они ни отличались. Беда есть беда, а друзья остаются. Эми, не раздумывая, поступила бы так же. Омега стоял за дверью, не проронив своим громким механическим голосом ни слова. — Милая. Я собираюсь пойти чинить Омегу. Хочешь с нами? — пророкотала Руж. Эми оторвалась от груди летучей мышки и устало протёрла глаза. — Сейчас? Ночью? — Чтобы не оставаться одной, — добавила подруга. Она не могла провести с Эми целую ночь, да и дела были. Так почему Роуз должна была оставаться наедине после произошедшего? Эми особенно задели эти тёплые, важные слова, и она согласилась. Если бы Роуз не подписала тот документ с GUN, она оказалась бы сейчас тут? Были бы к ней так радушны? Ребята вышли из жилого корпуса и прошли чуть дальше. Огромные металлические двери послушно разъехались, стоило Руж нажать на кнопку на небольшом пульте. Красный робот прошёл до конца большого помещения, забитого самыми разными коробками и запчастями, развернулся и рухнул вниз, усевшись прямо к стенке. Эми вертела головой в разные стороны, заглядывая в те самые коробки. Некоторые из них были закрыты, а те, что открыты, содержали в себе другие собранные детали и комплектующие. — Ты… Ремонтируешь его? — спросила Роуз. Руж надела защитный фартук и перчатки. Для неё это был обычный процесс. Летучая мышка усмехнулась. — Изобретения профессора Джеральда более долговечны, в отличие от Айво. После того, как его поймали, большую часть роботов вынужденно отключили и разобрали. Неудивительно было узнать, что эти запчасти достались и нашим врагам. Однако чинить его роботов — дело совсем другое. Никто так и не смог достичь их уровня. Руж взяла гаечный ключ из ящика и подошла ближе к Омеге. Эми села напротив, пока подруга возилась с коленной чашечкой товарища. — А Шедоу? — В основном он этим и занимается, — пожала плечами Руж. — Со своими же бутсами и кольцами справляется, вот и Омеге может кое-где помочь. Однако, Шедоу не изобретатель. Он выучил назубок, как работают его устройства, но разобраться в Омеге… — ОН ЧИНИТ МЕНЯ, — подтвердил Омега и попытался сделать жест рукой, однако чуть не снёс девушкам головы. Эми и Руж вовремя пригнулись. Рука робота далеко отстала от основного движения и так же резко деформировалась обратно. — Милый, поосторожнее! — фыркнула Руж и вернулась к своей работе. — КОНЕЧНОСТЬ НЕПРАВИЛЬНО ФУНКЦИОНИРУЕТ. Эми мягко улыбнулась. Она даже не думала, что Омега до сих пор жив. Нет, такие выражения совершенно непозволительны! Омега тоже был живым созданием, он мыслил и учился, как она и любой другой мобианец. Руж убрала в сторону металлическую пластинку и взяла уже другой инструмент. — Эми, отойди, пожалуйста, в другую часть мастерской, — попросила Руж, надевая на лицо маску. Эми кивнула и быстро отбежала в угол. Полетели искры в разные стороны, как только Руж коснулась аппаратом микросхем. Роуз протяжно выдохнула. Механические элементы, детали и замены для робота не могли появиться из ниоткуда. Кто-то доставлял сюда эти коробки, и кто-то занимался восстановлением Омеги. Руж всегда казалась сказочной обольстительницей. Той, кто знала, что нужно мужчине, и при этом умела хитро обвести любого вокруг пальца. Но особенно её выделяла решимость, сила. И другая Руж. Та, кто старательно занимается непостижимым для неё делом, исходя из одной простой цели — желание оставаться рядом со своим другом, которому это было необходимо. Словно Руж давно следила за инвалидом, а ведь Омега в полной мере мог и не понимать своего текущего положения, потому что рядом с ним всегда была мышка. — Руж! …Ты! — докричаться до летучей мышки было бесполезно. Искры угрожающе сверкали в разные стороны. Омега повернул голову к кричащей, а Эми в ответ постаралась улыбнуться. Руж оторвалась от дела. Она приподняла маску и вопросительно посмотрела на Роуз: — Ты что-то сказала, Эми?! Ежиха неторопливо снова приблизилась, после села рядом. — Ты всё это сама купила? — Эми указала на собранный склад вокруг. Руж убрала сварочный аппарат: — Да. Всю зарплату спускаю на Омегу. Как же тут по-другому? — Поэтому ты… Не торопишься с Наклзом? — девушка осторожно подняла глаза. Руж же, наоборот, их опустила и болезненно прикрыла. На губах блеснула добрая, очаровательная улыбка: — А, эта ехидна… Иногда и такое бывает, что ничего не мешает, а вместе быть не можете. Чудно во взрослом мире, да, милая? Эми только сейчас подумала о том, что на деле ни у кого из её друзей не было просто в отношениях. Она тешила себя мыслями, что они счастливы, ведь есть друг у друга, а Эми страдала от съедающего одиночества, позволяя чёрному волку внутри откусывать от неё кусочек за кусочком. На деле она снова судила об этом со своей стороны. Как же ей бы хотелось, чтобы их жизнь сложилась самым чудесным образом. — ...Почему? Руж убрала маску в сторону. — Какой глупый вопрос, милая. Как же я могу бросить Шедоу и Омегу? А эта ехидна никогда не покинет свой пост. Пока наши обязанности важнее, мы не сможем быть вместе, поэтому я не позволяю этому случиться. Ничего не выйдет, если приоритеты не изменятся, — Руж тяжело вздохнула. Улыбка спала с уст, и вместо неё Эми заметила сожаление и скромную тихую надежду. Если бы Наклз знал, что Руж так страдает, он бы изменился? Он бы покинул остров Ангела, оставил бы этот пост кому-то другому или пожертвовал бы собственным счастьем ради вселенской безопасности? А Руж? Если бы она оставила работу, Омегу, все свои шуточки про кражу, смогла бы она освоиться на острове Ангела и разделить с любимым его долг? Пока Омега был как маленький ребёнок, который медленно разрушался на глазах, а Шедоу необходимо было контролировать, пока опасность до сих пор существует, ничего так и не изменится. О том и была печаль Руж.

***

Здание охватил огонь, он бился и полоскал всё вокруг, словно был похож на пасть волка, которая пыталась достать до кролика в норке. Эми своими глазами видела, как пламенем покрылся диван, слышала, как взрывалась микроволновка, как охватила беда её стены, ковёр и растения. В спальне упал медведь, его туловище уже сгорело, и медленно языки огня пробирались дальше. Проход был перекрыт. Эми дёрнулась в сторону, когда огненная рука дотронулась до неё, оставляя ожог. Она пригнулась, схватилась за голову и сдавленно всхлипнула. Крыша затрещала. Дерево надломилось, повисло на последнем дыхании и затаилось, давая девушке последний шанс на побег. Дым заполнил лёгкие, Эми закашляла. Ей было жарко. Ей было холодно. Тело не слушалось. — А-а-а! — в ужасе ежиха прыгнула вперёд, вытянув руку, когда с грохотом собственный дом накрыл её. Сон смешался с реальностью, и вместо смерти под обвалом крыши, девушка болезненно рухнула на пол. — Ай… Ай… — Эми с трудом поднялась на локти и огляделась. Плечо ныло после удара. За окном поутихла метель, слабый свет с улицы проникал внутрь и освещал голый пол. Во мраке словно кто-то прятался, и стоило девушке проснуться, как он скрылся в мелких щёлках и углах. Пожар был её страшным сном. Всего лишь сном. Эми выдохнула и потянулась к сумке, которая висела рядом с кроватью. Единственное, что она каким-то чудом сумела тогда спасти вместе с телефоном. Повезло, что решила проверить звонки. Всё же не надумывать проблемы — хороший навык, полезный. — Четыре утра, — проскрипела мобианка, поднявшись и сев сразу на край кровати. Она встала так рано, могла бы ещё два часа спокойно спать. Иглы торчали в разные стороны, неопрятная причёска падала на лицо. Эми протёрла опухшие глаза, устало простонав. Скоро нужно будет увольнительную писать, отрабатывать. И раз она уже встала, чего снова ложиться? Все ели в одном месте — в столовой. Но помимо неё были ещё небольшие кухни, и одно такое помещение находилось совсем не далеко. Очерченный квадрат был заполнен уютным гарнитуром. Духовка, холодильник, шкафы и другое не менее интересное оборудование: микроволновка, чайник, кофемашина, даже тостер с пароваркой. Эми могла об этом только мечтать. Коричневое дерево сочеталось с белой плиткой. Удобные сиденья, обитые искусственной кожей, окружили стол на четыре места. Роуз нащупала в темноте выключатель. Три яркие лампы над головой осветили пространство. Ежиха прошла вперёд, изучая на ощупь ручки, стол, ощупывая каждую деталь. Кофемашина вовсе поразила. Она не осмеливалась купить небольшую такую, а здесь профессиональное электронное устройство. Только Эми не понимала, как оно работает. Ежиха наклонилась к металлическому оборудованию и стала вчитываться в надписи. Вид кофе, дозировки, зерно и молоко. Длинная трубка спускалась вниз, а рядом была закреплена плотная поварёшка с отверстиями, как у сита. — Не умеешь пользоваться? — спросил Шедоу, облокотившись о дверную раму кухни. Эми повернула к парню голову и неуверенно улыбнулась. Даже не испугалась, к своему удивлению. Шедоу вздохнул, подошёл ближе и подвинул ежиху в сторону, умело взявшись за холдер. Эми заворожённо наблюдала за его действиями, как будто находилась не в условном доме, а в очередной кофейне. — Латте? — вполне естественно спросил парень, и Эми машинально кивнула. Шедоу молча продолжил. Девушка отошла в сторону, чтобы не смущать. Оборудование зашипело, зарычало и ожило. Очнувшись от сна, розовая ежиха подошла к чайнику: — Ты за чаем пришёл? Шедоу отстранённо кивнул, будучи сосредоточенным на деле или мыслях. Эми залила чайник и поставила воду кипятиться. — Какой пьёшь? — ежиха осторожно открывала шкафчики в поисках чайных пакетиков. — Любой, — Совершенная Форма Жизни поднял на девушку взгляд и понял, что она понятия не имеет, где тут чай. — Справа от тебя дверца. Эми тут же закивала и отыскала небольшую коробку. Шедоу прыснул от смеха. — В заварочном чайнике остался чай. — А, да? Почему-то Роуз переживала из-за такой мелочи. На столе действительно стоял закрытый металлический чайник. Девушка открыла крышку, оттуда пошёл ароматный запах чёрных листьев чайного куста, потом нашла какую-то невзрачную чёрную кружку и немного заполнила её. Они с Шедоу даже не поздоровались. Для Тени это могло быть вполне себе разумеющееся, но Эми чудилось в этом что-то странное. Ежиха заполнила кружку кипятком и поставила её на стол, сев напротив. Тем не менее им нужно было поговорить. О случившемся, о настоящем. Но как начать такой разговор? Эми подложила руку под щёку и задумчиво обводила парня взглядом. Всё же Шедоу был для неё большой загадкой. Понять его сложно, узнать, что он чувствует и о чём думает, казалось нереальным даже тогда, когда Шедоу об этом говорил прямо. Как такое ему вообще удавалось? Кроме того… Эми взглянула на себя. Да она в чём проснулась, в том и вышла! Белая футболка с зелёным швом кромки, свободные серые штаны и совсем не ухоженные иголки, что торчали так небрежно, словно Эми сбежала из психбольницы и всё ещё была не в себе! Ах, и эти отёкшие красные глаза после стольких слёз! Она даже не удосужилась умыться! А ведь девушка просто не думала, что кто-то в такую рань решит выйти! Эми поспешно попыталась что-то сделать с иглами, но они непослушно продолжали выпирать, сколько бы ежиха с ними ни возилась. Эти усилия привести себя в надлежащий вид ничем не увенчались, и Эми безнадёжно опустила руки, ощущая себя так, как будто она предстала совсем в непристойном виде. Шедоу на это внимания не обратил. Парень закончил, убрал всё и поставил белую кружку перед Роуз. Она была до самых краёв заполнена горячим горьким напитком. Сам же Тень сел напротив и положил руки на свою кружку. Эми заворожённо следила за его неторопливыми, спокойными действиями, и заметила, что Шедоу тоже был одет достаточно по-домашнему — в тёмной футболке и чёрных штанах — но выглядел просто изумительно, как и обычно. — Как давно ты не спишь? — спросила Роуз. — Только встал, — ответил собеседник. Эми усмехнулась: — Но ты же успел привести себя в порядок. Значит, не только что. Шедоу оторвался от напитка и взглянул на Эми так, как будто ожидал продолжения в стиле «это была шутка!» — Я, действительно, только что проснулся. Эми чуть воздухом не поперхнулась: — Но ты не можешь выглядеть... Так идеально! Конечно, она выглядела в разы хуже. Чтобы привести себя в порядок, нужно как минимум минут пять. Уголки губ парня дрогнули и приподнялись: — Я Совершенная Форма Жизни, не забыла? Эми снова протяжно втянула воздух. Да быть такого не может. Неужели иглы Шедоу всегда были в таком состоянии, хоть убейся об асфальт? Каким средством этот ёж пользовался?! Эми нужно было это знать! Ежиха подняла кружку и коснулась её края губами. Горький горячий кофе разлился во рту и мягко придал нежной сладости. Это было так вкусно, что Эми чуть не замычала от восторга. Она давно не пила такой кофе. Но потом вернулась в реальность и поставила кружку на место. — Даже кофе вкусный! Почему ты всё умеешь?! — Совершенная Форма Жизни, — издевательски повторил ёж, невозмутимо и медленно опустошая чашку. Это было просто абсурдом! Да как такое вообще возможно?! Как можно быть во всём лучшим? Неужели этот ёж просто родился одарённым? Отчасти Эми даже понимала злость Соника. Хочется и позавидовать, и изумляться этому чуду природы. Шедоу оторвался от напитка и поставил кружку на стол. Парочка оказалась необычайно близко друг к другу, практически соприкасаясь руками. — Мне жаль за то, что произошло на площади. Обычно я не поступаю импульсивно, — Шедоу немигающим взглядом смотрел на Роуз. В голове снова всё перемешалось. Этот момент был наполнен странной атмосферой, тем самым романтичным настроением, которое уже не раз проскакивало между ними. Теперь, после предложения Шедоу, Эми была уверена, что ёж испытывал то же самое, что и она, пусть по выражению лица не скажешь. И как удачно вышло, что именно он начал этот разговор, который казался непроходимой преградой. Роуз опустила глаза на кружку кофе, а после перевела внимание на близость их рук. — Ты ненавидишь Соника? — тихо спросила ежиха. — Ненависть — громкое слово, — прикрыл глаза Шедоу. — Он меня стабильно бесит. Эми облегчённо улыбнулась. Шедоу не ненавидел Соника — это уже хорошо. Кроме того, он сам извинился. Просто так. Взгляд снова упал на кофе, и девушка вновь его отпила. Опустила сосуд на место, фаланги пальцев ребят соприкоснулись, и Эми невольно вздрогнула, словно ожидая какого-то последствия, но этого не произошло. Шедоу делал вид, что ничего не случилось, заглядывая в свою чашку. Эми предпочла сделать то же самое. Тепло его пальцев перетекало к ней. Холодные после кошмара руки ежихи соприкоснулись с чужими, которые всегда были горячими, но более не обжигали, как могли раньше. Эми придавила в себе проклятое желание взять Шедоу за ладонь и утонуть в сказочном ощущении. Совершенной Форме Жизни наверняка это не понравится. Но Эми не могла знать точно. Она не была в этом уверена. Она лишь пришла выпить кофе, а теперь позволяла ему остыть в угоду возникшей романтике. По полу раздались чьи-то тяжёлые ритмичные шаги. Ребята в ту же секунду отпрянули друг от друга, сделав вид невовлечённости. Эми поспешно заполнила рот кофе и сама себя поругала за это, ведь теперь надо было медленно проглотить горячий напиток. Шедоу безучастно отвернулся и почти встал с места. — Прошу прощения, — на кухню вошёл Абрахам Тауэр с убранными назад руками и обращался в основном к Эми: — Вы, наверное, ещё не привыкли к новому месту. Эми едва видно кивнула. — Бумаги, соглашения о неразглашении и прочее вам принесут сегодня, но, как могу предположить, до обеда у вас есть планы. Эми снова кивнула, наконец проглотив несчастный кофе. Мужчина повернул голову к агенту: — Шедоу, понесённый ущерб взяла на себя организация. Было принято решение, что ты отработаешь свои оплошности лично, начиная с этой секунды. Пройдём. Военачальник не был человеком сентиментальным и излишне разговорчивым. Так показалось Эми. Он пришёл, только чтобы отчитать Шедоу? Напомнить о том, за что он извинялся перед Роуз? Эми взволнованно посмотрела на парня. Он выглядел подавленным, поднялся и молча направился вслед за человеком. Эми хотела что-то сказать, но она не должна была опять лезть в чужие дела. Шедоу знал, чем всё обернётся, он получил наказание соизмеримое его поступкам. И девушка собрала пальцы вместе. — Ромашковый чай, — не оборачиваясь, Шедоу указал на самый крайний левый шкафчик. — Ночью тут никого нет. Эми удивлённо проводила ежа взглядом, пока чёрная шкурка не исчезла во тьме. Роуз тяжело выдохнула. Шедоу догадывался, что у неё кошмары? Откуда? Ежиха прикрыла глаза и тоскливо уставилась на кружку Шедоу. Позади неё что-то торчало. Эми осторожно передвинула предмет сервиза и изумилась увиденному. Чёрный вязаный брелок в форме ежа лежал на столе так, как будто с самого начала там был. Не веря своим глазам, Роуз подняла его за цепочку с кольцом и притянула к себе. Набитая мягким пухом, игрушка не обладала ртом или одеждой. Иглы выпирали, а чёрные бусинки-глазки смотрели прямо на неё. Тот самый ёжик, которого она так хотела заполучить, каким-то невероятным чудом оказался у Шедоу. К кольцу была прикреплена бумажка с коротким посланием «Забирай». Парень просто решил ей его подарить, словно заранее знал о её желании. Необычный сюрприз, от которого пахло лёгким деревом и домом. Эми крепко сжала вещицу в руке, наслаждаясь маленьким сокровенным подарком. Мобианка вернулась ближе к вечеру, после того, как она закончила с бюрократией на работе. В основном пострадавшие были те, кто попал в тот пожар. Оказавшиеся в ненужном месте граждане получили лёгкие увечья, и отчасти медсестра благодарила Руж, которая образумила подругу. А когда с этим было покончено, она вернулась в штаб GUN, где предпочла восстановиться в своей неприглядной комнатушке. Девушка оглядела помещение ещё раз. Руж разрешила ей делать здесь что угодно. Если она скоро станет работником GUN, то это место станет её домом? С одной стороны, не слишком удобно, она как будто живёт в коммуналке. А с другой стороны, GUN были хорошо защищены. Теперь, когда подражатели в курсе её личности, атаки можно ожидать в любой момент, когда они восстановятся. Лучше в тесноте, зато с крышей над головой. Эми приложила палец к губам. Значит так. Первым делом — ковёр. Розовый, конечно. Бесспорно, нужно установить карниз и занавески. Ещё было бы неплохо поменять плед. Если сделать ремонт, сменить обои на более дружелюбный цвет, помещение сразу станет больше. Эми бы, конечно, добавила растений и сменила рабочий стол, но это потом. Покосившись в сторону, Роуз заметила свою чёрную сумку, что подарила Руж, и подобрала с прикроватного столика брелок с чёрным ёжиком. Продела одно кольцо через другое — и вот брелок повис на новом месте. Можно начать с этого. А выглядит совсем не плохо, как и ожидалось. Раздались стуки в дверь. Дрожь пробежала по коже, напоминая недавние события, и Эми оцепенела. Нерешительное топтание по ту сторону привело в чувство. Девушка осторожно подошла почти вплотную и приоткрыла дверь. Оттуда появился Соник. — Эми, привет! — постарался весело поздороваться ёж, и Эми сразу же захлопнула дверь прямо перед его носом. Она была не готова к разговору! Нет, совсем не готова! Стоило только помыслить, что из-за неосторожности Соника она пережила в ту роковую ночь, как всё внутри перемешивалось и больно отдавало в груди. — Эми… — Соник осторожно коснулся плоскости и погладил дверь. Опущенный вниз взгляд твердил о сожалениях, что читались так же в голосе: — Эми… Я пришёл извиниться. Мне ужасно жаль, знаю, я подвёл тебя, и теперь… Это было просто немыслимо! Как он сюда попал?! Девушка скатилась вниз и села на пол, обхватив колени руками. Соник не мог тут оказаться, снова нарушал правила? — Знаю, ты на меня злишься. Я и сам себя ненавижу за то, что сделал, поэтому… Решил, что пора прошлое оставить в прошлом, как бы тяжело это ни было, — голос Соника вздрогнул. Эми сильнее вжалась в колени. Медленно пальцы Соника поскреблись по двери, заставляя слова и дальше идти изо рта: — Больше я не создам тебе проблем. Теперь GUN будут следить за моими действиями, — Соник был похож на зверя, который позволил нацепить на себя оковы и теперь до конца жизни был обязан жить в клетке. Севший голос друга был неприятен, как минимум потому, что это был совсем не Соник. — Худшее, что может случиться, — это если ты отвернёшься от меня. В его словах промелькнула лёгкая, маленькая надежда. Парень замолк, тая скупое желание, что подруга откроет дверь, но этого не произошло. Соник убрал руку от груди и безнадёжно закончил: — Понимаю… Я ещё… Навещу тебя, — последние слова сверхзвуковой ёж добавил слишком неуверенно. Тень от двери начала таять. Раздались шаги, которые через какое-то время растворились в тишине. Эми хотела бы открыть, но не могла. Она хотела бы простить, но ещё не могла говорить с ним. Дни протекали достаточно медленно. Эми работала утром, потом возвращалась домой. Ужинала. Знакомилась с работниками организации. Что бы Руж и Шедоу ни говорили, но люди тут были достаточно дружелюбными и открытыми. Потом вечером девушка помогала летучей мышке. Омега был весьма послушным пациентом, если вычесть из списка его резкие движения. Эми старалась подходить к задаче профессионально даже в таком вопросе. Ежиха прочищала шарнир, который покрылся пылью, оттого происходили зависания, а потом вставляла обратно пластину. Сильно это делу не помогало, но становилось лучше. — А ты не новичок, — ухмыльнулась Руж, всё так же разбираясь с ногами. Эми прочищала микросхемы другой руки, изучала удивительное внутреннее строение, которое для неё было подобно непроходимым джунглям. Слишком сложно. — Тейлзу помогала. Почему ты не обратилась к нему? Руж сомнительно покосилась в сторону, и Эми догадалась. Если Тейлз поможет, будет так же причастен к внутренним делам организации, как и Эми. А просить разрешения у военачальника летучая мышка, видимо, не хотела. Или же знала ответ заранее в стиле: «В вашем разговоре будет предусмотрено предложение о работе, если этот мобианец способен разобраться в изобретениях Доктора Айво?» — Когда-нибудь Омега будет способен только говорить, — тоскливо проскрипела агент. Сколько же сил подруга вложила в эти слова? Эми самой на сердце стало тяжело. Руж подняла глаза к Эми и уклончиво произнесла: — В прошлый раз я тебя так нагрузила своими проблемами, а ты ведь дом потеряла. Прости. Не бери это в голову. — Нет, что ты! — воскликнула Эми. Она только осознала свою ошибку, только поняла, как её решить, и не собиралась отступать! — Я не хочу больше думать, что раз у всех всё хорошо, то и проблем у вас нет! Я буду интересоваться вашей жизнью и вашим состоянием! Мышка широко распахнула глаза, а после мягко улыбнулась и пролепетала: — Теперь я понимаю, почему он тебе всё рассказал. — Рассказал? — испугалась Эми. — Про Марию. Про жизнь в АРК, — пояснила Руж, возвращаясь к работе в более приподнятом настроении. Эми тяжело выдохнула. Грустно, разочарованно даже. — Ты ведь тоже знаешь. Что в этом удивительного? — Но я узнала это не от него, — дополнила Руж. Эми повернула к ней голову, не имея понятия, о чём подруга говорила, но что-то в её глазах ежиха прочитала без труда. Она была счастлива. Искренне, совсем не много, но по-настоящему счастлива. — Я узнала об этом через архивы АРК, когда была двойным агентом. Сам бы этот ёжик ничего не сказал. Эми не понимала. Неужели Шедоу только ей признался? Девушка застыла в одной позе, словно пол обхватил её ноги, а воздух, подобно льдине, заковал в одном положении. Поймав это чувство, Руж заботливо, по-матерински улыбнулась ещё шире и мягко продолжила: — Я и подумать не могла, что такой замкнутый ёжик, как Шедоу, присмотрится к тебе. — ШЕДОУ ДОВЕРЯЕТ ТОЛЬКО ОМЕГЕ И РУЖ, — отчеканил робот. — Вовсе не так! — вспыхнула, как по щелчку пальцев, летучая мышка и поспешила поправить: — Теперь Шедоу доверяет и Эми. Между ними особая связь. — НО Я НЕ ВИЖУ НИКАКИХ СВЯЗУЮЩИХ НИТЕЙ, — заметил Омега. — Это образная фраза, милый! Эми не двинулась с места, она смотрела уже не на Руж, а куда-то сквозь неё. Только сейчас Эми всерьёз осознала простую истину. То, что она не могла понять, сколько бы ни приглядывалась к Шедоу. Он взаправду неравнодушен к ней. Это не заинтересованность, не ошибочное любопытство. Это нечто крепче, больше и глубже. Именно сейчас, именно к ней. Абрахам Тауэр не шутил, когда говорил, что Шедоу наказан. Было ощущение, что ежа заперли на неделю в комнате, иначе Эми не знала как объяснить, что она его всё это время не видела. От кошмаров спасал иногда ромашковый чай. Эми мало выходила из дома и не осмеливалась посещать магазины, чтобы купить что-то для интерьера. Каждый раз, когда она меняла маршрут, сердце начинало беспокоиться, и розовая ежиха спешила вернуться на проложенный путь. Отработки скоро должны были закончиться, и она, наконец, сможет приступить к реальной работе. Человеческие врачи рассказали, что у GUN есть возможность отправлять новобранцев и способных сотрудников на повышение квалификации, и это был очень неплохой институт. Эми заполняла некоторые документы и готовилась к поступлению. Совмещать учёбу и работу будет непросто, однако ей обещали помочь в освоении первое время. Кроме того, местный психолог убедил, что скоро кошмары и необъяснимый страх прекратятся, и посоветовал больше общаться с друзьями, настроиться на жизнь с чистого листа, которую она начинает тут. Как сложится дальше, Эми не знала. Но ей действительно становилось легче. Может потому, что она не прожила в том доме достаточно долго, или потому, что он сгорел не по её вине. Да и никто не пострадал. Даже её соседи получили новый участок, как ей было известно. Что было правдой, а что преувеличением — оставалось загадкой, но Роуз всё так же хотела верить в лучшее. Яркая улыбка давно не появлялась на лице розовой ежихи. Эми и забыла, как она могла улыбаться просто оттого, что этот день настал, что она в окружении друзей, и как город продолжал празднование. Роуз прикрыла рот ладонью, протяжно зевнув, пока в другой руке придерживала скреплённые листы бумаги. Было спокойно и мирно. В этом корпусе были размещены только жилые этажи, и, может, поэтому она не видела Шедоу. А что если он жил в другом блоке? Что если он тогда пришёл на ту кухню только из-за неё? Щёки налились румянцем, но девушка почти не отреагировала на это. Сильнее этого чувства была тоска. — Эми! — из-за угла показался знакомый ёж. Эми испуганно обернулась. Парень натянуто улыбался, синие иглы выглядели небрежно, а лицо осунулось. Соник торопливым шагом направлялся к ней. Эми дёрнулась и практически побежала к себе. Она была не готова ещё к разговору! Ещё не готова! — Эми! — Соник позвал подругу снова, но ежиха опять захлопнула дверь перед ним. Соник отчаянно стукнул по двери и мучительно упёрся в неё лбом. Эми сильно зажмурилась, пытаясь пересилить это невыносимое чувство, которое раздирало изнутри. Парень приоткрыл глаза, шумно выдохнув. Никогда в жизни они так не ссорились, как в этот раз. — Почему я не могу подобрать правильные слова?.. — обвинительно прохрипел друг и горестно уставился на закрытую дверь. — Я знаю, что доставляю тебе проблемы. И я так же не могу, как Шедоу, быть на поводке GUN, — Соник замолк. Эми прислушалась к внешним звукам. Она заставляла себя открыть дверь и по-человечески, как разумные мобианцы, поговорить, но тело неоспоримо не подчинялось её воле. — И поэтому… — Соник постарался продолжить, но каждые последующие слова давались всё труднее: — Я решил вернуться в Мобиус, — Соник положил второй кулак на поверхность. — В Централ-Сити за мной будет следить GUN, и я смогу видеться с тобой и Тейлзом, если, конечно, вы позволите… Со скрипом дверь открылась. За ней стояла Эми с загробным выражением лица, которое снова обещало слёзы. Местный небольшой сад не напоминал таковой. Эми его так назвала только из-за возможности выйти на улицу и посмотреть на ограду, которая защищала от внешних атак. В этом не было ничего потрясающего и уж точно ничего красивого. Голая земля, покрытая сугробами, а в трёхстах метрах — огромный железный забор. Эми села на снег и неулыбчиво уставилась вперёд, прижав ноги к груди. — Не слишком тут красиво… — пробормотал Соник, пытаясь пошутить. — Зато безопасно, — добавила Эми, опустив глаза. Попытка была провальная. Соник прикусил губу и сел рядом в такой же позе, наблюдая за неподвижной мрачной стеной. — Прости… За то, что тогда случилось. Я не знаю, что на меня нашло. Не знаю, что… Со мной всё это время… Эми посмотрела на друга. На совесть ему давила, наверное, картина последствий его же действий. Иначе не объяснишь, почему парень был настолько в отчаянии. Он сам потерялся в себе и не понимал, что делает. Взгляд девушки немного посветлел. Парень обхватил голову руками и облокотился на колени. Эми едва улыбнулась. Она ему верила. — Почему ты ненавидишь Шедоу? Только честно в этот раз, — сказала Роуз. Парень поморщился, отвёл глаза, словно в этом ему было признаться тяжелее всего. Эми повернула голову к «пейзажу» и подчеркнула: — Шедоу не ненавидит тебя. Так что же происходит на самом деле? Друг уткнулся в руки, как будто хотел спрятаться за ними от пристального ожидания Эми. — Наверное… Я и сам… Понимаю, что он где-то лучше меня… — просипел парень. Эми почти шёпотом спросила: — Почему это для тебя так важно? Соник дёрнул бровями. За руками Эми заметила зелёную радужку и болезненное выражение лица. Это было что-то личное для ежа, Эми это чувствовала всем телом. — Потому что я был героем, меня все любили, я был нужен. Если появится кто-то лучше меня, я перестану быть нужным. На меня перестанут обращать внимание. Не хочу… Остаться призраком в глазах других, — Соник напрягся всем телом. Мышцы так сильно затвердели, что кажется, могли сломать его изнутри, костяшки на кулаках выступили, и ёж сжался. Рука ежихи легла на его плечо. Под ней парень немного расслабился и стал чуть мягче. — Я не ненавижу Шедоу! — воскликнул Соник чуть ли не со слезами на глазах. — Я даже… Эггмана не могу ненавидеть! Что уж говорить про Шедоу… — Соник снова уткнулся в руки и закрыл глаза. — Несмотря на всё. Эми нежно улыбнулась. Ещё одна причина, по которой она любила этого ежа. — Прости, Соник. Я была невнимательна к твоим чувствам, — извинилась Эми. — Нет! Что ты! — выпалил Соник и так активно затряс руками, что Эми убрала ладонь с его плеча. — За что ты извиняешься?! Ты ни в чём не виновата! — Соник, просто прими извинения, — усмехнулась Эми. Парень поёжился и угрюмо согласился: — Если бы не я… Твой дом… Теперь Эми понимала. Словно Роуз давно нужно было снять чёрные очки и прочитать эти страницы под лампой, а не пытаться что-то разобрать во мраке. — Потерять свой дом в пожаре, конечно, ужасно, и я до сих пор плохо сплю ночью, но именно благодаря этому я смогла взглянуть на ситуацию в целом. Так что всё нормально. — Но это же дом! — Соник никак не мог успокоиться. — Он был… Так дорог тебе! Эми ранили эти слова. Конечно, он ей был дорог! Но уже ничего нельзя было вернуть! От того дома ничего не осталось, а что осталось, то уже не починить, да и дорого! Если у мастеров что-то и выйдет, ей об этом сообщит Руж. — Все нормально! — Эми дружелюбно стукнула парня, пытаясь привести его в чувство. Соник тревожно забегал глазами по сторонам и наконец выдохнул. Эми одарила его тёплой улыбкой, и он осмелился предложить, не поднимая головы: — Я хотел… Устроить прощальную вечеринку. Ты… Хочешь пойти? — М? А когда? — Завтра. После обеда, ближе к вечеру. Эми задумалась и пожала плечами. Завтра у неё первая смена. Сможет. — Без проблем. Соник по-настоящему улыбнулся, и Эми ответила ему тем же. — Я скучал, — слова, что давно просились вылезти наружу, наконец получили на то возможность. И было видно, как сразу легче от них становилось другу. — Я тоже, — прошептала девушка.