3. Профессор Грейнджер
10 декабря 2025 г., 17:20
Профессор Грейнджер смотрела в зеркало. Её сердце учащённо билось, но она улыбалась так широко, что щёки начали ныть. Она не считала себя особо красивой, но вынуждена была признать: выглядит она, безусловно, хорошо. На ней была мантия насыщенного пурпурного цвета. Она мягко ниспадала с плеч, и её можно было носить как расстёгнутой, так и застёгнутой, отчего весь наряд напоминал платье с накидкой. В этом облачении она казалась себе старше и солиднее, но фасон и цвет оставались современными и подходили её возрасту. Она была счастлива. Но сердце по-прежнему бешено колотилось. Через несколько минут должна была начаться церемония — и она официально станет профессором Хогвартса.
Выйдя через боковую дверь в Большой зал и остановившись рядом со столом, за которым сидели профессора, Гермиона почувствовала себя актрисой, выходящей на сцену. Она невероятно нервничала. Она даже не знала, существовал ли определённый порядок рассадки.
Хагрид, сидевший в дальнем конце стола, улыбнулся ей. Гермиона попыталась ответить улыбкой, но затем взгляд её скользнул к креслу директрисы. Рядом с МакГонагалл сидел Снейп. А место рядом с ним было пустым. Конечно, оно было пустым. Как могло быть иначе? Профессор Стебель ободряюще кивнула, и Гермиона, смирившись с судьбой, прошла к свободному месту и опустилась в кресло между своим бывшим учителем травологии и бывшим преподавателем зельеварения.
Последний не удостоил её даже взглядом. Хоть он и не выглядел откровенно враждебным, но смотрел на зал с бесстрастием, граничащим со скукой.
— Ты прекрасно выглядишь, моя дорогая, — сказала сидевшая рядом Стебль, и Гермиона с улыбкой повернулась к ней.
— Большое спасибо, профессор. Но я ужасно нервничаю!
— О, это совершенно нормально. В мой первый день в качестве профессора я не смогла проглотить ни кусочка. Увы, продлилось это недолго, — она весело рассмеялась, похлопав себя по округлому животу.
Гермионе удалось избежать неловкости и не сказать ничего в ответ, потому что в следующий миг дверь в Большой зал распахнулась, и внутрь ввалилась огромная толпа первокурсников во главе с МакГонагалл. Гермиона до сих пор помнила это ощущение. Как она была взволнована и счастлива, когда Распределяющая Шляпа отправила её в Гриффиндор. Теперь же она радостно аплодировала, когда каждого ученика сортировали по факультетам, стараясь запомнить пару имён.
Она украдкой взглянула на Снейпа. На его лице читалась отстранённая вежливость, но ни тени увлечённости или радости. Ей стало интересно, зачем он здесь. Почему он решил остаться преподавать в Хогвартсе, если было очевидно, что это не доставляет ему никакого удовольствия. Гермиона твёрдо решила не позволять ему испортить свой день.
— Дорогие студенты! — голос МакГонагалл заставил затихнуть ропот и бормотание. — Добро пожаловать в новый учебный год в Хогвартсе! Прежде чем мы приступим к пиру, я хочу объявить о пополнении в нашем коллективе. Я рада сообщить, что профессор Снейп вернулся в Хогвартс и вновь займёт пост преподавателя зельеварения.
По залу прокатились аплодисменты. Гермиона окинула взглядом столы. Не все студенты выглядели довольными, но хлопали абсолютно все. Казалось, его все уважали. Слизеринцы не скрывали своей радости по поводу его возвращения.
— Но это ещё не всё, — продолжила МакГонагалл. — Как вы видите, Гермиона Грейнджер теперь тоже часть нашего коллектива. Она будет преподавать зельеварение ученикам с первого по четвёртый курс.
Аплодисменты раздались вновь, и на этот раз гриффиндорский стол гремел громче всех. Гермиона покраснела до корней волос и вежливо склонила голову.
— А также поприветствуйте профессора Праудфута, нового преподавателя Защиты от Тёмных Искусств.
На этот раз аплодисменты были сдержаннее. Гермиона ещё не успела обменяться с ним ни словом; она знала лишь, что он бывший аврор, лет пятидесяти, как она предполагала.
После того как директриса напомнила о школьных правилах, пир начался. Гермиона поняла, как сильно проголодалась, лишь когда на столах появились различные деликатесы. Она с удовольствием наблюдала, как профессор Стебль, сидевшая справа, с аппетитом приступила к трапезе. Сама же она чувствовала себя скованно, когда ела рядом со Снейпом, и сама не знала, почему — это же было… естественно. Возможно, потому, что никогда раньше не видела, как он ест. Краем глаза она заметила, как он положил себе на тарелку картофель и овощи, и последовала его примеру. Она была бесконечно благодарна Стебль, которая то и дело задавала ей вопросы «Правда ли, что в Ильверморни такая же вкусная еда?» или делилась комментариями «Праудфут был одним из авроров, охранявших Хогсмид во время битвы за Хогвартс».
Однажды она всё-таки попыталась завести разговор со Снейпом, но безуспешно. Она не знала, то ли ему стало неловко от затянувшегося молчания между ними, то ли МакГонагалл пнула его под столом, но через некоторое время он заговорил.
— Кто был вашим наставником в Ильверморни? — спросил он, пока студенты наслаждались десертом. — Стелла Виридиан?
Гермиона удивленно посмотрела на него.
— Да. Вы её знаете?
— Конечно, знаю.
— Если не секрет, откуда?
— С Международной конференции по зельеварению.
— Я никогда о ней не слышала.
— Она проводится ежегодно.
Любопытство Гермионы вспыхнуло, но она не хотела дальше расспрашивать Снейпа. Предположительно, там представляли новые зелья и рецепты, и происходил обмен знаниями. По крайней мере, так обычно происходило на конференциях.
— Звучит интересно, — сказала она.
— Время от времени, — ответил Снейп. — В основном — довольно утомительно.
— Профессор Виридиан никогда вас не упоминала.
— А с чего бы ей это делать?
Гермиона сделала глоток тыквенного сока. Мысли о Снейпе, конечно же, иногда всплывали у неё в Ильверморни. Странно, но Стелла Виридиан никогда его не комментировала. Не упоминала, что знакома с ним, и не задавала никаких вопросов. Даже другие профессора порой проявляли любопытство: «Правда ли, что этот Снейп был шпионом?», «Каково это — учиться у Пожирателя Смерти?», «Доверяете ли вы ему?». Однако мастер зелий ни разу не обмолвилась о нём — ни хорошим, ни дурным словом.
Гермиона посмотрела на Снейпа сбоку, внимательно изучая его резкий профиль. Скулы такие острые, что, кажется, о них можно пораниться. Всё в его лице — нос, лоб, даже губы — было чётко очерчено, будто нарисовано карандашом. Если не знать, что Снейп происходил из бедной маггловской семьи, можно было бы подумать, что черты его лица аристократичны, подумала Гермиона. Затем она отвела взгляд и снова сделала глоток тыквенного сока. Во всём этом была виновата Виолет — это из-за нее она вообще заметила нечто подобное!
***
Гермиона быстро привыкла к роли профессора и сама удивлялась, как весело ей было преподавать. Особенно первокурсникам. Они были такими юными и невинными — и такими крошечными, что Гермионе казалось чудом, когда она вспоминала о том, что пережила с Гарри и Роном уже в первый год своего пребывания здесь. Она надеялась, что ни одному из её учеников не придётся побеждать трехголовую собаку или играть в шахматы в натуральную величину, не говоря уже о встрече с Тёмным Лордом. Она сделала бы всё возможное, чтобы защитить студентов Хогвартса и передать им как можно больше знаний. Решение разделить кафедру зельеварения становилось всё более практичным, поскольку она не знала, будут ли старшекурсники воспринимать её всерьёз из-за небольшой разницы в возрасте. После первых двух недель работы в Хогвартсе Гермиона была вполне довольна и счастлива. За исключением, конечно, ситуации со Снейпом. Она не ожидала, что они станут друзьями, но надеялась на что-то вроде коллегиальных отношений. Возможно, она была слишком нетерпелива. За те шесть лет, что Снейп её учил, он её недолюбливал, так что ожидать, что она вдруг понравится ему за две недели, было бы наивно. Поэтому их общение ограничивалось лишь мимолётными приветствиями во время обеда в Большом зале и редкими встречами в коридорах или подземелье. В хорошие дни тон Снейпа был вежливым, в не очень хорошие — холодным, а в плохие он просто игнорировал её. Гермиона старалась не принимать это близко к сердцу, но для неё была важна гармония. И были моменты, когда ей хотелось попросить совета у мастера зелий. Или узнать его мнение. Но она этого не делала. Снейп же, напротив, не стеснялся критиковать её действия без спроса. Однако вместо того, чтобы дать дельный совет, он позволял себе лишь мимолётные замечания, которые обычно повергали её в замешательство. Например, однажды, когда она проверяла эссе в учительской, он внезапно остановился позади неё. — Вы никогда так не закончите, — заметил он и вышел из комнаты, его мантия развевалась за спиной. Гермиона несколько раз переводила взгляд с двери на свои эссе. — Можно? — спросил профессор Флитвик. Гермиона кивнула. Учитель магии сел на свободный стул рядом с ней и пробежался глазами по её правкам. — Вы очень подробны в своих комментариях. Опыт показывает, что студенты учатся лучше, если вы лишь намекаете на правильное решение, а не расписываете его полностью — так они потом сами над ним задумаются. К тому же это отнимает много времени, если делать это для каждого эссе. Именно это Северус и пытался вам сказать. В долгосрочной перспективе так продолжаться не может. — Вы правы, — сказала Гермиона. — Большое спасибо, профессор. На третьей неделе, в день своего рождения, Гермиона пришла в Большой зал пораньше, чтобы позавтракать. Она не знала, известно ли коллегам о её дне рождения, и не хотела привлекать к себе внимание. Снейпа ещё не было, с облегчением заметила она, поэтому села чуть поодаль и съела тарелку каши с фруктами. — С днём рождения, дорогая, — вдруг сказала директриса, улыбаясь и положив руку ей на плечо. — Неужели надеялась обойтись без поздравлений? — О, спасибо вам большое, профессор, — искренне улыбнулась Гермиона. — Да, возможно, я на это и надеялась. — Планируешь что-нибудь приятное на сегодня, когда уроки закончатся? Гермиона покачала головой. — Нет, Гарри и Рону сегодня нужно работать, мы встретимся в выходные и наверстаем упущенное. — Понятно, — сказала МакГонагалл. — А что с вашей американской подругой? Она снова уехала? — Виолет сейчас во Франции. Задержалась немного дольше, чем планировала, но вернётся в субботу и проведёт здесь ещё несколько дней. — Похоже, у вас будут хорошие выходные. — Она снова похлопала её по плечу. — Надеюсь, сегодня у тебя будет приятный день. — Спасибо! День и вправду выдался приятным. Никто не взорвал свой котёл на уроке и не пролил едкое зелье на колени однокурсника — обо всём этом её предупреждала профессор Виридиан, да и в школьные годы она с таким сталкивалась регулярно. На день рождения она получила от друзей письма с обещаниями вручить подарки лично. Она не возражала против работы в свой день рождения — в конце концов, это часть взрослой жизни, — но и проводить этот день в полном одиночестве ей тоже не хотелось. Поэтому она собрала эссе, которые планировала проверить, в сумку и направилась в учительскую. Переступив порог, она замерла на месте: почти весь преподавательский состав Хогвартса собрался вокруг стола, на котором красовался торт. Первым поднялся Хагрид, отчего посуда задребезжала. — С днём рождения, Гермиона! — восторженно крикнул он. — О… — удивлённо выдохнула Гермиона, а затем не знала, смеяться ей или плакать от волнения. В итоге вышло и то, и другое. Ей жали руку и хлопали по плечу, осыпали дружескими «С днём рождения!» и вежливыми «Поздравляю!». Гермиона только и успевала благодарить и затем приняла тарелку с огромным куском торта. — Сколько тебе исполнилось, дорогая? — спросила профессор Стебль и снова принялась за торт. — Двадцать один, — ответила Гермиона. — Двадцать один, — повторила мадам Помфри. — Я уже и не припомню, что это за возраст. — Хм, — сказал профессор Флитвик, повернувшись к Снейпу. — А сколько вам было, Северус, когда вы начали здесь преподавать? — Двадцать один, — последовал ответ. — Значит, Гермиона Грейнджер вас превзошла. Снейп позволил себе тонкую улыбку, в то время как сердце Гермионы упало. Отлично. Ещё одна причина для его неприязни. Профессора переговаривались между собой, куски торта таяли, и постепенно учительская опустела. — Вы останетесь? — спросила МакГонагалл, вставая и убирая остатки угощения. — Да, мне нужно проверить ещё несколько эссе, — ответила Гермиона. — Что ж, надеюсь, вы быстро закончите. — МакГонагалл направилась к двери. — Профессор, — окликнула её Гермиона. — Спасибо! Это был очень приятный и милый сюрприз. Я не ожидала. Директриса улыбнулась. — Так уж у нас заведено, Гермиона. Мы держимся друг за друга. МакГонагалл кивнула и вышла, закрыв за собой дверь. Гермиона с радостью достала перо.***
Она поняла, что заснула, только когда её разбудило прикосновение к плечу. Медленно подняв голову, она моргнула. Она всё ещё была в учительской. Должно быть, она спала довольно долго, потому что огонь в камине почти догорел. Она села и застонала от боли, потом схватилась за затекшую шею и медленно подняла глаза. Снейп стоял рядом и смотрел на неё сверху вниз. Гермиона молилась, чтобы она не обслюнявила эссе. — Профессор, — устало произнесла она. — Простите, я, кажется, заснула. За что, собственно, ей было извиняться? Она больше не студентка, которую он застал ночью за учёбой вне общей комнаты. Она могла засыпать, где ей вздумается. Снейп ничего не сказал. Вместо этого он поднёс руку к её подбородку и слегка развернул её голову. Щёки Гермионы мгновенно вспыхнули от этого неожиданного прикосновения. — Безоар содержится в кишечнике козы, — прочёл он. — Термин происходит из латыни и означает противоядие. Его можно использовать в зельях для приготовления лекарства. — Снейп убрал руку. — Три ошибки в трёх предложениях. Пожалуйста, скажите, что эти строки написаны первокурсником. Гермиона несколько раз моргнула в замешательстве, затем кивнула. — Да. Да, это работы первого курса. Мы проходили... противоядия. — Что ж, — уголки его рта едва заметно приподнялись. — Не каждый первокурсник стремится выучить наизусть все учебники до начала занятий. Гермиона не смогла понять, было ли это оскорбление или комплимент в её адрес. — Возможно, вам стоит удалиться в свои покои. Пивз порой умудряется сюда пробраться. Будет очень жаль, если эссе окажутся в огне. Кроме того... — он перевёл взгляд на её шею, — там, наверное, удобнее. И, взметнув мантией, он исчез. Едва дверь закрылась, Гермиона вскочила и бросилась к маленькому зеркалу над умывальником. Она громко вздохнула, глядя на своё отражение: на правой щеке красовался отпечаток текста, над которым она заснула. Она провела по нему рукой, но лишь размазала чернила. Облокотившись на раковину, она опустила голову. Конечно, это должен был быть именно Снейп — он и никто другой нашел ее в таком состояние. Даже интересно, что он делает в учительской в такой час. Она вернулась к столу, собрала эссе и сунула их в сумку. Затем снова взглянула на торт, оставшийся на буфете. Она точно помнила: когда коллеги уходили, там оставалось три куска. Теперь же их было только два. Гермиона невольно улыбнулась. Комментарий автора: Идея о том, что Северус втайне любит сладости, кажется мне невероятно очаровательной. Читайте следующую главу: Возвращение Виолет!
