Клетка

Массивные двежды распахнулись с такой силой, что одна из них, заскрипев, так и осталась стоять под неестественным углом. В проеме, задыхаясь от слез, стояла Чарли. Её  пиджак был помят, а подведенные глаза расплылись в чёрные, мокрые пятна. - Папа! - её крик был полон такого ужаса, что даже самые чёрствые постояльцы отеля отвлеклись от своих занятий. - Они… они… Она не могла говорить дальше, слова застревали комом в горле. Вэгги, пытавшаяся её утешить, беспомощно обнимала её за талию, бормоча что-то успокаивающее. Люцифер материализовался в центре зала словно из ниоткуда. Его лицо, секунду назад выражавшее лишь привычную скуку, исказилось паникой. Он бросился к дочери, схватив её за плечи. — Чарли! Крошка, что случилось? Кто тебя обидел? Говори!  - Р-рай… - выдохнула Чарли, всхлипывая. - Совет… они сказали… что мои аргументы не подходят… что отель насмешка… - Она сглотнула ком в горле, пытаясь выговорить самое страшное. - И что… что они не видят смысла больше ждать. Истребление… они перенесли его. Оно начнется через полгода. Все замолчали, не смея произносить и слова. Надежда, которую Чарли так яростно пыталась разжечь, была не просто растоптана. Ей воткнули нож в спину те, от кого она ожидала поддержки. Люцифер застыл. Его пальцы всё ещё сжимали плечи дочери, но взгляд был устремлен в пустоту. Он, Король Ада, был проигнорирован. Его дочь унизили. Его власть была выставлена ничтожной. - Через полгода? - тихо переспросил он. В этот момент из сгустившейся тени у лестницы плавно выплыл Аластор. Его лицо было невозмутимой маской, но красные глаза пристально изучали сцену: рыдающую принцессу, окаменевшего короля, охваченных паникой грешников. - Какое опрометчивое решение с их стороны - раздался его ровный голос, нарушивший оцепенение. Все взгляды, включая залитые слезами глаза Чарли и горящий взор Люцифера, устремились на него. Улыбка Аластора была тонкой, как лезвие бритвы, и абсолютно лишенной тепла.  -О, это их собственная трусость. Они увидели искру настоящей перемены и предпочли затушить её, пока не занялся пожар. Я думаю, что мы сможем дать им отпор. - Его слова были обращены к Люциферу, но сказаны они были для Чарли. Он подошел ближе, его трость отстукивала четкий ритм по мраморному полу. - Они не просто отвергли ваши идеи, Шарлотта. Они лишь запуганные консерваторы, дрожащие над своим статусом. Люцифер наблюдал за этим молча. Ярость в нём не утихла, но теперь он внимательно слушал. - Что… что мы будем делать? - прошептала Чарли, вытирая глаза. - Мы? - Аластор мягко парировал, наконец обратив к ней свою леденящую улыбку. - Мы будем сражаться. - Он повернулся к Люциферу. - Они ударили по вашей дочери, ваше величество. Они посчитали, что у вас не хватит воли, чтобы ответить. - Ошибаются - тихо произнес Люцифер, и в его голосе впервые за долгие годы зазвучали отголоски того могущества, что когда-то потрясало основы мироздания. - Они думают, что имеют дело с наивной девочкой. Они забыли, кто её отец. Аластор склонил голову, было не понятно, насмехается он или пытается подбодрить - Разумеется. Позор, что им потребовалось такое грубое напоминание. - Не плачь, крошка - Люцифер положил руку Чарли на голову, но его взгляд был прикован к Аластору. - Они хотят войны? Хотят показать силу? Тогда мы покажем им ад. *** Путь в квартал каннибалов был похож на погружение в кошмар, хотя внешне все было не так плохо. Кружевные занавески на окнах казались неестественно белыми на фоне вечной мглы, а позади мелькали силуэты, наблюдавшие с любопытством. Аластор шел впереди, его осанка была безупречной, но Чарли, шедшая сзади, заметила, как напряжены его плечи. Его уши, обычно уверенно поднятые, были слегка прижаты к голове. Наконец они остановились у особняка, который затмевал все остальные своим изяществом и неестественной чистотой. Прежде чем Аластор успел поднять руку, чтобы постучать, массивная дубовая дверь бесшумно отворилась. В проеме стояла Рози. Ее улыбка была широкой, гостеприимной, но в ней не было искренности. - Аластор, дорогой! - ее голос был сладким, как удушающий сироп. - Оу, и принцесса тут. Добро пожаловать, очень большая честь познакомиться с вами! - Она осмотрела обоих, явно не желая видеть принцессу у себя на пороге. - Здравствуй, Рози - его голос прозвучал безупречно вежливо, но без привычной ему дерзости. - Мы пришли обсудить дело, которое может представлять взаимный интерес. - Ну конечно, конечно, проходите, мои дорогие! - Рози отступила, жестом приглашая их в гостиную. Чарли, стараясь не выдать нервной дрожи и последовала за ней, Аластор был на полшага сзади, как тень. Он не смотрел на Рози прямо, его взгляд был устремлен куда-то в пространство перед собой. Для Чарли, видевшей его лишь самоуверенным хозяином положения, это молчаливое, покорное поведение было шокирующим. Она не знала причины, но инстинктивно чувствовала, что здесь что-то не так. - Так о чем же пойдет речь, моя дорогая? - Рози усадила их на диван и устроилась напротив, сложив руки на коленях. Ее глаза, скользнув по Аластору, будто ставя невидимую галочку, устремились на Чарли. И принцесса Ада начала свою речь. Она говорила об угрозе, об ангелах, о необходимости объединиться, о том, что если падет отель, волна истребления может накрыть и их квартал. Она вкладывала в слова всю свою страсть и убежденность. Рози слушала, ее улыбка не дрогнула ни на миллиметр. Когда Чарли закончила, в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тиканье старинных часов. - Милое дитя - наконец произнесла Рози, и ее голос был полон фальшивого сочувствия. - Ты просишь моих людей умереть за твою идею? Рискнуть своей второй смертью. А что предложишь ты взамен? - Рози плавным движением руки указала на занавешенное окно, за которым смутно угадывались силуэты прогуливающихся обитателей квартала. - Мои дорогие соседи существа со своим собственным разумом. Я не тиран, чтобы отдавать приказы. Если твоя идея действительно имеет ценность, ты должна суметь донести ее до них сама. Удачи, моя дорогая. - С этими словами Рози плавно поднялась и, кивком головы приказав Аластору следовать за собой, вышла в соседнюю комнату - кабинет, заставленный дорогими безделушками. Дверь прикрылась, оставив Чарли одну в огромной гостиной. Сердце колотилось где-то в горле. Она осталась наедине с незнакомой средой, и не факт, что безопасной. Сделав глубокий вдох, Чарли вышла на улицу, на площадь перед особняком. На нее тут же уставились десятки пустых, голодных глаз. Каннибалы медленно окружили ее, не скрывая любопытства. *** Тем временем в кабинете Рози царила иная атмосфера. Хозяйка каннибалов опустилась в кресло, с наслаждением потягивая темно-красную жидкость из хрустального бокала. - Ну, дорогой - начала она, глядя на Аластора, застывшего у камина. - Ты, кажется, слишком увлекся своей новой ролью. Забываешь, кто дал тебе силу, чтобы играть в управляющего. Аластор не ответил. Его улыбка была натянута до предела, а пальцы с такой силой сжимали микрофон, что казалось, он вот-вот треснет. - Не забываю - его голос прозвучал ровно, но прижатые уши выдавали напряжение. - Надеюсь, что так - Рози сладко улыбнулась. - Потому что твоя следующая задача, это не дать наивной затее принцессы потерпеть полное фиаско. Но и не позволить ей одержать решительную победу. Растяни это противостояние. Заставь Короля вложить в это все силы. Люцифер, загнанный в угол и отчаянно сражающийся за свою дочь - она сделала небольшую паузу - он станет куда более сговорчивым. И уязвимым. Взгляд Аластора на мгновение метнулся к зашторенному окну, за которым слышались приглушенные возгласы и голос Чарли. Он видел в этом хаосе потенциал, да. Но контроль Рози, эти невидимые поводки, вызывали в нем исключительно отрицательные эмоции - Я понял - сквозь зубы произнес он. - Прекрасно, ты хороший пес - Рози удовлетворенно отпила из бокала. - А теперь иди, присмотри за нашей милой принцессой. Уверена, у нее там не все гладко. *** На площади дела у Чарли шли действительно из рук вон плохо. Ее слова об искуплении и надежде встречали лишь равнодушные усмешки и откровенные насмешки. - Нам и здесь хорошо! - кричал один. - Ангельское мясо, говоришь? А оно хоть вкусное? - интересовался другой. - почему мы должны рисковать жизнью ради тебя? - прозвучал особенно громкий и неприятный голос. Толпа сомкнулась вокруг Чарли теснее. В воздухе запахло агрессией. Она, отступая, наткнулась на чью-то грудь и обернулась. Это был Аластор. Он стоял, все так же улыбаясь, но его тень вдруг резко вытянулась и ударила по земле перед самыми дерзкими каннибалами, заставив их отпрянуть. - Давайте сохраним хоть каплю приличия, друзья мои - его голос прозвучал громко и властно, на мгновение заглушив гул толпы. - Принцесса все же наш гость. - Он не стал помогать ей с речью. Он просто создал пространство, щель, в которой она могла дышать. И этого оказалось достаточно. Чарли, дрожа от адреналина, снова начала говорить. Но теперь она говорила не об искуплении. Она говорила о чести. О силе. О том, что они, каннибалы, самые стойкие обитатели Ада, и только они могут дать отпор небесным захватчикам, которые считают всех  грешников лишь грязью под ногтями. И это сработало. Сначала один, потом другой, потом десяток пар глаз загорелись не интересом к спасению, а мрачной решимостью защитить свою территорию, свою добычу, свою гордость. Когда они с Аластором покидали квартал, за их спинами уже формировался отряд добровольцев. Это была не армия, но хотя бы что-то. - Спасибо - тихо сказала Чарли, когда они вышли на относительно безопасную улицу. - Ты мне очень сильно помог  Аластор посмотрел на нее, и его улыбка на этот раз показалась ей чуть менее натянутой. - Всегда к вашим услугам, моя дорогая  *** Возвращение в отель было похоже на возвращение в другую реальность. Чарли, с пошатывающейся от усталости и нервного напряжения походкой, переступила порог фойе, за ней вереницей тянулись мрачные, но полные решимости фигуры добровольцев-каннибалов. Они нестройной толпой расположились у стен, безмолвно и оценивающе оглядывая роскошные, но чужеродные для них интерьеры. И тут ее взгляд упал на Вэгги. Она стояла, сияя от гордости, рядом с ящиками. -Вэгги! - взвизгнула Чарли, подпрыгивая на месте. - Это же ангельское оружие! Но как ты смогла его добыть? -Не важно, главное, что оно есть. И в этот момент Чарли их увидела. Они стояли чуть поодаль, у лестницы, собравшись в тесную, но сплоченную группу. Хаск, ниффти и Энжел забивали окна досками, старались укрепить стены. Сэр Пентиус важно выпятил грудь, держа в руках вместо трости подобранную где-то металлическую трубу. «За честь и процветание заведения, леди Шарлотта!» - провозгласил он, и его комичная фигура вдруг показалась Чарли невероятно отважной. Черри Бомб, ехидно ухмыльнулась и потянула за чеку у одной из своих самодельных бомбочек, раздалось угрожающее шипение. - Что, куколка, думала, мы тебя одну в этой мясорубке оставим? - сказала она, и в её голосе не было привычного подтрунивания. - Пусть эти пернатые засранцы готовятся ко встрече. Вот тогда Чарли и расплакалась. Не от отчаяния, а от переполнявшей ее любви и благодарности. Они не ушли, а остались. Все они стали ее странной, но прекрасной семьей. Ее армией. Она вытерла слезы и обвела взглядом всех собравшихся - Хорошо - сказала она, и ее голос больше не дрожал. - Тогда давайте покажем им, что такое настоящий Ад. Не тот, что они придумали. А тот, что мы защищаем. Все вместе. *** Вечно красное небо прорезали лучи света, из открывшейся дыры вниз устремились сотни ангелов. Их стройные ряды были полной противоположностью хаотичной обороне, которую успели выстроить обитатели отеля. И первым рубежом обороны стал щит Аластора. Темный купол накрыл территорию отеля. Первые волны экзорцистов, подобно метеоритному дождю, обрушивались на него и рассыпались в клочья ослепительной пылью, их клинки и копья ломались о непробиваемую стену из магии Вуду. Изнутри доносились возгласы грешников и крики экзорцистов, запертых под куполом. Аластор стоял на крыше, его плечи были напряжены. Он был дирижером этого оркестра. Но свет не ослабевал. Волны накатывали снова и снова, и с каждым ударом щит терял свою плотность, руны меркли, а дыры становились все больше, хоть со временем и затягивались. - Он не вечен! - крикнула Чарли, уже готовясь к еще большему напору ангелов. В бой вступили другие. С балконов и окон отеля чертил замысловатые траектории огненный шквал Черри Бомб, чьи самодельные взрывчатки заставляли ангелов терять строй. Рядом с ней, прикрывая ее, работали Хаск, методично отстреливавшийся из своего оружия, и Энджел Даст, чьи пулеметы плевались пулями из ангельской стали. Ниффти, сжав в руке нож, с диким взглядом высматривала добычу. А внизу, у самого подножия отеля, шла самая жестокая и молчаливая работа. Каннибалы Рози, ведомые не идеей искупления, а инстинктом охотника и обидой за вторжение на их территорию, встретили тех экзорцистов, кому удалось прорваться сквозь дыры в щите. Бой был безмолвным и ужасающим - клыки и когти против сияющих клинков, ярость против дисциплины. Но щит Аластора не сможет долго выдержать такие атаки. Трещины поползли по его поверхности, как паутина. - Держись, Улыбашка! - прокричал с балкона Энджел, но его слова потонули в оглушительном грохоте. - Ну и что это за херня? -  голос, полный самодовольства, легко прошел сквозь барьер.- девочки, кажется, тут кто-то решил поиграть в защитника! Скучно!  - удар Адама был решающим. Купол Аластора треснул с оглушительным грохотом, словно лопнуло гигантское зеркало. Аластор отшатнулся, едва удерживаясь на ногах. Силы, поддерживавшие щит, покинули его, оставив ощущение пустоты. - Ну вот, уже лучше! - Адам с усмешкой пикировал вниз, но его цель была не грешники у входа. Его взгляд, полный презрительного любопытства, устремился на крышу, на высокую фигуру с микрофоном. - Эй, ты! Выглядишь круто, давай, позажигаем - Адам с ревом взмыл вверх и обрушился на крышу отеля. Аластор встретил его, его микрофон, превратившись в острейшую тень, парировал первый удар гитары-меча. - Насколько же ты предсказуем - прошипел Аластор, его улыбка стала оскалом. Его атаки были быстрыми, тени кружили вокруг Адама, пытаясь найти соабое место. - Вечный солдат, следующий приказам. Тебе никогда не надоедало быть пешкой? - Я первый! Я образец! - рявкнул Адам, отвечая мощным взмахом, который заставил Аластора отскочить. - А ты просто грешник с пафосной палкой! Ты не можешь так меня называть! - Ох, Адама явно задели слова Аластора. Кто в здравом уме назовет его, первого, мать вашу, человека, пешкой!?  Они сошлись в бешеном танце на краю крыши. Аластор использовал свою скорость и иллюзии, заставляя тени копировать себя, но сила Адама была грубой, неуправляемой. Он просто бил все, что видел, у него не было цели сохранить отель целым. Каждый удар его гитары отзывался в костях Аластора глухой болью. Он понимал, что проигрывает. Это была не дуэль, это было избиение. И тогда, в самый разгар их схватки, Адам нашел открытие. Сияющий клинок гитары, описав дугу, прошел сквозь тени Аластора и с легкостью рассек ему грудь. - Неплохо - выдавил Аластор, и его голос сорвался на шипение. Он больше не мог держаться. Отступив в клубящуюся тень, он оставил Адама одного на крыше, почувствовав унизительный вкус поражения. - Слабак! - фыркнул Адам, поворачиваясь спиной к месту, где только что был его противник. Именно в этот момент отчаянный крик Черри Бомб прорезал шум битвы: "Пентиус, нет!" Сэр  Пентиус в первый, и наверное последний раз поцеловал Черри бомб, и в спешке забрался в дерижабль, поднимаясь на нем в воздух -за отель! Активировать луч смерти - протрубил он и направил неуклюжий аппарат прямо на Адама. Адам обернулся и расхохотался. - Серьезно? Почему змеи так тянутся ко мне? - Он даже не стал уклоняться. Легкий взмах гитары,  и ослепительный луч света пронзил дирижабль насквозь. Взрыв был мгновенным Огненный шар поглотил и корабль, и его капитана. Сэр Пентиус не успел издать ни звука. Черри Бомб, стоявшая внизу, застыла с широко открытым глазом, по ее лицу потекли слезы. - Ну что, кто следующий? - весело крикнул Адам, паля по всем, кого видел внизу. И тут воздух сгустился. Не так, как под щитом Аластора, а иначе. Непонятно откуда, но по земле начали бить молнии, заставляя всех, и грешников, и экзорцистов, замереть на месте. Люцифер подлетел к Адаму, он явно не готов был прощать ему, что его дочь тронули. - Ты... - его голос был тихим, но он прозвучал в ушах каждого присутствующего - тронул мою дочь. Уничтожил мое имущество. Убил моих подданных. - про подданных было конечно лишнее, все же подданные Люцифера только адорожденные существа. А грешники для него были не больше, чем кучкой болванов. Но сейчас даже их ему хотелось защитить. Адам на мгновение опешил, но тут же собрался. - Ну наконец-то выполз из своей норы, папочка! Что, посмотреть, как я навожу порядок в твоем саду? Люцифер парировал в воздухе, остановился напротив Адама. - Знаешь, Адам, я тут подумал. - он сделал театральную паузу, облетая Адама по кругу, ловко уворачиваясь от его атак - У тебя было две жены. И обе предпочли меня. Ты поэтому так на меня настроен, м? Я задел твое достоинство, да? Ярость Адама была мгновенной и слепой. - ЗАТКНИСЬ! - он ринулся в атаку, его гитара вычерчивала в воздухе ослепительные дуги. Но теперь он столкнулся с силой, против которой его мощь была ничтожна. Люцифер не уворачивался. Он играл с Адамом, как кот с мышкой. - Ты ошибка! - рычал Адам, отчаянно атакуя.- Недоразумение! Бог пожалел, что создал тебя! - Он не одинок в своих сожалениях, – ответил Люцифер и, наконец, предпринял одно-единственное атакующее движение. Он не стал использовать магию или ангельское оружие. Он просто влетел в Адама, ударив кулаком в лицо, от чего первый человек со свистом полетел вниз и приземлился возле отеля. Он врезался в мостовую, образовав глубокий кратер. Его гитара с треском сломалась. Он лежал, оглушенный, а когда поднялся, все равно не думал унять свои позывы. Все же ему грех гордыни подошел бы больше, чем Люциферу. Падший жил себе спокойно с любимой девушкой, завел ребенка. А Адам до сих пор не может смириться, что Люцифер в чем-то превосходит его. - Я, блять, первый человек! Вы все пошли от меня! Какого х-..! Кха.! И тут из тени, припав к земле, вынырнула Ниффти. Не произнеся ни слова, она вскочила на спину поверженному архангелу и с диким криком начала с остервенением вонзать свой нож в его спину. Раз за разом. Снова и снова. - Прекрати! Отстань от меня, блядское отродье! - хрипел Адам, пытаясь сбросить ее, но его силы были на исходе. Но было уже поздно. Клинок Ниффти нашел свою цель. Свет, исходивший от нимба Адама, погас. Первый Человек, предводитель экзорцистов, затих. С его смертью оставшиеся экзорцисты, лишившиеся командира и воли к борьбе перед лицом разгневанного Короля Ада, обратились в бегство. Небо над адом снова стало багровым. Люцифер медленно опустился на землю. Он подошел к Чарли, которая, вся в крови и пыли, стояла, обняв Вэгги. Та немало пострадала, лют проткнула ей руки, чуть не отрубила голову. Но все же ей удалось выбраться, оставить Лют живой. Люцифер молча обнял дочь и Вэгги, как бы обещая, что теперь никогда не пропадет. Битва была выиграна. Цена оказалась немыслимо высокой. Отель разрушен, вокруг лежали тела павших грешников, а в небе медленно рассеивался дым. Победа пахла пеплом и кровью.  И где-то на краю пентаграммы зализывал свои раны и строил новые планы тот, для кого эта битва была лишь первым актом в великой игре. Аластор выжил, ангелы не помешали его плану, отель почти сохранился. Игра продолжалась.