Клетка

Поиски были лихорадочными. Люцифер не призывал адорожденных демонов, не рыскал с войсками. Он пытался почувствовать. Его божественная сущность, та самая, что лежала в основе всего Ада, растягивалась, как паутина, пыталась уловить знакомую магию. Но ничего. Только гул миллиона грешных душ, крики насилия, пьяный смех и плач отчаяния. Бессмысленный шум, в котором тонуло всё, что он искал. Он ворвался в квартал каннибалов, не удостаивая стуком. Даже особняк Рози содрогнулся от его появления. Она вышла к нему с бокалом в руке. - Люцифер! Какой неожиданный…– начала она, но он перебил ее, не давая договорить. - Где он? - Кто, мой король? - брови Рози удивленно поползли вверх. - Не играй со мной, Розалина! Аластор. Он твой. Ты его контролируешь. Где. Он. Она поставила бокал, ее улыбка стала чуть менее убедительной. - Пожалуй, пропущу мимо ушей то, что вы знаете о моей сделке с Аластором. Я не нянька для моих активов. Если он куда-то отлучился, это его дело. Может, решил прогуляться, или же снять стресс. Он видел, что она тоже была зла от того, что ее пешка куда-то пропала. Значит, не она. Люцифер не стал тратить время и снова исчез в клубе пламени. Он метался по городу, как призрак. Влетал в притоны, разбрасывал пьяных грешников, вставал посреди перекрёстков, заставляя всё живое замирать под давлением его гнева, и вопрошал: «Где он? Видели высокого демона в красном, с микрофоном?» В ответ - только испуганное бормотание, отрицательные покачивания голов и панический взгляд. Люцифер еще мог навести суету. Он взлетал на крыши, окидывая взглядом море огней. Где-то там, в одной из бесчисленных вспышек экранов, мелькнула реклама: «утренний прайм-тайм на VoxTek! Смотрите эксклюзивное интервью! Сенсация! Разбор полетов!» Голос Вокса, нарочито громкий, на секунду прорвался через городской гул. Люцифер даже не повернул головы. Какое ему дело до этой болтовни? Его мысли были заняты только одним. Он спускался в подземелья, в старые канализации, где ютились самые отверженные. Он вглядывался в каждую щель, прислушивался к каждому шороху. Как-то ему показалось, что он уловил слабый отзвук - не голос, а скорее отсутствие привычного фонового шума, будто в симфонии ада вырвали одну скрипку. Он ринулся на звук, снося на пути ржавые решётки, но нашёл лишь пустую камеру, где когда-то пытали грешников, и следы недавнего пребывания - лужицу чёрной, почти неотличимой от грязи, крови. Его кровь? Нет. Пахнет иначе. Час шёл за часом. Бесплодные поиски выжигали изнутри. Гнев сменился леденящей тревогой,а тревога нетерпением. Каждый провал, каждый слепой переулок затягивал удавку на его сердце. Он думал о Рози. Билась ли она в истерике? Или спокойно ждала, зная, что её пешка уже погибла? Мысль о том, что Аластор мог быть уничтожен из-за его, Люцифера, глупой игры, из-за того, что он задел гордыню демона и вынудил его пойти на необдуманный шаг, была невыносима. Наконец, когда багровое небо Ада начало светлеть, предвещая очередной день, Люцифер остановился. Он стоял на краю крыши какого-то небоскрёба, микрофон Аластора все ещё был в его руке. Пустота. Он прочесал весь город и не нашёл ничего. Ни намёка, ни слуха. Аластор исчез, будто его и не было. Бессилие накрыло его с новой силой. Он, Люцифер Морнингстар, не смог найти одного демона в своём собственном царстве. Ярость, которая кипела в нём, не находила выхода. Ему не с кем было сражаться, не на кого обрушить свою мощь. Только на того, кто был последним, кто видел его. С тяжёлым, глухим стуком Люцифер приземлился во внутреннем дворе отеля. Рассвет окрашивал уродливый садик в болезненно-розовые тона. И там, у той же стены, где он нашёл микрофон, стоял Каин. - Где. Он. - это уже не было вопросом. Люцифер был уверен, что Каин причастен к исчезновению Аластора,но хотел узнать, где именно находился управляющий. Каин перестал опираться на свой посох и медленно поднял глаза. Его лицо не выражало ничего. - Кто? - АЛАСТОР! - рев Люцифера заставил задрожать стены отеля. С нескольких окон посыпались стекла. - Ты ушел с ним! Где он?! Каин помолчал, он будто смотрел сквозь Люцифера. Потом он кивнул, один раз. - Привел его. - КУДА?! - К тому… шумному. Который говорит по коробкам. - Каин махнул рукой в сторону города. - Ваш красный все время смотрел на экраны с его лицом. Думал, ему стоит послушать. Люцифер застыл. Он с трудом переварил эту примитивную логику. Каин увидел, как Аластор смотрит на экран. И решил что? Помочь? Устроить встречу? Из искренней веры в то, что ему стоит это слушать? Хуевая логика. И это мягко говоря. - К Воксу? - прошипел Люцифер, и в его голосе было нечто среднее между невероятным облегчением и новой яростью. - Ты привел его к ВОКСУ?! - Он не хотел идти - заметил Каин, как бы оправдываясь. - Пришлось уговаривать. - Уговаривать? - Люцифер с ужасом представил картину: молчаливый, неотступный Каин, буквально тащущий за собой яростно шипящего и сопротивляющегося Аластора через пол-Ада к башне VoxTek. Это было так абсурдно, так чудовищно глупо, что у Люцифера на мгновение перехватило дыхание. Но теперь он знал, куда идти.  Он не стал тратить время на Каина. Этот тупой инструмент сделал свою работу. Люцифер лишь бросил на него взгляд, полный такого обещания будущей расплаты, что даже Каин невольно отступил на шаг. Затем Король Ада развернулся. На этот раз его исчезновение было не вспышкой, а резким, рвущим пространство хлопком. Он мчался к башне VoxTek, и каждый его шаг по воздуху отдавался раскатом грома. *** Башня VoxTek была кричащим памятником самомнению и плохому вкусу. Люцифер материализовался в главной студии, сметая с пути пару охранников-роботов. - ВОКС! - его голос заглушил гул генераторов и тихую фоновую музыку. На центральной платформе, окруженный мерцающими экранами, стоял теле-демон. Рядом с ним, в кресле, похожем на электрический стул с датчиками на голове и запястьях, сидел Аластор. Он был жив. Цел. Но его глаза… Его глаза были пусты. В них не было ни привычной язвительности, ни гнева, ни даже страха. Было только плоское, безжизненное отражение мерцающих экранов. Его уши были прижаты, пальцы лежали на подлокотниках слишком расслабленно. - Ну, ну, ну! - Вокс повернулся, его пиксельная ухмылка растянулась до ушей. - Какая честь! Сам Король Ада пожаловал на мой скромный эфир! Прямо к кульминации! - Что ты с ним сделал? - Люцифер не кричал. Его тихий голос был страшнее любого рева. Он сделал шаг вперед, и половина экранов в студии погасла. - Сделал? Ничего! Мы просто заключили небольшую сделку. - Вокс жестом указал на Аластора. - Видишь ли, наш друг здесь был очень расстроен. Потерял что-то ценное. А я предложил помощь. Мои ресурсы. Мою защиту. В обмен на… ну, скажем, эксклюзивные права на его талант. Он теперь будет вести у меня шоу! Представляешь? Рейтинги взлетят до небес! - Разорви его - приказал Люцифер. - Сейчас же. Вокс фыркнул. Статика на его лице заиграла злобными красками. - И лишусь такого ценного актива? Да ты шутишь! Он сам пришёл! Ну, почти сам. С небольшой мотивацией. Он понял, что будущее не за идеями твоей дочки. Будущее за эфиром! За влиянием! А он гений манипуляции. Вместе мы сделаем такие шоу, что весь Ад будет говорить только о нас! - Он НЕ твой! - рёв Люцифера сотряс фундамент башни. С потолка посыпалась штукатурка, погасло больше экранов. - Он… - Он что, Люцифер? - перебил Вокс, подходя ближе. - Твой? Ты что, наконец признался себе, что привязался к этой радио-крысе? Как трогательно! Король Ада влюбился в свою же игрушку! Жаль, игрушка предпочла более выгодное предложение. Контракт скреплён. Его услуги теперь принадлежат VoxTek. Он не может уйти. Да и не захочет. Я дам ему аудиторию, о которой он и мечтать не смел! Всё, что он хотел, это контроль. А я дам ему контроль над умами миллионов! Люцифер слушал, и внутри него что-то ломалось, плавилось и собиралось заново в нечто холодное и чудовищно простое. Правила, договоры, законы Ада. Он всегда был их пленником. Даже сейчас, он не мог просто раздавить Вокса - прямые действия против грешной души были ему недоступны. Люцифер просто взмахнул рукой. Не было никакого сложного ритуала, никаких споров о пунктах. Это была не магия в привычном понимании. Это было проявление самой его сути как существа, которое когда-то бросило вызов самому творцу мироздания. Он просто отменил. Раздался звук, похожий на лопнувшую струну гитары, смешанный с шипением разорвавшейся магнитной ленты. Светящиеся нити магии, связывавшие Аластора с аппаратурой Вокса, вспыхнули и испарились. Аластор вздрогнул, как от удара. Его глаза на миг закатились, затем он резко вдохнул, и в них вернулась жизнь. Сначала растерянность, затем осознание, а потом ярость. Он повернул голову к Воксу. Вокс вскрикнул. Разрыв контракта, особенно таким грубым способом, ударил по нему. Он отшатнулся, хватаясь за консоль. - Ты… ты не можешь! Это незаконно! - завопил он. - Я и есть закон - тихо сказал Люцифер. Он подошел к Аластору и, не глядя на Вокса, разорвал ремни на его запястьях, будто это были тонкие ниточки. - Ты… - голос Аластора был хриплым, без привычного шипения, но от того не менее опасным. - Ты осмелился… связать меня с этой… помойкой… Вокс попытался собраться, вокруг него зажглись экраны, заработали камеры. - В эфире! Прямо сейчас! Нападение на свободу слова! Король и его прихвостень…- он начал закручивать новую петлю пропаганды. Но Люциферу было уже все равно. Он протянул руку Аластору. - Пойдем. Аластор посмотрел на протянутую руку,  кивнул и шагнул вперед, проходя мимо Люцифера к выходу. Его тень, долго спавшая, резко метнулась за ним, ломая за собой пару камер. Люцифер бросил последний взгляд на Вокса. Теледемон метался у своей консоли, что-то безумно набирая. - Если ты тронешь его снова - сказал Люцифер так тихо, что слова, казалось, возникли прямо в голове Вокса. - Я навсегда сотру твой сигнал из эфира. - Он развернулся и последовал за Аластором. Они вышли из башни в адскую ночь, оставив за собой студию в хаосе и теледемона, трясущегося от бессильной ярости и страха. *** - Аластор - тихо произнёс Люцифер. Глаза медленно, с огромным усилием, перевели фокус на него. - Контракт… - голос Аластора был шепотом, лишённым всякого шипения,  как скрип сухого механизма. - Он всё ещё здесь. Я чувствую его. Но эфир мёртв. Ты… ты отключил его. Вот и все. - Он использовал тебя. - сказал Люцифер, делая шаг навстречу. - Ты был в отчаянии. Я… я довёл тебя до этого. - Ты сломал его игру своей силой. - Аластор медленно покачал головой. - Просто потому, что захотел. И что теперь? - Он наконец посмотрел в глаза Люцифера. - Ты разорвёшь и наш контракт? Потом, когда тебе станет скучно видеть меня в твоей клетке, ты отключишь и её? Или, может, когда я осмелюсь снова посмотреть в другую сторону? Люцифер почувствовал, как эти слова ранят сильнее любого ангельского оружия. Он подошёл ближе. - Это не клетка. Это… - Что? - Аластор резко встал, его тень зашевелилась. - Спасение? Милость? Ещё один долг, который я никогда не смогу отработать? Сначала Рози, потом ты, потом Вокс… Меня просто передают из рук в руки, Люцифер! И каждый раз тот, кто забирает, считает, что делает мне одолжение! -Он сорвался на крик. Люцифер стоял перед ним, и все его королевское величие, вся его мощь ничего не значили перед этой нагой правдой. Он был виноват. И он не знал, как это исправить. Слова застревали в горле. - Я не хочу быть ещё одним тюремщиком. - наконец выдохнул он. Это было всё, что ему получалось сказать. Аластор засмеялся. - А кем же ещё? Ты Король. А я… я вещь, у которой слишком много хозяев. Просто у одного из них сила больше. - Он оттолкнулся от скамьи и направился в сторону отеля. - Контракт с Воксом держится, но он бесполезен, пока ты держишь его эфир на замке. Поздравляю. Ты сделал меня бракованным товаром. Хозяйка будет в восторге. - Подожди. Давай нормально поговорим! - наконец сказал Люцифер, но голос его звучал непривычно неуверенно. - О чём? - Аластор остановился, но не обернулся. - О том, как ты снова всё решил своей королевской волей? О том, как я теперь должен благодарить тебя за то, что ты спас меня от одной кабалы, лишь подтвердив, что нахожусь в другой? - Я не хотел… Я не думал, что ты воспримешь это так. - А как ещё? - Аластор резко остановился и повернулся к нему. Его глаза в полумраке горели красными углями. Улыбка отсутствовала, рот был сжат в тонкую, белую от напряжения линию. - Ты ворвался, сломал, забрал. Не спросил. Не объяснил. Просто сделал, потому что можешь. Потому что тебе так захотелось. Это и есть суть твоей власти, Люцифер. Ты же отнимаешь даже то, что, как тебе кажется, ты даёшь. Ты дал мне жизнь, связав её с твоей кровью. Ты дал мне безопасность, связав моё выживание с защитой твоего имущества. А теперь ты дал мне свободу от Вокса, продемонстрировав, что мои контракты всего лишь бумажки, которые ты можешь разорвать или сделать бесполезными по своему капризу! Что у меня остаётся? Моя воля? Она принадлежит Рози. Моя жизнь? Она заложена тебе. Мои решения? Их только что сделали за меня. Снова. Люцифер слушал, и с каждым словом каменело его собственное лицо. Он видел себя со стороны - не спасителя, а очередного тирана, пусть и с более чистыми, как ему казалось, намерениями. Но намерения ничего не значили перед фактом порабощения. - Я пытался помочь. - сказал он глухо. — Я видел, что с тобой сделали, и… - И что? Испугался, что твою игрушку испортили? - Аластор язвительно рассмеялся. - Не беспокойся. Она всё ещё функциональна. Просто слегка поцарапана. И теперь принадлежит тебе немного больше, чем раньше. Потому что ты доказал, что твоя сила превыше всех других сил, которые могут на меня повлиять. Поздравляю с приобретением. - Он развернулся и снова зашагал. Люцифер почувствовал, как в нём закипает ответная ярость и отчаяние от непонимания, от того, что его действия, казавшиеся единственно правильными, оборачивались против него. Он догнал Аластора и схватил его за руку выше локтя. - Хватит! - рявкнул Король. - Хватит этой игры в жертву! Да, я силён! Да, я поступил так, как поступил! Потому что я не мог смотреть, как он делает из тебя марионетку! Потому что я… - он запнулся, с силой выдыхая. - Потому что мне было больно видеть тебя таким! Аластор замер. Он медленно, с огромным презрением, посмотрел на руку Люцифера, сжимающую его рукав, затем поднял глаза. - Твоя боль - прошипел он - не даёт тебе права решать за меня. Твоя боль не искупает того, что ты сделал. Отпусти меня. В его фразе слышалась такая жирная точка, что Люцифер инстинктивно разжал пальцы. Аластор выдернул руку, поправил смятый рукав и, бросив на Люцифера последний взгляд, шагнул в ближайшую густую тень. Пространство сжалось, поглотило его, и он исчез. *** Аластор материализовался прямо в центре своей комнаты в отеле. Движение было резким, неточным. Он едва удержался на ногах, схватился за спинку кресла. Всё тело дрожало, но нет, не от слабости, а от невыплеснутой ярости и унижения. Он подошёл к бару, но руки тряслись так, что он не смог налить ничего. Вместо этого он с силой ударил кулаком по стойке, От чего поверхность треснула. Он стоял, тяжело дыша, пытаясь вернуть себе контроль. Контракт с Воксом висел на нём мёртвым, но всё ещё ощутимым грузом. Люцифер не разорвал его. Он просто вырвал из него всю силу, оставив пустую, бесполезную оболочку. Это было хуже. Это было напоминанием, что его обязательства ничего не значат перед лицом высшей власти. Что он пешка, которую переставляют, а когда она пытается прыгнуть на другое поле, её просто накрывают ладонью. Он подошёл к окну, глядя на багровый горизонт. Где-то там была Рози. Она уже знала. Она чувствовала колебания в их связи, наверняка видела его унижение в студии Вокса - если, конечно, у неё там не было своих ушей. Теперь она придёт. С вопросами. С наказанием. И что он скажет ей? Что Король Ада ревнует? Это только разозлит её ещё больше. *** Дверь в его номер была не заперта. Он слышал, как она приоткрылась, и почувствовал знакомое, давящее присутствие ещё до того, как услышал шаги. Лёгкие, но такие уверенные. Люцифер остановился на пороге, в проёме двери, залитый светом из коридора, его силуэт казался меньше, чем обычно. - Я не знаю, как это исправить, правда. - тихо сказал он. Его слова были лишены всякой театральности, всякой защиты. Это был просто факт. - Я знаю, что снова всё испортил. Что моя помощь похожа на удар. Я… я не умею по-другому. Веками я либо приказывал, либо разрушал. Либо прятался. Другого меня… просто нет. Я не прошу прощения за то, что вытащил тебя оттуда - продолжал Люцифер. - Видеть тебя связанным с этой… штукой… было невыносимо. Но я прошу прощения за то, как я это сделал. За то, что снова заставил тебя почувствовать себя вещью. Это последнее, чего я хочу. В комнате повисла тишина. Аластор слышал собственное дыхание и тихий, навязчивый звон в ушах. - Чего же вы хотите, ваше величество? - наконец спросил он, всё так же глядя в окно. - Чего вы хотите от меня? Послушания? Благодарности? Или просто чтобы я был рядом, молчаливым напоминанием о том, что даже Король Ада может что-то чувствовать? - Я хочу, чтобы ты перестал смотреть на меня как на Короля, когда мы одни! - вырвалось у Люцифера, и в его голосе прозвучала та самая, детская, беспомощная ярость, которую он так тщательно скрывал. - Я хочу… я хочу, чтобы ты спорил со мной, дразнил меня, ненавидел меня, если нужно! Но не потому что я твой тюремщик или хозяин! А потому что я… я тот, кто здесь. Кто тоже застрял. Кому тоже больно. Кто тоже совершает чудовищные ошибки! Я не знаю, как это - быть на равных. Я забыл. Может, никогда и не знал. Но с тобой… с тобой я хотя бы могу попробовать. И каждый раз я обламываюсь, потому что моя сила, мой титул, моё проклятие — они всегда тут, как вторая кожа. И я не могу её снять. Аластор медленно обернулся. Люцифер стоял в дверях, его золотые глаза в полумраке комнаты светились влажным, нестерпимым блеском. Он не плакал. Но в его взгляде была такая нагая, неприкрытая боль, что Аластор на мгновение потерял дар речи. Он видел перед собой не всемогущего монарха, а того самого падшего ангела, который когда-то потерял всё, и так и не смог найти себя в обломках. - Вы просите невозможное - тихо сказал Аластор. Его собственная ярость куда-то ушла, оставив после себя усталость. - Мы не можем просто отбросить то, кто мы есть. Вы сила. Я собственность. Это факты. Вы можете разрывать контракты Вокса, но контракт с Рози… он вплетён в саму ткань моего существа. Вы не можете его просто аннулировать, не уничтожив меня. А ваша кровь во мне… она тоже цепь. Мы запутались, ваше величество. В долгах, обязательствах, силе и слабости. И очередные извинения… они ничего в этих узлах не меняют. Люцифер стоял, опустив голову. Потом он сделал шаг вперёд, переступив порог, и дверь тихо закрылась за ним. - Тогда давай запутаемся ещё больше - прошептал он. - Но вместе. Не как хозяин и слуга. Как… два идиота в одной лодке, помнишь? Ты сказал, что у тебя здесь появилась личная заинтересованность. У меня тоже. И это не отель. И не моя корона. Это… - он запнулся, будто не в силах выговорить это слово. - Это ты. Со всей твоей язвительностью, твоими манипуляциями, твоими проклятыми контрактами и этой невыносимой, но уже ставшей родной, улыбкой. Я не знаю, как это назвать. И, чёрт возьми, я этого боюсь. Но я не могу просто отступить. Не после сегодняшнего. Не после того, как увидел тебя там, в его кресле. - Он подошёл ближе, но не касаясь. - Я не обещаю, что не накосячу снова. Я почти уверен, что накосячу. Но я обещаю, что в следующий раз я попробую спросить, прежде чем делать. Аластор смотрел на него. Всё внутри него кричало, что это ловушка. Ещё одна сладкая ложь, чтобы заманить в более прочную клетку. Но в глазах Люцифера не было лжи. Была только та же самая потерянность, что грызла его самого. - Попробуете спросить - пробубнил Аластор под нос. Потом он вздохнул. - Вы самый невыносимый, эгоцентричный, инфантильный и опасный демон, которого я встречал за всю свою загробную жизнь. И у Вас ужасный план сближения. - Я знаю - сдавленно согласился Люцифер. Он неловко потер ладонью лоб, словно пытаясь стереть с него напряжение. - Но ты предлагаешь что-то получше? Продолжать вот это? - Он жестом обозначил пространство между ними, еще дымящееся от невысказанных обвинений. - Я ломаю и забираю, ты шипишь и прячешься в тень? Мы уже пробовали. Кончилось это тем, что тебя чуть не превратили в ведущего ток-шоу для дешёвых телевизионных троллей. - Я бы справился - на автомате ответил Аластор, но уже не так убежденно. Он отвернулся и наконец смог налить себе в стакан воды. Руки дрожали чуть меньше. Он сделал глоток, чувствуя, как холодная жидкость обжигает пересохшее горло. - Вокс насекомое. Предсказуемое и глупое. Его жажду признания можно было обернуть против него самого. - Но не тогда, когда он уже засунул тебе в голову эту хрень! - вспыхнул Люцифер, но тут же поймал себя, сжал кулаки и выдохнул. - Ладно. Ошибся. Не спросил. Но… видеть тебя таким… Я не мог просто стоять и наблюдать. Аластор поставил стакан. Звон стекла о стойку прозвучал оглушительно громко в тишине комнаты. - А что ты видел, Люцифер? — он снова перешел на «ты». Значит, уже успокоился. - Что именно было так невыносимо? Тот факт, что кто-то другой посмел нацепить на меня поводок? Или то, что я позволил это сделать? Потому что давай начистоту. Каин не волшебник. Он просто очень настойчивый. Если бы я действительно не хотел идти, я бы нашел способ. Может, я просто устал от игры в кошки-мышки с тобой. Может, я подумал, что у Вокса, по крайней мере, правила будут понятнее. Люцифер побледнел. Эти слова ударили больнее, чем прямой удар. - Ты… ты этого хотел? - прошептал он, не веря своим ушам - Я не знаю, чего я хочу! - голос Аластора сорвался, в нём прорвалось долго сдерживаемое раздражение, обращённое в первую очередь на себя. - Я семьдесят лет строил из себя неприступную крепость! А потом появился ты. Со всем этим… - он с раздражением махнул рукой в сторону Люцифера - со своей привычкой влезать повсюду, ломать все мои планы одним дурацким жестом! Ты спрашиваешь, чего я хочу? Я хочу контроля! Но каждый раз, когда я думаю, что всё просчитал, ты оказываешься переменной, которую я не могу предугадать. Ты хаос в чистом виде. И я ненавижу хаос. Но… - Он замолчал, сжав зубы. - Но? - тихо подтолкнул Люцифер, но не смея приблизиться. - Но это единственный хаос, от которого мне не скучно - выдохнул Аластор, и это прозвучало как самое горькое признание. - И в этом весь ужас. Я продал душу за предсказуемую силу. А теперь меня тянет к самому непредсказуемому существу во всём этом проклятом круге. Это идиотизм. Клинический. Люцифер слушал, и по его лицу медленно расползалась странная, неуверенная улыбка. Это не было торжеством. Это было облегчением, смешанным с той же растерянностью. - Знаешь… - начал он, осторожно делая шаг вперед - когда меня изгоняли… это был не просто акт наказания. Это было обесценивание. Мне сказали, что всё, что я создам без их благословения, будет уродливым, жалким, лишенным смысла. И знаешь, что самое гадкое? Я поверил в это. Я смотрел на Пентаграм-Сити, на весь этот кричащий бардак, и видел лишь подтверждение их правоты. Скуку. Бессмысленность. - Он остановился в паре шагов от Аластора. - А потом появился ты. И ты смотрел на этот бардак не как на неудачу. Ты смотрел на него как на игровое поле. Ты видел в нём систему, которую можно обойти, правила, которые можно сломать, и слабости, в которые можно ударить. Ты не презирал мое творение. Ты использовал его. И в этом было больше уважения, чем я получал за последние тысячелетия от кого бы то ни было. Даже от Лилит. Она просто сбежала от нашего общего таорения - он посмотрел прямо на Аластора. - Ты не переменная в моих планах, Аластор. Ты единственная помеха, которая появилась в них с тех пор, как я упал. Да, ты манипулируешь. Да, ты опасен. Да, ты принадлежишь ещё кому-то. Но ты единственный, кто говорит со мной так, будто я всё ещё могу быть опасен. И интересен. И могу чувствовать себя живым. Аластор не отводил взгляда. В его глазах мелькали искры то ли от возмущения, то ли от чего-то другого. - Ты идеализируешь это все. - сухо заметил он. - Я не вижу в тебе живого. Я вижу в тебе ресурс. Проблему. И, возможно, шанс. - Какой шанс? - спросил Люцифер, и в его голосе снова зазвучало любопытство, та самая искра, которая когда-то зажгла звёзды. - Шанс вырваться - тихо сказал Аластор. Он отвернулся и снова посмотрел в окно.  Люцифер рассмеялся. Коротко, горько. - Чёрт побери. Ты превращаешь всё это… в бизнес-план. - Всё есть сделка - парировал Аластор. - Даже падение с небес. Особенно падение с небес. Ты просто забыл условия своей. Они стояли друг напротив друга, разделенные всего парой шагов, пропастью недоверия и странным, новым пониманием. Это не была любовь, еще нет. Это была необходимость. Признание взаимной пользы. И, возможно, нечто большее, приправленное ядом зависимости и одиночества. - У меня есть вопрос. - разорвал тишину Аластор. - Какой? - спросил Люцифер, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. - Ты всё ещё носишь кольцо. - констатировал Аластор, его взгляд скользнул по руке Люцифера. - Лилит. Кто она для тебя сейчас? Люцифер непроизвольно сжал пальцы, почувствовав холод металла. - Она… часть прошлого, полагаю. Еще не знаю - сказал он, и это была не совсем правда, но и не ложь. - На данный момент, она фигура, которой нет на доске. Пока она не вернётся, мы играем без неё. Аластор кивнул, приняв ответ. - Тогда - он сделал шаг в сторону, растворяясь в сгущающихся сумерках комнаты - я пойду. Приятного вечера.