Клетка

Люцифер спустился по лестнице, и его взгляд сразу же нашёл Аластора у бара. Король подошел ближе, хотел уже что-то сказать, но его определили. - Доброе утро, Ваше Величество. Надеюсь, вы хорошо отдохнули? Люцифер замер на секунду, словно ожидая чего-то другого. Потом кивнул.  - Да. Да, спасибо. - Он подошёл к стойке, но не сел. - Аластор, насчёт вчерашнего… - Не стоит беспокоиться. - перебил его Аластор. - Незначительный инцидент. Забудьте. Король постоял ещё мгновение, затем кивнул и, забрав у Хаска чашку кофе, удалился в сторону библиотеки, его плечи были чуть более ссутулены, чем обычно. Аластор наблюдал, как он уходит. Внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел. Он достиг желаемого: восстановил дистанцию, вернул всё на круги своя. Так почему же это не принесло облегчения? Почему спокойствие, которое он так лелеял, теперь казалась давящим? Дни потянулись, выстроенные в бездушный ритм. Аластор управлял, советовал, улаживал конфликты. С Люцифером он был корректен. Ни намёка на былые колкости, на ту опасную игру, что заводила их обоих. Только короткие, сухие фразы. Люцифер сначала пытался пробить эту стену. Задавал вопросы не по делу, задерживался после совещаний, бросал реплики, которые раньше гарантированно вызвали бы ответ. Теперь они падали в тишину. Постепенно попытки стали реже. Король всё больше времени проводил один, в своей мастерской или на балконе, глядя вдаль тем же отсутствующим взглядом, что был у него до… до всего этого. *** Прошла неделя. Аластор заканчивал проверку инвентаря на кухне, когда услышал за спиной тихий звук. Он обернулся. Люцифер стоял в дверях, в руках он держал что-то, завёрнутое в тёмную ткань. - Я не хотел беспокоить. Но я подумал… что тебе стоит это увидеть. - Он протянул свёрток.  Аластор принял его. Ткань была мягкой, похоже шелк. Он развернул сверток. Внутри лежала новая виниловая пластинка. Идеально ровная, чёрная, с небольшой, выгравированной по центру этикеткой. На ней был изображён не фирменный знак студии, а переплетённые оленьи рога и крошечное, падающее перо. Аластор поднял взгляд. Вопрос замер у него на губах. - Это не ремонт. - поспешно сказал Люцифер, всё ещё не переступая порог. - Я… я услышал твою запись. Достаточно, чтобы запомнить и воссоздать. - Он сделал паузу, с трудом подбирая слова. - Мне тогда очень понравилась запись, вот я и решил сделать новую. Аластор поднял глаза на Люцифера, который всё ещё стоял в дверях, будто готовый в любую секунду исчезнуть. - Патефон в библиотеке. - тихо сказал Аластор. Люцифер медленно переступил порог, и дверь бесшумно закрылась за ним. Они не смотрели друг на друга. Аластор повернулся и пошёл в сторону библиотеки, Люцифер двинулся следом, сохраняя дистанцию в несколько шагов. В библиотеке было тихо. Аластор подошёл к патефону, аккуратно снял старую пластинку и поставил новую, опустил иглу. Первые ноты полились в тишину. Аластор закрыл глаза, оценивая качество звука. И он признавал, что Люцифер проделал качественную работу. Когда музыка закончилась, Аластор поднял иглу. - Спасибо. - произнёс грешник. - Я не знал, что ты можешь такое. - добавил Аластор. - Я много чего могу. - так же тихо ответил Люцифер. - Просто забываю иногда. Аластор наконец повернул голову и посмотрел на него. Люцифер встретил его взгляд. В его золотых глазах была лишь та же хрупкая надежда, что, наверное, была и у Аластора. Люцифер почувствовал, как что-то в груди дрогнуло и ослабло. Он повернулся к Аластору, и на этот раз не стал отводить взгляд. - Ты всё это время молчал. Зачем? - Потому что проще было закопать это все и построить сверху крепость. - Аластор действительно хотел уйти от темы, отшутиться, исчезнуть. Но он будто не управлял тем, что говорит. Да, с одной стороны он и вправду так думал, но почему он без колебаний рассказал это Люциферу? Он знал ответ, но никак не мог ухватиться за него. Будто что-то затуманило его мысли. Или кто-то? - Но крепости бесполезны. - прошептал Люцифер, делая шаг вперёд. Расстояние между ними, наконец, сократилось до полушаговой дистанции. - В них можно умереть от тоски, даже не заметив этого. - Я и так мёртв.  - Нет. - Люцифер покачал головой. - Мёртвые не злятся так, как злился ты. Не бьют пластинки о стену от бессилия. Не заваривают чай, чтобы не остаться в одиночестве. - Он медленно протянул руку, давая Аластору всё время мира, чтобы отпрянуть. Но, не увидев сопротивления, коснулся его щеки. Кожа под пальцами оказалась прохладнее обычного. - Ты паникуешь. А у меня перед тобой в этом деле фора в несколько тысячелетий, так что поверь, я знаю. - Ты снова всё усложняешь. - выдохнул Аластор, но не для того, чтобы отвергнуть. Скорее, как констатацию нелепого факта. - Послушай меня внимательно. - уголки губ Люцифера дрогнули в лёгкой, небрежной улыбке. Его большой палец медленно провёл по скуле Аластора. - Я боялся, что если я сделаю неверный шаг, ты снова спрячешься. Боялся, что если я покажу слабину, ты этим воспользуешься. Я смотрю на тебя, и вижу, что мы оба в панике. Так может, хватит? Давай просто перестанем? - Я не умею просто. - сквозь зубы процедил Аластор. - Всё, что я имею, оплачено. Всё, чего хочу, требует плана. - Тогда составь план, в котором будет хоть немного покоя. Хотя бы иногда.  Люцифер тут же дернулся, осознавая, что он только что сказал. Это было слишком смело. Предлагать такое тому, в чьем задании он был целью. Король приготовился к худшему исходу. Удар, крик, уход. Что угодно могло сейчас произойти.  Но вместо этого Аластор наклонил голову. Его холодный лоб едва коснулся лба Люцифера. Расстояние между ними таяло. Люцифер приоткрыл губы, как бы задавая безмолвный вопрос, и его рука скользнула с щеки Аластора на шею, чувствуя резкий, неровный пульс под кожей. Их губы встретились с осторожностью, граничащей с благоговением. Первое прикосновение было лёгким, как дуновение ветра, проверкой реальности происходящего. Люцифер почувствовал прохладу губ Аластора и их неожиданную мягкость. А затем руки радиодемона легли на плечи Люцифера. Поцелуй углубился, потерял первоначальную осторожность, в нём появилась жажда и давнее, глубоко запрятанное отчаяние. Когда они оторвались, чтобы перевести дыхание, их лбы снова соприкоснулись. - Этот план чреват катастрофическими последствиями. - прошептал Аластор, немного сжав плечи короля. Люцифер тронул нижнюю губу Аластора кончиком большого пальца. И их губы снова слились в поцелуе, на этот раз менее осторожном. *** - …и вот, он окончательно запутался в своих же поводках. - томно произносила Рози, срывая с куста идеальный, кроваво-красный бутон. - Он думает, что балансирует между мной и Королём. Что играет в какую-то свою игру. Мило, не правда ли? - Он всегда был с характером - подметила собеседница. - Помнишь, как он выторговал себе столько свободы? Наглец. - Свободы? - Рози рассмеялась. - Я дала ему иллюзию. Длинный, длинный поводок. Чтобы он мог бегать, носиться, даже огрызаться. Но ошейник не снят. - Она позволила лепесткам розы упасть на мраморную плиту. - Меня не волнует, как он сблизится с Люцифером. Через постель, через дружбу, через свои манипуляции. Пусть даже влюбится по уши, как наивный щенок. Это даже лучше. Чем сильнее привяжется, тем болезненнее будет рывок, когда придёт время. А когда я дерну за поводок, он, чтобы не разорваться на части, повернётся против своего нового друга. Люцифер сломается окончательно. И всё его королевство, включая этот жалкий отель, достанется мне. Аластор же… - она разжала пальцы, и истёртый в пыль бутон рассыпался у её ног. - Аластор получит то, о чём мы с ним договорились. Силу. Власть. Место у моей руки. Он просто забыл уточнить, на каких условиях. - А если он взбунтуется? - спросила дама, поправляя выбившуюся из-под капюшона каштановую прядь волос. Рози улыбнулась своей самой сладкой, самой леденящей улыбкой. - О, милая. У нашей сделки есть маленькая деталь. Аластор не знает, что именно является платой за его свободу. Он думает, что должен принести мне что-то ценное. Но на самом деле условие куда проще. - Она повернулась к собеседнице, и в её глазах вспыхнул торжествующий огонёк. - Он получит свободу, когда я сама решу, что он её заслужил. Или когда ты решишь забрать его к себе. - Она вздохнула, делая вид, что задумалась. - Честно говоря, я даже не совсем понимаю, что он в этом Люцифере нашёл. Но, видимо, даже у моего хищника есть свои слабости. Ну что ж… это лишь сделает конец интереснее. - Это сложный план, не думаешь?. - прошептала собеседница. - Всё просто, моя дорогая. Он будет биться, страдать, пытаться вырваться, играть в свои игры… и с каждым разом его петля ко мне будет затягиваться туже. Потому что я источник его силы. Люцифер может погибнуть, отель рухнуть, но наша связь в самой основе его существа. И однажды он это поймёт. И приползёт обратно.  - А если он выберет небытие? Разорвётся, пытаясь вырваться? - О, нет. Аластор слишком любит себя. Он, скорее, выберет жизнь в цепях. Даже если эти цепи будут единственным, что у него останется. А я позабочусь, чтобы так и было. - Она повернулась спиной к собеседнице и посмотрела в тёмное небо Ада, где на небе уже пропадали очертания луны. - Думаю, тебе пора. Собеседница кивнула, и её силуэт начал медленно растворяться в тени, будто его и не было. - Удачи, Рози. Надеюсь, результат стоит таких хлопот. - О, он стоит. - прошептала Рози в уже пустой сад, глядя на рассыпанные у своих ног лепестки.