Переписанная судьба

      Он исчез.       Не растворился в дыму, не трансгрессировал, не шагнул в тень – его просто не стало, будто его вырвали из реальности. Том Реддл стоял среди пустой улочки, сжимая палочку так сильно, что побелели костяшки. Так исчезают призраки... или те, кто владеет магией, которой никто больше не владеет.       Том ненавидел неизвестность.       А незнакомец – этот Дадли, чёртов лжец, этот маг, который знал о нём слишком многое – стал его самой большой загадкой.       Но он всё равно пошёл по заранее выбранному маршруту – туда, куда собирался ещё до встречи. В Литтл-Хэнглтон, к дому Тома Реддла-старшего. На этот раз он не колебался. Не потому, что был уверен в своих силах – а потому, что теперь ему нужен был хоть какой-то ответ. Любой.       Старший Реддл оказался таким, каким Том и ожидал: надменным, холодным, и абсолютно слепым к тому, что стоит перед ним. Том говорил мало. Он не требовал признания – лишь наблюдал. И убедился в одном: ни любви, ни жалости, ни даже крупицы уважения в этом человеке не было. Только пустота. И презрение.       Когда он уходил, кольцо Мраксов уже лежало у него в кармане. А сердце было тяжёлым – не от убийства. Оттого, что разговор с «Дадли» оставил трещины там, где у него давно было только спокойное, ледяное убеждение.       Он должен стать сильнее. Сильнее всех. Чтобы больше никто не исчезал из-под носа, оставляя его в бессилии.       В эту ночь он создал второй крестраж.       Первый – из дневника. Второй – из кольца. И почувствовал: этого достаточно. Ему нужно другое.       Новый путь.       Новый смысл.       Найти того мага.       Последние годы в Хогвартсе он доучивался, будто ничего не произошло. Лучший ученик Слизерина, любимец Слизнорта, непревзойдённый в амбициях и магии. Но теперь каждого, кого он встречал, каждый взгляд, каждое имя он проверял на одну мысль: «Твои дети должны появиться здесь. Ты где-то рядом.»       Всё это время Том не оставлял попыток понять магию, которую применил незнакомец. Ни в одной книге не было описания подобного исчезновения. Значит – знания пришли из другой эпохи. Или из другого мира.       Том посвятил этому всё свободное время.       Сразу после выпуска он получил место в Министерстве – в Отделе Контроля Магических Артефактов. Место скромное, но идеальное: доступ к хранилищам, к спискам, к родословным, к магическим объектам, которые могли пересечься с тем, что использовал Дадли. Коллеги видели в нём вежливого, перспективного выпускника. На деле же он работал днями и ночами, выискивая следы мужчины, будто тень которого висела над судьбой целого мира. Вспоминал каждую мелочь во внешности и в разговоре. Вспоминал что женат, имеет трех детей, возраста от года до 5 лет. Любит тыквенный сок и печеночный пирог. Зеленые глаза, шрам на лбу, непослушные волосы цвета вороньего гнезда, шрамы на руках и особенно фраза на кисти «Я не должен лгать».       Пять лет поисков – и ни одной зацепки.       Кроме одной.       Дети.       К тому моменту им должно быть примерно десять, восемь и шесть лет. Значит — через год или два самый старший пойдёт в Хогвартс. Том понимал: нужно оказаться именно там.       В 1950 году он добился невозможного – стал преподавателем. Слизнорт приложил руку, усмехаясь своей фирменной улыбкой «старого доброго наставника». Диппет доверился, а Альбус как обычно пытался отговорить, но признал. Слизнорт давно уже задумывается уйти с поста преподавателя. Для всех это выглядело как блестящее назначение талантливого выпускника.       Том же видел в этом шаг ближе к истине.       Он стал преподавателем зельеварения для 1-5 курсов и деканом Слизерина. Его уважали, боялись, слушались – студенты, коллеги, родители. Он был идеален в каждой детали поведения.       Но ночами он изучал списки учеников. И каждый год ждал, когда в школу придут трое детей примерно подходящего возраста.       Ни один не подходил.       Ни один.       И тогда начались убийства.       Маглорожденные – та категория, куда, вероятнее всего, мог принадлежать «Дадли». Полукровка? Возможно. Но наглый, свободный, сильный – слишком уж легко он себя вёл. Значит, его дети – тоже необычные. И именно среди маглорожденных легче всего скрыться.       Тела были лишь инструментом. Заставить мир крикнуть. Дать сигнал тому, кто прячется.       Том знал: незнакомец жив.       И он найдёт его. Пусть уйдут годы.       Пусть весь Хогвартс обратится в хаос.       Пусть кровь маглорожденных станет ценой истины.       Пусть этот «Дадли», кем бы он ни был, увидит, что Реддл ждёт.