Игра престолов | Заметки на полях

Catelyn IV Jon III Eddard IV Tyrion III Arya II Daenerys III       В главе Кейтелин очень много пальцев и серебра.       Именно серебром Кейтелин хочет дать на чай гребцам. Капитан корабля, в свою очередь, явно хочет прибрать денюжки к рукам, и предлагает подержать серебро у себя, дабы матросы не пропили все в гавани. Тема чаевых всплывает в самом начале главы, после чего возвращается снова через пару страниц — мне это показалось подозрительным, учитывая, в каком контексте серебряные монеты появлялись в нарративе до этого: “We found where he’d been sleeping,” Robb put in. “He had ninety silver stags in a leather bag buried beneath the straw.” Catelyn III Catelyn turned away from the rail and forced herself to smile. “Your oarmen have done well by us, Captain. Each one of them shall have a silver stag, as a token of my gratitude.” Catelyn IV       Я все никак не мог понять, к чему эта отсылка, и уже начал было переживать, что на этот раз я просто воображаю то, чего в тексте на самом деле нет. Но потом меня огорошили вот этими двумя строчками: “There are worse things to spend money on,” Ser Rodrik put in. “Winter is coming.” The bedding was stuffed with straw instead of feathers, but she had no trouble falling asleep. Catelyn IV       Если мы принимаем мою гипотезу из предыдущей части, что Брана пытались убить именно из-за его знания о некоторых особенностях грядущей зимы, тогда получается, что в этой главе проводится многослойная параллель между Кейтелин и убийцей. Держа в уме все многочисленные отсылки в главах Кейтелин к Прологу, мне бы хотелось дополнить свое видение ее дальнейшей арки как Бессердечной — она не только поучаствует в воскрешении Джона, но и попытается убить Брана. Зачем? Пока без понятия, но концептуально-тематически я все это вижу таким образом.       К Брану и Кейтелин также отсылает глава Джона: “A long life or a short one, it’s up to you, Snow. The road you’re walking, one of your brothers will slit your throat for you one night.” <...> “I never . . . I didn’t think . . . ” “Best you start thinking,” Noye warned him. “That, or sleep with a dagger by your bed. Now go.” Jon III She woke to a pounding on her door. Catelyn sat up sharply. <...> She had slept longer than she intended. <...> The dagger was on the bedside table. Catelyn IV       Своей репликой Донал Нойе отсылает еще и к разговору Тириона и Джейме о ценности жизни, который я подробно уже разбирал. И в том разговоре, и в словах Донала есть отсылки на Дозор и его братьев, но интересен контекст, в котором они упоминаются здесь. В контексте убийства с перерезанием горла. Я все еще считаю, что убийцей был Уилл. “You gave me help when I needed it,” Jon Snow said. “I gave you nothing,” Tyrion said. “Words.“ “Then give your words to Bran too.” Tyrion III       Снова аллегория на писательство, применительно к Брану. Что нам дает писатель, помимо слов? Да, собственно, ничего. И тем не менее, эти слова капец как важны.       Получается, что Бран — писатель, а Тирион — читатель.       И еще немного про серебро: Each man wore a new cloak, heavy grey wool with a white satin border. A hand of beaten silver clutched the woolen folds of each cloak and marked their wearers as men of the Hand’s household guard. Arya II       Серебро также присутствует в экипировке Дозора (как и в броне Королевской гвардии, как его антипода, соответственно), а также цвет волос Таргариенов описывается как серебряный. То бишь до этого серебро отсылало нас либо на север, либо на восток — к двум направлениям, откуда готовятся крупные вторжения (которые я ранее уже описывал как потенциально зеркалящие друг друга). И вот мы наконец встречаем еще одно применение серебра — в символике Десницы. Как мне кажется, это снова отсылает нас к Королевскому правосудию и связанному с ней образу казни, а это, в свою очередь, снова отсылает к Иным как аллегории на казнь для человечества.       А еще теперь есть Мизинец: He had a little pointed chin beard now, and threads of silver in his dark hair, though he was still shy of thirty. They went well with the silver mockingbird that fastened his cloak. Even as a child, he had always loved his silver. Catelyn IV       Пересмешник, который занимается имитацией. Шпионы Вариса тоже описываются как птицы. Ну и вороны, которые постоянно летают и все выслушивают, разумеется, в этом же ряду. Но при чем тут серебро? Текст даже отмечает, что Мизинцу рановато седеть. His father had died several years before, so he was Lord Baelish now, yet still they called him Littlefinger <...> His family’s modest holdings were on the smallest of the Fingers, and Petyr had been slight and short for his age. Catelyn IV       Ну то есть он Мизинец, потому что из Пальцев. А еще он мастер над монетой. И серебро ему к лицу. Именно Мизинец впервые в нарративе называет Кейтелин «Cat». Слово «catspaw» по отношению к убийце пока еще не встречалось, но жду с нетерпением.       Иными словами, перед нами Красная Селедка номер два. Первой сельдью выступали, разумеется, Ланнистеры, под стать их алым, привлекающим внимание стягам.       Примечательно, что и Варис, и Мизинец сразу же замечают порезы на пальцах Кейтелин — даже Нед заметил не сразу. Будто они знали, куда смотреть. Ну, Варис-то точно знал благодаря своим шпионам, но Мизинец продолжал старательно играть дурачка. А еще он пересмешник — птица, которая обрабатывает получаемую информацию, после чего выдает нечто сгенерированное на ее основе. Эдакий импровизатор.       Короче говоря, я думаю, что это точно не Мизинец пытался убить Брана, но он использовал это покушение для того, чтобы натравить Старков на Ланнистеров. То есть он буквально посылает Старков по ложному следу, как и Мартин своих читателей. А когда Кейтелин достала кинжал, он, подобно пересмешнику, забрал его себе и выдал за свой. Присвоил, как пересмешник присваивает спетую ему песню.       Интересно, что Мизинец мастерски владеет клинком (который, при такой интерпретации, видит впервые в жизни), а Варис тут же им режется. Возможно, это указание на разницу в их стилях игры — Варис больше стратег, а Мизинец больше тактик. Что неплохо стыкуется с историей о его дуэли с Брандоном — никакого далекоидущего плана у него не было, лишь женщина перед глазами, и максимально короткий путь к ней. “He wrote to me at Riverrun after Brandon was killed, but I burned the letter unread. By then I knew that Ned would marry me in his brother’s place.” Catelyn IV       Последнее письмо, которое сожгла Кейтелин, было от Лизы. Текст уже здесь намекает, что оно было-таки от Мизинца.       Интересна также реакция Вариса на слова Мизинца о клинке: “Who?” Catelyn demanded, her mouth dry with fear. Her fingers ached with remembered pain. “The Imp,” said Littlefinger as Lord Varys watched her face. “Tyrion Lannister.” Catelyn IV       Он совсем не удивился признанию Мизинца. Его интересовала лишь реакция Кейтелин, что, кстати, отсылает к разговору Джейме, Серсеи и Тириона за завтраком, когда Тирион тоже внимательно следил за реакцией близнецов на вкинутую им провокацию.       Возможны два варианта: либо Варис каким-то образом прознал о плане Мизинца столкнуть Старков и Ланнистеров и мгновенно распознал его импровизацию, либо все это изначально было их совместным планом.       Возвращаясь к покушению на Брана: Gared was near as old as I am and longer on the Wall,” he went on, “yet it would seem he forswore himself and fled. I should never have believed it, not of him, but Lord Eddard sent me his head from Winterfell. Tyrion III       При чем здесь Бран? — спросите вы меня. “I ought to know, I was there on the battlements beside him. Tywin Lannister gave us a splendid choice. Take the black, or see our heads on spikes before evenfall. No offense intended, Tyrion.” Tyrion III       Перед этими отрывками голова на пике упоминалась только в разговоре Роберта и Неда, и там это было предзнаменованием судьбы самого Неда. А если мы принимаем, что между действиями Неда по отправлению правосудия как лорда Винтерфелла, а затем как Десницы, и действиями Иных проводится параллель, то, приплюсовав к этим соображениям вышеобозначенные отрывки, мы можем прийти к очень интересным умозаключениям.       Текст рисует образ выбора: казнь или Дозор. Если между действиями Неда и Иных действительно проводится параллель по части отрубания голов, то почему бы не расширить эту параллель и на вторую часть уравнения. Иные ведь тоже могут проводить схожую политику в отношении некоторых пленных людишек: казнь или некая миссия. Через образ головы на пике текст, как мне кажется, намекает, что подобный выбор был дан и Гареду. Но только не Тайвином Ланнистером, а кое-кем, кто поймал его шастающим в неположенном месте. Вместе с двумя другими оболтусами.       Что, если Гареда обнаружили близ Винтерфелла потому что он собирался убить Брана, а после его поимки задача перешла уже к Уиллу? “My lady,” he said, turning to Catelyn, “there is nothing more you can do here. I want you to return to Winterfell at once. If there was one assassin, there could be others. Whoever ordered Bran’s death will learn soon enough that the boy still lives.” Eddard IV       Очень интересно посмотреть, кто следующим будет покушаться на жизнь Брана.       Мои подозрения относительно «северного следа» усугубляются тем, что во время обсуждения Тирионом и Мормонтом пропажи Ройса и компании на окне сидит ворон и подкаркивает. “You are not fool enough to believe that, my lord <...> The end of summer stares us in the face.” Mormont reached out and clutched Tyrion tightly by the hand. “You must make them understand <...> There are wild things in the woods, direwolves and mammoths and snow bears the size of aurochs, and I have seen darker shapes in my dreams.” “In your dreams,” Tyrion echoed, thinking how badly he needed another strong drink. Tyrion III       Снова мотив «взгляда смерти», а также отсылка к снам. Здесь мы получаем намек, что Тирион пьет не из гедонизма, а в попытках забыться. Он ведь тоже видит странные сны, но только не об Иных, а о драконах. Что проводит еще одну параллель между мистическими элементами, связанными с вторжением как с востока, так и с севера.       А еще интересно упоминание веры. Это один из лейтмотивов главы: He was in deadly earnest, Tyrion realized. He felt faintly embarrassed for the old man. Lord Mormont had spent a good part of his life on the Wall, and he needed to believe if those years were to have any meaning. <...> “Tell them, Tyrion. Tell them and make them believe. That is all the thanks I need.” “If he doesn’t come back,” Jon Snow promised, “Ghost and I will go find him.” He put his hand on the direwolf’s head. “I believe you,” Tyrion said, but what he thought was, And who will go find you? He shivered. Tyrion III       Видите ли в чем дело, вышеобсуждаемое серебро тематически связывается с еще одной фракцией, которую я до этого не упоминал. Серебро связано с церковью. My mother told me that dead men sing no songs,” he put in. “My wet nurse said the same thing, Will,” Royce replied. “Never believe anything you hear at a woman’s tit. There are things to be learned even from the dead.” Prologue       Я только сейчас понял, что грудное молоко здесь тематически связывается со смертью от холода, которую Гаред описывает как погружение в море теплого молока, что опять отсылает к мотиву постоянного соседства жизни и смерти, но сейчас не об этом.       Из первой главы Кейтелин мы узнаем, что во вселенной ПЛИО даже индивидуальная молитва в септе сопровождается пением, либо глагол «sing» просто выступает как синоним глаголу «молиться». То есть «мертвые не поют песен» = «мертвые не молятся». Молятся только живые.       Септоны носят кристалл на серебряной цепочке. Однако кристаллы появляются еще кое-где — на броне Иных, а также в описании Стены. То есть Стену можно трактовать как аллюзию на религию, которая служит иллюзорной преградой-утешением перед лицом смерти, но почему тогда кристаллы связываются еще и с Иными? Быть может, Стену возвели вовсе не люди для защиты от Иных, а совсем наоборот? Castle Black had no godswood, only a small sept and a drunken septon, but Jon could not find it in him to pray to any gods, old or new. If they were real, he thought, they were as cruel and implacable as winter. <...> “Makes you wonder what lies beyond,” a familiar voice said. Jon looked around. “Lannister. I didn’t see—I mean, I thought I was alone.” <...> “There’s much to be said for taking people unawares. You never know what you might learn.” Jon III       Быть может, именно это так испугало Брана в его видении далекого севера. Он увидел, что человечество не одиноко в своем бытии. Он узнал, что во вселенной существует бог, но бог во вселенной ПЛИО — это зима. Зима, которую невозможно остановить и которую невозможно победить. К ней можно только подготовиться и попытаться пережить.       Кстати, Септа Бейлора располагается на холме Висеньи. Если мы признаем, что Дейнерис — это ребрендинг Висеньи, тогда мы снова получаем параллель между вторжениями с востока и севера, только на этот раз через объединяющий образ религии. Sansa cried herself to sleep, Arya brooded silently all day long, and Eddard Stark dreamed of a frozen hell reserved for the Starks of Winterfell. Eddard IV       Во время потасовки Джон бьет одного из нападавших по затылку так же, как Арья ударила Джоффри. Разница в том, что у Джона затем был серьезный разговор с Доналом Нойе, который быстро спустил его с небес на землю. А после получения хороших новостей о Бране Джон и вовсе помирился со своим обидчиком, у которого, как и у Джоффри, поранена рука: Others were gathering around and looking at him curiously. Jon noticed Grenn a few feet away. A thick woolen bandage was wrapped around one hand. He looked anxious and uncomfortable, not menacing at all. <...> Ser Alliser never took his eyes from Jon. As the laughter rolled around him, his face darkened, and his sword hand curled into a fist. “That was a grievous error, Lord Snow,” he said at last in the acid tones of an enemy. Jon III       Буквально: есть гораздо более близкие и опасные враги, чем те, кого ты считаешь иными и непохожими на тебя. Tyrion seated himself and took a sip of wine. “If a man paints a target on his chest, he should expect that sooner or later someone will loose an arrow at him. I have seen dead men with more humor than your Ser Alliser.” Tyrion III The Other said something in a language that Will did not know; his voice was like the cracking of ice on a winter lake, and the words were mocking. Prologue       Раз Иные способны высмеивать, значит у них определенно присутствует чувство юмора. Смех в главах Джона представляется объединяющим фактором.       Разговор с Доналом Нойе определенно направил Джона по правильному пути, который, возможно, приведет его к роли важнейшего посредника между Иными и человечеством. Арья, в свою очередь, не выучила свой урок и не смогла вытравить ненависть в своем сердце. Вероятно, это предопределит ее арку падения, противоположную арке Джона, но параллельную арке Дейнерис. As he stood there and looked at all that darkness with no fires burning anywhere, with the wind blowing and the cold like a spear in his guts, Tyrion Lannister felt as though he could almost believe the talk of the Others, the enemy in the night. His jokes of grumkins and snarks no longer seemed quite so droll. Tyrion III “The left is good. All is reversed, it will make your enemies more awkward. Now you are standing wrong. Turn your body sideface, yes, so. You are skinny as the shaft of a spear, do you know. That is good too, the target is smaller. Now the grip. Let me see.” Arya II       Джон дежурит на Стене тоже с копьем. Если каждая из голов дракона получит по проникающему ранению в живот острым предметом, тогда Тирион явно огребет либо от Арьи, либо от Джона. Но учитывая, что напрямую с копьем сравнивается именно Арья, а ранее по тексту Арья мечтает быть рядом с Джоном, тогда копье в руках Джона отсылает к его собственным мечтам о воссоединении с Арьей, а Тириона пырнет (или попытается пырнуть) именно Арья.       Мормонт, кстати, во время разговора с Тирионом смотрит в окно — символизм этого я уже разбирал.       В окно также смотрит Арья, когда мечтает о побеге обратно на север, и Нед, явно вспоминая Лианну: “And even the lie was . . . not without honor.” He’d put Needle aside when he went to Arya to embrace her. Now he took the blade up again and walked to the window, where he stood for a moment, looking out across the courtyard. When he turned back, his eyes were thoughtful. Arya II       Произошедшее с Лианной явно повлияло на решение Неда позволить Арье практиковаться в фехтовании. Текст проводит довольно много параллелей между Арьей и Лианной, но поскольку в разговоре с Недом они сравниваются напрямую, я не стану приводить их за очевидностью этого сравнения. Напомню лишь, что ранее Арья довольно обстоятельно сравнивалась еще и с Дейнерис через образы подаренного оружия/драконов. Эти сравнения продолжаются: It was not just a stick, but a true wooden sword complete with grip and guard and pommel. Arya picked it up and clutched it nervously with both hands, holding it out in front of her. It was heavier than it looked, much heavier than Needle. Arya II They were the most beautiful things she had ever seen, each different than the others, patterned in such rich colors that at first she thought they were crusted with jewels, and so large it took both of her hands to hold one. She lifted it delicately, expecting that it would be made of some fine porcelain or delicate enamel, or even blown glass, but it was much heavier than that, as if it were all of solid stone. Daenerys II       Помимо лошадей, похоже, еще одним образом смерти в нарративе служит вода: The first time he had been sent beyond, all the old stories had come rushing back, and his bowels had turned to water. Prologue Bran looked down, and felt his insides turn to water. The ground was rushing up at him now. Bran III       Там потом служанка роняет тазик с водой при виде очнувшегося Брана, что вдвойне забавно. Ser Rodrik smiled. “I think not. I looked at my reflection in the water earlier and scarcely recognized myself. My mother was the last person to see me without whiskers, and she is forty years dead. I believe I am safe enough, my lady.” Catelyn IV “Just so. Now we will begin the dance. Remember, child, this is not the iron dance of Westeros we are learning, the knight’s dance, hacking and hammering, no. This is the bravo’s dance, the water dance, swift and sudden. All men are made of water, do you know this? When you pierce them, the water leaks out and they die.” Arya II       Дотракийцы опасаются воды.       Рейгар умер у воды.       В винтерфельской Богороще полно прудов. Престон считает, что Бран будет использовать их в качестве камер сенсорной депривации во время битвы за Винтерфелл, дабы имитировать эффект полета.       В первый раз мы встречаем Дейнерис сразу перед купанием. Первый ее секс тоже был у воды (а если точнее — у ручья, снова локация из Пролога), куда она приехала верхом на белой лошади. Вкупе с ее телепатической связью с этой самой лошадью, ее арка как всадника Рагнарека становится все отчетливее.       Нед сравнивает Арью и Сансу с солнцем и луной, снова возвращая нас к генетическому аспекту повествования и сюжетному элементу про непохожих друг на друга родных братьев и сестер. Образы солнца и луны всплывут снова буквально в следующей же главе — главе Дейнерис.       Дейнерис беременеет от Дрого. Причем происходит это после первого же раза, когда они занимаются сексом по любви (на виду у звезд и всего кхаласара — снова вариация на тему «взгляда смерти», но снова в тесной спайке с образом новой жизни), что навевает определенные мысли. Что если вкупе с причудливыми правилами проявления наследственных признаков во вселенной ПЛИО есть и еще одно правило, эдакое «love rule» — зачать и родить ребенка можно только по любви (или обоюдной симпатии, на крайняк).       Почему у Роберта и Серсеи не было совместных детей? “Do you think the king will require proof?” the woman said. “I tell you, he loves me not.” ”And whose fault is that, sweet sister?”  Bran II       Это также тематически подкрепляет идею, что чувства Рейгара и Лианны были взаимны, а Роберт был не прав, заявляя, что Лианна была взята Рейгаром насильно. Her brother Rhaegar battling the Usurper in the bloody waters of the Trident and dying for the woman he loved. Daenerys I       А еще это подкрепляет идею, что Нед не может быть отцом Джона. А еще это объясняет, для чего Эйрису мог понадобиться Тирион.       Если мы предположим, что Дейнерис — дочь не Эйриса, а Рейгара, тогда для соблюдения закономерности с числом три у Эйриса должен был быть еще один живой ребенок. Тирион вполне может быть биологическим сыном Тайвина, дабы троица Ланнистеров оставалась троицей, однако, учитывая его химерические черты, он может быть одновременно продуктом экспериментов Дарта Эйриса Безумного по манипулированию мидихлорианами в попытках преодолеть «love rule». Рейгар родился в конфетно-букетный период, поэтому с ним проблем не было. Но вот дальше Эйрис поехал кукушкой, а значит, согласно «love rule», имел серьезные проблемы с зачатием жизнеспособных наследников. Эксперименты с эмбрионом своей любовницы Джоанны Ланнистер затем могли стать основой успешного зачатия Визериса, вопреки «love rule». Ser Jorah snorted. “Can you wake the dead, girl? Your brother Rhaegar was the last dragon, and he died on the Trident. Viserys is less than the shadow of a snake.” Daenerys III       Снова образ тени, как в главе Тириона, но теперь уже явно в контексте Эйриса.       При такой интерпретации Тирион превращается в еще более идеальное зеркало Джона и Дейнерис — химера и квази-бастард Таргариенов с кровью Ланнистеров / близняшки и квази-бастарды Таргариенов с кровью Старков.       Забавно, что по возвращении на юг Тирион будет обвинен в покушении на Брана, прямо как Уилл. А Джон будет казнен как Гаред. А Бенджен Старк попадает в лапы Иных как Ройс. Вот только здесь судьба персонажей Пролога будет несколько субверсирована — Тирион предстанет перед судом, в отличии от Уилла; Джон будет убит довольно подло, в отличии от казненного строго по процедуре Гареда; а Бенджен Старк таки не превратится в зомби, в отличии от Ройса (если принять трактовку сериала).       Параллель между Бендженом Старком и Ройсом укрепляется образом из кошмаров Джона, в которых он видит дядю, лежащего в кровавом снегу. Эти кошмары также отсылают к снам Тириона о мертвых родственниках. Генетика Таргариенов явно благоприятствует красочным сновидениям. “Oh, I think that Lord Tyrion is quite a large man,” Maester Aemon said from the far end of the table. <...> “I think he is a giant come among us, here at the end of the world.” Tyrion III       Будучи слепым, Эймон наверняка умеет неплохо читать людей по голосу. А возможно даже умеет распознавать своих потенциальных родственников. Его реплика явно отсылает к большой тени, которую отбрасывал Тирион в первой главе Джона. By the end of the first week, Tyrion’s thighs were raw from hard riding, his legs were cramping badly, and he was chilled to the bone. Tyrion II Her thighs were chafed raw, her hands blistered from the reins, the muscles of her legs and back so wracked with pain that she could scarcely sit. Daenerys III       Мда, неудобно будет Тириону летать на драконе. Даже в дизайнерском седле.       Кстати, если Тирион таки Таргариен, я бы поставил, что его имя Балерион.       Эйегон как настоящее имя Джона, кстати, не имеет смысла, поскольку у Рейгара уже был сын с таким именем. Прошвырнувшись по семейному древу Таргариенов, я наткнулся на имя Дейрон, которое с точки зрения нарративной симметрии подходит для Джона гораздо больше. А затем я вспомнил, что Джон в своей первой главе уже упоминал какого-то Таргариена, по которому он фанател. Вернувшись к тому фрагменту, я выяснил, что кумиром Джона был Дейрон I Таргариен.       Update: R+L=D&V       Вне контекста это уравнение наверняка выглядит максимально шизово. Хотя, возможно, со всем контекстом тоже.       У Джона и Дейнерис дни рождения. Дейнерис явно проходит через половое созревание, со всеми сопутствующими драконами.       Мормонт рассказывает Дейнерис про бледную траву на далеком востоке, с очевидной отсылкой к Иным. География у Мартина явно метафорична, и я уже подмечал параллель между вторжением с востока и вторжением с севера. Драконы, как уверяет текст, происходят из Края Теней, что за Асшаем на далеком востоке. А мы помним, как Бран испугался того, что грядет с далекого севера. Что бы это ни было, оно явно представляет собой тематический или буквальный антипод драконов. Драконы пока что тематически подвязываются к жизни и акту рождения через связь с половым созреванием Дейнерис.       Но в самом начале главы она все еще маленькая девочка: “I don’t want to talk about that now,” she said. “It’s so beautiful here, I don’t want to think about everything dying.” Daenerys III       Своей наивной очарованностью красотой она явно напоминает Сансу. Плюс здесь снова разговор о смерти и два всадника. Красота обманчива во вселенной ПЛИО. ”Have you forgotten who you are? Look at you. Look at you!” Dany did not need to look. She was barefoot, with oiled hair, wearing Dothraki riding leathers and a painted vest given her as a bride gift. She looked as though she belonged here. Daenerys III As the others took their accustomed seats, it struck Eddard Stark forcefully that he did not belong here, in this room, with these men. Eddard IV       Это далеко не первый раз, когда вопрос «принадлежности» затрагивается в главе Неда, но первый раз, когда он так напрямую связывается с Дейнерис. Кажется, текст готовит нас к кульминационной сцене с Робертом. Напомню, также, что ранее этот вопрос в тех же формулировках затрагивался в связи с Лианной. It seemed as though all the things she had always believed were suddenly called into question. Daenerys III       Вот уж действительно.       Шрам на подбородке Визериса от кнута. «Raiders March» by John Williams intensifies.