Глава 10.
24 ноября 2025 г., 23:44
ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД
ОЙМЯКОН, РОССИЯ
Маленький червь наконец-то умрет.
Понадобилось всего три года.
И, ну... да, хорошо, время от времени подсыпал яд в его бутылочку со смесью, а позже — в еду.
Игорь не мог пустить ему пулю в голову. Убийство младенца хладнокровно казалось сбрасыванием последнего слоя цивилизации, отделяющего его от того, чтобы стать демоном.
Было ошибкой забрать близнецов. Этот факт он охотно признавал, но только самому себе.
Он должен был позволить им умереть в утробе суки.
Но искушение было слишком сильным, горе — слишком острым, боль — слишком свежей.
Тайрон Каллахан забрал единственное, что Игорь не мог заменить — его сердце.
— Вам бы следовало его увидеть, сэр, — Ольга протиснула свое свиноподобное лицо между дверью его кабинета и косяком. — Его лихорадка не спадает уже пять дней. До ближайшей больницы два дня пути. Сомневаюсь, что он выживет.
Игорь отложил ручку и взял свою шубу со спинки стула. Меховой воротник щекотал его бакенбарды, пока он тяжело шагал из деревянной хижины. По пути он прихватил винтовку. Убийство из милосердия, — сказал он себе. — Люба не рассердилась бы на меня за это.
Толстый слой белого покрывал крыши и те немногие машины, которые были припаркованы за пределами лагеря.
Бесплодные дороги окружали бывший лагерь ГУЛАГа, который Игорь купил у Политбюро незадолго до распада союза. Он превратил его в тренировочный лагерь для своих будущих солдат Братвы и тюрьму для своих противников.
Он хорошо использовал объекты трудового лагеря. Колючие ворота не давали его заключенным сбежать. Блок карцеров был классной комнатой, в которой усваивались ценные уроки. Он ковал воинов, а не маленьких неженок.
Они пробирались от его освещенного огнем кабинета до жилых помещений, снег хрустел под их сапогами.
Ольга — тяжелая, низенькая, невыносимо розовая — распахнула дверь, борясь с силой вихрящихся ветров. В свежем воздухе висел смрад болезни и гнилых зубов. Дети спали в своих пальто и рабочих сапогах на длинных деревянных досках, натянутых по обе стороны деревянной хижины. Они были слишком измотаны, чтобы проснуться от звука шагов Игоря по гнилым половицам, его ручной фонарь раскачивался из стороны в сторону, как корабль, попавший в шторм.
Игорь остановился у подножия доски.
Тирнан — смешное имя, — удивлялся он в миллионный раз, — был зажат между своей сестрой и Алексеем Распутиным. Собственный сын Игоря прижимал своего друга к груди, его шуба была наброшена на маленького червя. Редкий норковый соболь стоил целое состояние. И он надел его на этого ирландского подонка.
Игорь хотел отхлестать Алекса с головы до самых маленьких пальчиков на ногах, но знал, что Люба, если бы она была жива, не одобрила бы этого.
Он уже нашел себе другую жену, Наталью. Вдвое моложе и втрое красивее. Она была беременна сейчас. Но она не была Любой. Никто не был его Любой. И поэтому он не ударил мальчика, хотя тот вполне заслуживал этого.
Тайрон сказал, что убил Любу случайно. Игорь не поверил ему.
В любом случае, его Алекс, его Лёша, был единственной частью ее, которая у него осталась. И он намеревался сохранить его незапятнанным.
Игорь пальцем ноги оттолкнул руку своего сына от Тирнана и навел винтовку на больного мальчика.
— О, но посмотрите, Игорь, — Ольга приложила пухлую руку ко лбу червя, проводя пальцами по влажным, кроваво-красным локонам. — Его лихорадка наконец-то спадает. Раньше он так ужасно корчился, я думала, что он умрет. Его сестра и маленький Лёша держали его в тепле. Заставляли пить молоко. Похоже, он все-таки выкарабкается.
Игорь скривил рот от недовольства и медленно опустил винтовку.
— Что он делал, когда заболел?
— Просто чистил картошку, мистер Игорь. Ему всего три года. Слишком мал для работы на лесоповале. Я позволяю молодым чистить картошку на морозе. Им полезно привыкать к температуре. Но я могу разрешить ему работать внутри, пока он не окрепнет.
— Нет, — решительно сказал Игорь. — Держи его снаружи, и убедись, что он работает завтра. Полный день. Он должен заслужить свое содержание.
Игорь хотел сказать Ольге, чтобы она держала Алекса и Тирнана подальше друг от друга, но это было бесполезно.
Единственный способ удержать сына от маленького червя — вытащить его из лагеря и позволить ему жить с ним и Натальей.
А он был слишком эгоистичен, чтобы позволить малышу мешать всем радостям, которые молодая, безрассудная женщина приносила ему в постель каждую ночь.
