Bad Bishop

Две недели спустя мы с Тирнаном заехали проверить одно из его игорных заведений по пути в ресторан. Он водил меня на свидания три раза в неделю, объясняя, что мне нужно почувствовать себя подростком и расслабиться. Как только мы вошли внутрь, он провел меня вниз, в свой кабинет. — Подожди здесь, — Он поцеловал меня в губы и направился наверх, в карточный зал. Я стряхнула дождь с пальто и волос, наблюдая за унылой погодой через окно. Облака были серыми, густыми, и лил дождь. Я устроилась в его плюшевом кресле и порылась в карманах пальто, с досадой осознав, что забыла телефон в машине. Беременность действительно влияла на мозги. Я начинала забывать всякие вещи. Со вздохом я поднялась по лестнице в карточный зал в поисках своего мужа. Я нашла его, склонившегося над столом для блэкджека, наблюдающего за напряженной игрой в карты. Справа от него было несколько ирландских солдат, что-то ему объясняющих. А слева от него была не кто иная, как... Бекки. Мое сердце взорвалось при виде нее, жар распространился по всему моему телу, по рукам, заставляя мои кулаки сжиматься. Это был первый удар настоящей, сильной, раскаленной докрасна ревности, которую я когда-либо испытывала, и я была настолько поглощена ею, что это лишило меня дыхания. Она потерла свои накладные сиськи о его руку, шепча ему на ухо. Я пристально наблюдала за их губами. — Я что-то сделала не так? — Я практически видела, как она ноет. На ней была черная кожаная мини-юбка и красный лиф-корсет в форме сердца без бретелек. Высокие сапоги и пышные волосы с таким количеством лака, что я надеялась, она умрет от выброса газа. — Бекки, ты проститутка. Ты ожидала кольца и медовый месяц в Париже? — Глаз Тирнана не отрывался от зеленого пушистого стола. — Я думала, что я твоя любимица. — Вот почему тебе платят за то, чтобы ты трахалась, а не думала. — Ты больше не приходишь сюда, — Ее нижняя губа обиженно выпятилась. — Финтан справляется с этим местом отлично. — Девочкам он не нравится. Во-первых, он никогда не пользуется их услугами. А его любопытная девушка слоняется вокруг, всегда суя свой нос в чужие дела, чтобы убедиться, что он не пьет и не играет в азартные игры. — Я снят с рынка, — Тирнан поставил локти на стол. — До каких пор? — настаивала она. — Смерть и после нее. Его слова не успокоили меня. Сам факт того, что он вообще с ней разговаривал, заставил меня захотеть разбить его голову об этот стол. Я шагнула вперед и прочистила горло. Глаз Тирнана мгновенно метнулся ко мне. Его зрачок расширился, когда он заметил меня. — Дорогая. Дорогая, моя задница. Его разговор с Бекки напомнил мне о ее существовании, и о том, что он привел ее в наш дом, одел ее в мое платье и трахнул ее на моей кухне. Я развернулась и быстро направилась к выходу. Он тут же оказался рядом со мной, его шаг был быстрее моего. Он говорил со мной, но я не смотрела, чтобы понять, что он говорит. Дверь охраняли два ирландских солдата, и когда они увидели, что мы приближаемся, их босс идет по пятам, они заблокировали мне выход. Один из них положил руку мне на плечо, чтобы оттолкнуть меня обратно в клуб. Тирнан отреагировал, скрутив его запястье и сломав его одним плавным, до пугающего отработанным движением. — Фатальная ошибка, — я увидела, как двигаются его губы. — Никто не трогает мою жену. Закатив глаза, я толкнула дверь и направилась к машине. Увидев большую лужу у моих ног между пассажирской дверью «Мерседеса» и бордюром, я бросила один взгляд на нее, затем на свои бархатные Jimmy Choo и вздохнула. — Я тебя ненавижу, но не настолько, чтобы испортить эти совершенно хорошие туфли, — Никто не виноват, что погода решила испортиться на этой неделе. Даже не Бекки. Тирнан скинул свое бушлат и расстелил его на земле перед мной, чтобы я не запачкала свои розовые туфли. Наконец, я одарила его злым взглядом, наступая на его куртку. — Шерсть твоего глупого пальто застряла в моем каблуке. Холодная, бесстрастная маска моего мужа на мгновение растаяла. Он каким-то образом точно понял, что я делаю и почему я это делаю. У нас была публика. Бекки. Его солдаты. Его клиенты. Ему нужно было пожертвовать своей гордостью, чтобы восстановить мою. — Моя вина, дорогая, — Он перекинул мою руку через свое плечо и опустился на колено, буквально на колени передо мной, когда поднял мою ногу. Он положил мое колено на свое мускулистое бедро, стирая пушистую шерсть с моего каблука большим пальцем. — В следующий раз надену кашемир. — Ты обязательно это сделай. Я чувствовала взгляды всего клуба, прожигающие дыру в наших затылках, пока они смотрели в недоумении. — Почему ты с ней разговаривал? — Она сотрудница. — Она хотела тебя трахнуть. — И что? Люди хотят дерьма, которого они не могут иметь, постоянно. — Ты трахал ее в нашем доме. — Прости, — Он выглядел искренним. — В моем платье. — Я хотел, чтобы она была тобой. Я знал, что не могу прикоснуться к тебе, но мысль о том, чтобы иметь кого-то другого, была довольно... неинтересной. — И еще та глупая регистраторша, — Я сузила глаза. — Она была просто приманкой. Я никогда не трогал ее. — Ты ужасный человек. — Да, но я стану чертовски хорошим мужем, если ты позволишь мне. — Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь простить кого-то, кто был так жесток со мной. — Это хорошо, я больше не тот человек, — Он пожал плечами. — Ты превратила меня в кого-то совершенно другого. Поверх его плеча я заметила Бекки,открывшую рот при виде меня, стоящей на дизайнерском бушлате моего мужа, и наезжающей на него. — Хочешь, чтобы я ее уволил? — спросил он, его глаз искал мой. — Скажи слово, и я это сделаю. Я уволю их всех. Каждую женщину, работающую на меня. Нет никого другого, Лила, — сказал он. — Никогда и не было. Успокоившись, я облизала губы. — Нет. Я никогда не лишу кого-то работы без уважительной причины. И мое эго — это недостаточно уважительная причина. — Я прослежу, чтобы Финтан занимался этим клубом, — пообещал он. — Я больше никогда ее не увижу. — Просто пообещай мне, что ты и Финтан будете хорошо обращаться с этими девушками. Он выглядел удивленным и немного раздраженным. — Конечно. Им платят наличными. Безумные чаевые. — А клиентура? — Соблюдают правила клуба. Я изучала его с надутым видом, наблюдая, как ожидание выкручивает его наизнанку. — Теперь ты можешь отвезти меня в ресторан. Когда мы отъехали, и я увидела Бекки, слоняющуюся у входа, бросающую на меня яростный хмурый взгляд, я не отказала себе в желание показать ей средний палец.