Выхода нет

Долго лежать не получается. Ставлю ведро у подножья кровати. И, сделав дела, обдумываю дальнейшие действия. Именно что дальше, а не то, что было. Нет руки — и нет. У Наруто с Саске под конец манги тоже не было, и Саске потом всю жизнь жил без руки. Орочимару вообще без обеих рук. Главное — ноги целы и голова. Я в своём уме, нужно просто найти подход к Орочимару. Чем могу быть полезной? Что я могу? Моя главная сила — в моих воспоминаниях. И очень важно не наговорить лишнего, чтобы история не поменяла свой ход! Иначе всё пойдёт по одному месту. Я не могу себе позволить долго психовать. Вдох, выдох. Секунда, вторая, третья. Я жива. Я существую. Прямо сейчас. Главная проблема — очки. Ни о чём другом думать просто не могу. Вновь ломаю голову. Что Кабуто собирается делать? Мне приносят новую порцию супа. Одно и тоже, одно и тоже. Если так едят основные жители то что достаётся заключённым... Мда, похоже, еда не особо волнует великого и ужасного Орочимару. А у него, между прочим, будет жить растущий организм, которому нужно много есть! Здесь невозможно отследить время. В какой-то момент пришёл Вупсень со сложенными вещами в руках. Я в начале и не поняла, что у него в руках. А как поняла — подскочила от радости. Это именно то, что я просила. Чёрный джемпер, штаны и стандартная обувь из Наруто. Надо же, а они, оказывается, из кожи... Осматриваю свои обновки. Вупсень просто стоит рядом. Дел, что ли, нет? Так, теперь нужно переодеться. Задираю голову, дабы сказать ему в лицо: – Отвернись, – он, как ни странно, молча прислушался... Может, ему язык оторвали? Пытаюсь снять своё платье-мешок одной рукой. С трудом и кряхтением, но получилось. Всё потому, что оно такое большое и ни за что не цепляется. Затем, просто глядя на джемпер, тяжело вздохнула. Мне нужна помощь. Прикрыв бёдра своим платьем, вижу, какое тощее у меня тело. Рёбра выступают на сероватой коже. Я точно не труп? Они забавно поднимались и опускались. А видно их чётко, потому что грудь очень маленькая и обвисшая... Обычная грудь тоже висит без лифчика. Но здесь о такой роскоши и думать не приходится. – Повернись. Он не шокирован. Ну конечно. Он много голых тел видел за свою карьеру гробовщика. Протягиваю ему джемпер и чуть склоняю голову. Меня одевают как ребёнка... Он сам вызвался быть нянькой или всё же приказали? Или жалко меня стало? Сейчас Вупсень находится достаточно близко, и я могу его рассмотреть. Он обычный. Волосы розоватые. Но не как у Сакуры. Темнее и коротко стриженные. Повязка с протектором Деревни Звука. Брови тонкие и нахмуренные. Глаза... Он раскрыл штаны, чтобы я протянула через вырез ноги. Он сидит на одном колене передо мной, погружённый в свои думы. Оба молчим. Похоже, он тоже без настроения. Вдруг поднимает голову в мою сторону, и мы сталкиваемся взглядами. Зелёные. У него зелёные глаза. – Не дыши на меня! У тебя изо рта воняет. Выпрямляюсь, закрывая рот рукой. Я бы обиделась. Но новая мысль посетила мою голову. – Ты случайно не из клана Харуно? Он резко поднимает голову. Лицо искажено злобой. Да что такое? Язык мой — враг мой. – Я просто... просто похож ты на одного... одну... – Лучше бы ты молчала. – Я знаю, – пытаюсь перевести всё в шутку. Но он не смеётся. Он вообще сегодня на взводе. Мне страшно с такими людьми. Пожалуйста, отведите меня к Орочимару, у него сейчас спокойней. – Дальше справишься сама, – бросает он и выходит. Как только закрылась дверь, облегчённо выдыхаю. Да-да, мне как раз нужно скинуть с бёдер платье и подтянуть штаны. Одной рукой это можно сделать. А обувь — не проблема. Я ещё не чувствую себя человеком. На мне вековая грязь. И всё же благодарна Вупсеню за одежду. Чувствую себя уютнее и защищённее. Надо же, как много решает обычная одежда. То, что под ногами удобная обувь, а не сырая земля, добавляет уверенности в себе. Меня можно теперь отличить от самой жалкой твари здесь. От заключённых на нижних этажах. В комнату вновь вошли. На этот раз незнакомый шиноби. Не комната, а проходной двор. – На выход, – равнодушно бросает. Я встала, оперлась рукой о стену, чтобы не потерять равновесие, и пошла к выходу. Ладно. Я вижу тени, выходит, не на сто процентов крот. Но здесь с освещением ужас кромешный! Даже хорошо видящий человек вынужден напрягать глаза. А этот хмырь всё шёл. Иногда останавливался, ждал, когда подойду ближе, и продолжал путь. Довели до двери. Внутри был Кабуто. Увидев меня, он оставил то, чем занимался. Поблагодарил шиноби, который меня проводил, затем усадил на стул. Вот он, джентльмен. Осторожно вёл за плечо, едва касаясь. Кабуто... Я никогда не влюблялась, но если это случится — ты первый в списке. Мы долго подбирали очки из его закромов. Похоже, это его кабинет. Или комната так обставлена — всё-таки он сам носит очки. Кабуто, ты же медик, неужели не мог зрение себе улучшить? Да у тебя в покровителях хирург. Ты мог позволить себе операцию по пересадке... глаз. Уверена, был бы по популярности наравне с Какаши. Но он не знал моих мыслей. Продолжал менять линзы на нехитром приспособлении. – Попробуй так. Я поменял линзу на правом глазе на большую цифру, – надевает бандуру мне на лицо. Я в ней, наверно, выгляжу как какой-нибудь учёный- механик в стиле стимпанк. И правда, стало лучше. Я гляжу на Кабуто с нескрываемой улыбкой. Он тоже сморит на меня своими добрыми глазами и улыбается. Я тяну руку к этим чудо-очкам, чтобы просто прикоснуться к чуду, которое дало наконец увидеть мир. – Не трогай, – холодно ответил он, не меняясь в лице. Меня это немного волнует. Улыбка уже более натянутая. Боится, что сломаю? Дверь с грохотом открывается. Я резко поворачиваю голову на звук и вижу Орочимару. Он всё так же бледен. На лице испарена. Одет весьма скромно. Его забинтованные пальцы виднеются на конце длинного рукава. – Я уже битый час тебя зову, Кабуто, – шипит он, проходя внутрь. – Что она здесь делает? – Простите, Орочимару-сама. Обычный осмотр, раз она перешла в разряд удачных экспериментов, решил, стоит заняться основными проблемами. – Когда я давал приказ ослабить охрану? – Мне казалось, что в прошлый раз в лаборатории вы заинтересовались её происхождением. И результаты тоже удивили. Я переводила взгляд с одного на другого. Они о чём? О тех пятнадцати днях моего беспамятства? – Что вы со мной сделали? – Ничего. – Орочимару посмотрел на меня. Я вижу его жёлтые глаза, покрытые пеленой сдерживаемой боли. – Неправда! – у меня трясутся колени, и вспотели сцепленные ладони. – Кабуто сказал, что вы пятнадцать дней держали меня в лаборатории! Уверена, вы что-то сделали! – мне хочется спросить и про руку. Но молчу. Вдруг спохватится. Лишь бы мне насолить. – Твоё появление здесь сложно объяснить. Это не Эдо Тенсей, точнее, не полностью он. Я повторил те же действия на другом трупе, – гад паршивый! Ещё одной попаданки не хватало! – и ничего. Никаких признаков жизни. Я наблюдал за тем, как отрубленная часть ноги или руки у призванных Эдо Тенсей зарастает само по себе. Но у тебя этого не произошло. – он отрубил руку в надежде, что она зарастёт? Да что с ним такое? Эспериментатор хренов! – Это тело. Оно стало твоим. Но ты не из этого мира. Это видно. Повадки, речь... – Орочимару нагнулся к самому моему лицу и, глядя прямо в глаза, продолжил. – Взгляд. Он полон страха. Всё время. – Д-допустим так, – отвожу взгляд и машинально тяну руки к очкам, за что получаю по руке от Кабуто. Удивлённо смотрю на него. Он, похоже, недоволен, и снимает с меня драгоценную бандуру. Мир вновь размыт. – И что вы решили? – Расскажешь, когда Коноха исчезнет с лица земли. Я, возможно, не отправлю тебя вниз присматривать за экспериментами. – охох, моя ценность реально выросла. Раньше меня прямо к ним на съедение бросить хотели. Теперь уже ранг охранника. Интересно. – Я уже говорила. Коноха останется целой. – Неправда. Я уничтожу это жалкое селение, что бы ты не говорила! Меня не переубедить! – Да у вас даже рук нет! – Если бы ты правда знала будущее, – Орочимару выпрямился. – Если бы твой предсказатель был прав, ты бы знала, с кем я виделся на днях. И увижусь через неделю. Через неделю я обрету обратно свои руки. – руки? Обратно? И как же? Видно, мой взгляд транслировал мои мысли. Ибо этот змей самоуверенно улыбался. Даже через боль. – Допустим я знаю, о ком вы. – И что же ты можешь рассказать? – мой звёздный час. – А какая выгода? – Я никогда не вру. И не люблю повторяться. – кидаю взгляд на Кабуто, который всё это время молча стоял в стороне. Орочимару надоел. – Когда отправитесь к Тсунаде, Орочимару вас отправит устранить её помощницу. Не идите туда. Оставайтесь поодаль и следите за Орочимару и Тсунаде. – отчеканиваю каждое слово. Пафос — моё второе имя. Это всё. Больше вы от меня ничего не услышите. Невинная информация, которая не поменяет ничего в ходе истории. Я собой довольная. Ещё и поднимусь в глазах Орочимару и Кабуто. Последний хмыкает: – Отчего же? Я вполне успею разобраться с девушкой и вернуться обратно к Орочимару. Не думаю, что она сможет меня остановить. – У тебя ничего не выйдет. – Неужели её помощница сильнее меня? Не похоже. – Нет, рядом с ней будет кто-то. – Всё. Молчу. – И кто же? – встревает Орочимару. По голосу слышно его недоверие. – Джирайя. – про Наруто лучше промолчу. Он главный герой, умереть не может. – Ещё один Саннин? – удивляется Кабуто. – Он наверняка попытается нам помешать. Нужно взять с собой больше людей и лучше подготовиться. Дело пахнет жареным. – Нет-нет! Должны быть только вы двое! – отрицательно машу рукой. Дело плохо. Очень плохо. – И почему же? Мы должны проиграть? И почему Кабуто должен следить? Она предаст меня? Невозможно! Орочимару, прекрати думать! Я прямо сейчас запорола канон. Конец игры, даже не начавшись. Да пофиг. – Я дала вам слишком много информации. Взамен хочу очки. – Как думаете, стоит ли взять Ораши? – обратился к Орочимару Кабуто. Твари. Они опять меня игнорируют! – Стойте! – вскакиваю с места. – Дайте мне очки! У вас целая неделя на поболтать, а у меня такого нет! Я каждый день страдаю! С минуту Орочимару осматривал мой вид. Затем, повернувшись к Кабуто, сказал: – Девушке не терпится приступить к своим обязанностям. Сделай ей очки. – и уже собрался уходить, как вдруг что-то вспомнил. Вновь повернулся ко мне – А кстати... Как тебя зовут? – Мия. – Что ж, Мия. Добро пожаловать.