Жидкое сердце

Прошла неделя. Мы всё также вместе. 7 дней лишь только, а событий больше... нежели что? Хотел бы я сказать, что больше чем во всей моей прежней жизни, но я её не помню. Всё ещё не привык быть пустышкой. Каждую ночь мы чем-нибудь да занимаемся, а прячемся только тогда, когда лучи солнца пробивают небо. Эн бодрствует ночью, а днём только спит. Обычно мы находим квартиры поудобнее, а если не успеваем — остаёмся в подвалах или магазинах. Я "отдыхаю" за компанию. Не то чтобы мне это надо, просто... самому делать нечего. А Эн сон необходим, без него перегревается. В основном мы посещаем разные места по типу магазинов и музеев. Заглядываем и в дома.

Но это не главное.

Ведь большую часть времени мы разговариваем. Я чаще выступаю в роли слушателя для неё. Похоже, встретив меня, она взорвалась как бомба. Со своими бывшими коллегами у неё не заладилось, а знакомых у неё больше нет. Не было. До меня. Вот и приходится нести эту ношу. Но её болтовня частенько надоедает, когда говорю ей молчать — она молчит. Послушная. Хотя... надолго её не хватает. Потихоньку смирился. За эту неделю мы успели повидать её сородичей, но нет, не Джей или Ви. Как сказала мне Эн, мы сейчас не в их районе, и здесь орудует другая группа. О ней она ничего не знает. Мы видели их издалека, нас в ответ вроде нет. Ещё мы видели обычных дронов-рабочих. Эн, конечно, пыталась пойти с ними на контакт, но те ни в какую. Они убегают прочь, сверкая пятками. И так каждый раз. И она... почти каждый раз чуть-ли не начинает плакать. Это меня в ней раздражает больше всего. Но... уже не так, как в начале знакомства. Меня не интересуют ни первые, ни вторые. Стоит признать, интерес вызывает только Эн. Я ещё не разобрался, какого он рода, но факт есть факт. Быть с ней — всяк получше полного бездействия. Сейчас ночь, глубокая. Небо затянуто густыми тучами, пока улицы заметает белым снегом с силикатами. Мы сидим в одной из квартир непримечательного ЖК. Окна заперты, но уже давно не так герметичны, чтобы сохранять былой комфорт: слышен свист ветра, сопровождающий бушующую снаружи метель. На улице светло, всё те же спутники блестят как уличные фонари, делая этот мир... немного живее? Может быть. Может быть... — О, ты опять о чём-то задумался? Голос. Высокий. Женский. Звучал почти по-детски. Как всегда. Он вывел из потока мыслей. — Тебе-то какое дело? Я груб. Почти что как всегда. А я всегда таким был, или только в новом теле смелость пробудилась? — Ну мне же интересно, — ответила Эн. Я не смотрел на неё, не знал чем занята. С двумя глазами жить полегче. — Почему? Я всё также, стоя у окна, не двигался, когда спрашивал. Вообще. — Я тебе постоянно о себе рассказываю, о своих мыслях, а ты... почти ничего не говоришь, — она замолчала на миг, — Только слушаешь. Вот мне и интересно, что творится у тебя в голове. Всё последовательно и логично. Спору нет. Но о чём я могу с ней говорить? Я занял момент и хорошенько подумал... И понял, что я очень скучный. Не только как собеседник, а вообще. У меня нет увлечений, нет особых предпочтений. Я почти ничего не знаю о себе. Я... Мне нечем поддержать диалог. Буквально. У Эн была весьма однотипная жизнь: работа, отдых, побои, отдых, опять работа. И так по кругу. Но ведь она умудряется болтать без умолку часами. А я... я так не могу. Плохо ли это? Не знаю. Я повернулся к ней и посмотрел. Она сидела на диване, прижавшись к спинке, и упирала руки рядом, хвост там же. На лице простая улыбка. Ноги игриво мотаются то вверх, то вниз. — Мне нечего рассказывать. Простой вывод. Он верный, и одновременно ложный. — Да брось ты! — она, неверя, ухмыляется, — Тебе точно есть что рассказать! Я уверена. Ты просто не хочешь делиться, я права? Слишком проницательно. Ну. Я действительно не горю желанием делиться с ней мыслями. Она всё равно меня не поймёт. Также как и я не смогу понять её. Мы разные. Даже слишком. — Считай как хочешь, — я мельком посмотрел в окно, а затем вновь на неё, — Масла достаточно? Она помнулась на месте, затем подвинулась ближе к краю и схватила серую канистру. Взболтнула — всё внутри плеснулось глухо. — На день хватит, думаю. Хотя я проголодалась, — она скорчила задумчивую гримасу. Думала она недолго. Как всегда. — Ладно, выпью немножко, всё равно его на складах полно! — сказала она, и её визор на миг посетили помехи. Замечаю это не в первой. Откупорив крышку, она демонстративно собралась с духом, а затем, с трудом, смогла выпить немного этой чёрной жижи. Лицо вновь укутали глюки и помехи, пока глаза её были закрыты. Закончив пить, она громко закашлялась, а затем протёрла рот. С него медленно стекала пара струек этой непонятной жидкости. Вскоре она впиталась в мех её пальто. Скоро исчезнет. Одежда у них сама очищается. Не знаю как... просто наблюдаю это периодически. Удобно. Стирка не нужна. Она выглядела недовольной. — Блин, кхе, почему оно такое ужасное на вкус? — спросила она, оттряхнув руку, — и во рту всё горит после него... — в конце её пробрала дрожь. Прочистив рот языком, она сплюнула на пол тёмный сгусток. Вернула крышку на канистру и вернула её на место, недовольно уселась на насиженное место. Один вопрос меня мучает всё это время... но я всё никак не мог задать его. Сейчас удачный момент. — Хотел спросить, — она тут же обратила на меня внимание, — почему ты раньше не додумалась искать масло на складах? Она зависла. В прямом смысле. Её глаза застыли вместе с ртом, как и, в общем-то, всё её тело. Длилось это недолго. — Я... не могу ответить на этот вопрос. Интересно. Очень даже. — Не можешь или не хочешь? Она затягивала с ответом. Отводила взгляд, пока помехи нарастали с каждой секундой. — Что-то не даёт мне... подумать об этом, — ответила Эн и поморщилась, — и я не понимаю что это такое. Программы подчинения? Может быть. Нужно разузнать. — Ты вообще помнишь сколько лет ты уже здесь? — вновь спросил я. И снова она думает очень долго. И пока этим занята, почти не двигается. Взгляд застывает и только тихие звуки помех нарушают тишину. Она, наконец, смогла мне ответить. — Я не знаю. Или не помню?... Может, не такая она и глупая. Сама-то по себе. Думаю причина в том, что протоколы в её мозгах запрещают ей идти против миссии. И масло — лишь один из наглядных примеров. Она даже не могла подумать сама о том, чтобы поискать масло где нибудь кроме внутренностей работяг. А насчёт времени... чтож... и в моих источниках у Эн были проблемы с памятью. Так что неудивительно. Вообще это похвально. Сейчас я понимаю уже больше. Она сопротивляется. Она старается мыслить свободнее, действовать в соответствии своим желаниям. Кто-то назовёт её сломанной. Или девиантом. Возможно они правы... Но для меня она скорее та, что просто хочет иметь свою собственную волю. Та, что не хочет подчиняться приказам, которые идут вразрез с её желаниями и моралью. Это достойно. Наверное... стоит немного пересмотреть моё отношение к ней. Совсем немного. Всё таки без меня она бы точно уже померла. ... Хорошо. Я вам подыграю.

***

Очередной день 3070 года. Или 3071? Неважно. Существую себе понемногу. Мы вновь блуждаем по руинам. Внимание Эн привлекла одна из витрин... я не придал значения. Сегодня, на удивление, спокойно: ветра почти нет, снег неспеша спускается на землю. И никого на горизонте. Пусто. Лишь застройка городская. — Блин, не та... — шуршала девушка внутри. Я стоял как стена и не двигался. Мне неинтересно мародёрствовать. Все эти брюлики и безделушки... зачем они мне? Я вообще ни в чём не нуждаюсь. Я просто... есть и всё. — О! — воскликнула Эн. Видимо она нашла что искала. Она вышла через разбитую витрину и принялась размахивать руками, показывая в руках что-то едва блестящее. Лунный свет тускло отражался от небольшого брелка. Это был... какой-то персонаж, нарисованный в мультяшном стиле. Что-то вроде розово-белой кошки с бантиком на ушке и с жёлтым кружочком на месте носа. Девушка с радостным лицом её оглядывала, словно нашла не брелок, а сокровище древних атлантов... Я серьёзно. Её глаза сверкали как никогда прежде. — Смотри! — она поднесла ладонь ко мне повыше, — правда милая? Я продолжил смотреть то на неё, то на брелок. Не говорил ничего, тут это... не к месту. — Эх... — вздохнула Эн, — ты как всегда хмурее некуда. Хоть бы улыбнулся! Улыбаться? Зачем? Разве повод нашёлся? Хотя ладно... не помню чтобы я реально улыбался когда-то. Попробовал сейчас... ничего. Лицо не изменилось ни капли. Ах да, точно... вспомнил. Я не способен так выражаться. — Не могу. Она посмотрела на меня с недоумевающим взглядом, хотела что-то сказать но не успела. Перед нами с грохотом кто-то приземлился. Эн закрылась ладонью из-за улетевшей в нас пыли. Я не дрогнул. — Нехорошо на чужой территории сновать... — из серой завесы послышался мужской голос. Вероятно, демонтажник этой же модели, таких ещё не встречал. Убрав руку с лица, Эн вжалась в землю и стала серьёзнее. Даже не заметила, как недавняя находка упала в снег и скрылась в нём же. Он неспеша шагал к нам, и вскоре полностью показался перед нами в полный рост. Что про него сказать? Чуть выше Эн, с очень короткими платиновыми волосами, одет в какую-то кожанку и с непонятной шляпой на голове. — Мы тут просто мимо проходим! Мы не охотимся! — Ну-ну... — ответил он, — бывали уже такие "мимопроходящие". И потом из зубов добычу отбирают! — послышался звук трущихся лезвий. Мы всё ещё были в небольшой дымке из пыли и снега, что вскоре рассеялась. — Даю вам... — мы встретились взглядом, — Чего? Он остановился прямо передо мной с раскрытыми когтями в обеих руках. И словно застыл от увиденного. Сверкая неоном его визор стал интенсивнее светиться. Момент. И визор уже в икс. Уклониться от удара было несложно. Его когти рассекали воздух но ни разу не достигли цели. Он лишь безумно хохотал с зубастой лыбой на лице. Я не планировал атаковать его. Это скучно. Но посмотреть на Эн в деле я не против. Она парировала один из его ударов, направленных на меня, а затем движением второй руки откинула его в сторону. На её лице такая же картина: две жёлтые линии пересекаются по центру, интенсивность света в пиковых значениях. В одной руке меч, в другой три длинных когтя. Цветом серого металла... как титан или свинец. Она смеялась вместе с ним. И бились они хаотично, резво, прытко. Мне, честно, было интересно. Удар поддых — но демонтажнику плевать. Скребок по корпусу когтями — и с демонтажницы слетели искры. Вцепились, тут же разлетелись. Из-за спины каждого из них поочерёдно вскрылись крылья. Все серые, на белой основе с жёлтыми кругами. Острейшие на вид перья, длинные... они напоминали сабли. Обмен очередями из пулемётов последовал незамедлительно. Каждый закрывался чем может и вместе с тем уклонялся. У тварюги раскрылась широкая пасть, из неё понемногу стекала слюна. Они... даже не говорят. Это странно. Ведь вроде бы... Из мыслей меня вывел звук взрыва — демонюга съела ракету, теперь всюду пыль. Но только секунд и пяти не прошло — он вздымается вверх, и такая же ракета летит уже в сторону Эн. Рывком уклонившись, она начинает стрелять по врагу, но ему наплевать, и в ответ по ней чуть не проехался лазер. Они схлестнулись в воздухе: паря надо мной, они давили друг на друга своими мечами. Противник её, видимо, растягивая удовольствие, медленно скрёб лезвием по её белой ключице. Она схватила его за плечо и они впечатались в пол. Совсем близко ко мне. Теперь началась какая-то херь — они начали фехтовать. Размашистые удары, пафосные, но нелогичные движения. Мечи скреблись друг об друга с мерзким звуком. Их тела принимали удары. Хвосты мотались как бешенные, но били неточно, всё также размашисто. Они будто следовали неизвестным мне правилам.

Но это же абсурд!

Сколько упущенных возможностей... какие дурацкие движения! Зачем она сделала этот разворот? А этот почему сальто сделал? Почему они не бьют куда надо? Почему так тянут? Это ужасно неэффективно. Просто... ужас. С их ран сочится их чёрная кровь. И Эн... оттесняют. Просто и неизбежно: Эн ниже, легче, ей не хватает духа. Она просто слабее него. Постепенно количество ран только нарастает. Безумная улыбка спала с её лица, а визор начал тускнеть. Ну... ожидаемо. Исход этого боя был предрешён ещё 3 минуты назад. У неё... не было шанса, согласно всем вычислениям. Очередной болезненный стон. Демонтажник беспощадно бьёт её своими когтями, окрашивая всю её грудь в сплошную чёрную кляксу. Ладно. Неинтересно больше. Цирк какой-то, я бы справился с ним за 2.4 секунды. Пока он как одержимый занят избиением своего сородича, я подхожу к нему сзади. Его крылья спрятаны и тем самым обнажают незащищённую ничем кроме куртки спину. Я близко. Нас разделяет длина не больше метра. Я направляю свою руку с раскрытой ладонью в сторону его грудного сплетения. Через секунду воздух разрезает звук пробития. Бесцветный кол моей руки пробил ядро насквозь, и тот остановился. Движением вверх высвободил лезвие, расколов напополам верх его тела вместе с головой. Ядро неистово брыкается, пытаясь высвободиться. Но тщетно. Бесполезно.

Твоя судьба предрешена, кусок говна.

Эн уже сидит на пятой точке упираясь в стену. Истекает чернью, одежда во многих местах разрезана, показывая голые участки её корпуса. Нет той улыбки. Но икс всё также красуется вместо глаз. Дышит. Громко и тяжело. Зачем только? Ядро всё ещё принимает попытки слинять. Забавно. Он так борется за свою ничтожную жизнь. Зачем? Разве в ней есть то, ради чего стоило бы продолжить борьбу? Ладно. Хватит с тебя, шампурный ты деликатес. Время умирать. Схватил другой рукой это ядро, снял со своего кола и сжал. Как в тот раз. Или посильнее? В общем, итог такой же: обломки заляпали руку и снег. Странно. Никаких null дыр. Как и раньше. Тело его уже безжизненно лежало на полу. Раны на нём больше никогда не затянутся. Визор никогда не зажжётся. Он никого больше не тронет, как и никто не тронет его. Бывай, безымянный. Никто не будет скучать по тебе. Она смотрела на меня. Глазами, не иксом. Раны на теле уже успели почти исчезнуть. Одежда за ней следом "зашьётся". Она не говорила. Но и не плакала. Смотрела мне в глаза и пыталась что-то рассмотреть, наверное? Хвост лежал, руки сложены вместе. В снегу вся, в пыли, словно в тесте. — Бьёшься ужасно. Тебе следует изменить свой стиль боя. А вы что, думали я спрошу как она? Не дождётесь. Меня это не беспокоит... а вот то, как она дерётся — ещё как. На это без грусти не посмотреть. Нужно исправлять. — Ты спас меня... опять... Докатился, блин. И когда я успел стать спасителем принцесс в беде? Хотя какая из неё принцесса? Так... так-так. Мимо. Я не предложил ей помощь, она встала сама. Волосы немного взъерошены, вся грязная, в своей и чужой крови, продолжает тяжело дышать. Н-да. Помыться ей бы не помешало. — Но менять стиль? А зачем? — она пожимает бровями, — Да и... эм... Я не думаю что смогу. Она подвисает. Окей. Попробуем пояснить. — Твои движения бессмысленные. Твои удары неэффективные. Ты бьёшься слишком зрелищно, вместо того, чтобы просто пробить врагу его грудь и вырвать ядро. Понимаешь? Она вновь зависла. Бывает. Бывает... наверное не поймёт. Слишком трудно. Я мысленно вздохнул. Наверное, она всё таки безнадёжна. Нахрена я с ней вообще маюсь? — Я понимаю. Что? — Да. Слушай... — она вышла из оцепенения, — а ведь ты прав. Я столько возможностей упустила... — её глаза погрязли в помехах, она морщилась, а затем встряхнула головой, — но... мне что-то мешало подумать о том, чтобы воспользоваться моментом. Я... я честно не знаю как с этим бороться. Я привыкла биться как бьюсь сейчас... ты думаешь, я смогу иначе? — она с некой надеждой посмотрела на меня. Да ну. — Я смеялась, хотя мне не было смешно. Я смеялась даже когда было больно. Это безумие! Почему я раньше об этом не задумывалась? — правый глаз дёрнулся от очередной волны перебоев на визоре, — и когда я бьюсь то... пробуждаются странные, непонятные чувства. И им невозможно противиться... Она поняла это. Реально? Чёрт, я думал это невозможно. Не всё с ней потеряно ещё, не всё. Это хорошо. — Ты молодец, — хвалю её я. А в ответ она смущается. Но радостно. Отворачивает взгляд и мотает хвостом. — Ты поняла в чём корень твоих проблем. Это главное. Но не обольщайся сильно, осознание ещё не гарантирует, что ты сможешь исправить этот недостаток. Она стала серьёзнее. По-детски, конечно, но серьёзнее. — Я предлагаю тебе обучиться другому стилю боя. По моему наставлению. Она с сомнением посмотрела на меня. Конечно. Куда же без этого? — Ты правда веришь в меня? Я не уверена... и я не хочу больше никого убивать! — она в замешательстве опускает взгляд. — Эн, — обращаюсь я к ней, — Заруби себе на носу: если ты останешься такой же плаксой и размазнёй, об тебя все продолжат вытирать ноги, не ставя ни во что, — она вцепляется взглядом в меня, но я непреклонен, — этот мир не терпит слабаков. Тебе не обязательно убивать рабочих, но нужно уметь постоять за себя. Я не собираюсь быть твоим защитником. Нет, она не смотрит на меня обиженно или зло. Не плачет. Отнюдь. Она очень даже спокойно слушала меня. — Ты умеешь замотивировать. Всё таки ты прав. Блин. Ты очень часто оказываешься прав! Когда начнём? Я хотел ответить, но Эн перебила меня. — Ой! Я брелок потеряла... — весь её мотивированный настрой начал стихать. Она погрустнела. — Боже... да вот он, — я протянул ей ладонь с той самой мультяшкой. Я весь бой хранил его в своём теле. Знал что она не найдёт его, поэтому... Стоп. А нахрена я это сделал? ... Теперь завис уже я, следовательно, освобождать из него меня уже принялась Эн. — Эй! Ты чего завис? Блин, ты просто лучший, Итан! Спасибо тебе огромное! — она с радостным ликом принялась осматривать эту безделушку. Ну... раз она благоприятно на неё влияет, то этот акт был логичным. Да... да. Всё сходится. Я просто действовал согласно логике, не более. ... — Пошли. Найдём подходящее место.

***

Переулок меж двумя многоэтажками подошёл в самый раз. Здесь достаточно места для манёвров, но и местность не слишком открытая, привлечём меньше внимания. Эн выглядела уже более-менее: одежда цела, тело тоже, кровь постепенно испарялась. Мы стояли друг напротив друга. — Приступим. Я буду твоей мишенью. Она сразу же ужаснулась. — Ты?! Но это опасно! Я не хочу тебе вредить! — И не придётся. Просто не используй лазер и кислоту, они проблемные. Давай, нападай. Я стоял как всегда, как скала. Подобные аллегории мне по душе. — Ну ладно... я... ладно! — она легонько ударила себя по щеке, — я готова! Она вошла в боевой режим. Широко улыбнулась, показав белёсые клыки, а затем засмеялась. Рывком преодолела короткое расстояние между нами и ударила когтями. Но не очень уверенно. Я без проблем увернулся. И от следующего. И последующего. Все удары размашистые, она пытается рубить и резать, но это со мной не сработает. Затем она уходит в бок и начинает обстрел из ПП. Я вновь уклонился и начал двигаться в её сторону. Несколько пуль прошли сквозь меня, шок был неприятным, но не помешал мне. Позади меня в бетон и асфальт впивались пули. Она допустила большую ошибку. Дала мне приблизиться. Я не по-человечески опускаюсь вниз и делаю подсечку демонтажнице, от такого простого движения она неуклюже падает на спину. Встаёт неспеша. А я отхожу. Попытка вторая. Она встаёт и немного раздражённо рычит на меня. Она стала двигаться агрессивнее, рубила и мечом и когтями. Бесполезно... пыталась бить всё быстрее, и может быть, поточнее, но с таким оружием это бессмысленно. Она раздражается всё сильнее, не в силах даже нормально попасть по мне. Всё заканчивается тем что я в клинче ставлю ей подножку, и, не устояв на одной шпильке, она с грохотом падает возле оледеневших мусорных баков. Она обнимает себя, не встаёт. Боевой режим изживает себя. Расстроилась. — Я бесполезна! Не могу даже один раз попасть... Я открыл рот чтобы сказать то же самое. Но... нет. Просто не могу это сказать. Да и ложь это, честно говоря. Она просто этого не понимает. Я делаю всего один шаг вперёд и проговариваю. — Твой потенциал нераскрыт — он программно ограничен. Нет смысла унижаться всего после двух попыток. Вставай и я покажу тебе, как нужно правильно двигаться. Слова были сказаны не впустую: кажется она вновь воспряла духом. Она начала подниматься, но по неосторожности споткнулась об мусорный пакет, намертво вклеянный льдами в бордюр, и упала. М-да... мог бы смеяться — уже точно бы сделал это. — Блин... стыдно-то как... — она закрылась руками, не желая смотреть мне в глаза. Ну вот что бы она без меня делала? Боже... — Давай сюда руку, — я протянул ей свою. Она неуверенно взяла её, несколько раз перед этим помешкав. Я помог ей встать. Мы не стали разглагольствовать. Теперь-то я научу её, как это делается...

***

Мы провели несколько часов за множеством спаррингов: я комментировал каждое её движение, каждый удар. Объяснял всё до мелочей. Около груди я сформировал мишень, в которую Эн пыталась попасть "копьём" — с виду помесь кола и копья, которую она научилась доставать из своих рук. Никаких размашистых ударов, мы — не варвары. Рубить корпуса демонтажников смысла не имеет, ведь раны заживают на глазах, а прочность обшивки высока. Поэтому я учу её исключительно колоть. Это гораздо эффективнее против таких противников, ведь есть слабое место, как и у людей — ядро. Это считай что сердце и мозг в одном обличии. Достаточно пробить его, чтобы любой дрон был сражён наповал. Конечно, у неё пока получается так себе... она вовсе не привыкла колоть, и уж тем более двигаться не хаотично, а обдуманно и точно. Каждый раз когда она смеялась, я говорил ей прекратить. Постепенно она делала это всё реже. В конце концов, свершилось. Очередной манёвр уклонения с моей стороны. Но... два точных укола копьём прямо в грудь. Я отчётливо это почувствовал и застыл. Эн вздохнула и испуганно и радостно. Никакого шока, конечно же, это не пули. Мы остановились. — Ты смогла. Поздравляю, — сказал я бесстрастно. — Ура! — она подпрыгнула на месте несколько раз, продолжая громко дышать, — Я правда смогла! Начало неплохое. Ну. Я доволен. Могло быть и хуже. — Спасибо! Ты просто самый лучший учитель, и вообще ты такой... — её щёки побагровели, она резко запнулась. Эм... ничего... Кхм. Я правда очень благодарна тебе, — она радостно смотрела на меня. Раздражает она меня уже поменьше. Учиться способна. Но можно и лучше. Что-то неясное внутри шевельнулось. Странно... упустим пока. Светает уже, нам пора уходить.