Жидкое сердце

Закат. Что обычно люди ощущают, когда видят, как яркий шарик исполинских размеров скрывается за горизонтом? Ответа... нет. Я ведь не человек. Откуда мне теперь это познать? Скелеты вряд-ли разговорчивы. Уже месяц прошёл. Удивительно, да? Своеобразная рутина стала частью и моей жизни. Я познакомился с Эн больше тридцати дней назад. И я всё ещё с ней. Почему? Я странный, противоречивый. Думаю об одном, но делаю другое. Ещё страннее то, что я это понимаю. Есть причины, по которым я ей помог. Но вот какие? Этого я не знаю. Сколь не пытайся понять — ничего не выходит. Я не хочу её терять. И потому отношусь к ней так... бережно? Наверное, это слово подходит. Без неё будет плохо, я в этом уверен. Я учу её биться, не танцевать. Вообще у неё получается хорошо. Моя мотивация также проста: на тренировках она меньше болтает, потому и раздражает меньше; если она станет сильнее, то шансы на её выживание повысятся кратно, это в моих же интересах. А ещё... есть ещё одна причина. Трудно её объяснить. Когда я видел её проявления слабости и беспомощности... во мне пробуждалась непонятная, тихая злость в перемешку с недовольством. Я хочу чтобы она была такой как можно реже. Я пытаюсь... искоренить эти аспекты в ней. Хочу больше знать. Но новые знания даются с привеликим трудом. ... Скучно. Этот закат такой же скучный как и во все дни до этого. Пойду проведаю её.

***

На моё счастье, скрип двери не разбудил Эн. Она продолжала столь же спокойно спать как и прежде. Это была спальня двухкомнатной квартиры, в доме, что находился возле торгового центра. Мы пришли сюда когда уже светало, и она даже успела обжечься. Сегодняшняя ночная прогулка сильно её измотала, но причина мне неизвестна. Странно. Её рот приоткрыт, она не издаёт ни звука. Не дышит, разумеется. И глаз не видно, только надпись капсом «SLEEP MODE». С уголка рта стекает вязкая слюна. Выглядит уж слишком мирно. Слишком... по-человечески. Я не отогнал эту мысль. От них не нужно убегать. Они важны, они продукт остатков моего былого "я". Без них не будет и меня. Мне кажется, я откровенно пялюсь. И как всегда, по стойке смирно. Я всматриваюсь в каждую деталь, которую запомнил ещё тридцать дней назад. Я знаю, это глупо, у дронов отличий не так много как у людей: волосы, одежда, габариты, конечно цвет неона и звучанье голоса. Их чёрно белые корпуса делались на одних и тех же заводах, из одних и тех же материалов для одних и тех же целей. Но... Хм... Я правда странный. Сегодня я весь сам не свой. Думаю слишком глубоко. Я отнюдь не жалею их, но и не плевать мне больше. Перерос этап так сказать... Не смотря на всю одинаковость дронов, каждый из них — самостоятельный субъект. Вроде как... и любят и враждуют, и смеются и плачут. А я... а способен я любить? Смеяться? Плакать? Не приходилось. Это... Нет, со мной и правда что-то не так. Как это вообще работает? Пока я думал, уже успело стемнеть. Свет звёздный сменился на лунный, а город с серого окрасился в синий. Под стать ледяному покрывалу, что покрыло собой всё, что предстаёт глазу. Эн проснулась сразу же, как только я обратил внимание на смену времени суток. Хронометр сообщил, что прошло полтора часа. Хотя... ощущалось как десять минут. Никак не привыкну. Она двигалась вяло, неточно. Посмотрев на меня, она тут же отвела взгляд. Секундное размышление внесло ясность: я смутил её, продолжив пялиться. — У меня что-то на лице? Её вопрос вывел меня из мыслей. Я ответил незамедлительно. — Нет, я просто задремал, смотря на тебя. Она вновь посмотрела на меня, уже спокойнее. — И сколько ты так на меня смотрел? — снова спросила Эн. Нет, я не буду отвечать. — Не скажу. Это не имеет смысла, — сказал я и отвернулся. Ничего, кроме тихого вздоха, в ответ я не услышал. Через несколько минут она уже привела себя в порядок, а я продолжал при этом не смотреть на неё. — Куда сегодня пойдём? Музей мне надоел... Для приличия я всё же повернулся к ней. Вообще... я просто иду туда, куда она хочет, ибо я никуда ходить не хотел. Но сейчас такое место было. — В магазины или ТЦ? Хм... блин, так ведь магазины это часть ТЦ... Она вдумчиво теребила подбородок, размышляя о такой простой вещи. Это в её репертуаре. — Предлагаю поискать техцентр по обслуживанию дронов. Она сразу же обратила на меня внимание. — Я думала ты, как всегда, ничего не скажешь, — ответила Эн. — Сегодня день не как всегда, — я сделал паузу, — ты согласна? Уследить за её эмоциями было мне не под силу. — Ты меня заинтриговал... скажешь зачем? — её взгляд стал прищуренным, а на рту показалась улыбка. — На месте скажу. — Не будем терять время, пошли скорее! — вновь эта наигранная решимость. ... Не скажу, что мне не нравится.

***

Куча. Мукулатуры. Я перерыл кучу документов и пока не нашёл ничего полезного. И тем временем одна приставучая демонтажница мучает меня с расспросами. — Ну скажи! Мы тут уже два часа торчим, а я даже не знаю зачем! — снова возмутилась она. Я перестал шерстить очередную кучу бумаги, обернувшись к спутнице. Она ждала ответа, насупив взгляд. — Я ищу информацию о редактировании программ дронов. После этих слов Эн оцепенела. Несколько мгновений она не подавала и признака активности, так и продолжая смотреть на меня даже ни разу не дрожащими глазами. Хотев было уже что-то сказать, я осёкся, когда увидел смену её настроя. Из нетерпящего и заинтересованного он стал недовольным. Брови нахмурились ещё сильнее. Она встала, продолжала чётко смотреть мне в глаза. — Зачем? — нарушила она тишину. Я всё также сидел, склоняясь перед бумажным ковром. Нужно отвечать. — Чтобы убрать программы, которые мешали тебе всю жизнь. Ни капли понимания, только раздражение. Стоило объясниться раньше. — Моей борьбы... недостаточно? Или это я какая-то не такая? — голос дал слабину. Плохо. — Я не это имел в виду, — попытался я её успокоить. — Но пока всё выглядит именно так! Я никогда не видел её такой. Она злится. При том очень сильно. — В меня вшиты навыки программирования и обращения с электроникой, я могу помочь. — Я не хочу этого! — рявкнув, она сжала кулаки. Её желание. Оно не участвовало в задаче ни как вводная, ни как переменная. Я где-то просчитался. — Но... — Никаких но! Как ты вообще мог такое спланировать, даже не спросив у меня разрешения? — её голос нагнетал, и я не мог её перебить, — Я... Она отступила от меня, цифровые слёзы стекали по дисплею, контраст жёлтого цвета на фоне чёрного сейчас ощущался очень странно. Как сигнал, что стоит обратить внимание. Меня это разозлило. Она не хочет принимать мою помощь? Я для неё столько сделал, а она в ответ лишь огрызнулась. Я же не влез бы ей в башку пока она спала! Дура. Вот дура... Распахнулась гнилая створка окна, занеся внутрь белые комки. С улицы слышен свист ветра и вой скрипучей жести. Сегодня бушует стихия. Видимость крайне низкая. — Не хочешь — как хочешь. Это твой выбор. В моих словах вряд-ли что-то читалось. Я не богат на внешние эмоции. Они не передадут всё моё состояние. И она всё равно не поймёт. Никто меня не поймёт. Нахрен двери. Выйду в окно. Пусть посидит одна и подумает над своим поведением. Мне-то и без неё удастся прожить, а вот она без меня? Да что она сможет? То-то же. Привыкла, блять, что есть кто рядом. Разбаловал. Мой просчёт. Но в первую очередь проблема в ней. Больше не сказав ни слова, я вылез наружу через то самое распахнувшееся окно, из которого всё ещё изрыгался пышный, но токсичный снег. Один из его комков прилетел мне в лицо. Я смахнул его. Слишком рваным движением. ... Что со мной?

***

Эн

Стук створки о стену стал сигналом. Я дёрнулась, не смогла унять дрожь. Он вывел из мыслей мой разум. Страшно... мне очень страшно. Я накричала на Итана... Как я могла?! И теперь он ушёл. Он ушёл навсегда? Он выглядел не как обычно. Двигался иначе... я обидела его? Мне страшно от одной лишь мысли, что он не вернётся ко мне... вдруг мы виделись в последний раз? В помещении стало так пусто... среди тонн бумаг несколько минут назад сидел он. Он всегда был рядом весь этот месяц. Когда я просыпалась, первым, что я видела — его лицо или спина. Неважно где. Он всегда был. А теперь я одна. Створка окна снова и снова бьётся из-за дуновений ветра, напоминая, что пазл не собран. Важной детали нет на месте... Что мне делать? Слезы продолжали стекать вниз. Я чувствовала это. Мне было так страшно в тот момент... Я опять сглупила? Зря не доверилась? Разом накатила слабость, мои ноги подкосились и я упала. Ничего. Слишком тихо. Я попыталась обнять себя. Теперь было жарко. Я забыла выпить масло... вот идиотка! Это я виновата! Он ведь мой единственный друг! Как... как же так... Вернись... — Вернись... пожалуйста, — прошептала я. Он же... не бросил меня?

***

Итан

Сколько не думай, а ответа в моей башке нет. Я не понимаю. Не понимаю, почему она так резко на это отреагировала. Она испугалась? Но я же не сделал бы с ней ничего без согласия! Сплошной идиотизм... С того момента я чувствую себя крайне странно и невнятно. И даже ассоциировать не с чем! Мои "мышцы" странно дрожат. На лице, на руках. Они словно пытаются сложиться в неясную гримасу. ... Нехорошо получилось. Дрожание прекратилось столь же незаметно, как и появилось. Мне стало поспокойнее. Возможно, стихия помогла мне "охладиться". Вокруг развилась настоящая пурга. Серые здания совершенно мертвы. Весь город этот мне до ужаса противен. Но эта малявка должна понять свою ошибку. Либо так, либо никак. Прогуляюсь пару часов... а там посмотрим. Она же не сделает с собой что-то плохое, пока меня нет? Нет... она не настолько тупая. Я уверен. Нам надо побыть наедине.

***

Пурга сменилась спокойным снегопадом, я видел всё довольно хорошо. Ветер стих, ночь стала поспокойнее. Я почти дошёл до техцентра. Не думаю, что она ушла бы в такую погоду меня искать. Я заглянул в то самое окно. Там, при свете её неона, царила полутьма. Она сидела на полу в беспорядочной позе и читала документы. Те самые, которые изучал я. Она пыталась разобраться? Нечего прятаться. Не сказав ни слова, я залез внутрь. Она тут же обернулась. Встретилась со мной взглядом. Давно я её такой грустной не видел. Кажется... в день нашего знакомства её лицо было примерно таким же. — Прости... — негромко сказала она, опустив голову. Я не ответил. Предстал ближе и продолжил на неё смотреть. — Я накричала на тебя... Прости, пожалуйста. — Она притянула к себе колени. Не осмелилась посмотреть мне в лицо. — Я просто не хочу, чтобы мне кто-то проникал в мозги! — сказав это, она посмотрела на меня заплаканным лицом. Она просто... боится? Страх. Её окутал сильный страх, что я сделаю с ней что-то ужасное под видом добродетели. Я не смогу до конца этого понять. Я не чувствую также, как чувствует она. У нас слишком разный тип мышления. Но хотя бы это я смог понять. — Значит, ты просто испугалась? Перед ответом она приопустила взгляд. Это выглядело мрачно. — Да... Прости. Я дура... Испугалась и накричала на тебя, даже не дав ничего разъяснить. Затея вышла неудачной. Честно говоря, я не очень-то уверен в своих возможностях. У меня нет опыта. Только алгоритмы и программы, вшитые в моё тело при создании. Смог бы я "исправить" те недостатки в её теле, не повредив по пути ничего важного? Это совсем иная технология. Далёкого будущего. Кто знает... проверять не буду. — Ладно. Твоя реакция нормальная. И я прощаю тебя. Так что давай поднимайся, нечего тут делать больше. Она резко подняла голову, взгляд её был непонятным. Что в нём читалось? Мне неведомо. Наверное всё подряд. Я помог ей встать, подав руку. — Значит ты не будешь со мной ничего делать? — Нет, не буду. Без твоего согласия я бы ничего с тобой не делал и до этого. В общем... пошли отсюда. Куда ты хочешь? Она успокоилась, даже улыбнулась. Эта улыбка... приятна. Приятнее грусти. Не скажу, что моя обида на неё полностью исчезла, но... Я теперь хотя бы понимаю, почему это произошло. Я и сам погорячился. Бывает. Вперёд. К новым "приключениям".

***

Мы только что закончили очередную тренировку. Сегодня, на удивление, очень чистое небо, вместо ветра штиль. Очень ясная ночь, освещаемая лунным светом. С нашей ссоры и примирения минуло четыре дня. За этот период ничего особо важного не происходило. Эн бодро прогрессирует с каждым днём. Скука не тревожит, так как моя спутница всегда находит себе занятие. Мне этого достаточно. Недавно я решил обучиться кое-чему новому. Управлению своим телом. Я состою из умной материи, а значит, у меня есть несколько векторов развития. Например, контролированное отделение частиц тела от основного массива. Вообще я и раньше пытался это сделать, но успех был неубедительным. Пару дней практики пошли на пользу. — Ау, Итан? Ты опять завис. Её голос всегда способен пробудить меня. Ах да. Сейчас я как раз планирую протестировать свои возможности, с Эн мы потренировались как раз. Впереди колонна. В неё упёрлась дверь машины. Ржавая, покрытая ржавчиной и замёрзшей водой. Моя мишень. — Ага. — Так что там говорил про... эм, отделение тела? Я не совсем поняла, что ты имел ввиду, но ты звучал заинтересованным. Было дело. Я пытался ей рассказать об этом, но... кхм. Не то чтобы был какой-то результат. — Да. Не отвлекай пока, я концентрируюсь. Она не ответила. Зато зевнула и устроилась на крыше кузова поудобнее. Слова не передают ощущения. Чтобы понять, как это работает, нужно почувствовать это. Но я постараюсь описать. В основном всё работает благодаря фантазии и абстрактным образам в голове. Нужно представить, что твоё тело не твёрдое, не мягкое. Как густая жидкость, текущая под твоим контролем, по твоему направлению. Когда я растекаюсь в жижу, то всё это происходит повсеместно, но сегодня случай иной. Представим... копьё. Или скорее кол, ибо сложные формы требуют больше времени и концентрации. Из торса и ног к руке перетекает рой. Рой, звучащий как желе, как что-то вязкое и инородное. Постепенно он собирается в форму, заданную сознанием. Он тяжёлый, так как плотный. У копья металл — это наконечник, может быть... пластинки на древке, чтобы было сложнее его перерубить. Но здесь... этот кол — уже сплошной металл, хотя это не совсем так. Неважно. В конце концов формирование свершилось. Моё метательное орудие, сотканное из моего же тела, готово. Оно острое и тонкое с двух сторон, утолщаясь к середине, потому выглядит симметрично. Наощупь твёрже чего-либо другого в этом мире. Я занёс руку назад и прицелился в дверцу, поднял одну из ног и немного склонился назад. В один момент я поддался вперёд и метнул "копьё" что есть мочи прямо в дверцу. Оно наполовину впилось в бетонную колонну, пригвоздив к ней тонкую железку, от чего та погнулась. — Ого! — воскликнула Эн, начав активно хлопать в ладоши. Я обернулся к ней, дабы увидеть её восхищение. Она выглядела радостной. Я мысленно усмехнулся. Словно... Погоди. "Усмехнулся"? В мыслях прокрутился образ моего улыбающегося лица. Этот образ почти сразу же исчез. Как это? Я попытался изобразить эту улыбку вновь, но тщетно. Лишь холодное, безжизненное выражение не моего лица. — Итан! Ты в норме? Ты как-то странно выглядишь... — Она подошла ко мне, глядя с беспокойством. — Не знаю. Просто мысль странная пришла. Не обращай внимания. Не знаю, поверила ли она. Не так уж важно. Я подошёл к колонне, прикоснулся к копью. Оно не пыталось перетечь в меня на дистанции, я научился это подавлять. Схватив его крепче, я начал его поглощать. Вскоре на его месте осталась пустая, аккуратная дыра, а повреждённая дверь с грохотом упала на пол. Я отошёл назад, ближе к Эн, и жестом указал ей отойти. Попробуем ещё кое-что. Вместо копья... пусть будет хлыст. Острый, длинный и гибкий. Он станет продолжением моей руки. Массив перегоняется в руку, и та проходит через метаморфоз. Кисть сменяется трубкой, постепенно удлиняется, утоньшается, вырисовывая подобие лезвия. Я несколько раз взмахнул им, когда оно полностью сформировалось. Необычно. Если и использовать его, то нужны тренировки. Опробуем. Я наискось замахнулся в ту же самую железку. Силы было в этом движении много, с громким ударом я перерубил железку надвое, оставив глубокий след в бетоне позади неё. Хлыст укоротился, втягиваясь в меня. — Жесть... я даже не успела увидеть сам разрез! Просто вжух, и всё! Насколько ты вообще сильный? — Не знаю. Просто сильный и всё. Она подошла к остаткам мишени и начала разглядывать их. Я остался на месте. Что-то было не так. Из глубин города был слышен чей-то смех... Он становился громче. — Эн. Ты слышала смех? — подойдя к ней, задал я вопрос. Сказав это, смех неизвестного стал только громче. Не услышать его было невозможно. — Да. Этот смех мне знаком. Это может быть Ви! — она настороженно посмотрела в сторону, откуда он был слышен. — Нужно уходить. Немедленно. Кивнув, она ответила. — Да, пойдём скорее. Не хочу с ней встречаться. Нас могут найти по следам. Нужно спрятаться. Не хочу подвергать Эн риску. Если не выйдет... значит судьба этой маньячки предрешена.