В сердце мафии.

Pov Meg.

— Ты уверена, Мэг? — в голосе Райли звучало искреннее беспокойство, пока она нервно теребила край своей футболки. Она сидела на пуфике в примерочной, её взгляд был устремлён на меня через зеркало, а я крутилась перед зеркалом в новом платье, пытаясь решить, подходит ли оно для вечера в Филадельфии. Свет примерочной мягко очерчивал контуры платья, подчёркивая его изящный силуэт. Я провела рукой по шелковистой ткани, чувствуя, как она скользит между пальцами. Это было именно то, что я искала — элегантное, но не слишком вызывающее, достаточно смелое, чтобы произвести впечатление. — Пэйтон поймëт, если ты откажешься от задания, – продолжила она. Я медленно перевела на неё взгляд, встретившись с её обеспокоенными глазами в отражении зеркала. Её искреннее беспокойство заставило меня остановиться и задуматься. — Почему нет? — я усмехнулась. — Мы ведь не будем там драться, а даже если и так, то я еду с Пэйтоном. Думаешь, он даст меня в обиду? Райли нахмурилась ещё сильнее, её взгляд стал пронзительным. — Дело не в этом, Мэг, — тихо произнесла она, наклонившись вперёд, словно боясь, что кто-то может услышать наш разговор. — Ты же знаешь, что между вами происходит. Это не просто поездка по работе. Теперь уже нахмурилась я, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. Мои пальцы машинально начали поправлять складки платья, хотя оно сидело на мне идеально — каждый изгиб подчёркивал достоинства фигуры. — Райли, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и уверенно, — мне кажется, мы уже говорили на эту тему. Не нужно придумывать того, чего нет. Я встретилась с ней взглядом в зеркале, и на мгновение мне показалось, что она видит меня насквозь. Её беспокойство было искренним, но я не хотела обсуждать то, о чём сама старалась не думать. — Просто будь осторожна, — повторила она, и в её голосе прозвучала такая забота, что моё раздражение тут же испарилось. Мы не так много общаемся с Райли, но она всё время переживает за меня. Возможно, именно поэтому я так остро реагирую на её заботу — я просто не привыкла к такому вниманию. Всю жизнь я привыкла полагаться только на себя, решать проблемы самостоятельно, не ожидая помощи от других. — Тебе идëт, – произнесла Хубатка, оглыдывая меня с ног до головы. На мне было роскошное бордовое платье в пол — элегантное и чувственное одновременно. Тонкие лямки изящно подчёркивали линию плеч, а V-образный вырез декольте добавлял образу женственности. Особенно эффектно смотрелся глубокий разрез, начинающийся от середины бедра и придающий платью нотку соблазнительности. На моём плече всё ещё виднелся бледный след недавнего ранения — тонкий шрам, напоминающий о пережитой опасности. Но сейчас, когда я накинула на плечи изящную меховую горжетку, он был надёжно скрыт от посторонних глаз. — Берём, — решительно произнесла я, разворачиваясь спиной к Райли. — Помоги расстегнуть молнию, пожалуйста.

***

Домой мы вернулись довольно поздно. После того как мы с Райли купили всё необходимое, нам вдруг захотелось прогуляться по торговому центру. Мы бродили между сверкающих витрин, заглядывали в бутики и кафе, болтали обо всём на свете, и время летело незаметно. В наших руках было столько пакетов, что казалось, будто мы опустошили весь торговый центр. Тяжелые сумки с покупками оттягивали руки, и, честно говоря, сил уже не оставалось совсем. Не дойдя даже до лестницы, ведущей на второй этаж, мы плюхнули все покупки прямо в прихожей. Жалко, конечно, что шоппинг пришлось провести без Авани. Она так хотела съездить с нами, и вдруг — температура. Весь день пролежала в постели, обложенная подушками и укрытая тёплым одеялом. Добравшись до второго этажа, мы с Хубаткой остановились у развилки коридоров. Мы обменялись тёплыми взглядами, и я почувствовала, как усталость от насыщенного дня начинает давать о себе знать. — Добрых снов, Мэг, — пожелала Хубатка, направляясь к своей двери. — И тебе сладких снов, — ответила я, наблюдая, как она исчезает за поворотом. Сделав глубокий вдох, я направилась к своей комнате, мечтая о мягкой постели и долгожданном отдыхе после насыщенного дня. Войдя в свою комнату, я поспешно избавилась от одежды, которая за день успела пропитаться запахами торгового центра. Каждый шаг давался с трудом — ноги гудели после долгих часов ходьбы по магазинам. Мне казалось, что моя жизнь наконец-то налаживается. После долгих лет одиночества и недоверия к людям я действительно начала делать шаги навстречу другим. Это было непросто — годами выстроенная стена отчуждения не хотела рушиться так просто. Но сейчас я отчётливо понимала: то, что происходит со мной, — это именно то, чего я так долго искала. Райли, Дилан, Авани, да даже Пэйтон, Чейз и Брайс — все они стали частью моей новой жизни, в которой есть место искренней дружбе и доверию. Я начала подпускать к себе людей, позволять им видеть настоящую меня — со всеми моими страхами, слабостями и переживаниями. И знаете что? Они не отвернулись. Они приняли меня такой, какая я есть, и это было невероятно ценно. Конечно, меня по-прежнему напрягали наши с Пэйтоном отношения. Эта постоянная неопределённость выматывала, заставляла сомневаться в собственных чувствах. Иногда я искренне недолюбливала его — его самоуверенность, его привычку всё контролировать, его манеру говорить так, будто он знает лучше всех. В такие моменты я готова была разорвать с ним все связи. Но стоило ему только прикоснуться ко мне, посмотреть своим особенным взглядом, и всё моё раздражение испарялось, словно его и не было. Выйдя из душа, я укуталась в полотенце и вышла из ванной. По моим ногам тут же пробежался холодный сквозняк, и кожа мгновенно покрылась мурашками. Я вздрогнула и уже хотела было закрыть окно, но замерла на месте. У окна стоял Пэйтон. Его силуэт вырисовывался на фоне сумеречного неба. Между указательным и средним пальцами он держал сигарету, дым от которой тонкими струйками поднимался к потолку. Услышав звук открывающейся двери, он медленно обернулся. Его взгляд скользнул по мне — от мокрого полотенца, едва прикрывающего тело, вниз по ногам, и я почувствовала, как краска приливает к щекам. Мурашки, появившиеся от холода, теперь были вызваны совсем другим. В его глазах промелькнуло что-то тёмное, почти первобытное. На мгновение между нами повисло напряжённое молчание, нарушаемое лишь тихим шорохом опадающего пепла с его сигареты. Он не отводил взгляда, и я поймала себя на том, что не могу сделать ни шага, ни даже вздохнуть полной грудью. — Это ты так меня встречаешь, кошка? — Пэйтон наконец прервал затянувшееся молчание, и его губы изогнулись в медленной, довольной улыбке. В его голосе прозвучала лёгкая насмешка, смешанная с чем-то ещё — тем, что заставляло моё сердце биться чаще. — Не бери на себя слишком много, — фыркнула я, инстинктивно придерживая полотенце на груди. Пэйтон лишь приподнял бровь, явно наслаждаясь ситуацией. Он медленно выпустил дым через нос, не отрывая от меня взгляда. — Такая колючая, — протянул он, делая шаг вперёд. — И такая красивая, когда злишься. Я отступила на шаг, но его слова заставили сердце пропустить удар. Проклятье, почему он всегда так действует на меня? Почему я не могу просто держать дистанцию, как планировала? — Ты боишься меня? — он вскинул бровь, делая ещё один шаг в мою сторону. Сигарета в его руке почти догорела, но Пэйтон, казалось, не замечал этого. Я замерла, чувствуя, как учащается пульс. Его близость, его взгляд, его вопрос — всё это выбивало почву из-под ног. Но я не собиралась показывать свою слабость. — Нет, — твёрдо ответила я, но мой голос прозвучал чуть тише, чем хотелось. — А почему тогда отходишь? — его вопрос прозвучал с лёгкой насмешкой, и я действительно сделала шаг назад, ударившись спиной о холодную стену. В следующее мгновение он, словно хищник, навис надо мной. Его тело почти касалось моего, а руки упёрлись в стену по обе стороны от моей головы, заключая меня в ловушку. — Почему молчишь, Мэг? — усмехается Пэйтон, его голос звучит почти торжествующе. Он явно наслаждается своим положением, чувствуя себя победителем в этой игре. Его глаза изучают моё лицо, словно пытаясь прочитать мысли, скрытые за маской спокойствия. Я чувствую, как его дыхание становится тяжелее, а руки всё ещё упираются в стену по обе стороны от моей головы. Я не могу выдавить из себя ни слова. Что со мной опять происходит? Почему когда он так близко, я не могу ничего сказать даже. Сердце предательски быстро стучит, и мне кажется, что его биение слышно на всю комнату. — Молчание — знак согласия? — продолжает он, наклоняясь чуть ближе. Его губы почти касаются моего уха, и я чувствую, как по спине пробегает дрожь. — Да не могу я контролировать себя рядом с тобой! — на взводе ответила я, наконец давая волю эмоциям. Мой голос дрожал от напряжения, а внутри бушевала буря противоречивых чувств. Мои глаза встретились с его взглядом — теперь в них не было насмешки, только искреннее удивление. Казалось, мои слова застали его врасплох. Он оттолкнулся от стены, но не отвёл взгляда, а наоборот — его глаза словно приковались к моим. — Завтра в десять утра выезжаем, – ответил коротко Пэйтон, и направился к выходу из моей комнаты.