Кто такой герой?

Понедельник — день не просто тяжелый. Это день, когда Вселенная берет огромную кувалду и с садистским удовольствием проверяет твой череп на прочность. Но никто не предупреждал, что это будет настолько плохо. Утро началось не с ласковых солнечных лучей, а с ощущения, что в моей голове устроили нелегальную рейв-вечеринку маленькие, злобные гномы, вооруженные отбойными молотками. Каждый звук — от писка будильника до шелеста простыней — отдавался в висках ядерным взрывом. — Статус: критическое повреждение системы. Целостность корпуса нарушена, — прохрипела я в подушку, пытаясь собрать себя по кускам. Я натягивала на себя оранжевую шкуру Мистера Виски с грацией парализованного тюленя. Внутри костюма пахло резиной, застарелым потом и моим собственным, кристально чистым отчаянием. Я поклялась себе — нет, я дала священный обет всем богам серверов! — что больше никогда не буду хлестать элитный коньяк как воду из-под крана. Но мы все знаем цену обещаниям, данным в понедельник утром. Они живут ровно до вечера пятницы, когда гудение Астрального Пульсатора, истории героев снова начнут сводить с ума. С 6:00 до 8:30 утра я, превозмогая тошноту, отыгрывала роль идеального маскота. Я махала огромной плюшевой лапой охранникам на проходной, «давала пять» сонным диспетчерам, у которых круги под глазами были чернее моих перспектив, и даже умудрилась станцевать нечто похожее на эпилептическую джигу перед кофейным автоматом, чтобы подбодрить дежурного администратора. Внутри я умирала. С каждым прыжком мой мозг бился о стенки черепа, как желток в шейкере. В 8:35 мой внутренний аккумулятор показал 0%. Моя «жаба» — та самая, что заставила меня пить хозяйский коньяк вместо покупки нормального алкоголя — сдохла в муках, уступив место единственному желанию: исчезнуть. Мне нужна была база. Сейв-зона. Укрытие, где не достанет ни один герой, ни один злодей, ни один менеджер среднего звена. Серверная №3 была слишком далеко — я бы просто не дошла, упала бы где-то в районе бухгалтерии. Женский туалет? Рискованно. Я все еще путалась в нюансах новой физиологии, да и запах там мог добить мой желудок. Конференц-зал №2. Он всегда пуст по утрам понедельника. Никто не назначает совещания на утро после выходных, если он не садист. Я проскользнула внутрь, плотно закрыла дверь и, чувствуя себя ниндзя-переростком в оранжевом меху, нырнула под огромный, массивный дубовый стол для переговоров. Длинная, тяжелая скатерть надежно отрезала меня от внешнего мира, создавая уютный полумрак. Здесь было тихо. Здесь пахло пылью и полиролью для мебели. — Идеально, — подумала я, с наслаждением стягивая с головы душную, огромную кошачью маску и укладывая её рядом, как подушку. — Просто полежу. Двадцать минут. Восстановлю ману. Перезагружу драйвера. Главное — не храпеть. Фелиция не храпит. Надеюсь. Я провалилась в вязкую, липкую полудрему, где мне снилось, что я тону в бассейне с аспирином. Но мир длился недолго. Скрип. Звук был тихим, но для моего воспаленного слуха он прозвучал как выстрел. Дверь открылась. Кто-то вошел. Шаги были странными — тихими, почти невесомыми, словно кошка кралась по ковру. Стул прямо напротив моего лица (через скатерть, конечно) отодвинулся. Кто-то сел. Я затаила дыхание, вжавшись в пол. Со своего ракурса, из-под края скатерти, я видела только ножки стула. И больше ничего. Никаких ног. Ни ботинок, ни кроссовок, ни даже босых ступней. «Призрак?» — мелькнула паническая мысль. — «Или у меня уже белая горячка началась? Допилась до чертиков, поздравляю, Фелиция». Но стул едва слышно скрипнул под весом. Там кто-то был. Материальный, имеющий массу, но абсолютно невидимый. Мой мозг, скрипя шестеренками, выдал файл из памяти Фелиции. «Проект Феникс». Невидива. Героиня-злодейка. Бунтарка, шпионка и бывшая воровка с астмой, чья сверхспособность — невидимость, работающая только при задержке дыхания. Какая-то мутная личность, работающая на то чтобы исправиться. «Ну сидит и сидит», — успокоила я себя, прикрывая глаза. — «Есть не просит. Может, тоже с похмелья страдает. Главное, чтобы не начала блевать». Прошло минут двадцать. Тишина была звенящей. Я почти начала верить, что мне все привиделось, и уже снова начала проваливаться в сон, когда дверь открылась во второй раз. На этот раз вошли двое. Уверенно, по-хозяйски. — ...идем сюда, тут точно никого нет, камера отключена на профилактику, — раздался знакомый голос Блонди Блейзер. Она звучала неестественно взволнованно, с какими-то визгливыми нотками. Я приоткрыла один глаз. Прямо перед моим носом, в полуметре от моего убежища, остановились две пары ног. Одни — стройные, идеальные женские ножки в латексе и ботинках со шпильками. Блонди. Я узнала бы эти телосложения из тысячи — она вечно жаловалась на отеки после полетов. Другие — крепкие мужские ноги в потрепанных синих ботинках и... синем трико? Я прищурилась, пытаясь сфокусировать зрение. Если немного задрать голову, виднелась часть мускулистого но худощавого, рельефного торса в обтягивающем спандексе и нижний край желтой буквы «М» на груди. «Мехамен?» — мой мозг работал со скоростью модема из 90-х. — «Но какой-то... побитый. И без брони. Это что, бюджетный косплей? Или его экзоскелет в ломбард сдали?» — Вот, Роберт держи, — Блонди суетливо протянула что-то мужчине. Ткань зашуршала. — Это стандартная форма диспетчерского персонала. Голубая рубашка, коричневые брюки. Тебе должно подойти по размеру, я подбирала на глаз. — Спасибо, — голос мужчины был глубоким, спокойным, с легкой хрипотцой усталости. Роберт. Его звали Роберт. Мехамен III. Внук легенды. Тот самый, у которого я, по сути, украла батарейку. Я наблюдала, как синее трико исчезает, сменяясь обычными скучными брюками. «Ого, стриптиз на рабочем месте», — вяло, без особого интереса подумала я. — «Диспетч-хаб превращается в бордель. Надо будет ввести налог на разврат». — Слушай... Роберт, — голос Блонди дрогнул, став совсем тонким. — Насчет вчерашнего вечера... Я напрягла уши, забыв про головную боль. Вчерашний вечер? — Давай просто забудем это, хорошо? — умоляюще продолжила она, переминаясь с ноги на ногу. — Это было так... так неловко. Я не хочу, чтобы это повлияло на нашу работу. Ты теперь сотрудник, я куратор... Мои брови поползли вверх. «Опа-на. Секс? Измена? А как же Феномамен? Разве они не сладкая парочка с обложек всех глянцевых журналов? "Самая горячая пара года"? Блонди, ты что, пошла налево с новичком-диспечером?» Моя внутренняя сплетница проснулась даже быстрее, чем совесть. Это было интереснее, чем любой сериал. — Я понимаю, — спокойно, даже слишком флегматично ответил Роберт. — Ты перенервничала. Стресс после миссии. Но в следующий раз постарайся не пускать слюни мне на плечо, когда уснешь во время моего тестирования. Твоя слюна довольно... липкая. Я чуть не прыснула со смеху, зажав рот рукой. «Слюни? Серьезно? То есть она просто вырубилась на нем? Тьфу ты, скука. А я уже настроилась на драму уровня "Игры Престолов" с инцестом и драконами». — Боже, не напоминай! — простонала Блонди, и я почти физически ощутила, как она закрывает лицо руками. — Я так устала, а твой диспетчерский тест был таким долгим... Я просто отключилась! Внезапно Роберт замер. Я видела, как напряглись мышцы на его ногах. Он перестал дышать. «Что такое?» — напряглась я. Он резко, молниеносно развернулся в сторону пустого (как мне казалось) стула, где все это время сидела Невидимая. — Лови! — гаркнул он и что-то метнул с силой бейсбольного питчера. ЧПОК! Послышался глухой звук удара, сдавленное «Ай!», и пустота вдруг пошла рябью. Маскировка спала. На стуле материализовалась девушка. Молодая, с хитрым, лисьим лицом, короткими темными волосами и в облегающем облику чёрными штанами, фиолетовая мини курточка, и чёрный топ. Она потирала плечо, в которое прилетел толстый перманентный маркер. Она попыталась рвануть к двери, но запуталась в собственных ногах от неожиданности. — Невидива?! — ахнула Блонди, отпрыгивая назад. — Ты что тут делаешь?! — Уже ничего, — буркнула девушка, поднимая маркер и крутя его в пальцах. — Хотела вздремнуть в тишине. А вы тут устроили мыльную оперу "Богатые тоже плачут". Блонди тяжело вздохнула, опуская плечи, и повернулась к Роберту, который уже спокойно натягивал футболку, скрывая свой торс. — Знакомься, Роберт. Это Невидива. Из команды Я. Ее способность — полная оптическая камуфляция. — Поправка: пока я задерживаю дыхание, — уточнила девушка, нагло, оценивающе рассматривая полуголого Роберта. Ее взгляд задержался на его груди. — И пока в меня не кидают канцелярскими товарами. — Полезный навык, — кивнул Роберт, не обращая внимания на её взгляд. — Если легкие тренированные. И если умеешь контролировать сердцебиение. Я слышал твой пульс с порога. Невидимая хмыкнула, вставая со стула. Она явно не была смущена. Она подошла ближе к Блонди и подмигнула ей: — А ты точно вчера просто спала, милочка? Потому что, судя по тому, как ты сейчас пылаешь красным, как пожарная машина, там было кое-что погорячее. Вы трахались? Скажи честно, я никому не скажу. Кроме всего офиса. В зале повисла тяжелая, густая тишина. Блонди стала цвета своего костюма. — Нет! — взвизгнула она. — Мы просто сидели на билборде! Смотрели на ночной город! Разговаривали о будущем! — Ага, на билборде, — протянула Невидива с сарказмом, достойным самого Локи. Она снова перевела хищный взгляд на Роберта. — Кстати, неплохой рельеф, здоровяк. Эти шрамы... они пересекают грудь, как старая карта сокровищ. От чего они? Когти? Лазеры? Выглядит чертовски сексуально. Люблю мужчин с историей. Она развернулась, собираясь уходить, явно довольная своим маленьким шоу и произведенным эффектом. Я почувствовала, что ситуация накаляется до предела. Мне стало жарко. Воздуха под скатертью не хватало. Нога затекла так, что я её уже не чувствовала. «Надо немного отодвинуться вглубь», — решила я. — «Пока они заняты выяснением отношений, я заберусь поглубже, в самую тьму». Я попыталась аккуратно, по миллиметру, переставить массивную, тяжелую голову кота, которую все это время прижимала к груди как плюшевый щит. Но я забыла об одной маленькой, но фатальной детали. Габариты. Я забыла, насколько тесно под этим проклятым столом. И я забыла, что теперь я — Фелиция, а не привыкший к своему телосложению парень. Я резко дернула головой, пытаясь поправить затекшую шею — и со всей дури, с размаху, впечаталась затылком в толстую деревянную балку столешницы снизу. БАХ!!! Звук был таким, словно под столом выстрелили из пушки. Боль... о, это была не просто боль. Это было ощущение, будто мне в череп с размаху забили раскаленный железнодорожный костыль. Похмелье, которое только начало отступать, вернулось с новой, удесятеренной силой. Перед глазами взорвались сверхновые. Слезы брызнули из глаз фонтаном. Я не выдержала. Весь мой самоконтроль, вся конспирация, весь страх разоблачения — все полетело к черту. Осталась только чистая, первобытная ярость. — БЛЯ-Я-ЯТЬ!!! — мой вопль, искаженный болью и эхом замкнутого пространства, прозвучал низким, утробным басом, который, казалось, шел из самой преисподней. — ТВОЮ Ж ДИВИЗИЮ, СУКА! ЁБАНЫЙ СТОЛ! В комнате стало так тихо, что я услышала, как где-то в коридоре жужжит муха. Медленно... мучительно медленно край скатерти поднялся. Сначала в проеме появилась любопытная голова Невидимой. Потом испуганное лицо Блонди. Потом суровое, настороженное лицо Роберта. Три пары глаз смотрели вниз. На меня. На главного системного администратора Фелицию Пушистую. В костюме оранжевого апельсина с бельм пузом и перчатками лапками, с размазанной тушью, делающей меня похожей на панду-наркомана. Я лежала в позе эмбриона, в обнимку с гигантской, улыбающейся головой оранжевого кота, и держалась обеими руками за свой ушибленный затылок, продолжая шипеть проклятия на трех языках. Блонди моргнула. Раз. Два. Её глаза расширились до размеров чайных блюдец. Она перевела взгляд на оранжевый костюм, в котором я была одета. Потом на моё лицо. Потом на голову кота в моих руках. В её мозгу происходил тектонический сдвиг. — Мистер... — её голос дрогнул, сорвавшись на шепот. — Мистер... Виски? Я подняла на них налитые кровью глаза, шмыгнула носом и, поняв, что терять мне уже нечего, мрачно буркнула: — Мяу, блять. Не найдется аспирина?