Белая Длань

То же время, Хайгарден.

В то же самое время, как король заседал со своей свитой в залах Хайгардена, по древнему замку бродили куда более тихие, но не менее значимые - те, что творили политику Простора в тени, а не в залах. Лорды, потрясённые событиями пира, сбивались в небольшие группы, перешёптывались, ловили слухи, - но самые влиятельные предпочитали держаться подальше от людских глаз, стражи и лишних ушей. Одними из таких были Алестер Флорент и Лейтон Хайтауэр - и их «случайная» встреча в уединённой беседке сада выглядела случайностью лишь для тех, кто ничего не понимал. Тесть и зять могли поболтать и без повода, но любой, кто слышал их имена, без труда догадался бы, что волнует этих лордов куда больше, чем семейные хлопоты. Они сидели молча, попивая арборское вино и лениво закусывая мясом. Оба - мужчины весьма преклонных лет, оба - осторожные в словах. Словно два старых волка, делящих одно логово: каждый видел всё, но ни один не спешил начать разговор. Взгляд каждого время от времени скользил к входу, скрытому за стеной густой живой изгороди. Пока не появился третий. Рендилл Тарли, лорд Рогового Холма, двигался тяжёлой, выверенной походкой человека, который привык командовать строем и идти первым под стрелы. На солнце поблёскивала гладко выбритая голова, а шрамы на лице - старые, новые, кривые - выглядели частью его натуры не меньше, чем знаменитый Губитель Сердец. Тарли не стал тратить время на любезности: отодвинул стул, сел, ухватил кувшин, сделал мощный глоток и стукнул сосудом о стол так, что вино дрогнуло в кубках остальных. Ни Флорент, ни Хайтауэр даже бровью не повели. Эти трое знали друг друга слишком давно, чтобы удивляться чьим-то манерам. Каким-то странным образом столь разные по характеру мужчины давно научились терпеть друг друга - возможно, потому что каждый из них одинаково презирал слабость. Минуты тянулись, пока Флорент не вытер губы платком, не поправил манжеты камзола, расшитого синими и белыми лисами, и лишь тогда удостоил Тарли вниманием. - Рад, что вы всё-таки приняли моё приглашение, лорд Рендилл. Как поживает моя дорогая Мелесса и ваши дети? Алестер Флорент всегда держался с достоинством, чуть выше, чем позволяла его реальная власть. В нём ощущались и амбиция, и родовая гордость потомка Флорис Лисицы - та самая черта, что заставляла Флорентов поколениями считать себя более достойными править Простором, чем Тиреллы. Впрочем, сил для этого у них никогда не хватало, а вот хитрости - вполне. Лисья суть Алестера читалась в каждой черте: в мягкой, но скрытной улыбке, в прищуренных голубых глазах, в худощавой фигуре, больше похожей на учёного, чем на лорда. За последние годы рыжая шевелюра поблекла, и прозвище «Серый Лис» стало попадать в цель ещё лучше. - Живы и здоровы, - невозмутимо ответил Тарли. - Старший всё такой же тюфяк, девки - как девки. Единственная радость, что жена недавно разродилась вторым. Так и ходит вокруг них, бабьи заботы... Ничего, как только весь этот балаган закончится - возьмусь за сыновей всерьёз. - Что же, доля матерей, - протянул Флорент всё той же мягкой улыбкой, в которой вечно прятались расчёт и игра. - Разве ваша матушка не была такой же? - У моего отца она ходила по струнке. И в моё воспитание не вмешивалась. А свою, выходит, я распустил. Хотя, может, дело в вашей лисьей породе, лорд Алестер. Сказать, шутил он или нет - было невозможно. Лицо Тарли и в лучшие моменты выглядело каменной маской. Флорент рассмеялся - легко, показушно. - Верно подмечено. У моего дома всегда был... свой взгляд на вещи. - Будет вам обоим, - вмешался наконец Лейтон Хайтауэр, словно утомившись этим обменом упрёков. - Приветствую вас, лорд Тарли. Прекрасный день, не находите? У Старца из Староместа был взгляд, от которого юные оруженосцы обычно вжимали голову в плечи. Глаза серые, туманные - будто видят не этот сад, а что-то далеко за его пределами. Четвёртый брак, крепкая хватка, острый ум, ухоженные седые волосы - всё в нём говорило о достоинстве, опыте и том, что Лейтон всё ещё держит Старомест крепче, чем многие молодые лорды держат свои замки. Голос его был глубок, а речь - аккуратной и опасной, как тонко наточенный клинок. Именно поэтому никто не задавался вопросом, почему он здесь. Камзол на лорде Высокой Башни был таким же серым, как и его глаза, - строгим, почти аскетичным. Ни золота, ни вышивки: лишь множество аккуратных карманов, каждый из которых таил нечто нужное, полезное, продуманное. Всё в облике Лейтона говорило о человеке, привыкшем решать проблемы, а не выставлять богатства напоказ. Лёгкий запах трав, исходивший от его одежды, напоминал окружающим, кто именно в Просторе владеет ключами к науке, лекарствам и… к очень многим тайным нитям. Три фигуры в беседке были известны по всему Вестеросу: не королями - но людьми, перед которыми даже короли не всегда чувствовали себя уверенно. Их уважали за ратную силу, за связи, за деньги, за влияние - то самое влияние, которое не бросается в глаза, пока не начинает давить изнутри, как налитая бурей туча. Тишину нарушил Тарли - грубо, как всегда: - К чёрту эти кружева, лорд Лейтон. У меня нет ни малейшего желания играть в ваши игры - не будь запрета короля, я бы уже оседлал коня. Флорент усмехнулся - легко, почти лениво: - Неужели вам настолько неприятно наше общество, лорд Тарли? - Ты знаешь, что дело не в этом, Флорент, - отрезал тот. - Любая девка сообразит, что вы тут не о погоде спорить собрались. Два старых интригана… - он пододвинул себе поднос с кабаном и впервые проявил интерес - к еде, не к беседе. Хайтауэр кивнул, без тени иронии: - Вы проницательны, лорд Тарли. Но разве вопрос, который мы обсуждаем, не заслуживает большего, чем отмашка? Тарли фыркнул так, будто проглотил песок: - Чушь. Пришёл фокусник, устроил представление с огоньками и цветочками - и что? Таких полно в Кварте и Асшае. Наглеца повесят со дня на день. Меня не удивила просьба о встрече от этого Серого Лиса - ему дай повод, он что-нибудь да выдумает. Но вас, лорд Хайтауэр, - он ткнул ножом, - я не ждал. Не ваша ли дочь замужем за лордом Простора? И не ваши ли внуки унаследуют титул? Вам-то гадать о чём? У вас всё уже решено. Алестер поднял брови: - Кажется, вы переоцениваете мою любовь к авантюрам, лорд Рендилл, - мягко отмахнулся он. И вся его «невинность» выглядела настолько искусственной, что Хайтауэр даже не моргнул. Флорента они знали слишком хорошо. - Но вы видели юношу так же, как и мы. Что скажете? Высок, гордец, силы у него - странные, признаюсь, подобных фокусов я не видел за всю жизнь. - И он ли творил? - задумчиво заметил Лейтон, не притронувшись к вину и неторопливо поднеся к губам свой травяной настой. На его лице отразилась редкая для него нерешительность - почти тревога. Тарли резко стукнул ножом о тарелку: - Даже если и творил - что это меняет? Семеро свидетели, вы серьёзно говорите о мальчишке, у которого молоко на губах не обсохло? За ним нет ни одного воина. Ни-од-но-го. Вы поглупели на старости? - Воины - дело наживное, - мягко возразил Хайтауэр. - Вас ли этому не знать, лорд Тарли? Меня куда больше заботят небесные знамения… и выводы одного из лучших мейстеров своего поколения. Флорент хмыкнул, радостно играя: - Ах, значит результаты расследования мейстера Ломиса уже у вас? Как я и думал: мейстерам доверять опасно - уж слишком далеко тянутся нити Староместа. - Не так далеко, как вы думаете, - спокойно ответил Лейтон. - Просто иногда приходит время напомнить о старых долгах. А мейстеры ценят друзей. Их у них мало. - И что ваш скляночник откопал? - спросил Тарли, отправляя в рот новый кусок мяса. - Ничего… конкретного. И именно это тревожит, - произнёс Лейтон, переплетая пальцы. - Если бы был подлог, Ломис разобрался бы быстро. Он никогда не признается в увлечении магией… но опыт у него есть. Вердикт один: то, что случилось, либо магия, либо вмешательство Семерых. Других объяснений пока нет. Флорент подался вперёд: - И какие признаки? Даже Тарли перестал жевать. Лейтон понизил голос: - Сегодня утром мне пришло письмо из Староместа. В ту же ночь в Звёздной септе раздалось пение. Не молитва - песня, что не должна была звучать. - Что? - Алестер моргнул. - Песнь об обещанном короле, - тихо сказал Хайтауэр. - Пророчество Лины Гарденер, урождённой Крейн. Никто не знает, кто запел первым. Но пели все - все септоны, все септы. Семь раз. А потом… упали без чувств. И утром не помнили ничего. Сотни свидетелей. Он откинулся на спинку стула. - Если это совпадение - оно слишком точное. Флорент присвистнул: - Ну и дела… Тарли хмыкнул, как будто услышал про новый сорт сена: - Песня об обещанном короле? Та чушь? Этих преданий как грязи - особенно там, где люди слишком любят благовония. Не более чем бред фанатиков. - Быть может, - спокойно согласился Хайтауэр. - Но это ещё не всё. Алестер наклонился вперёд, глаза блеснули: - Не всё?! Тогда говорите же, сир Лейтон! - Все ли видели, как той ночью семь звёзд сошлись в одну? - спросил Лейтон. Флорент кивнул с живостью, Тарли - неохотно, будто признавался в глупости. - Архимейстеры уже сверяются по хроникам, - продолжил Хайтауэр. - Пока молчат, но, думаю, скоро слухи разлетятся. Подобное положение звёзд отмечено лишь однажды - тысячи лет назад. - Он сделал паузу, почти торжественную. - В ту ночь Семеро короновали Хугора с Холма, последнего истинно признанного короля андалов. После того знамения на небе оно больше не повторялось. Имя это давно стало легендой - но легенды в тот вечер вдруг начали оживать. Тарли уставился на него так, будто тот предложил ему съесть сырую жабу: - И кто это такой, Хугор? Флорент хмыкнул, не удержав лёгкой насмешки: - Сразу видно, лорд Тарли, что вопросы веры вас мало занимают. Хугор - легендарный король, которому Семеро обещали земли Вестероса. Народ андалов исполнил свою судьбу, и по сей день мы живём по их законам. Если память мне не изменяет, один из королей-мудрецов даже женился на девушке из рода Хугора… - Лишь по одной из трактовок, - уточнил Хайтауэр. - Аррены тоже претендуют на это родство. - Так что же, ради этих религиозных баек вы и позвали меня? - проворчал Тарли. - На кого-то вроде Флорента подобное, может, и подействует, а я верю только в количество мечей за спиной претендента. Всё прочее - дым и воздух. - Побойтесь Семерых, лорд Тарли, какой ещё заговор?! - всплеснул руками Алестер. - Мы лишь обсуждаем новости. Всё. - Хм. Пусть так, - буркнул Рендилл, снова принимаясь за еду. Хайтауэр снова взял слово - спокойно, но так, что оба лорда невольно притихли: - Я здесь лишь затем, чтобы обозначить позицию. Если за юношей действительно стоят боги… и если он тот, кем назвался, - то мой дом не встанет у него на пути.Но и помогать ему мы не намерены. Я не стану убийцей собственных родственников - даже ради пророчеств. Флорент улыбнулся чуть шире, чем следовало: - Ах, нейтралитет. В этом весь дом Хайтауэров. Но не кажется ли вам, сер Лейтон, что в нынешней обстановке он может дорого стоить? Серые, бездонные глаза Хайтауэра встретились с прищуром Флорента. Взгляд стал острым, как лезвие. - И о чём это вы, лорд Алестер? - Не только вы умеете спрашивать о долгах, - мягко ответил Флорент. - Пока все гонялись за магией и чудесами, я смотрел в другую сторону. И нашёл то, что искал в библиотеке Хайгардена. Он откинулся на спинку стула, копируя манеру Хайтауэра почти издевательски. - И что же вы там нашли? - спросил Лейтон. - Книгу, что вы бы оценили, сир Лейтон. - Глаза Флорента хитро блеснули. - Мемуары лорда Харлена. Один-единственный экземпляр. Пожелтевшие страницы, но мысли - острые, будто написаны вчера. Писал первый Хранитель Юга - ещё когда он был гостем Гарденеров, а потом стал их преемником. Не хроника - но честная, эмоциональная исповедь. В том числе о самой семье королей Простора. - Вы хотите сказать, что знаете ход мыслей Эдмунда Гарденера? - спокойно уточнил Хайтауэр. Флорент довольно щёлкнул пальцами: - А вот вы и сами признали, кем был наш ночной гость!В мемуарах подробно описана последняя семья Гарденеров, но нас-то интересует один конкретный принц… верно? - Тащи уже кота за хвост, Флорент, - огрызнулся Тарли. - Бабы быстрее родят, чем ты смысл выговоришь. - Терпение, лорд Рендилл. - Алестер улыбнулся своей фирменной лисьей улыбкой. - Так вот. На момент гибели Эдмунду было далеко за тридцать. У него уже был взрослый сын. Вот что странно. Но если мы допускаем, что Семеро вернули его с того света, ещё и в самом расцвете сил - всё становится объяснимо. Тарли фыркнул: - То есть бред. Ладно. Давайте уже решим, кто пойдёт вешать самозванца. Флорент плавно продолжил: - Однако совпадение внешности - полное. Слова - тоже. Манеры - точное попадание. По меньшей мере - настораживает. К тому же, юный принц Эдмунд был повесой, любителем борделей, неплохим мечником, но не гением клинка. Обычный молодой лорд. Но вот его окружение… и отношения с вассальными домами… - он поднял брови, - вот это интересно. И описано весьма подробно. Тарли резко поднял взгляд: - Воевал? - Простор редко воевал в ту эпоху, - признал Флорент. - Но были набеги дорнийцев. Были рейды железнорожденных. В отражении некоторых участвовал и наследник Гарденеров. - Пф. Из островитян и дорнийцев вояки - как из меня септон, - фыркнул Тарли. Алестер продолжил невозмутимо: - Он также был оруженосцем и воспитанником Рендилла Тарли того времени. Тарли замер. - В смысле? Флорент поспешно пояснил: - Сир Уильям Осгрей, один из лучших полководцев той эпохи, был наставником принца. Его сыновья - друзьями и соратниками. - Осгреи? Эти голодранцы? - хмыкнул Тарли, хотя в голосе его слышалось… настороженное любопытство. - Не стоит так снисходительно относиться к Осгреям, лорд Тарли, - одёрнул его Хайтауэр, и в голосе Старца впервые просквозила суровость. - Долгое время они держали Северную марку. Если ваш дом отражал дорнийцев с востока, то Осгреи рубились с каждым, кто приходил по суше с севера: железнорожденные, западники, речники, штормовики. Врагов у них было в избытке.Сейчас они - всего лишь рыцари с клочком земли. Но во времена Гарденера были домом первостепенной силы. Кто знает, в какую сторону качнётся их судьба теперь. Тарли недовольно хмыкнул, но спорить не стал. - Допустим. Если верить словам Флорента - мальчишка не так прост, как казалось. Но толку? Никто за ним не пойдёт. Тем более теперь. - Быть может, - протянул Флорент, задумчиво крутя кубок. - Но дело ведь не в том, кто пойдёт. Важно - кто он такой и как мыслит. С военными навыками всё понятно.А вот отношения при жизни… - он поднял взгляд. - С полной уверенностью могу сказать: к Тиреллам он неприязни не питает. Тарли прищурился: - Это с чего бы? Разве не они стоят между ним и короной? Флорент постучал пальцем по столу - коротко, резко, словно ставил точку. - Вот тут ваша ошибка. Он сам сказал на пиру, что не держит зла на дом Тиреллов. Это неудивительно. Долго и прочно они были связаны с Гарденерами. Харлен Тирелл был женат на сестре Мерна IX. Он растил принца Эдмунда буквально на руках. Потому Эйгон и оставил Хайгарден им - покорность, родственные связи, возможность наследования по женской линии.Мой же предок, несмотря на мужскую линию от Гардена, не был даже рассмотрен. В голосе Флорента слышалось нечто большее - тонкая обида веков. - Ох, началось… - проворчал Хайтауэр. - Притязания Флорентов слышим мы не в первый раз. - Может, и так, - кивнул Алестер. - Но факты от этого не меняются.И всё же теперь важнее другое. - Он улыбнулся уже по-настоящему лисьей улыбкой. - Как вы думаете, какие отношения у принца Эдмунда были с домом Хайтауэров? Лейтон медленно поднял взгляд. - И какие же? - Откровенно плохие. - Флорент развёл руками. - Харлен писал об этом предельно ясно. Принц вашего предка не любил - как и многие другие лорды. И не без причины.Именно Хайтауэры не вывели войска на Пламенное поле. Многие расценили это как предательство. Более того - принц Эдмунд отказался от помолвки с девами вашего дома - жест редкий, почти оскорбительный даже для нашего времени. - Не знаю, связано ли одно с другим… но нейтралитет ваш был известен давно. Он наклонился вперёд: - На вашем месте, сир Лейтон, я бы подумал, стоит ли и дальше играть в ваш вечный «я вне всего». Претендент, который к вашему дому особого тепла не питает, может решить иначе. Хайтауэр побелел вокруг губ: - Избавьте меня от ваших домыслов, лорд Флорент. Мой предок сделал выбор, чтобы спасти Старомест - сердце науки и веры. Драконы Эйгона были не чудом, а угрозой. Если бы мы тогда выступили - от нас остался бы пепел. А Танец Драконов показал, что нейтралитет не всегда трусость. Порой - мудрость, сохранённая кровью. - Тактика трусов, - фыркнул Тарли. - Тактика тех, кто хочет дожить до старости, - парировал Хайтауэр без злобы. - Ваше право думать как угодно, - пожал плечами Флорент. - Моё - лишь предупредить. А теперь - главное. Мемуары Харлена касаются его семьи широкими мазками. Но жена Эдмунда… - он поднял брови. - Старшая дочь Лорена Ланнистера. Я видел, как он посмотрел на королеву. Не как на чужую. Как на женщину, которую когда-то мог назвать женой. - Ха! - Тарли рассмеялся. - Это работает только если он тот, кем назвался. Тогда да… взгляд мог быть. И к слову - баба она, что надо. Таких днём с огнём. Хайтауэр только кивнул: отрицать было нечего. - Где Пик? - спросил Тарли, оглядывая сад. - Он же вчера кипел, как медный котёл. Флорент хмыкнул: - Лорд Титус заинтересован, но слишком… мягок. Его появление вместе с нами объяснить королю сложнее, чем его отсутствие. Будь на его месте молодой Арвин - другое дело. Но сейчас… нет. Лейтон прищурился: - Но вас, сир Алестер, я удивлён видеть здесь. С учётом того, что ваша племянница - жена брату короля. А брат - кастелян. Флорент картинно всплеснул руками: - Что вы, что вы! Это никак не касается моих родственников. Я служу королю - и только королю. Тарли медленно наклонился вперёд, глядя в глаза Флорента: - Какому именно, Серый Лис? На лисьей морде не осталось и тени улыбки. Алестер посмотрел прямо, холодно: - История… умалчивает. Хайтауэр хмыкнул: - Вот уж это - по-флорентовски. - Пустые домыслы, - вернул улыбку Алестер. Тарли же не отпускал тему: - Так куда, по-вашему, мог направиться этот ваш Эдмунд? Флорент пожал плечами, будто речь шла о погоде: - Понятия не имею. Человек, который внезапно оказался в мире, где никого не знает, и сразу обрёл претензии на трон… трудно предугадать его шаги. Будь я на его месте - убил бы Тирелла и Баратеона прямо в зале. Кризис престолонаследия был бы обеспечен. И выбора у нас, лордов, не осталось бы. - И давайте будем честны… Он сделал глоток. - Не я один это почувствовал в ту ночь. - О чём это ты, Флорент? - Тарли нахмурился, в голосе прозвучала тяжёлая подозрительность. Алестер приподнял кубок, словно собирался произнести тост, но вместо этого сказал тихо, почти интимно: - О той ночи, сир Рендилл. Когда он назвал своё имя. Вы это тоже почувствовали. Кровь… вскипела.Желание склониться перед ним - неестественное, чужое, но сильное, слишком сильное, чтобы просто так списать. Вы, конечно, никогда не признаетесь. Но я видел, как вы опёрлись на меч, чтобы не встать на колено. Он погладил бороду, словно вспоминал вкус того момента. - Может, магия. Может, природная харизма. А может - отголосок крови, что жил веками в наших домах. Наследие, откликнувшееся на зов законного короля Простора. Кто знает… - Вздор! - рявкнул Тарли, зубы скрежетнули. Он вспыхнул так резко, словно Флорент ткнул в старый шрам. Алестер хмыкнул: - Ох, как же вас перекосило… Значит, попал в точку. Рука Тарли легла на рукоять Губителя Сердец - инстинктивно, почти угрожающе. Рубины на ножнах вспыхнули в солнечных лучах, и на мгновение казалось, что меч живёт своей жизнью. - Довольно, - вмешался Лейтон. Он сказал негромко, но голос прозвучал как удар колокола. - Это чувство ещё предстоит объяснить. Но… - он медленно выдохнул, - я тоже ощутил нечто похожее. И потому более склонен верить в подлинность Эдмунда Гарденера. Признание Хайтауэра повисло в воздухе тяжёлым камнем. Тарли с силой отнял руку от меча и демонстративно сплюнул себе за спину. - Да плевать. Мальчишке не быть королём, пока жив Баратеон и его дети. За Робертом стоят все земли севернее Простора, и Штормовые земли, и флот Драконьего Камня под Станнисом.Попробуй взбунтоваться - разве что драконов позови, и то шанс выше. - Опасные слова, лорд Тарли, - протянул Флорент мягко, почти ласково. - Но верные, - кивнул Хайтауэр. - Пока за ним никто не стоит, всё это разговоры ради разговоров. Флорент вздохнул, приняв это как нужную, пусть и неприятную истину: - Что ж… признаюсь, я придерживаюсь схожего мнения. Боги - где-то там, - он неопределённо махнул рукой вверх, - а мы здесь. И нам нужно думать о будущем, а не о сказках. Он хлопнул в ладони, словно закрывая собрание: - Это была полезная беседа, господа. Нам всем лучше разойтись, пока отсутствие не заметили. - Наконец-то, - фыркнул Тарли и мощным рывком поднялся со стула. - Пойду первым. У меня есть дела полезнее пустых слов. Он уже почти вышел из беседки, когда воздух прорезал рёв. Густой. Бешеный. Узнаваемый. - УБЬЮ ОБОИХ!!! Даже птицы в кронах взметнулись, будто от удара. Тарли застыл на миг. Флорент тонко улыбнулся: - Кажется, лорд Тарли… на один меч у претендента всё же больше, чем вы думали. Лейтон лишь прикрыл глаза - его лицо стало каменным, сосредоточенным, словно он услышал не крик короля, а зов судьбы. Тарли поправил ножны и бросил через плечо: - Значит, у палача будет чем руки погреть. И пошёл прочь, даже не обернувшись.