Цена любви Узумаки

Рассвет в Конохе больше не приносил тепла. Жители деревни, выходя из своих домов, замирали: на главных перекрестках стояли патрули АНБУ в новых масках — безликих, гладких, отражающих холодное утреннее солнце. Наруто не спал. Ему больше не требовался сон в привычном понимании — он научился входить в состояние глубокого транса, который восстанавливал тело, оставляя разум активным и бдительным. ​В кабинете Хокаге Наруто появился без стука. Цунаде выглядела так, будто за ночь постарела на несколько лет. Перед ней лежала стопка рапортов от Шикамару и Какаши: «Наруто Узумаки взял под личный контроль архив секретных техник», «Наруто Узумаки ограничил доступ в госпиталь для гражданских». ​— Ты переходишь границы, Наруто, — Цунаде даже не подняла глаз. — Совет старейшин в восторге от твоих идей безопасности, но я всё ещё Хокаге. ​— Статус Хокаге — это ответственность за выживание нации, — Наруто положил на стол тонкий черный футляр. — Внутри — новые протоколы связи. Больше никаких почтовых птиц. Только прямая нейронная связь через выделенные узлы АНБУ. ​— Ты хочешь, чтобы каждый шиноби был подключен к системе, которой управляешь ты? — Цунаде наконец посмотрела на него. — Это не защита. Это тотальный контроль. ​— Контроль — это отсутствие хаоса, — ровно ответил Наруто. — Кстати, команда №7 официально распущена. Саске Учиха переведен в отдел внешней разведки без права возвращения в деревню в ближайшие полгода. Сакура Харуно назначена руководителем мобильного медицинского отряда на дальней границе. ​Цунаде вскочила, опрокинув стул. — Ты ссылаешь своих друзей?! Ты боишься их, Наруто? Боишься, что они заставят тебя снова чувствовать? ​Наруто даже не дрогнул. — Страх — это эмоция. У меня её нет. Есть только расчет рисков. Их присутствие рядом со мной вызывает дестабилизацию системы из-за прошлых привязанностей. Это неэффективно. ​Позже, на улицах Конохи, Ино шла в цветочный магазин, стараясь не смотреть на патрульных. В груди всё ещё ныло — странное, фантомное чувство, будто она что-то потеряла, но не могла вспомнить, что именно. На перекрестке она увидела его. Наруто стоял в окружении своих новых подчиненных, отдавая приказы холодным, лишенным интонаций голосом. ​Ино остановилась. Она хотела подойти, спросить, почему он так странно вел себя вчера, но какой-то первобытный ужас сковал её ноги. В этот момент Наруто повернул голову в её сторону. Его взгляд прошелся по ней, как сканирующий луч. ​«Объект: Ино Яманака. Текущая деятельность: Бытовая. Уровень гормонов стресса: Повышен. Рекомендация: Игнорировать». Он просто отвернулся, продолжая инструктаж. Ино почувствовала, как по щеке скатилась одинокая слеза. Она быстро вытерла её, не понимая, откуда эта внезапная боль. ​Тем временем на тренировочном полигоне №7 Саске стоял у мемориального камня. Он уже получил приказ о своем назначении. Он знал, что это ссылка. Наруто методично убирал всех, кто знал его настоящим. Рядом появилась Сакура, её глаза были красными от слез. ​— Саске... он действительно это делает. Он разрушает всё, за что мы сражались. ​— Он не разрушает, — Саске сжал рукоять Кусанаги. — Он строит идеальную тюрьму. И Ино — его главная заключенная, даже если она этого не осознает. ​— Что нам делать? — прошептала Сакура. — Цунаде-сама связана по рукам — Совет на его стороне. Народ видит в нем «сильного лидера», гарантирующего мир. ​Саске посмотрел на небо, где медленно плыли холодные облака. — Мы не уйдем на его миссии. Мы остаемся. Если он хочет играть в «Логику», мы покажем ему, что такое системная ошибка. ​Глубоко в подсознании Наруто, за обсидиановой стеной, Курама перестал бесноваться. Он лег, свернувшись клубком, и его глаза светились расчетливым светом. — Ты думаешь, что победил, ледяной мальчик? — прошептал Лис. — Ты стер её память, но ты забыл, что чакра Яманака — это чакра духа. Ты оставил в ней часть своей пустоты... а она оставила в тебе часть своего света. И чем сильнее ты будешь давить, тем громче будет взрыв. ​Наруто почувствовал легкий укол в области груди — кратковременный сбой в ритме сердца. — Анализ: Аритмия. Причина: Неизвестна. Решение: Усилить ментальные блоки, — произнес он в пустоту, поправляя маску. На следующее утро Коноха проснулась от гула чакры, который исходил со стороны главного тренировочного полигона. Саске Учиха не покинул деревню. Вместо этого он стоял в самом центре площадки, вонзив Кусанаги в землю. Вокруг него воздух дрожал от фиолетового пламени Сусаноо, подавая недвусмысленный сигнал: «Я здесь. Приди и заставь меня уйти». ​Ответ последовал незамедлительно. Вместо отряда АНБУ на полигоне появился один человек. Наруто возник в вихре черных листьев, его плащ едва колыхался, несмотря на мощные порывы ветра, создаваемые чакрой Саске. ​— Учиха Саске. Твой выход на миссию был назначен на 06:00, — голос Наруто был сухим, как треск ломающегося льда. — Текущее время — 09:15. Твое поведение классифицируется как дезертирство и неподчинение приказу Хокаге. ​— Ты не Хокаге, Наруто, — Саске медленно поднял взгляд, его Шаринган вращался, выстраивая сложнейшие узоры. — Ты — неисправный механизм. И я здесь, чтобы провести «техобслуживание». ​— Твоя попытка спровоцировать эмоциональный ответ нецелесообразна, — Наруто медленно сложил одну-единственную печать. — Приступаю к нейтрализации объекта. ​В ту же секунду на полигоне вспыхнула битва, какой Коноха не видела со времен войны. Но это не было похоже на их старые поединки. Наруто не кричал, не использовал лишних движений. Он двигался с пугающей, просчитанной скоростью, нанося удары ровно туда, где защита Сусаноо была слабее всего. ​В это же время. Цветочный магазин Яманака. ​Пока внимание всех патрулей АНБУ было приковано к полигону, Сакура проскользнула в заднюю дверь магазина Ино. Ино стояла у прилавка, рассеянно перебирая увядшие цветы. Её лицо было бледным, а под глазами залегли тени. ​— Ино, слушай меня внимательно, — Сакура схватила её за плечи. — У нас мало времени. Наруто сейчас занят Саске, его контроль над «печатью молчания» в твоей голове должен ослабнуть. ​— Сакура? О чем ты говоришь? Какая печать? — Ино попыталась отстраниться, но в её голове вдруг промелькнула острая вспышка боли. — Наруто... он просто заботится о нас. Он стал сильнее... ​— Он стер тебе память! — крикнула Сакура, и из её глаз брызнули слезы. — Он запер Кураму! Он вырвал собственное сердце, чтобы не чувствовать вины перед твоим отцом! Ино, вспомни! Вспомни ту ночь в его квартире! ​Ино схватилась за голову, сползая по стене. — Квартира... чай... — шептала она. — Лед. Там был лед. И глаза... алые глаза в тени... ​— Это был Курама! Он просил тебя о помощи! — Сакура сложила руки в медицинскую печать и приложила их к вискам Ино. — Я не могу снять печать Наруто силой, но я могу направить твою собственную чакру Яманака против неё. Ино, борись! ​Полигон. ​Саске тяжело дышал. Одно из ребер Сусаноо было пробито «Вакуумным Расенганом» — новой техникой Наруто, лишенной звука и света, созданной только для эффективного убийства. ​— Твой ритм сердца участился на 15%, — констатировал Наруто, стоя в паре метров. Его маска была разбита наполовину, обнажая один холодный, пустой глаз. — Ты истощаешь себя. Это нелогично. ​— Логика... — Саске сплюнул кровь. — Ты так боишься боли, что превратил себя в труп. Но знаешь, в чем слабость твоей системы? Ты считаешь Ино «нейтрализованной». ​Наруто на долю секунды замер. В его левом глазу — том, что был открыт — внезапно вспыхнул алый огонек. ​— Аритмия... — прошептал Наруто, прижимая руку к груди. — Сбой... в секторе 4... ​Магазин. ​В сознании Ино раздался звук бьющегося стекла. Печать молчания, наложенная Наруто, начала дымиться под напором её собственной воли. ​— Я... я помню... — Ино открыла глаза, и в них больше не было пустоты. Только жгучая, осознанная ярость и безграничная боль. — Он запер себя. Он бросил меня в темноту... ​Она резко поднялась, отталкивая руки Сакуры. — Сакура, он не просто холодный. Он умирает там, внутри. Каждая минута в этой «системе» выжигает его душу. ​Полигон. ​Наруто внезапно упал на одно колено. Его чакра начала пульсировать — то ледяная и синяя, то обжигающе рыжая. — Курама... подавить... — хрипел он, но печати на его руках начали гореть. ​Саске опустил меч. — Это не Лис, Наруто. Это Ино. Она вспомнила. И теперь твоя «идеальная система» рушится, потому что её фундамент — ложь. ​Наруто поднял голову. Его лицо под остатками маски исказилось в гримасе, которую нельзя было назвать человеческой. — Реконструкция... системы... — проскрежетал он. — Объект Яманака... подлежит... окончательному удалению... ​Он исчез в черной вспышке, направляясь прямо к магазину. Стеклянная витрина магазина Яманака разлетелась в пыль, осыпав помещение мириадами острых осколков. Наруто приземлился в центре зала, и от его приземления по полу поползли игольчатые узоры инея. Его плащ АНБУ был разорван, а чакра вокруг него пульсировала серыми, безжизненными искрами. ​— Объект Яманака Ино. Обнаружено критическое повреждение печати памяти. Протокол безопасности: Устранение источника ошибки, — его голос звучал пугающе ровно, накладываясь на приглушенный, полный ярости рык Курамы, доносящийся будто из-под земли. ​Сакура мгновенно встала перед Ино, сжимая кулаки. — Только через мой труп, Наруто! Очнись, это же Ино! ​Наруто вскинул руку. В его ладони начал формироваться черный Расенган, издающий не свист, а жуткий скрежет металла по стеклу. Он сделал шаг вперед, но в этот момент в магазин влетел Саске. Учиха блокировал удар своим мечом, усиленным током Чидори. Столкновение двух противоположных энергий было такой силы, что стены магазина начали трескаться, а Ино и Сакуру отбросило к прилавку. ​— Ино, сейчас! — прохрипел Саске, удерживая клинок обеими руками. — Он не контролирует программу! Входи в него, пока мы его держим! ​Ино видела, что глаза Наруто — те самые глаза цвета летнего неба — теперь были абсолютно мутными, затянутыми белесой пеленой. Она сложила печать клана Яманака, игнорируя страх. ​— Техника переноса разума: Тройной резонанс! — выкрикнула она, вкладывая в технику всю свою боль и любовь. ​Ино не просто вошла в его разум — она использовала Саске и Сакуру как усилители, ворвавшись в его подсознание подобно урагану. ​Внутри разума Наруто ​Они оказались в эпицентре ледяного хаоса. Ледяной архив превратился в руины. Наруто-Оружие стоял в центре, опутанный черными цепями, которые тянулись к огромному обсидиановому монолиту с запертым Лисом. ​— Мы не уйдем, Наруто! — закричала Ино, пробиваясь сквозь ментальный шторм. — Ты не машина! Ты не инструмент! Ты — человек, который обещал никогда не сдаваться! ​Она рванулась вперед и сорвала с него остатки маски. В этот момент Саске и Сакура передали через неё поток своих самых ярких воспоминаний. Вся та информация, которую Наруто блокировал целый год — смех друзей, вкус рамена, тепло рук Ино, горечь утраты Иноичи — всё это разом, подобно гигантскому цунами, обрушилось на его сознание. ​— ХВАТИТ! — закричал Наруто-Оружие, и его голос в реальности совпал с криком в подсознании. ​Обсидиановый монолит взорвался. Ледяная крепость разлетелась в пыль. ​Реальный мир ​Наруто резко замер. Черный Расенган в его руке рассеялся. Он схватился за голову, и его тело выгнулось в страшной судороге. Тысячи воспоминаний, чувств и подавленной боли, которые он методично «удалял» из системы, вернулись в одно мгновение. ​Его мозг, отвыкший от такой эмоциональной нагрузки, просто не выдержал. Предохранители сгорели. ​— Слишком... много... — прошептал он, глядя на Ино глазами, полными слез и невыразимого ужаса. — Я... я всё... сделал... неправильно... ​Его зрачки закатились, и Наруто рухнул на колени. Из его носа и ушей потекла тонкая струйка крови — результат тяжелейшего ментального перегруза. ​— Наруто! — Ино подхватила его за секунду до того, как он ударился лицом об пол. ​Он был тяжелым и холодным. Его дыхание стало редким, поверхностным. Сакура мгновенно приложила руки к его голове, и её лицо исказилось от ужаса. ​— Его сознание... оно схлопнулось, — прошептала она. — Это глубокая кома. Он выжег всё внутри себя, чтобы просто остановить этот поток боли. ​Наруто лежал на руках Ино, бледный, как мрамор. Безжизненный механизм АНБУ сломался, но человек внутри него еще не проснулся. Он ушел в самую глубокую тьму своего разума, спасаясь от самого себя.