Всё решится

«…» Вернулся в общежитие он только к четырём утра. Все так же спали, и он, решивший что последует их примеру, просто скинул сумку на кровать и на ней же растянувшись, уснул. Снились ему школьные годы, которых он боялся, и пожираемый этим страхом по ночам, часто просыпался от собственного крика. Он уже давно прошёл эту фазу, ещё лет в шестнадцать, но всё равно почувствовав себя странно - постарался как можно быстрее проснуться, лишь бы не закричать. Пошарив в рюкзаке в поисках телефона и найдя его разряженным, он с разочарованием отшвырнул его в дальний край кровати и рефлекторно чуть не пнул. Глазами он начал искать настенные часы, и к своему удивлению нашёл их. Стрелки показывали шесть тридцать часов утра. "Вааау, как круто" - подумал тот, перевернулся на левый бок и попробовал снова уснуть, но поняв что фиг ему, а не сон, сел в кровати и решил распаковать сумки. Спустя час он закончил с этим делом. Так раз оставался час до пар, соответственно он направился в общую ванну, сполоснулся, помыл голову, почистил зубы и пришёл в комнату. Фена у него не было, да и не нужно было. Волосы сами высыхали за минут двадцать или тридцать. В оставшиеся сорок минут он сбегал на кухню и заварил себе кашу.³ После этого он решив надеть что-то поприличнее, остановил свой выбор на чёрной рубашке с коротким рукавом, которая оказалась ни черта не с коротким рукавом, а доставала ему до предплечий и светлых брюках, которые болтались на нём как мешок с картошкой. Дополнил он свой сногсшибательный образ перчатками и коричневой сумкой через плечо, которую носил вместо рюкзака ещё в школе. Нужную аудиторию он искал минут десять, врубив себе в наушниках музыку, чтобы совсем не раскиснуть. Вспомнив, что даже учебники не забрал, поплёлся ещё и за ними. Он итак еле успевал, а теперь уж точно не успевал, даже если бы бегом домчался до нужного места. Опоздал он минут на семь. Сказав "Здравствуйте, извините за опоздание", он сел примерно на то же место что и вчера, снял наушники, вытряхнул из сумки ручку с учебником, и начал слушать, что преподаватель собирается им объяснять полтора часа. Первая пара оказалась простой биологией, которую Николай просидел без скуки. Удивительно, но на неё даже кто-то не пришёл, так что в журнале стояла всего лишь одна Н-ка.