Chasing the wind

Маленькая квартирка в Брэкли совершенно не была похожа на хоромы Макса в Монако, в которых Кэт посчастливилось побывать. Да и на квартиру Джорджа тоже не тянула. Здесь была всего одна комната, переходящая в небольшую кухню. У окна стояла инсталляция ее бесконечной любви к вишневому Доктору Пепперу, или, как ее называл Джордж, базовая лень выкидывать банки, но с каждой выпитой башня становилась все масштабнее и выше, скоро можно будет настоящий замок строить. На полу валялись пустые коробки из-под пиццы и китайской еды, исписанные листы, чертежи и пустые тубусы вперемешку со скомканной одеждой. На кухонном столе разбросаны чайные пакетики, которые Кэт всегда сгребала в отелях, а ванная была заставлена одноразовыми баночками с шампунями, гелями для душа, кондиционерами и лосьонами все из тех же отелей. Иными словами, убиралась она в этой квартире крайне редко, благо хозяйке было совершенно плевать до тех пор, пока Кэт вовремя оплачивает аренду, коммуналку и присылает ей открытки и магнитики, купленные в сувенирных магазинах. Рамштайн с телефона играл уже не второй и даже не третий десяток раз, но так и не смог поднять с кровати человека, который заснул пару часов назад, поглощенный недавно вышедшей игрой. Кэт так и осталась лежать с контроллером на груди и надписью «You’re dead» на экране плазмы. Пока очередное исполнение Sonne все-таки не заставило ее подскочить, ударившись головой о полку. Кэт резко потянулась к телефону и сразу же похолодела. Половина десятого. Их самолет вылетал через полчаса. — Твою ж мать, — она сползла с дивана, зарывшись в кипу одежды, сваленную на кресле. В сторону полетели грязные футболки, любимый красный свитер, пара неподходящих лифчиков, которые она вообще не понимала, на кой черт взяла с собой в Англию. Зато там лежал пакет ирисок, одна из которых тут же полетела ей в рот. Телефон на диване снова завибрировал, но на этот раз не от будильника. На экране высветилось имя Оуэна. Наверняка все уже окончательно поняли, что она не просто задержалась на паспортном контроле. Попытка дотянуться до телефона потерпела колоссальное фиаско. Нога Кэт наступила на стеклянную бутылку пива, которая тут же покатилась вперед, заставив потерять равновесие. Лишь чудо спасло ее затылок от встречи с острым углом журнального столика. Однако попе все же досталось. Еще хуже это утро стать не могло. — Ало, — она схватила телефон, приложив к уху, но экран не среагировал на нажатие, так что спустя короткую паузу осознания пришлось снова тыкать на зеленую кнопку. — Мне очень жаль, я уже еду! — выпалила она раньше, чем Оуэн успел что-то сказать. — Ты не успеешь, — спокойно ответил он. — Попробуй приехать в аэропорт к половине первого, я договорился с другом из Макларена, они подбросят тебя. Я надеюсь, ты уже мчишься на всех парах. Она поморщилась, посмотрев на скинутые в чемодан вещи, так и не собранные как надо. А обе форменные футболки до сих пор сушились на балконе, так и не поглаженные. Иными словами, шансы успеть даже на самолет Макларен тоже стремились к нулю. — Да, да, уже спешу, — неуверенно соврала Кэт, вставая с пола, оперевшись о локоть кресла. — Хорошо, потому что ждать они не будут, — сказав это, Оуэн отключился, но разочарование в его голосе кольнуло гораздо больнее недавнего падения. Ладно, она просто быстро соберется и успеет на самолет. Ничего сложного. До Хитроу полтора часа езды. До самолета три с половиной. Иными словами, у нее еще вагон времени. Да, придется ужаться, плюсом она понятия не имела, кто именно из Макларена на нем полетит. Хорошо, если обычные среднестатистические инженеры, которые вроде как даже привыкли к новому лицу в паддоке, но что если знакомства Оуэна распространялись сильно дальше базового состава команды, и Кэт лицом к лицу столкнется с тем же Заком Брауном, которого терпеть не могла. — Ну хотя бы ты не дружишь с кем-нибудь из Феррари, — пробурчала она, стаскивая с лески обе футболки. Запихав одежду в чемодан, проверив лекарства и найдя наконец-то более менее свежую шелковую рубашку все того же темно-красного цвета, всегда бывшего ее любимым, она вышла из квартиры, попутно доставая ключи от машины. Стоило поблагодарить всех богов, что ради игрового вечера, как-то очень незаметно перешедшего в ночь, Кэт закупилась в Теско и все-таки пригнала машину с рабочей парковки к дому. — Кэтти, милая, как дела? — спросила старушка у подъезда, выгуливая своего четырнадцатилетнего эрдельтерьера. — Все отлично, миссис Беннет, сами как? — Кэт честно пыталась поскорее проскочить к машине, но пес перегородил ее дорогу, уставившись на нее своими добрыми заплывшими от старости глазами, явно ожидая, что она даст ему что-то вкусное, как обычно. — Потихоньку, — старушка подошла ближе. — Очень хорошо, что я тебя встретила, на самом деле, — после этих слов сердце тут же упало в пятки. — У меня, кажется, начал протекать бочок в туалете. Придется человека вызывать, но нынче все это так дорого. А ты мне так здорово с трубой помогла… Нет, ну пожалуйста, только не жалостливые взгляды добрых старушек, живущих по соседству. Они как будто знали, что Кэт не сможет им отказать. К тому же миссис Беннет очень сильно напоминала ей собственную бабушку, которая тоже звонила каждый раз, когда хотела сэкономить на сантехнике и даже электрике, прекрасно понимая, что Кэт с ее познаниями скорее сварится при 220 Ватт, чем что-то реально починит. — Ладно, показывайте, — сдалась Кэт, засовывая чемодан в багажник. — Только я очень спешу. — Конечно, конечно, — закивала миссис Беннет. — Если поймешь, что проблема слишком сложная, то поезжай. Кстати, я такую вкусную вишневую шарлотку испекла. Помню, что ты не любишь яблочную. Ну вот и как ей можно было отказать. Кэт закатала рукава рубашки, мысленно представляя себе строение унитаза, чтобы уже накидать возможные причины поломки. Квартира миссис Беннет была куда более опрятной, чем та, что находилась за стеной. К тому же, она была больше. Но учитывая, что Кэт чаще ночевала в отелях или в офисе, размеры ее собственной точно не смущали. — Ты будешь чай? — крикнула старушка с кухни, пока Кэт присела на колени, проверяя само наличие протечки. — Спасибо, миссис Беннет, но мне сейчас немного не до чая! — она подцепила крышку бачка. — Милая, для чая всегда время найдется. Я на ярмарке купила просто отличный, с чабрецом и лавандой, — продолжала старушка. — Хотя тебе бы посоветовала попить с ромашкой, ты в последнее время очень нервная. Конечно, она нервная. Она опоздала на свой самолет, а теперь из-за своей сердобольности рискует опоздать и на самолет Макларена. Опасения подтвердились. Прокладка между унитазом и бачком выглядела нормально, а вот уплотнители на болтах явно пора было менять, и скорее всего именно из-за них бачок и начал подтекать. Вот только быстро проблему решить не получится, потому что у миссис Беннет явно не завалялись лишние уплотнители, да и разбирать весь бачок времени явно не было. — Так что, с ромашкой? — миссис Беннет выскочила как черт из табакерки, из-за чего Кэт от неожиданности ударилась макушкой о раковину. — Ой, милая, ты не ушиблась? — Нет, — процедила она, поглаживая ноющий затылок. — У вас есть уплотнители для болтов? Они износились. — Уплотнители… — миссис Беннет задумалась. — Ох, скорее всего нет… — Тогда сделаем так, — Кэт встала, мельком глянув на часы. Три часа. Все под контролем. — Я пока постелю тряпку, чтобы вы не залили соседей, а когда вернусь после гран-при, все вам поменяю. Хорошо? — Но как же… — Миссис Беннет, туалет не сломан, все нормально, просто немного подтекает, — терпеливо объяснила Кэт. — Вы сможете им пользоваться, просто надо будет менять тряпки. Или вызвать сантехника. Старушка нахмурилась, переводя взгляд с Кэт на унитаз и явно считая, во сколько ей обойдется его починка. На самом деле Кэт понятия не имела о нынешних расценках в Англии, потому что привыкла чинить все самостоятельно, но при этом подозревала, что для человека вроде миссис Беннет, это все равно встанет в копеечку. — Хорошо, я подожду, — сдалась она. — Ты точно не будешь чай? — Нет, спасибо, я правда очень спешу, — Кэт аккуратно обмотала тряпку вокруг основания чаши. — Ну а шарлотку? — жалостливо спросила миссис Беннет. Когда-нибудь судьба обязательно накажет Кэт за мягкосердечность. И хотелось бы надеяться, что не сегодня. Потому что к четырем часам ей надо быть на брифинге в Спа, а она еще даже до аэропорта не доехала. — Хорошо, но немного, — Кэт подскочила к двери, натягивая кроссовки. Старый эрдельтерьер все еще обнюхивал ее одежду в поисках еды, но вместо этого Кэт могла лишь потрепать его за ухом. Когда миссис Беннет нагрузила ее контейнером и все-таки всучила термос с чаем, от которого явно несло той самой ромашкой, Кэт выбежала из дома, оказавшись рядом с машиной. Свалив все свое добро на пассажирское, она завела двигатель и снова посмотрела на время на приборной панели, будто таким образом могла его замедлить. По радио утренние дикторы весело разговаривали о спортивных мероприятиях. Ливерпуль столкнется с Манчестером, и это как всегда будет битвой века, так что в бары путь заказан. Все уже готовились в Уимблдону и делали ставки, особенно активно об этом говорил диктор с заметным уэльским акцентом, так что Кэт перестала вслушиваться в его слова. Все, казалось, в кой-то веки пошло так, как ей хотелось. Она была в пятидесяти километрах от Лондона, а времени еще полтора часа, за которые она очень быстро пробежит все контроли и запрыгнет в самолет. Ничего сложного. Но жизнь все еще жестокая сука, потому что на подъездах к Лондону Кэт встала в пробку, вяло едущую к повороту в Хитроу. — Ну нет, — простонала она, стукнувшись лбом о руль. — Нет, нет, нет! — Кстати, Стив, мы совсем забыли про то, что вот-вот случится в Бельгии! — весело продолжал диктор по радио. — О да, двенадцатое гран-при сезона, — подхватил, очевидно, Стив. — Страсти в королеве автоспорта кипят как всегда, да? — Мерседес уверенно вырвался вперед. Наш соотечественник, между прочим, Джордж Рассел медленно, но верно идет к своему первому чемпионству. — Ты хотел сказать, несется, Бобби. Это же Формула, а не чемпионат по спортивной ходьбе. — Любишь ты придираться к словам, Стив. Но да, именно это я и хотел сказать. Да и его младший итальянский напарник не отстает. — Джордж Рассел лидирует в личном зачете со счетом в двести тридцать пять очков, — Стив, судя по всему, открыл статистику. — И мог бы сохранять колоссальное преимущество, если бы не фатальная ошибка Лэнса Стролла во время пит-стопа в Сильверстоуне. — О да, тогда, наверное, каждый уважающий себя британец успел его проклясть, — шутливо прокомментировал Боб. — Не забывай, что гонку в итоге выиграл сэр Льюис Хэмильтон, — горделиво подметил Стив. — В любом случае Макс Ферстаппен отстает от лидера всего лишь на двенадцать очков, а все мы знаем, что для этого голландца такое отставание не значит ровным счетом ничего. Расселу придется хорошенько постараться, чтобы удержаться на вершине. Кэт ударила по рулю, будто так пробка могла магическим образом рассосаться. Она потянулась к телефону, включая карты. Может, люди спереди знают причину. И, конечно, Вселенная решила ее возненавидеть сегодня, потому что на повороте к Хитроу столкнулись сразу три машины, что и вызвало это мертвое столпотворение. — К другим новостям из мира спорта… Она резко переключила волну, сверля взглядом номер напротив. Такими темпами ни к какому Маклареновскому самолету она не успеет. Снова включив телефон, Кэт вбила билеты до Бельгии на коммерческие рейсы. На сегодняшний день все было выкуплено, на завтрашний тоже. В лучшем случае она прилетит только к квалификации. Немного подумав, она вернулась к картам, ткнув на примерное расположение Спа. Шесть часов. Не так все плохо. Но она останется привязана к машине, потому что потом придется гнать ее обратно в Брэкли. До самолета оставалось полчаса, когда она буквально влетела в нужный терминал, жалея о пропущенных уроках физ-ры. Потому что бежала к контролю она на чистом адреналине с установкой, что пора бы переступить через свои интровертные замашки и просить в очередях пропустить ее вперед. Одно радовало, она все еще была в старушке Англии, где жили очень милые и вежливые люди, умеющие входить в положение. Почти все. Пограничники явно не входили в их число, потому что точно перепутали границу Великобритании с границей ее нервов. — Цель поездки? — безэмоционально спросила женщина, проверяя паспорт. — Тот факт, что у меня рабочая виза, ни на что вам не намекает? — Кэт косилась на время, считая минуты. Ей еще надо было успеть добежать до частного ангара. Пограничница подняла взгляд. — Цель поездки? — повторила она. — По работе, боже ты мой. Слушайте, я очень спешу, пожалуйста. Но женщина, очевидно, решила начать проверять документы еще медленнее. Чтобы Кэт точно никуда не успела. — Хорошего полета, мисс, — Кэт с облегченным выдохом сорвалась с места. — Мисс, ваш паспорт! На самом деле черт уже с этим паспортом. Если она действительно доберется сегодня до Бельгии, то ляжет там на полу и закажет себе гроб. Потому что после такого ее точно хватит инфаркт. Но все-таки пришлось возвращаться, чтобы в следующую секунду, поудобнее перехватив чемодан, побежать по коридорам, огибая других пассажиров. Благо хоть дорогу она знала хорошо. Перепрыгивая по несколько ступенек за раз, Кэт ворвалась в ангар. Легкие горели огнем и, похоже, готовы были исторгнуться прямо на бетонный пол, закончив ее бренное существование. Все тело ныло, голова кружилась, а в груди росло привычное раздражение, когда сахар резко падал. Сейчас у него было миллион и одна причин упасть. Особенно глядя на то, как последний самолет, припаркованный в частной зоне аэродрома, выезжает на взлетную полосу. — Блять! — выкрикнула Кэт, тут же закашлявшись. Горло решило не отставать от легких. — Сука! Что б тебя! Она со злостью пнула чемодан и упала на корточки, зажмурившись от резкой боли в боку. — Да уж, спорт это явно не твое, — сказал последний человек, кого она хотела сейчас видеть. Кэт с отчаяньем подняла голову, рассматривая пустой аэродром, чтобы наткнуться взглядом на чертов джет. Черный с оранжевыми полосами на носу и хвосте. Джет Макса, мать его, Ферстаппена. — Тебе, может, водички? — в его голосе не было ни капли сочувствия, только жестокая насмешка над ее положением. — Не думаю, что администрация аэропорта порадуется, если обнаружит в одном из ангаров труп. Но я напишу на надгробии, что ты пала смертью храбрых от короткого спринта по аэропорту. Повернув голову, Кэт хмуро посмотрела на Макса. — Тебе в кайф, да? — Честно? Да. И как ей в Барселоне могло показаться, что они перестали грызться как кошка с собакой? Там она ему сочувствовала, пыталась его понять. Ради этого ушлепка она даже врала Джорджу, не говоря истинной причины, почему Макс не хотел с ним видеться до Шпильберга. Но нет, Макс Ферстаппен все еще самый раздражающий и невыносимый человек, которого она когда-либо знала. А она все еще знала парочку механиков Феррари. — Знаешь что? — Кэт встала, игнорируя занывшие мышцы. — Я проспала блядский рейс, потом старая соседка попросила меня починить ее сраный унитаз и в завершение всего я попала в ебучую аварию, и моя последняя возможность приехать в херову Бельгию сыграла в гребанный блять ящик! — под конец она почти верещала. — Поэтому, пожалуйста. Пожалуйста, блять. Избавь меня от своего сучьего ублюдского существования! Она тяжело выдохнула, чувствуя, как гулко бьется сердце в ее груди, будто вот-вот разорвется. Ладно, это уже звоночек. В сумке все еще лежала шарлотка миссис Беннет, и наверняка там было полно сахара. — Ладно, ладно, — Макс поднял руки. — Погоди, ты попала в аварию? — Ну не я попала… Там пробка была из-за аварии, которую я провела в компании Стива и Боба. — Кто такие Стив и Боб? — А тебе не надо на самолет? Макс посмотрел на свой джет, вокруг которого уже ходили работники аэропорта. — Ну вообще-то по технике безопасности нельзя сидеть в самолете во время заправки, — он язвительно растянул губы. — Ты же пишешь диссертацию по авиастроению, неужели не знаешь таких мелочей? Интересно, насколько ее засудят адвокаты Макса, если Кэт ему врежет? Хотя стоп, черт с ними с адвокатами. Стоит ей выйти из зала суда, фанаты Ферстаппена ее на вилы поднимут и пронесут так по всей Голландии для всеобщего поругания. Сучий здравый смысл, мешающий делать то, что ей хотелось. Поэтому вместо продолжения этого бессмысленного и раздражающего разговора, Кэт отвернулась, включив телефон и снова вбив уже точный адрес отеля. — Ты серьезно собираешься ехать в Бельгию на машине? — спросил Макс, встав за ее спиной и заглядывая через плечо. — Семь часов это в лучшем случае. Но скорее всего тебя ожидает пробка в туннеле, в Нормандии ты решишь остановиться в какой-нибудь кафешке, плюс, подумай, какие это траты на бензин. А ты даже шесть с половиной евро считаешь неприлично большой суммой. — Для кофе, — раздраженно поправила Кэт. — Неприлично большая сумма для кофе. И какие у меня есть варианты? Стащить у тебя Ред Булл и поверить, что он реально окрыляет? — Зная, насколько для Джорджи важен его любимый инженер, я могу, не знаю, — Макс выпрямился, сложив руки на груди. — Подбросить тебя до Бельгии. — Ради «Джорджи», — закатила глаза Кэт. — Не зови его так. Это моя прерогатива, — нахмурился Макс. — И это предложение не вечно. Скажем, три… — Тебя это правда забавляет, да? — Два… — Ты невыносим — Один… — Стой, — сдалась Кэт. — Давай уточним, ты это сделаешь исключительно ради Джорджа? Макс задумался, посмотрев на готовящийся к взлету джет. С него уже снимали шланги заправки, и становилось очевидно, что времени категорически мало. — За одну услугу, — он хитро прищурился, но тут же добавил. — Не профессионального характера. — И что за услуга? — хмуро спросила Кэт. — Пока не придумал, но обязательно придумаю. Ну так что, по рукам? С аэродрома уже доносились крики работников, приглашающих Макса на борт. Кэт могла бы сохранить остатки своего достоинства и поехать на машине, но она не доберется до Спа к брифингу даже при большом желании. Таким образом, согласиться на условия Макса было самым логичным и простым вариантом. — По рукам, — выдохнула она. — Но ты обещал. Услуга не должна касаться нашей профессиональной деятельности. — За кого ты меня принимаешь? — возмутился Макс, хватая ручку своего чемодана. — Кстати, почему тут никого нет? — искренне удивилась Кэт. Со стороны джет Макса ничуть не уступал по размерам тем частным самолетам, которые снимал Мерседес для своих работников. Вот только во втором случае туда набивались все, кто мог, а сейчас же создавалось впечатление, что кроме пилотов внутри будут только они. — А зачем мне кто-то, если меня одного вполне хватает, — пожал плечами Макс и, задержавшись в ангаре, повернулся к Кэт. После чего снял с головы кепку, небрежно надевая ее на девушку, резко опуская козырек вниз. — Снаружи наверняка стоит парочка дурачков, которые обязательно снимут меня на камеру. И раз уж ты теперь у нас девушка Джорджа, то я как-то не горю желанием попасть в скандальную хронику. Волосы лучше тоже убери и смотри вниз. Спасибо хоть оделась, как человек, а не в свою мерседесовскую футболку. — Чья бы корова мычала, мистер «у меня в шкафу десять одинаковых футболок и одни скинни», — буркнула Кэт, но все-таки воспользовалась советом и свернула волосы в пучок, пряча под кепкой. Джет был роскошнее всего, на чем раньше летала Кэт. А она летала на самолете вместе с Тото и его женой, уж кто-кто, но они бы не поскупились. Но даже так, это было словно небо и земля. Ей теперь даже всерьез хотелось проверить, не золотой ли стульчак в местном туалете, потому что она бы уже ничему не удивилась. Справедливо решив, что она и так в наглую навязалась на джет, хотя Макс первым предложил ее подбросить, Кэт села у самого выхода, хотя категорически не любила места, с которых плохо просматривались турбины самолета. И при этом она искренне надеялась, что Макс забудет о ее существовании. Но не тут то было. Проходя мимо, он ловко стащил с ее головы кепку и бросил на соседнее кресло, а сам уселся напротив, улыбаясь, как довольный кот, уже планирующий свою игру с мышью. — Сыграем в шахматы? — не дожидаясь ответа он уже открыл чемодан, чтобы достать доску. Самолет выходил на взлетную полосу, и нервы как всегда начинали шалить. Кэт ведь даже не успела ничего почитать про эту модель, не успела составить в голове список возможных поломок и способов, как их избежать, не промыла Джорджу мозги насчет техники безопасности и понятия не имела, из чего эта жестянка вообще была сделана. Все-таки идея была плохая. Машина, даже на семь часов, оставалась самым надежным вариантом из всех возможных. — Это твоя услуга? — уточнила Кэт, мило хлопая глазками. — Эм… нет. Это просто способ скрасить время в полете, — Макс скосил взгляд на ее дрожащие руки, из-за чего Кэт резко скрестила пальцы, пытаясь скрыть накатывающую панику. — Тогда не хочу, — она отвернулась к окну, высматривая левую турбину. В целом выглядела не так плохо. — Ты часто проводишь техосмотры джета? — она старалась, чтобы ее голос звучал ровно и не подскакивал на несколько регистров. — Понятия не имею, — Макс несколько разочарованно отбросил доску к кепке. — Этим занимаюсь явно не я. Он так и продолжал внимательно смотреть на нее, будто пытался найти какие-то ответы на вопросы, которых Кэт не знала. Но под этим взглядом она чувствовала себя некомфортно. Распластанной на лабораторном столе лягушкой, готовившейся к препарации. Она передернула плечами, вытащив свои наушники, пытаясь незаметно выдохнуть, но стоило самолету ускориться на взлетной полосе, как ее пальцы непроизвольно вцепились в подлокотники раньше, чем она успела хоть что-то включить. Самолет немного трясло на взлете, что было обычным явлением, но внутри просыпалась знакомая паника. Разум уже гулял по конструкции, выискивая все возможные неполадки. Кэт смотрела, как земля под ними становилась все меньше, но мысленно все равно перечисляла все, что могло пойти не так. Насколько Макс доверял своим пилотам? Насколько доверял джету в целом? — А Джордж не преувеличивал, — вдруг сказал Макс, склонив голову. — Ты действительно до смерти боишься летать на самолетах… — Не боюсь, — ложь прозвучала настолько неубедительно, что не поверил бы даже ребенок. — Ты тяжело дышишь, зрачки бегают, глаза расширены, руки дрожат, — Макс слегка подался вперед. — Правда думаешь, что я не знаю, как выглядит предпаническое состояние? Кэт ничего не ответила, все-таки ткнув на иконку Спотифая, чтобы включить музыку. Она хоть как-то помогала отвлечься, даже когда таблетки не спасали. Достаточно было сконцентрироваться на тексте и смотреть в одну точку. Желательно, на турбину. Губы Макса все еще шевелились, но Кэт уже не слышала, что он говорил, когда в уши ударили басы. Постепенно сердце успокаивалось, намекая на то, что таблетки наконец-то подействовали, как надо. Голова упала на корпус самолета, а глаза начинали слипаться. Бессонная ночь и утренняя нервотрепка давали о себе знать. И это даже было к лучшему. Не придется общаться с Максом, рядом с которым каждое слово может стать миной замедленного действия, да и в целом в его присутствии Кэт как-то уж слишком легко раздражалась. Отлично он умел играть на самых больных местах. До Бельгии лететь недалеко, и шанс попасть в турбулентность был довольно низок, но, как говорится, никогда не равен нулю. Когда небольшой джет встряхнуло, а сердце резко упало в пятки, Кэт дернулась, резко открывая глаза. Макс все также сидел напротив, тыкая по телефону, стюардесса мило улыбалась с другого конца салона, на мониторах высветилась иконка пристегнуть ремни. Но Кэт уже чувствовала накрывающую панику. — Это просто воздушная яма, — бросил Макс, не отрывая взгляд от телефона. — Знаю, — сквозь зубы проговорила Кэт, а когда самолет снова качнуло в сторону, вцепилась в подлокотники. Дышать становилось тяжелее. — Ты же как инженер должна знать, что самолет выдерживает и большие нагрузки, — он наконец отвлекся, посмотрев на нее с долей насмешки и интереса. — Знаю, — повторила Кэт. — Хотя нет, я понятия не имею, как устроена конкретно эта жестяная банка. Макс сощурился, будто о чем-то думал, после чего встал с кресла, игнорируя советы пилотов. Он о чем-то переговорил с стюардессой и та коротко кивнула, а еще спустя несколько минут на коленях Кэт оказалась скрепленная папка с воодушевляющим названием. — Конструкция и компоновка бизнес-джета, серьезно? — Кэт подняла голову, но Макс лишь пожал плечами, падая в свое кресло. — Для твоего успокоения, — он кивнул на папку. — А, и последнее техобслуживание проводили около месяца назад. Счастлива? — Я буду счастлива, когда это корыто сядет на твердую землю, — пробурчала Кэт, но все-таки открыла папку. Какое-то время они молчали, хотя она явно чувствовала на себе взгляд бешеного голландца. И под ним сосредоточиться становилось сложнее. Но даже в нервном состоянии Кэт могла сказать, что джет был сделан на славу. Как и многие другие самолеты, которые в итоге потерпели крушение. — Что обычно делает Джордж, когда тебя накрывает паника? — вдруг спросил Макс, подперев щеку сжатым кулаком. — Говорит о чем-то отвлеченном, — медленно выговорила Кэт, переворачивая страницу. — Ладно, давай поговорим. — Это твоя услуга? — уголки ее губ слегка дернулись. — Я помочь пытаюсь вообще-то, — Макс закатил глаза. — Но если ты настолько недалека, что не собираешься ее принимать, то окей, трясись и дальше. Кэт не знала, что ее раздражало больше. То, что Макс прав, и эта его невероятная способность всегда оказываться в выигрышной позиции. Она посмотрела на голландца исподлобья, впервые подумав, что авиакатастрофа не такой уж и плохо сценарий. — Ладно, давай поговорим… — Кэт откинулась на спинку кресла, выглянув в окно. — О чем ты хочешь узнать? — О ваших новых тормозах, — губы Макса растянулись в улыбке, как у довольного кота. Кэт тут же нахмурилась, едва открыв рот, но ее тут же прервали. — Я шучу, шучу, не смотри на меня, будто хочешь выпустить мне кишки. — Как точно ты умеешь читать чужие взгляды, — съязвила она. — Тебе эти тормоза не дают покоя еще с Монако? — Они… — он задумался, будто пытался подобрать нужное слово, — интересные. Но я шепну Тото, что ты честно хранишь НДА. — Когда он опять прибежит к тебе умолять о переходе в Мерседес? — уныло протянула Кэт. Самолет перестало трясти, и значок пристегнуть ремни погас, что вызвало хоть и мимолетное, но все-таки облегчение. Может, когда-нибудь она перестанет так сильно бояться летать, учитывая, с чем связана ее профессия, но в глубине души Кэт бы хотела навсегда остаться в одном месте, кататься на машине и чтобы ноги ее не было на борту самолета. — Он не умоляет, — возразил Макс. — Он предлагает новые возможности. — Если ты считаешь это возможностями, почему не соглашаешься? — искренне спросила Кэт, склонив голову. Макс откинул голову, будто бы задумался, хотя выглядело так, словно он изучал погасшие панели. — Верность, наверное, — выдал он. — В Ред Булле я начал карьеру. Они увидели во мне талант, столько вложили и в итоге их затраты окупились. А Мерседес… Нужен ли я был бы Тото, если бы не был чемпионом? — Как благородно, — усмехнулась Кэт. — И причина совершенно не касается Джорджа? Услышав имя своего парня, Макс опустил голову, посмотрев прямо на нее. Его взгляд был нечитаем, но Кэт не надо было учиться психологии, чтобы понять, о чем он думал. — Касается, — выдохнул Макс. — Вижу, ты успокоилась, так что, считай, поговорили. Больше он ничего говорить не стал и снова уткнулся в телефон, но вся бравада куда-то испарилась. Он погрузился в свои мысли изредка листая пальцем по экрану. А Кэт снова надела наушники, уставившись в иллюминатор на левую турбину, работающую все также исправно. В абсолютном молчании они провели весь оставшийся полетом, словно тот вопрос повис между ними нерушимой стеной, которой Макс решил отгородиться от неудобной правды. Паспортный контроль Бельгии оказался куда более лояльным, чем в Англии. Хотя, может, причиной было то, что Кэт ходила за Максом в его кепке с опущенной головой, а потому вопросов особо не возникало. Все складывалось даже как-то слишком хорошо, словно день наконец-то перестал быть самым неудачным в ее жизни. Но обманываться так легко. У выхода Макс развернулся к ней с самой искренней улыбкой, на которую был способен, будто объявлял ей, что она выиграла в лотерею. Но в его ледяных глазах Кэт отчетливо видела тот самый демонический огонек. — Сколько еще собираешься за мной ходить? — спросил он, скрестив руки за спиной. — В каком смысле? — Кэт недоуменно посмотрела на него, а потом на остановившуюся снаружи машину за его спиной. — Ну я обещал довести тебя до Бельгии. Я довез, — Макс усмехнулся. — А дальше сама. Не маленькая же. Наверное, Кэт никогда не перестанет удивляться, как быстро может меняться ее мнение об этом человеке. Стоило бы привыкнуть, что их американские горки никогда не закончатся. От подобных выпадов внутри тут же вспыхивала злость на него, но в то же время он не был обязан брать ее на самолет, не был обязан отвлекать разговорами. Он уже сделал сильно больше того, что мог бы сделать. — Ненавижу тебя, — буркнула Кэт, хотя оба знали, что это не так. — Взаимно, — улыбнулся Макс. — Кепку можешь оставить в качестве комплимента от компании Max Airways. — Ага, скинь потом ссылку, поставлю пять звезд и напишу отзыв о лучшем сервисе на земле, — Кэт поудобнее перехватила ручку чемодана, в душе все еще надеясь, что это очередная шутка. Но нет, шуткой это не оказалось. Макс насмешливо отсалютовал и пошел к машине, у которой уже ждал водитель. А Кэт только и оставалось, что смотреть на его спину и терять последнюю надежду добраться вовремя. Тяжело вздохнув, она подошла к стойке информации к милой улыбчивой женщине. — Добрый день, — Кэт пробежалась взглядом по французским объявлениям. — Отсюда ходят автобусы до Спа? Или поезда? — Да, конечно, — женщина постучала по клавишам компьютера. — Ближайший автобус будет через три часа, а поезда… — она щелкнула кнопкой мыши. — Ох, к сожалению, поезда сейчас не ходят, какие-то перебои на железнодорожных путях. — А такси? — Кэт еле сдержалась, чтобы не застонать от разочарования. — Боюсь, никто вас в Спа не повезет, — хихикнула женщина. — Там же сейчас гран-при, пробки, куча народу. А если и повезут, то вряд ли вам понравится ценник. Подскажите, может, у вас есть права? Куда она клонила, было очевидно. Брать машину на прокат и ехать самостоятельно. Или дождаться автобус и точно опоздать к брифингу, до которого и так оставалось всего ничего. Вот и получался выбор без выбора, а день становился все хуже и хуже. — Где тут у вас Еврокар? — По коридору направо, — работница снова улыбнулась. — Но у Авис сейчас большая скидка на механику. — Кто-то еще пользуется механикой? — удивилась Кэт. — Насколько я знаю, их как раз готовят к списанию. Хорошей вам дороги и прекрасного пребывания в Бельгии. Очень надеюсь, что вашему кумиру из Ред Булла повезет. — Что? — переспросила Кэт. — Ваша кепка, мэм, вы же фанатка Ред Булла, да? А она успела забыть про эту несчастную кепку. Кэт что-то пробормотала в ответ, сдергивая кепку, и направилась по указанному направлению. Она не ездила на механике уже целую вечность, с тех пор как сдала на права. Отец настоял на том, чтобы она учила кататься именно на механике, а потом будет проще. И все-таки автомат был куда приятнее. Именно по этой причине она зависла между двумя арендными компаниями, переводя взгляд с одну на другую. У Ависа висело объявление с сорокапроцентной скидкой. К тому же, механика сама по себе дешевая. Но в Еврокаре у нее была бонусная карта, потому что обычно она всегда брала машину там. В итоге удобство все-таки переиграло экономию. Заполнив все нужные документы, Кэт нашла на парковке серый Ауди и, записав все имеющиеся царапины и повреждения, кинула чемодан в багажник. По прогнозам навигатора ехать полтора часа. До брифинга не успеет, но хотя бы посидит с Оуэном вечером за чертежами. И словно бы прочитав ее мысли на расстоянии, зазвонил телефон. — Ты где? — голос Джорджа звучал приглушенно из-за шума в паддоке. — Еду, — Кэт выехала с парковки. — Я не успела к самолету Макларенов. — Знаю, — с той стороны послышались какие-то крики. — Я попросил Макса подбросить тебя. Ты с ним сейчас? — Ты… Погоди, ты просто попросил? Без какой-то услуги? — Какая услуга? — переспросил Джордж. — Я спросил его, сможет ли он подвести тебя до Спа, он сказал, что без проблем. Так ты с ним? Вот же сукин сын, умеющий из всего получать выгоду. Знал ведь, что Джорджу не понравилось бы, если бы гордость в Кэт восторжествовала и она отказалась. Но Макс разумно не стал говорить о договоренности и выставил все так, будто делает одолжение Кэт, а не своему парню. — Нет, я не с ним, — медленно проговорила она. — Я летела с ним в самолете, но сейчас еду сама, как взрослая девочка. — Вы опять что-то не поделили? — Джордж тяжело вздохнул, будто имел дело с двумя непослушными детьми. — Да нет, просто Макс невыносимый кусок… — Кэт нервно сдула со лба прядь волос. — Короче, он поехал без меня, я взяла машину напрокат и еду. — И далеко ты? — уточнил Джордж. — Тебе горькую правду или сладкую ложь? — Сладкую ложь я придумаю для твоих стариков после того, как скажешь мне горькую правду, — Джордж усмехнулся. — Я только выехала из Брюсселя, — призналась Кэт, кинув взгляд на навигатор. — Чуть больше часа, если пробок не будет. — Готовься к тому, что встреча теплой будет, но… — он помедлил, будто на что-то отвлекся, — но не переживай слишком сильно, ладно? В паддоке по пальцам можно пересчитать тех, кто ни разу не опаздывал на самолеты. И для этого тебе хватит одной руки. Поддержка Джорджа всегда была как нельзя кстати. Потому что у Кэт был целый час, чтобы успеть перемыть себе все косточки за безответственность и геймерскую тягу пройти еще немного, пока за окном уже не встанет солнце. — Спасибо, — наконец выговорила она, чувствуя, что хоть один человек не станет ее обвинять. — Я постараюсь приехать побыстрее. — Лучше постарайся ехать аккуратнее, — поправил Джордж. — Сегодня обещали дождь. Он скинул трубку, оставив Кэт в тишине дороги. Она включила местное радио, особо не вслушиваясь во французское щебетание дикторов. Но хотя бы песни включали неплохие. На дорогах машин было мало, а ауди достался хороший и быстрый, легко обгоняющий неторопливых попутчиков. Предупреждение работницы со стойки информации казалось излишне пессимистичным, потому что пока что никто в Спа особо и не направлялся. Хотя под вечер Кэт все-таки думала о том, чтобы занести этот день в список самых несчастливых за всю ее жизнь. До Спа оставалось от силы полчаса, дорога была спокойной, не считая начавшего накрапывать мелкого дождя, зато вокруг расстилались поля и холмы Арденнов, на которых мирно паслись коровы и овцы. И остаток дороги прошел бы в той же идиллии, если бы не мимолетное движение в левом окне. Кэт мельком посмотрела в боковое стекло, заметив хромающего пса, еле перебирающего ноги в противоположную сторону. Грязная шерсть была свалена в колтуны, лапа болезненно поджата, и, похоже, пес совершенно не мог на нее наступать. Здравый смысл и желание оказаться в Спа как можно скорее говорили вжать педаль в пол и просто уехать, веря в то, что псу поможет кто-нибудь другой. И все же Кэт резко остановилась, цокнув языком. Она сдала назад, чтобы поравняться с псом и осмотрела его уже внимательнее. Грязь, очевидно, была кровью. — Похоже, тебя сбили, дружок, — тихо сказала она, склонив голову. — Сбили и уехали. Она остановила машину у обочины и вышла, доставая с заднего сидения свою форменную ветровку с эмблемой мерседеса. Не лучшее использование дорогущего мерча, которое досталось ей бесплатно, но все же. Кэт перебежала дорогу, аккуратно подходя к псу, однако тот пугливо отскакивал всякий раз, когда она пробовала приблизиться. — Нет, дружок, так точно не пойдет, — вздохнула она, пытаясь придумать что-то другое. И вспомнила об остатках шарлотки. Собакам вредно сладкое, но хоть как-то подманить испуганное животное надо было. Вытащив из сумки полупустой контейнер, Кэт встала у багажника, протянув псу вкусно пахнущий кусочек пирога. Даже спустя полдня шарлотка миссис Беннет выглядела прекрасно. И, что уж греха таить, вкус у нее действительно был бесподобным. Пес поначалу никак не реагировал, но потом все же с интересом обернулся, морща свой влажный черный нос. Кэт не разбиралась в породах собак, но эта была довольно милой на вид, может, даже действительно породистая. — Ну давай, дружок, иди сюда, — уговаривала Кэт, приманивая пса, как всегда делала это дома с белками, цыкая. Пес не был похож на белку, но результат не сильно отличался. Он неуверенно подпрыгнул к ней, хватая кусок и тут же отступил в сторону. — Вот так, малыш. Ну, хочешь еще, да? В кармане снова зазвонил телефон, и Кэт очень не хотела знать, кто это. Она продолжала протягивать псу кусочки, пока тот не успокоился и не смирился с тем, что стоящий перед ним человек не угроза. Кэт аккуратно завернула его в свою куртку и с тяжелым кряхтением дотащила его до заднего сидения, аккуратно пристегнув ремнем. — Ну теперь скажи мне, где тут ближайшая больница, — Кэт кинула взгляд на стекло заднего вида. Несмотря на молчание пес все равно смотрел на нее умными голубыми глазами. — Да, малыш, я тоже не знаю. Вбив в навигатор ветклиники по соседству, Кэт снова выехала на трассу, в очередной раз за день проклиная свою сердобольность. Пропущенный звонок был от Оуэна. И ей действительно было стыдно, что она так подводила человека, верившего ей и поддерживающего в страсти к конструированию. Но также она бы винила себя, если бы просто проехала мимо раненого пса, еще долго гадая, остановился ли кто-то после нее. Вряд ли она будет искать оправдания, да и вряд ли Оуэн бы их принял. Небольшая ветклиника была расположена у самого въезда в город и явно не пользовалась большим спросом. У входа стояла только одна машина, красная, с самой ненавистной эмблемой на капоте. Рядом с дорогущим Феррари ее старый Ауди смотрелся довольно жалко. Хотя каких еще машин стоило ждать от курорта для богачей? Кэт припарковалась и осторожно вытащила с заднего сидения пса. В машине он окончательно успокоился и даже успел вздремнуть. Но все еще оставался безумно тяжелым. Подцепив дверь ногой, Кэт влезла в помещение и тут же застыла на месте, наконец-то поняв, кому принадлежала стоявшая на парковке машина. Шарль Леклер собственной персоной сидел в кресле и лениво листал журнал. На раздавшися звук у двери он лишь безучастно поднял голову, но сразу нахмурился, узнав Кэт. Шарль вскочил с кресла и то неприятно скрипнуло по кафельному полу. — Кэт? — он посмотрел на нее, а потом на пса, замотанного в куртку, которого она пыталась удержать дрожащими от напряжения руками. Шарль тут же подскочил, легко подхватывая пса, но назад так и не отошел, так что Кэт могла услышать приятный дорогой аромат его одеколона. — Ты что, сбила собаку? — Никого я не сбивала! — обиженно ответила она. — А ты тут что забыл? — Ну уж точно не сбивал собак, — он усмехнулся. — Да сказала же! Никого я не сбивала! Тебе запись с регистратора показать? — Кэт отвернулась в поисках работников клиники. — Конечно, конечно, маленькая правонарушительница, — Шарль перехватил пса одной рукой, а вторую протянул за звонком на стойке регистрации, какие обычно бывали на ресепшенах отелей. — Ты знала, что в Бельгии насилие над животными является уголовным преступлением? — Я… — Кэт сделала глубокий вдох. — Ты издеваешься надо мной, да? Шарль широко улыбнулся. Но именно вот эта улыбка была самым худшим издевательством. Кэт покраснела и отвернулась, чтобы выровнять дыхание. Это точно худший день в ее жизни. Ей хватило насмешек Макса утром, но хоть радовало, что Шарль никогда еще не шутил с целью обидеть. — Так что ты тут делаешь? — Кэт прислонилась к стойке, изучая местные ценники. — Лео приболел еще в Монако, — в его глазах промелькнуло настоящее беспокойство. — Не хотелось оставлять его, так что решил взять с собой и сводить в местную клинику. Но, видимо, он просто объелся икрой. — Икрой, — фыркнула Кэт. — Мне бы быть твоей собакой. — Если это твоя самая большая мечта, могу взять на себя роль твоей феи крестной, — Шарль слегка нагнулся, заставив Кэт неосознанно отступить. — С побочным эффектом до полуночи? — шутливо уточнила она. — Свое бибиди-бобиди-бум я смогу делать хоть каждый день, — и он снова нагнулся, так что Кэт пришлось откинуться назад. — Но ты точно хочешь побыть в шкуре Лео, а не, скажем, моей Золушки? — А ты превратишь тыкву в карету? — Если ты про свое ауди, то его даже Макгонагалл не исправит, — Шарль кивнул на припаркованную возле его Феррари машину в окне. — Ты смотрел Гарри Поттера? — искренне удивилась Кэт. — Конечно, смотрел. Обожаю Гарри Поттера, — он еще раз щелкнул по звонку. — А это так странно? — Ну нет, конечно, просто… — Просто мистер «я получаю миллионы просто за то, что катаюсь по кругу на дорогой тачке» не может любить фильмы простых смертных, — саркастично закончил за нее Шарль. — Да? — Нет, — Кэт смутилась, снова отворачиваясь. — Ладно, да. Шарль мягко рассмеялся, и это был все еще лучший звук, который Кэт когда-либо слышала в своей жизни. И в этот момент она с жестокой и горькой очевидностью поняла, что поплыла. Как чертова школьница, влюбившаяся в Джастина Бибера за мальчишескую улыбку, миловидную мордашку и дурацких песен о любви. — Простите, я тут сегодня один, — из коридора вышел мужчина с лохматой таксой на руках. Лео не выглядел больным. Наоборот, радостно вилял хвостом и мотал головой, надеясь поскорее выскользнуть с чужих рук, чтобы поставить тут все вверх тормашками. А вот лицо ветеринара, увидевшего пса на руках у Шарля сразу же вытянулось. Он явно не ожидал сложных манипуляций от этого дня. Тем более под вечер. — Месье Леклер, с Лео все хорошо. Я промыл ему желудок и поставил капельницу. Лучше, конечно, не напрягать его и обязательно щадящее питание, а также обильное питье, — мужчина опустил таксу и тот стал радостно крутиться вокруг ног Шарля и принюхиваться к Кэт. — И больше не кормите его… тем экспериментальным кормом, разумеется. — Экспериментальный корм? — шепнула Кэт. — Не мог же я ему сказать, что скормил Лео белужью икру? — также тихо ответил Шарль. — Спасибо за помощь, доктор Мартен. И простите, что вынужден задержать вас на рабочем месте, но моя… — он запнулся, скосив взгляд на Кэт, — коллега нашла на дороге пса. Видимо, его сбили. Сможете посмотреть? Коллега. Весьма удачное нейтральное описание их отношений. И ведь абсолютно правдивое. Они работают в одной сфере, пускай и в соперничающих командах. И все-таки коллеги. Тогда почему это так сильно кольнуло? — Да, конечно, — доктор подошел ближе, чтобы взять пса. Тот болезненно заскулил, пока мужчина нес его в приемную. Шарль вернулся на свое кресло и кивнул на соседнее. — Задержишься? — он посмотрел на Кэт с каким-то странным ожиданием. Будто действительно хотел, чтобы она осталась. — У меня брифинг в самом разгаре, — тяжело выдохнула она, но все-таки присела. — Я опоздала на самолет. И чувствую себя ужасно. — В первый раз? — Шарль улыбнулся. — Забей, каждый хоть раз опаздывал на самолет. — Джордж говорил то же самое, — хмыкнула Кэт. — Но знаешь, от этого ни хрена не легче. — Не спорю. Но верю, что причина была уважительной. — Я играла до самого рассвета, — с губ сорвался горький смешок. — Вырубилась с джойстиком на груди и наверняка пускала слюни во сне. — Звучит до безумия привлекательно, — протянул Шарль, хотя до этого Кэт казалось, что еще больше покраснеть она не сможет. — Хорошая хоть игра? — Неплохая, но ожиданий было больше, — буркнула она. — Ты правда скормил собаке белужью икру? Лео, словно почувствовав, что говорят о нем, весело завилял хвостом прыгая на задних лапах, а передними скреб по коленям Шарля. Монегаск рассеянно потрепал Лео за ухом, отчего тот радостно гавкнул. — Он очень сильно просил. Разве мог я отказать в чем-то такому ангельскому созданию? — Шарль с искренней любовью посмотрел на своего пса. — Попроси меня о чем-нибудь, и тебе тоже не откажу. — Потому что я тоже ангельское создание? — усмехнулась Кэт. — Потому что сейчас ты выглядишь также жалко, как и Лео, когда просил икру, — улыбнулся Шарль. Кэт бросила на него холодный взгляд, и он тут же поднял руки, сдаваясь. — Шучу, шучу. Конечно же ты ангельское создание. Ко мне спускались с небес, и искали ангела, но я тебя не сдал. — Фу, — сквозь смех выдавила Кэт. — Какие еще подкаты есть в твоем багаже? Спросишь меня про карты или пошутишь про одежду? — Уверен, ты знаешь куда больше, чем я, — Шарль посмотрел в сторону приемной. — Интересно, что с ним случилось. Бордер-колли не самая дешевая порода, вряд ли он обычный дворняга, сбежавший из приюта. Так вот, почему вид пса казался Кэт знакомым. Она видела раньше бордер-колли, они даже казались ей милыми. Но когда в детстве она, как любой другой ребенок, умоляла о собаке, тыкая отцу фотографию понравившегося щенка, он был бескомпромиссным. Летом Кэт отправляли в деревню к бабушке, а там была собака, которой ей должно было хватить. Ну хотя бы кошек разрешал заводить. А еще хомяка и двух крыс, которых он назвал в честь двух самых известных футболистов. — Я не знаю, — Кэт пожала плечами. — Он просто хромал по обочине. — И ты не проехала мимо, — Шарль посмотрел на нее без привычной усмешки. — Любишь собак? — Я больше по кошкам. Они более спокойные, с ними не надо гулять, они самостоятельные и умеют мило урчать, — Кэт посмотрела на все еще прыгающего в ногах Шарля Лео. — А еще они дикие, скидывают вещи с полок, обдирают дорогие обои, царапают и кусают просто так без особенного повода, — добавил он. — Но знаешь, у тебя с ними определенно есть что-то общее. — По-твоему я тоже скидываю вещи с полок и обдираю дорогие обои? — А ты это делаешь? — Шарль склонился чуть ближе. — Отвечаешь вопросом на вопросом? — Кэт сделала также. — А у тебя какие-то проблемы? Они оказались так близко друг к другу, что Кэт могла пересчитать каждую родинку на его лице. И это было опасно. Казалось, опаснее всего, что она делала до этого. Они смотрели друг другу в глаза, словно вспомнили ту самую недоигранную партию в гляделки. Но Кэт была готова поклясться, что увидела, как, может на самую малейшую, но все же секунду его взгляд скользнул чуть ниже. Она резко отстранилась, отворачиваясь к окну. Почему Шарль так себя вел? Почему заставлял поверить, что она ему интересна? Все это походило на какую-то глупую историю о Золушке, хотя Кэт уже очень давно в ней и жила. Выпускница физического факультета, которой просто очень сильно повезло. И можно было на этом закончить, но вот она сидит здесь, в этой маленькой ветклинике с плакатами внутреннего строения собак и кошек и разъяснениями причин частых болезней. А рядом с ней самый красивый и милый гонщик в паддоке флиртует и делает все, чтобы Кэт чувствовала себя неловко. Она могла бы предположить, что он вел себя таким образом с каждой девушкой, которую встречал, но ведь это было не так. — Ты смотришь также, — тихо сказал Шарль. — Будто решаешь, лучше подпустить или же сбежать. И мне нравится, что я не уверен в ответе. На секунду Кэт забыла, как дышать. Никто ни разу не говорил ей этого, хотя она почти всю свою жизнь провела среди парней. Математический класс в школе, шахматные секции и турниры, потом мужской факультет. Но еще ни разу, ни от одной вскользь сказанной кем-нибудь фразы, она не чувствовала таких эмоций. — А еще ты точно можешь укусить без веской причины, — добавил Шарль, возвращая привычный настрой, — Китти. И это стало концом. Роковым и неизбежным концом. Потому что если бы это было не так, Кэт бы точно почувствовала отвращение от такого глупого детского прозвища. Но в этот раз слова застряли в горле, а ей только и оставалось смотреть на эту теплую мальчишескую улыбку, чувствуя себя самой глупой девушкой на земле. — Я же могу называть тебя так? — Шарль склонил голову. — Как хочешь, — смущенно буркнула она, резко вставая с кресла, просто чтобы хоть как-то себя отвлечь. Плакат с почечными заболеваниями собак помогал в этом как нельзя лучше. — Если не нравится, не буду, — в голосе Шарля проскользнуло беспокойство, или же Кэт просто показалось. — Сказала же, как хочешь, — она повернулась. — Тем более, вряд ли у тебя будет много возможностей так меня называть. Забыл, чья я девушка? — Как уж забыть, — Шарль рассмеялся. — Слышал, вам впаяли большой штраф за дебош на крыше. Я все гадал, чем таким вы там занимались? Как Кэт и думала, на следующее утро после пьянки в Сильверстоуне они с Джорджем проснулись на полу в его номере с жуткой мигренью, ненавидя весь мир. Смутно помнили, что делали, но основные детали ускользали. Однако в холле их встретил рассерженный Тото и учтивый хостес, протянувший чек со штрафом за нарушение спокойствия отеля и жалобу одного конкретного постояльца, во всех красках описавшего то, что Кэт никогда в жизни бы не вспомнила. — Мы просто пили, остальное не помню, — коротко рассказала она, поморщившись. — В итоге Джордж оплатил штраф за нас обоих. А Кими заставил меня проходить босса в игре. Видите ли я ему обещала. — Весело вам было, — заметил Шарль. — Но в Сильверстоуне хреново вышло. Если бы не Стролл, Джордж бы выиграл. — Да, Фортуна крайне капризная дама. — Уверен, если ты пожелаешь мне удачи, она точно окажется на моей стороне. Мысленно Кэт повторяла себе, что с нее хватит этого непонятного флирта. Но почему-то продолжала стоять здесь, врала себе, что просто очень сильно переживает за пса, но по факту давно бы ушла, оставив свой номер, потому что опаздывала. И причина была только одна. — Тогда от всей души желаю тебе удачи, — сладко улыбнувшись произнесла она. — Теперь мне стало в разы легче, — усмехнулся Шарль. — Жди меня на подиуме. — С нетерпением, — прошептала Кэт, подавшись вперед. Из коридора кашлянул доктор, неуверенно переступив с ноги на ногу, будто прервал какой-то интимный момент. Хотя да, именно так все и было. Кэт и Шарль вздрогнули и одновременно повернулись к врачу, застигнутые врасплох как два школьника в библиотеке. — Я провел осмотр и сделал рентген, — доктор Мартен снова прочистил горло. — Чего-то серьезного я не вижу, но на восстановление понадобится время. Вы хозяйка? — он посмотрел на Кэт. — Нет, я нашла его на дороге. — Да, я помню, но вы ведь заберете пса себе? — доктор устало облокотился о стену. Кэт повернулась к Шарлю, как будто тот мог помочь. Она не могла взять себе собаку. Хозяйка квартиры, которую она снимала, дала четкий запрет на домашних животных, да и жизнь Кэт вряд ли позволила бы завести хоть кого-то. С котами проще, они самостоятельные, достаточно лишь еды оставить. Но вот с собакой, тем более такой активной, как бордер-колли надо было бы гулять. Иными словами, не было никакой возможности забрать пса себе. И Шарль, к ее удивлению, как будто понял все по ее взгляду. — Доктор Мартен, в нашей профессии сложно заботиться о животных, — он встал с кресла. — Я оплачу лечение и, — Шарль кивнул Кэт, улыбнувшись, — сделаю несколько фотографий и выложу у себя в соцсетях. Я почти уверен, что хозяева найдутся быстро. Но пока что могу попросить подержать его у вас? — Наша клиника не работает круглосуточно, месье Леклер, — неловко произнес доктор. — Оставить пса здесь не выйдет. Мне придется отправить его в приют. — Может, вы сможете оставить его у себя лично? — продолжил уговаривать Шарль, и если бы таким тоном пробовали уговаривать Кэт, она бы согласилась на что угодно. — Я оплачу еду и возможные неудобства. Доктор замолчал, обдумывая предложение, а Шарль подошел ближе к Кэт, встав рядом. — Зачем тебе это? — шепнула она. — Собак я люблю больше кошек, — тихо усмехнулся он. — Но ты не обязан платить, — начала было Кэт, однако Шарль покачал головой. — В паддоке легенды ходят о том, что я заставил одного бедного механика разориться на целых шесть с половиной евро, чтобы купить мне кофе, — без злости вспомнил Шарль. — Хочу добавить в эту легенду часть о том, как бедный механик заставил меня разориться на лечение пса. — Но я никому не говорила, — Кэт смутилась. — Ну в смысле я рассказала Джорджу, конечно. И Максу… И Меган… Может, старикам… — Достаточно того, что об этом каким-то образом узнал Ландо, — Шарль тяжело вздохнул. — Ладно, пускай поживет у меня, — наконец принял решение доктор. — Я заберу пса себе и передам его новым хозяевам, если вы их найдете. Он ушел обратно в приемную, пробормотав что-то на французском, а Шарль победно упер руки в бока, явно чувствуя себя героем на белом коне. — Спасибо, — буркнула Кэт, понимая, что лечение пса обойдется в более крупную сумму, чем жалкие шесть с половиной евро. — Я буду должна… — Ничего ты мне не будешь должна, — закатил глаза Шарль. — Ты спасла этому бедолаге жизнь. А я просто хочу убедиться, что твои труды не пропадут зря. Вы оба это заслужили. Кэт опешила от серьезности его тона, лишенном привычной простоты. Шарль смотрел прямо на нее и даже не улыбался. И на самом деле это было искреннее всего, что было между ними. Словно он впервые смотрел на нее, а не сквозь, развлекая себя легким флиртом. — Спасибо, — повторила Кэт. — И от бедолаги тоже. Мне надо ехать, а то я и так задержалась. Долг зовет. — Я меч во тьме, дозорный на стене, — шутливо процитировал Шарль. — Игру престолов ты тоже смотрел? — Я все еще человек, Китти. И у меня по венам течет такая же кровь. — А я думала машинное масло, — Кэт фыркнула, все еще откровенно смущаясь этого дурацкого прозвища. — Жаль, что не оно. Тогда ты бы точно была от меня без ума, мисс «мне нравятся болиды, а не пилоты». Он помнил. Помнил то, что Кэт рассказывала в Барселоне о том, как именно она полюбила формулу. Хотя такие, как он, вполне могли бы забыть это на следующий день. Но Шарль не забыл. Попрощавшись и напоследок все-таки потрепав счастливого Лео за ушами, Кэт вышла из клиники, сев в свой ауди. Ощущения от встречи с Шарлем разливались теплом в груди. Она только сейчас поняла, что за весь этот час ни разу не вспомнила о паддоке и о своей оплошности с опозданием. И, будь ее воля, она бы осталась в этой маленькой клинике, продолжила бы перебрасываться ехидными фразами и глупым флиртом. Но в итоге она завела мотор и выехала на дорогу, потому что предстояло разбираться с последствиями своих ночных игр. Однако этот день уже не казался таким ужасным. Ровно до того момента, как она припарковала машину перед входом на падок и поняла, что ее пропуск остался в кармане ветровки. Той самой ветровки, в которую она замотала пса на дороге. — Да твою ж мать, — прошипела Кэт, запрокинув голову. — Ненавижу этот день. В заднем кармане джинс завибрировал телефон, оповещая о новом сообщении. Если там будет уведомление о том, что на нее оформили кредит на пару миллионов, она уже ничему не удивится. Кэт с тоской посмотрела на пропускной пункт и все-таки достала телефон. Неизвестный контакт «Ты оставила свою куртку в клинике»

Кэтрин

«Откуда у тебя мой номер?»

Неизвестный контакт «Спросил у Макса» «Я буду в паддоке минут через 20» «Судьба преподносит мне так много возможностей, Китти»