✨ Хороший финал ✨ (рерайт)

*ФЛЕШБЕК* Центральная Архейская библиотека ещё не была окончательно заброшенной. Она всё ещё ждала читателей, которые уже никогда сюда не придут. На полу и на полках уже копилась пыль. Воздух перед одной из самых высоких полок слегка задрожал и с яркими искорками появился он. Междумирец. Он был облачен в свой чёрно-фиолетовый междумирский костюм, с капюшеном и плащом. Голову и лицо полностью скрывала маска тёмно-фиолетового оттенка. В его руках была книга. На её обложке сиял символ Искры. — Запасной план готов. – прозвучал грубый голос. Он был не таким, как у Ло, проходящий через саму маску, становясь более безэмоциональным и холодным, чем это было на самом деле. — Надеюсь... что он не понадобится. Он поднял голову вверх и протянул руку с книгой, положив её на полку. Затем не опуская руку, он наложил на неё специальное заклинание. Книга лежала на полке, скрытая и сохранённая. На его маске не было читаемых эмоций. Он исчез в жёлтом свете искры, надеясь на скорейшее спасение своего давнего друга.

***

После того как Ло и Джон пришли в библиотеку прошло несколько скифосов. Они обыскивали зал за залом, ярус за ярусом. Надежда таяла с каждой новой книгой, найденной лишь для того, чтобы быть отброшенной, грудой истлевшего пергамента. И вот, когда Ло уже готов был признать поражение, его взгляд наткнулся на нечто… невозможное. На одном из самых верхних ярусов, в дальнем углу, лежала одна-единственная книга с фиолетовой обложкой. Она не была покрыта пылью, не выцвела. Её переплёт, казался… цельным. Непотревоженным. Совершенно новым, словно её привезли в библиотеку вчера, но положив её на верхнюю полку, случайно о ней забыли. Ло замер. Сердце его на мгновение остановилось, а потом забилось с такой силой, что отдалось болью в висках. Он медленно, не веря своим глазам, приблизился, всматриваясь сквозь полумрак. « - Простым совпадением это быть не может» – пронеслось в его голове, холодной и ясной мыслью, отсекая все сомнения. Он оглядел полку. До неё было высоко, но не безнадёжно. К счастью, Ло был высокого роста. Он подошёл вплотную к массивному, покосившемуся стеллажу, служившему опорой для той верхней полки. Дерево скрипнуло под его весом, но выдержало. Ло вдохнул, поднял голову, вытянул руку. Кончики его пальцев коснулись воздуха в сантиметрах от корешка. Он встал на цыпочки. Давай же, ещё чуть-чуть. И он дотянулся. Пальцы обхватили удивительно гладкий переплёт. Вес книги был ощутимым, солидным. По уголкам и на переплёте она была покрыта скинтом. А в центре обложки был мастерски выгравированный, символ Искры из переплетающихся линий. — Вот она! – сорвалось с его губ полувскриком, полным невероятного облегчения и торжества. — Джон, мы нашли! Он, почти бегом, выбрался из-за груды обломков и стеллажей, выскочил на относительно открытое пространство, подняв книгу над головой. Джон, услышав нехарактерно эмоциональный возглас, оторвался от созерцания очередного пыльного фолианта. Его взгляд, скользнул по залу, быстро найдя источник шума. Он неспешно, с привычной небрежной грацией, направился к Ло. Подойдя, он остановился, скрестил руки на груди и наклонил голову, разглядывая книгу, которую Ло держал как самое драгоценное сокровище. Его тёмные очки скрывали глаза, но губы слегка искривились. — Мда, действительно. – произнёс он, и в его голосе, сквозь привычную отстранённость. Он медленно, с преувеличенным скепсисом, обвёл взглядом книгу. — Неужели в этом месте действительно можно было найти что-то полезное? Ло сосредоточился. Его глаза быстро бегали по строчкам. — Ну же... — прошептал он себе под нос, его голос был хриплым от напряжения и пыли. — "Другой я", это ведь не могло тут оказаться случайно. Ритуал должен... должен сразу броситься в глаза. – Он перелистнул страницу. Ещё одну. Его внутренний диалог стал почти бессвязным, отрывистым, отражая хаос в его голове. — Не то... не то... опять не то... — О!? – Рука Ло замерла над страницей. Глаза расширились от удивления. — Это...? Это ритуал связи с Началом... Зов о помощи! – воскликнул он, его голос был полон удивления и надежды. На странице был написан сам ритуал, почерком, который Ло быстро узнал – это был его почерк, или, точнее сказать, того, кем он был раньше. Внизу страницы, под подробным описанием ритуала, располагалось примечание. Оно было выведено крупными, угловатыми, нарочито выделяющимися буквами, словно автор хотел вбить эту мысль в голову любого, кто это прочтёт: "!!ВАЖНО!!" : Чем больше существ одновременно говорят ритуал, тем он сильнее. (!!НЕ ПОВТОРЯЙ МОЮ ОШИБКУ!!) Ло замер. Он перечитывал эту строку снова и снова, чувствуя, как его сердце сжалось. — ЧТО?! – голос Ло сорвался с его губ, громкий, хриплый, полный чистого, неподдельного возмущения. — Он что, В ОДИНОЧКУ хотел победить Тадмавриэля?! – Его голос сорвался. Представить себя, пусть и другого, один на один с тем ужасом, с тем всепоглощающим злом... — Да это же было безумием в чистом виде! О чём он вообще думал? Наблюдая за этой сценой с привычным, холодным, отстранённым интересом, прислонившись к стеллажу, Джон усмехнулся. Звук был тихим, но он прорезал горячий поток возмущения Ло. — А чего ты ожидал от "себя"? — раздался его спокойный, отточенный, язвительный голос. — Ну серьёзно. Взгляни на ситуацию объективно. «Ты», со всей твоей памятью, не смог бы дальше просто жить свою "спокойную жизнь"... – Нарочно растягивая эти слова сказал Джон. — пока твой лучший друг страдает в заточении, медленно и бесконтрольно отдавая силы тому, что когда-то было его отцом. И, как безнадёжный альтруист, ты решил спасти его! Какая драма! Какая трагедия! – В его голосе зазвучала театральная пафосность. Он даже прикрыл рукой лицо, изображая немыслимое страдание, и чуть откинулся назад, его тело описало неестественную дугу. Пятка его белого кроссовка поскользнулась на рассыпавшемся грунте, и он едва удержал равновесие, чуть не упав плашмя на пыльный пол. Но в самой интонации, в этом лёгком, едва уловимом напряжении его позы, проскальзывала одна не названная вслух эмоция. Джон бы никогда, ни за что не произнёс этого слова вслух. "Ну чем тут можно восхищаться?" – пронеслось в его голове с досадой. Он тут же попытался задавить это чувство, найти ему логичное объяснение. Может, это было влияние их не до конца контролируемого слияния, а может, что-то другое. Его взгляд скользнул по фигуре Ло, склонившегося над книгой. Лололошка. Тот, кого он знал, или только начинал узнавать заново. Казалось что Лололошка, которого знал Джон, мог подружиться буквально с каждым существом во всей мультивселенной! Просто потому, что видел в них... что-то. Что-то, что не мог видеть Джон. Лололошка, к которому все сами необъяснимо тянулись, словно к источнику тепла в вечной мерзлоте. Эта его чрезмерная дружелюбность всегда так раздражала. И в этой дружелюбности, как ни странно была самая большая сила, которую Джон всегда считал уязвимостью, слабостью, лишней ношей. Он не видел в этом никакого смысла, и всегда со всем справлялся сам, либо сотрудничал с другими только ради своей выгоды. Глядя на книгу теперь, на послание от того, кто пошёл на верную гибель в одиночку, надеясь только на себя, без кого либо другого, Джон внезапно осознал: они были не такими уж и разными. Они были... двумя сторонами одной и той же медали. Самому Ло, Джон, конечно же, ничего не сказал. Ло тяжело вздохнул и тихим голосом сказал: — А после неудачной попытки, переместился в прошлое и стёр мне память... направляя меня по другому пути... – пробормотал он, горько усмехнувшись. Теперь все вставало на свои места. — Ну, – тяжело выдохнул он, отрывая взгляд от книги и впервые по-настоящему глядя на Джона. — хотя бы одной загадкой меньше. – Он сказал это с попыткой облегчения, но вышло лишь устало. — Ладно, хватит уже твоего сарказма, я понял уже, что тот "я" поступил глупо и самонадеянно – сказал Ло, пытаясь скрыть раздражение. — Как думаешь, сколько мы уже здесь находимся? – спросил Ло, пытаясь перевести разговор в более практичное русло. — Точно не знаю. Но мы обошли почти все уцелевшие ярусы. Пыль успела осесть на наши следы на нижнем этаже. — Он слегка наклонил голову, будто прислушиваясь к тиканью внутренних часов. — Примерно 3-4 скифоса. Не меньше. Довольно долго. Достаточно, чтобы в поселении началась настоящая тревога. Ло кивнул, его решение было мгновенным и твёрдым. Он аккуратно закрыл книгу. — Понятно, — сказал он, и его голос снова приобрёл ту самую командирскую твёрдость, которая вела его через битвы. — Нужно возвращаться в поселение выживших. Он посмотрел на Джона, и в его взгляде теперь не было ни растерянности, ни горечи. Был план. — Нам нужно восстановить силы. И подготовиться. Теперь мы знаем, что делать, и что в одиночку тут не справиться. — Он потряс книгой в руке. — Нам нужны все. Каждый, кто готов помочь. Каждый, в ком ещё теплится свет. И нам нужно объяснить им, что придётся сделать. Они вышли из библиотеки тем же путём, каким пришли, но теперь их шаги были быстрее и целеустремлённее.

***

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ Прошло несколько скифосов с тех пор, как группа сражавшихся вернулась без Ло и Джона. Первая волна беспокойства сменилась тягучим, выматывающим душу затишьем. В своей алхимической лавке, больше похожей на ветхий сарай, стоял Беренгарий. Он переставлял с полки на полку свои склянки с травами. Но его движения были лишены привычной энергичной суеты. Он брал сосуд, задумчиво крутил его в руках, потом ставил на место, так и не вспомнив, зачем он его взял. За дверями лавки, происходил очередной диалог. — Ну скольки их ещё можно ждать? – вспылил Гимлин. — Не нравится мне это. – Он стоял, широко расставив ноги, сжимая кулаки. — Ни капли. – Он выдохнул, и из его груди вырвалось что-то среднее между стоном и рычанием. — Кар-р-р! Никому это не нр-равится! – внезапно в разговор вступил Невер. — Мне вообще всегда всё не нр-равилось! – Он расправил крылья на мгновение, будто показывая весь этот ужасный мир. Он сделал шаг ближе к Гимлину, и его голос приобрёл неожиданную, сдержанную убедительность. — Но. — это слово он произнёс с особой весомостью. — Роророшке я довер-ряю. После всего что случилось, я тепер-рь здесь. Он повернул голову и его взгляд скользнул по хижинам, по жителям, по дымящимся кострам. — И здесь... здесь мне нр-равится ухаживать за моими гр-рядками. – Он сказал это почти нежно, вопреки всему своему ворчливому облику. — Рыхлить землю. – продолжил он. — Следить за росточками. – Он замолчал, и в тишине было слышно, как где-то за его спиной, на тех самых грядках, шелестят на слабом ветру крупные листья. — Это... успокаивает. – с облегчением выдохнул Невер и ненадолго закрыл глаза, будто прислушиваясь к этому шелесту, к земле, которая, несмотря ни на что, всё ещё могла давать жизнь. Потом он снова открыл глаза и кивнул в сторону того места. — И если они так долго не возвращаются... то, значит, на то есть причина. – Он не стал приукрашивать. — Может ср-ражаются до сих пор. Может уже идут сюда... — он тут же выпрямился, расправив крылья чуть шире. — Но они точно вер-рнутся! Потому что иначе... зачем бы им было нужно всё это делать? Его слова, лишённые пафоса, но полные упрямой, почти иррациональной веры, повисли в воздухе. Гимлин тяжело вздохнул. —Хорошо. – проговорил он наконец, и его голос был глухим. — Пусть будет по-твоему. – он с силой сжал кулак, и суставы хрустнули. Он развернулся и зашагал к своей хижине. Невер проводил его взглядом, затем медленно кивнул сам себе, будто одобряя этот практичный вывод и вернулся дальше поливать растения на своих грядках.