Путь героя

Мы с Мэй выбили себе личную мастерскую! Точнее, Мэй выбила. Она очень упорная, у директора Незу не было ни шанса чтобы отказать ей. Теперь у нас в распоряжении есть даже зал для тестирования! Мэй чудо. Я так рад, что мы познакомились, а то думал, что буду одиночкой, как в школе. Она до сих пор считает, что должна мне что-то за то, что я спас её на вступительных. Не понимаю,почему все так превозносят это. Кто бы поступил иначе на моем месте? Благодарности было более, чем достаточно. Кстати, я наконец узнал, какая у неё причуда — это прицел: она может видеть в пределах пяти километров. Еë глаза могут сосредотачивать внимание на объекте и увличивать его. Я даже проверил, это просто невероятно! Если по такому принципу собрать бинокль, то увеличение видимости будет несравненно огромным. Кажется, у нас завалялось где-то несколько линз... — Мидория, ты сейчас отрежешь себе пальцы. Изуку рефлекторно одернул руки до того, как станок для резки металла сожрал его пальцы. Он перепрыгнул часть какого-то матллического приспособления, напоминающий бронежилет, над которым корпела Мэй целый день, и выдернул из розетки шнур. Жуткий пронзительный шум распилки железа стих, погружая мастерскую в непривычную уху тишину. Только скрип закручивания гаек нарушал еë. Изуку вернулся к станку, беспомощно глядя на то, как круглое зубчатое лезвие замерло внутри последней металлической пластины, которая у них осталась. Он со скрежетом вытащил еë из зубьев и бросил в груду металлолома в углу, потому что Мэй запретила ему выбрасывать испорченные детали. Рано или поздно они всë равно находили им применение, так что он совсем не был против. Он стянул маску и перчатки, сложив их на полку, и тяжело приземлился на обшарпанный диван в углу. Скрипучие звуки прекратились. Мэй вытащила голову из своего бронежилета и приковыляла к нему, перебираясь через заслоненные механизмами или их частями проходы. Рядом диван прогнулся под её весом . — Что случилось? — Что? Ничего, — тут же отозвался Изуку, сделав непонимающее лицо. — Всë хорошо. Мэй ткнула в его щеку пальцем в большой перчатке, перепачканной маслом и пахнущую бензином и лаком. — Вот только не ври. — Я не вру, — ответил ей Изуку и поморщился, отодвигая вонючую перчатку от своего лица. — Но тебя же что-то беспокоит. Изуку задумался. Его действительно кое-что беспокоило, но он не знал, стоило ли говорить об этом кому-то. Когда он рассказывал о своих переживаниях кому-либо кроме мамы, то всегда получал в ответ только насмешки. — Если честно, то да, — вырвалось у него и он продолжил до того, как успел передумать. — Есть ли у тебя чувство, что чего-то не хватает? Мэй задумалась на секунду. — Нам не хватает металлических пластин. Ещë закончились шурупы и куда-то пропала крестовая отвертка. — Я не про это, — остановил её Изуку, пытаясь объяснить. — Я про учёбу. Академию. Ты рада что поступила? — Конечно! — воскликнула Мэй, почти подпрыгнув. — Это же UA. Я поступила в самую крутую геройскую академию в Японии. У меня крутая мастерская и теперь есть столько возможностей, чтобы воплотить все мои идеи. Это же классно. А ты не рад? — Нет! В смысле я рад. Я очень долго готовился, чтобы поступить сюда, и очень, очень рад, что меня взяли. И мне нравится всë, что мы тут делаем. Просто это немного не то, чего я хотел. — А чего ты хотел? — Геройский класс, — ответил Изуку с заминкой. Мэй молчала и хмурилась, глядя на него почти в упор, и он не знал, как реагировать на это. — Так ты хочешь стать героем? — спросила она наконец. — Да, — сказал он, не почувствовав и толики сомнения в своих словах. — Лучшим героем. — В смысле номером один? — уточнила Мэй и по её лицу расползлась неверящая улыбка — Да. Мэй звонко рассмеялась, хлопнув себя по коленям. Изуку сидел, сбитый с толку, потому что не понимал до конца, что значит её смех. Он совсем не казался злым. — Это круто! — выдала она, отсмеявшись. Изуку почувствовал, как лицо загорелось от смущения. — Что? — Стой, — внезапно сказала она, став серьезной. — Если ты станешь героем номер один, то я получается буду помощником героя номер один? — Что? — глупо повторил он. — Друзья должны делится друг с другом славой. Ты же поделишься со мной? Я буду делать тебе суперизобретения, пока ты спасаешь мир от зла! Изуку смотрел на Мэй, которая подпрыгивала на месте от энтузиазма и широко улыбалась, и не мог вынюкинуть из головы одну фразу. — Мы друзья? — Что? Конечно! Мэй схватила его за шею, крикнув прямо в ухо: — Вперёд, герой! Надери всем злодяем их злодецские задницы! Изуку мог только краснеть и задыхаться от восторга. Он и не думал, что иметь друзей так классно.

***

Наши дни

Тодороки никуда не собирался идти. Он действительно думал так, как сказал, и не собирался играть в спектакле, где все друг другу улыбались, словно каждому не было плевать на другого. У них были обязанности, которые они могли бы выполнять вместе: учиться, тренироваться. Не было ни малейшего смысла ходить бездельничать куда-то вместе на выходных, и Тодороки не мог взять в толк, почему это понимал один только он. В торговый центр пришёл весь класс. Он не запоминал каждого в лицо и по имени, но людей было чересчур много, на его взгляд. Ему все-таки пришлось прийти, потому что альтернативой было остаться дома наедине с отцом и весь день слушать его старческий бубнеж. Яойрозу засветилась при виде него и даже Джиро махнула ему рукой с улыбкой на лице. Парень-двигатель слишком сильно суетился и вёл себя так, словно был организатором какого-то важного школьного мероприятия. Тодороки слинял до того, как он его заметил. Яойрозу хватило ума не привлекать к нему внимание, за что он был в тайне благодарен ей. Он шёл по первому этажу. Бутики и магазины наводили на него скуку, а толпы людей, стоящие перед кассами в толстых длинных очередях — тошноту. С витрин на него смотрели герои, рекламирующие какие-то бренды и вещи, большинство из них были молодыми и популярными, часто крутящимися по телевидению. Тодороки удивился, когда увидел среди них Всемогущего в его последнем костюме. На фото-обоях он стоял в своём обычном виде, внушающим уважение и страх, и вокруг него не было никаких товаров. Тодороки заинтересованно проследил за длинной вереницей ветрин, которые вели к широкому входу в огромный магазин геройской атрибутики, заполненный людьми. Он зашел внутрь, стараясь никого не задеть. Магазин впечатлял своими размерами и количеством товара. На первых же полках можно было увидеть разных героев, лица которых были наклеены на все подряд: от фигурок до посуды и техники. У Всемогущего и Старателя были свои отделы в двух противоположных углах помещения, и Тодороки немедленно направился к первому. Пятляя между полками, он остановился перед стеллажом с фигурками Всемогущего. В действительности он не смог бы купить на деньги Старателя ничего в этой части магазина. Фуюми однажды дарила ему одну маленькую фигурку на день рождения, но она превратилась в пепел, не успев покинуть подарочную упаковку. Несмотря на это, смотреть на них хотя все еще было приятно. Тодороки задумался, продавали ли здесь огнеупорные фигурки. Он бы купил её, просто чтобы побесить отца. Внезапно позади него раздался полузнакомый голос, окликнувший его по имени. Тодороки развернулся и столкнулся с удивленным взглядом злодея из Лиги зледеев, с которым им довелось встретиться в USJ. Перед ним действительно стоял тот же самый злодей в тех же самых худи, джинсах и огромных красных кроссовках. В его руках был томик комиксов со Всемогущим на обложке, а к его запястью, как у маленького ребенка, был привязан жёлтый шар, который раздавли на входе. Тодороки изумленно посмотрел на полупрозрачное растянутое лицо Всемогущего, болтающееся над полками. — Неожиданная встреча, не правда ли? — дружелюбно сказал злодей, вырывая его из ступора. — Ты следишь за мной? — от растерянности проговорил Тодороки. Злодей поднял брови. Он выглядел обескураженным и немного возмущенным. — Ты много о себе думаешь, — резонно заметил он. — У меня выходной. Я просто зашел купить комикс, — он поднял книгу, и шарик на его руке покачнулся. — Отличный, кстати. Если тебе нравится Всемогущий, ты должен его прочитать. Вышла последняя часть. Тодороки посмотрел сначала на комикс, потом на его лицо. — Ты же злодей, — только выронил он. Лицо злодея стало неуверенным. — Это же не значит, что я не могу любить героев. — Именно это и значит «быть злодеем», — уверенно заявил Тодороки, глядя на то, как чужое лицо становится ещё более сконфуженным. Злодей оценивающе посмотрел на комикс и неубежденно поднял на него взгляд: — Это Всемогущий. Он всем нравится. Тодороки не мог с этим поспорить, поэтому замолчал, чувствуя, как его кратинка мира пошатнулась — Ты странный злодей, — бросил он в заключение. Злодей улыбнулся, и его улыбка была немного грустной. — Может быть, — ответил он и неловко спросил: — Так, Шото, что ты тут делаешь? Тодороки пожал плечом. — Не знаю. Просто хожу. Почему ты называешь меня по имени? — Извини. Если я буду называть тебя по фамилии, то это будет странно. Мне будет казаться, что я обращаюсь к Старателю. Тодороки не знал, что на это ответить. Злодей неловко рассмеялся и потрепал волосы на затылке. — Кстати, меня зовут Деку. — Это не имя, — заметил Тодороки. — Нет, но меня все так называют, — пожал он плечом. — Ясно. Но если ты называешь меня по имени, то и я тоже буду, — объяснил Тодороки, за что получил недоуменный взгляд. — Я, между прочим, старше тебя. — Мне все равно. Деку выронил смешок. — Ладно. Тогда называй меня Изуку. Тодороки кивнул. Изуку продолжал смотреть на него и улыбаться. — Знаешь, ты тоже довольно странный герой. Разве вам не говорят в академии, что вы не должны так просто разговаривать со злодеями или что-то подобное? — Айзава-сенсей говорил не приближаться к тебе. Изуку удивленно поднял брови. — Но ты продолжаешь со мной разговаривать? — Я просто собираю информацию о том, кого хочу победить, — невозмутимо ответил ему Тодороки. — Что связывает вас с Айзавой-сенсеем? — Одна очень неприятная история, — туманно ответил Изуку с лёгкой улыбкой. — Спроси у него, может, он расскажет. Это не твои там идут? Тодороки посмотрел в сторону и увидел Яойрозу, Джиро и ещё некоторых одноклассников, которые ходили между полками. Как не кстати, Яойрозу подняла голову, махнув ему рукой, и удивленно посмотрела на Изуку. Изуку улыбнулся ей. — Я лучше пойду. Удачи на фестивале. Пока, Шото. Тодороки посмотрел ему вслед. — Пока, Изуку Изуку махнул ему рукой и перехватил нитку шарика, скользнув в сторону с кассами.