Признание (Братья Константинос. Книга 2)

Виталий Я уже не в первый раз вхожу в комнату Куинна без стука, но впервые не испытываю желания его видеть. Почти мечтаю, чтобы комната оказалась пуста, чтобы хотя бы ненадолго отложить этот разговор. Но он лежит на кровати. В кухонной зоне горит свет, как и прошлой ночью. Возможно, вообще не выключался. Он садится, когда я вхожу. Чёрт, он выглядит измождённым. Нет, не измотанным. Угнетённым и подавленным. Он трёт лицо ладонями, потом встаёт и смотрит на меня. Я молча смотрю на его фигуру: даже в помятых домашних штанах, даже в разбитом состоянии он такой чертовски красивый. Совсем не на эту тему мне хотелось с ним поговорить. Я хотел спросить, что происходит, почему ему плохо и чем ему помочь. Хотел сказать, что мне жаль и что я хочу всё исправить. Но вместо этого вынужден спросить: - Гэвино Ди Маджио нанял тебя, чтобы убить меня? Его глаза расширяются, и он хрипло выдыхает, словно я ударил его в живот. Он теряет равновесие, задевает тумбочку и обессиленно плюхается на кровать. Упирается локтями в колени и закрывает лицо руками. Очевидно, его ответ – «да». - Откуда ты ... - Ко мне приходила Сесилия ДиМаджио. Рассказала занимательную историю. И показала ваши с Алессо прекрасные снимки. Куинн резко вскидывает голову. - Это было давно, еще до знакомства с тобой. - Так почему же ты меня не убил, Куинн? Тебя ведь для этого наняли. Ты ради этого устроился вышибалой ко мне в клуб. Почему ты не выполнил свою работу? - Потому что… блядь, - он снова закрывает лицо руками. - Скажи мне. Ему требуется время, чтобы поднять на меня взгляд, но он справляется. Его красные глаза похожи на глаза затравленного зверя. - Потому что… когда я познакомился с тобой, я понял, что не хочу этого делать. - Почему? Он отводит взгляд. - Просто… не смог. Я стискиваю зубы от его уклончивых ответов. - То есть, ты похерил контракт и спас свою шкуру, припрятав компромат на Алессо? - Я всегда собираю сведения о людях, которые меня нанимают. Иначе нельзя. Нужно иметь рычаги влияния. - На меня у тебя тоже есть рычаги влияния? - Нет. Не знаю, верить ли ему. - Неужели у тебя нет на меня досье на всякий случай? - Нет, Виталий. Нужно заканчивать с ним. Я хожу по комнате кругами, как зверь в клетке, пытаясь нормально вдохнуть. - Почему же ты мне не рассказал? – не могу не задать этот вопрос. – Ты ведь мог мне признаться, мог отдать мне сведения об Алессо, чтобы я сам с ним разобрался. - Я думал, ты меня не простишь. Я подскакиваю к нему, вижу, как он напряженно сглатывает. - Типа сейчас я тебя прощу? И за что мне тебя прощать? За твою ложь? За то, что ты планировал меня убить? - Нет… - За то, что ты оставил себе лазейку, чтобы в случае чего вернуться к ДиМаджио? Поэтому ты не доверил мне улики против Алессо, которые я, блядь, мог бы использовать, чтобы положить конец этой долбаной войне между нашими семьями? - Нет, Виталий... Я хватаю его за горло и прижимаю к кровати. - Почему меня так легко предать? Неужели я такой идиот? Я слишком сильно душу Куинна, чтобы он мог отвечать. Честно говоря, я не хочу слышать его ответы. Когда я всё же отпускаю его и отступаю, Куинн жадно вдыхает и кашляет. - Ты и правда убил Педано, чтобы защитить меня? Или просто чтобы сохранить свою тайну? Куинн перекатывается на бок и поднимается, всё ещё кашляя. - Какое это имеет значение, если ты всё равно не поверишь ни единому моему слову? - Не поверю. Не сейчас. Сейчас мне нужны только холодные, неопровержимые факты. Так что, блядь, предоставь их мне. Рука Куинна дрожит, когда он тянется к ящику тумбочки. Он выдвигает его и рукой нашаривает что-то внутри. Я зло хмыкаю, испытывая отвращение и презрение не только к нему, но и к себе. - Так вот почему ты не хотел, чтобы я лез в этот ящик. Куинн не отвечает и молча протягивает мне запечатанный конверт. На ощупь внутри флешка. На лицевой стороне корявым почерком Куинна написано: «Виталию, вскрыть в случае моей смерти. Прости». Эти слова задевают во мне какую-то болезненную струну. Я не понимаю, что это за ощущение, оно мне не нравится, но сейчас я переполнен злостью и болью, и у меня нет сил разбираться с другими чувствами. Мне нужно многое обдумать, прежде чем закончить разбираться с Куинном. Как и прошлой ночью, я ухожу прочь и оставляю его одного.