Ледовое побоище

2

Приказ тренера был - разминка на льду, но почему-то все проигнорировали это, и сказали выйти за пределы катка, там нас поставили в шеренгу, и один начал показывать упражнения на разминку вне поля. Быстро смекнул, что он тут главный, капитан команды и загоняла всего. На джерси был номер два, а сзади написано Браун. Высокомерный блондин, с ядовитой улыбкой и хищными глазами. Отвратительный тип и это был еще один пункт: почему мне не стоит ходить на хоккей. Нас была толпа, все встали после вокруг капитана и выполняли то, что с нас требовалось. Благо, даже если я слабак, то все равно могу размять себя. Дыхалка на месте, руки ноги целы, но из меня выжали все соки, а это лишь начало. Зато во время стойки в планке было время подумать, это здорово помогло пережить ад и крики на нас. Идеальный сукин сын, имеющий хорошую выносливость. Думал я над тем, что именные джерси были не у всех и номера не начинались привычными один, два, три и так далее. Это был любительский клуб, значит они саме себе купили джерси? Выглядит как акт самолюбия. Я бы не потратился на такую херню в жизни. Вне поля я бы не хотел явно красоваться тем, что я в команде Енотов. Серьезно, кто выбирает такое название? Изначально я думал, что это шуточное название, ведь еноты - странные существа, но уже после лишь одной разминки я понял, что выбрали не случайно. Разминка на катке была попроще, почему-то никто не уточнил в том буклете, что стоять на коньках обязательно, с нами возиться и учить - не будут. Благо принцип был такой же как у роликов, только вместо колёс были лезвия. В какой-то момент было желание уйти, позвонить папе и сказать, что всё это было вводным уроком и мне не понравилось. Пришлось собрать в себе всё мужское, чтобы пережить. На коньках я стоял не самым уверенным образом, периодами даже держался за борт или клюшку. Естественно, пустили слона на лёд, а теперь надеются, что он не станет новым ужином для всей группы, разбив что-то. Лёгкий бег, выпады, прыжки на полусферу, диагональные шаги в приседе, имитация катания у опоры - это всё, что выбило во мне всё мужское. Растяжка на льду особенно. Как они легко тянутся на коленях и прогибаются, как на выставку панелей. Но я всё так же старательно выполняю задания, слышу от Брауна, что я недостаточно хорош, в ответ на это лишь молчу. Постыдно так молчу. Постыдно, потому что не привык, что что-то может вызвать у меня затруднение. Всегда новые хобби я начинал легко, в спорт я никогда не лез, зная, что там я буду самым худшим из худших, а мне такое не по нраву. Следом была тренировочная игра, знаете, не зря создали капы для зубов, потому что в первую же игру, мне в зубы прилетела шайба, ведь такой олух как я не справился с нажимом и запустил шайбу прямо вверх, а там по траектории мне в лицо. Если бы не шлем и капа, то чую был бы рояль вместо зубов и тот самый нос с горбинкой, всё таки это всё мне нужно ещё целым. Бегать на коньках почти было нереальным, а смешки Брауна были слишком оглушающими, но почему-то глох лишь я от них. Мне казалось, что все они смеются с меня, а раз я клоун для них, то пусть посмеются с того, что я буду принят в эту идотскую команду. Тут всё дерьмовое - начиная от тренера, которому плевать на его воспитанников, до тех смешков над новичками. Пусть пососут что-то тяжелое, но они примут меня в свои ряды, я сломаю все ноги и руки для этого, вышибу добровольно зубы и мой мозг вытечет через ухо, но я буду стоять в джерси, где написано “Хартман” этими ублюдскими белыми буквами по серой ткани. Но я буду частью их команды. Чтобы реализовать свой план мне пришлось взять в зубы тряпку и молчать, а следом выдаваться на все сто. Даже если это тяжело, даже если уже сил нет, мне казалось, что это видно, пока мне в спину не кинули : – новичок, разве это всё, что ты можешь? Я думал берут с отбором по силе – я вновь слышу брызги яда в свою сторону, а после меня подбивает девчонка, ибо я задумался. Я напомню, что я не спортсмен, а сбить меня очень легко. – да твою мать! – вылетает из моего рта, но эта же девчонка подает мне руку с улыбкой. Она была не ядовитой, скорее доброй. Как будто она намеренно меня подбила, чтобы я понуждался в чьей-то помощи. Руку я оттолкнул, не нужна мне никакая помощь. Не маленький. На льду я буду барахтаться хоть вечность, но поднимусь самостоятельно. Всем было смешно, а мне нужно было встать. Моё больное воображение выдавало, будто за мной прутся мертвяки, которым нужно было лишь моё тело, а не просто участники команды, которые смотрят за моим подъемом. Голос тренера гаркнул, выдав, что не отвлекаемся и работаем, хоть когда-то я буду с ним согласен. Я подполз к выходу с корта, а там стоит тренер, смотрит на меня хмуро, понял же , гад, что я не встану. Но руки не подал, просто смотрел. Выползти мне не дали ноги тренера, стоящего прямо на пороге, за который я хотел ухватиться. Ну и хер с ним, я встану через край входа. Так и получилось. Но все мои попытки выбили из сил, стоял как идиот, пытаясь отдышаться. – куришь? – не так уж и тактично решил поинтересоваться тренер, его вновь можно понять. – никак нет, сэр – с тяжелой одышкой, будто только что выкурил целую пачку сигарет. – Грэг, меня зовут Грэг – это всё, что ему нужно было? Тогда какого хера он тратил мои силы общения, я бы сейчас быстро отдышался, а не думал, вернулся бы на поле – бросай курить – выпалил он, сам не понимая, что я не вру. Последующее время я вообще не хотел жить, меня отправили на скамью, ибо я аж позеленел. И то верно, меня тошнит, как будто я прокатился на американских горках. Только как упертый гад я тянулся к полю, старался убедить тренера, что я чувствую себя хорошо. Мне сказали сидеть и не рыпаться. Хотелось с огромной силой кинуть в него клюшку или шлем, но быстро опомнился, ибо вспомнил, что это не моя экипировка даже. Оставшийся час я сидел на скамье или “становился человеком”, как сказал тренер. С этого смелись мимо идущие спортсмены, когда все кончилось. Пошёл за ними и в раздевалке намечался хаос. Хаос внутри меня нагревался с каждым моментом, слушая речи капитана, замечая, что все внимательно слушают его. – Итак, по результатам тренера он бы точно хотел увидеть в команде… – следующие перечисления фамилий я не слушал особо, ведь там не было моей фамилии. Я не годен для этого спорта. – остальные могут тоже присоединиться к команде, но помните, что на вас будет гораздо больше нагрузки, чем на остальных, вам нужно стоять увереннее на коньках, быть ловчее и быстрее. И это не результат от спорта, это ваши навыки. А некоторым я советую таскать с собой пакетики для блевотни. – я знаю, что он имел в виду меня, не называя имён. – да пошёл ваш этот хоккей нахуй! – я не выдержал, быстро снял всю экипировку с себя, кинув в сумку свои вещи, даже не удосужился переодеваться. Ушёл, как только можно скорее. – и нервов набраться. Лишь услышал мимо ухом, тренер что-то крикнул мне в след, но во мне кипела ненависть, что даже не хотелось обращать внимание. Наверное, это была речь, что я молодец и в следующем году мне повезёт. Да пошли они все к черту, мне этот хоккей не сдался, я даже не хотел сюда ехать. Не хотел появляться на этом корте, о котором узнал лишь пару часов назад. Я хотел остаться в родном городе, а не быть посмешищем везде. Будь проклят этот хоккей, будь проклят университет имени Кристьяунссон, будь проклята вся Исландия, что нуждается в квалифицированных кадрах. По приезде домой я не сказал ни слова, ни о том как прошла тренировка, ни о том понравилось ли мне и почему я поехал в мокрой от пота одежде. Сразу нырнул в горячий душ, чтобы отогреться и не заболеть. Хотя я был бы лишь рад, ведь означало, что я не пойду туда завтра. Они все мерзкие, гадкие и самовлюбленные ублюдки, которые не знают, что такое начинать с самого начала. Они пришли в спорт без таких насмешек и косых взглядов. Во мне кипел ураган эмоций, который просто так не хотел отсупать от меня. Это всё казалось нереальным. Но оно отпустило, ведь не все в мире бесконечно. Тогда я получил сообщение от неизвестного номера, который меня выбил из колеи. Это был последний человек, которого я готов сейчас увидеть, и видит Бог, я не думал даже о нем, а так же клянусь Богом, сам бы он так не написал, явно заставили. На дисплее телефона высветилось два сообщения: “ ты принят в команду, Хартман ” “ это Кевин ” Знать бы ещё кто из них Кевин. Но чутье подсказывает, что это командир, ибо тренера звали Грег, это я запомнил точно. Пошёл бы этот Кевин, знаете куда? Он не узнает, ведь я заблокировал его, чтобы не мозолить себе же глаза. Я не пойду ни на какую новую тренировку, спорт - не моё и я убедился в этом. Перед глазами всплывает момент, когда я полз по льду, не принимая помощи, думал, что я готов уже на всё, лишь бы приняли меня туда, а сейчас отказываюсь. Да, порой я импульсивен в своих действиях и мыслях. Нужно просто не забывать об этом. Мысли спутались в один огромный ком, что ни одно видео с ютуба не помогало. Пришлось включать музыку, напевать попсу любимую и думать о чем-то остраненном. Например, о том, что завтра опрос у отца и он явно не даст мне спуску, ведь, конечно, дизайнерам игр так нужна история почвы и ее составляющее. Лечь спать и забыть всё, не важно, что ждет на паре и после этого дома. Ведь после пар я пошел на лёд.