Alt 1997

Оставшиеся до Йоля месяцы умудряются промелькнуть как один хаотичный, нервный, безумный, местами весёлый, местами страшный, но бесконечно дорогой день. То, что мальчишка влюбился, темнейшему из волшебников, после разговора о детях амортенции, становится безнадёжно ясно. Потому что ассистент вертится рядом, заглядывает в глаза, то приобнимает, то хватает за руку и очень настырно напоминает про обед и сон. А ещё постоянно приносит то кофе, то горячий шоколад, держит в кармане любимые риддловские сигареты, хотя сам не курит, и то и дело тянет на прогулку после работы. То по городу, то вокруг поместья. Строго говоря, сад, больше похожий на небольшой лес, министр прошил защитными заклинаниями насквозь, да так и не осмотрел лично. Не до того было. Впрочем, он и в большей части дома был всего один раз — когда заселялся. Что со всем этим делать лорд зла понятия не имеет. Вообще-то, сколько мысенно ни зови ассистента мальчишкой, он совершеннолетний, взрослый, хоть и очень молодой волшебник. И указывать ему, а уж тем более подчинять империусом, чтобы выбить дурь, — так себе идея. Может, само пройдет. Хотя... Если уж совсем честно, то как-то и не хочется, чтоб проходило. А ещё выясняется, что, если хорошенько надавить на подчинённых, можно время от времени устраивать себе выходной. И Магическая Британия от этого не рушится. Риддл щурится, выпуская дым струйкой вверх. Снег плавно скользит по магическому барьеру, огибая и его, и его ассистента. Возвращаться в Министерство совсем не хочется. —В Хогсмидте уже всё украшено... — говорит вдруг Поттер. И улыбается. Тепло, но с горьким привкусом ностальгической тоски. Хотя это ведь его первый Йоль вне Хога... Неужели не надоело?.. —Скучаешь? — в лоб спрашивает лорд зла. Гарри кивает: —Да... Зима была моим любимым временем. Знаешь, я обычно домой на праздники не уезжал. Да, в школе было немного пусто, но как раз там я был дома... Ну и... — он вдруг смущённо фыркает, — Там ещё василиск был. Точнее, есть. За него я тоже огрёб. Хорошо хоть его не убили. Только дверь в подземелье опечатали. Риддл темнеет лицом: —А ты при чём? Из-за парселтанга? Поттер кивает. История была до невозможности глупая. Разбудили василиска пауки. А попытка из любопытства заговорить с гигантской змеей едва не завершилась публичным линчеванием. Впрочем, пока взрослые паниковали, василиск сожрал несколько пауков и залёг обратно в спячку. О том, что к змеюке летает феникс и трётся об него, как о родного, Гарри никому, кроме министра вот сейчас, так и не сказал. Всё равно не поверят. Он и сам себе не совсем верит. Но лорд зла только кивает: —Ага. Они и меня в своё время подзаебали. А как василиск носился за акромантулом — это был отдельный пиздец. Змей большой, мозг маленький, а тут вкусняшка бегает... Он устало вздыхает, пряча непроизвольную улыбку. Гарри придвигается ближе и заглядывает в глаза. В зелёной глубине пляшут золотистые, игривые — Риддл может поклясться магией — искры. —А ты скучаешь по Хогвартсу? Опять хочется соврать. Рявкнуть «нет» и «не твоё дело». Хог до сих пор... Но что-то в этих золотых искорках слишком напоминает утреннее солнце в башенных окнах... Темнейший из волшебников неопределённо дёргает плечом: —Возможно. Поттер сжимает его руку в своей.Тёплой и шершавой от тренировок, как гранит замка. —А пошли навестим! Пролезем через ход Тайной комнаты! Нас никто не увидит. Лорд зла саркастично изламывает бровь: —Думаешь, я вот сейчас подорвусь и полезу с тобой в Хог тайком? Потому что меня ностальгия ёбнула? Асссистент хлопает дурными гляделками и ошалело кивает. Риддл качает головой и усмехается углом рта: —Правильно думаешь. Пошли. **************************************** Зимние каникулы только-только начались, но школьников уже почти нет. Хогвартс почти пустой. Риддл сканирует пространство и жмёт плечами. Если кто-то появится поблизости, сигнальные заклинания сообщат. Можно и чары невидимости накинуть, но... не видеть самого себя, свои руки, касающиеся таких знакомых стен, свои ботинки, шагающие по как-оказалось-совсем-не-забытым коридорам... было бы грустно. Тайная комната всё такая же. А что ей сделается? До смешного помпезная, холодная и... родная. Один из тоннелей ведёт из Запретного леса. Через него и проскользнули. Сонный василиск вылезает, зажмурившись, тыкается носом в обоих и уползает обратно. Не сезон вообще-то. Какое-то время они молча сидят на камнях у воды. Гарри кажется, что здесь совсем не холодно. Но темнейший из волшебников всё равно накидывает согревающие. Поттер как-то хитро улыбается, снимает мантию и набрасывает её на плечи Ридлла. Лорд зла хмыкает, покосившись на спутника, откидывает полу и притягивает его к себе так, чтобы укрыть обоих. Вообще-то мантию можно увеличить, да и не нужна она под согревающими. Но смысл отнюдь не в мантии. —У тебя было много друзей? — неожиданно спрашивает Риддл. Гарри улыбается и жмёт плечами: —Вроде бы да... Я почти со всеми хорошо ладил. Правда, когда что-то происходило, я огребал чаще, чем не огребал. От меня морозились, а со временем опять начинали вести себя как ни в чём не бывало. Знаешь, это такая странная штука... Ну, вот вроде ты тут, все друзья с тобой. А ощущение — ну как через стекло. Как будто они придут и уйдут. А ты сам так и останешься. Как будто ты сам — продолжение этих вот стен, что ли... Не будет стен, не будет и тебя... Он сконфуженно морщится: —Извини, я как-то тупо объяснил. Темнейший из волшебников мотает головой и сжимает плечо спутника крепче. —А у меня были только... наверное, их можно назвать прислугой, — он смеётся коротко и нервно, — Но да... Если не здесь, то и... Ладно, ты понял. Поттер кивает, прижимаясь боком к боку, — разумеется, понял. Спустя пару минут умиротворенного молчания он вдруг весело фыркает: —А вот прикинь, если бы всё было ну как во всех этих тупых сказках бывает. Ну, типа, знаешь, эта твоя Вторая Магическая, всё такое, и тут хоба — какое-нибудь всратое пророчество. И ты такой: «Так, всё, надо срочно мочить Гарри Поттера. Всё хуйня, а это враг». И начал бы за мной гоняться, а Хог бы пожалел и только здесь не устраивал разнос, ну чтоб замок не повредить. Лорд зла совершенно не по-лордовски хрюкает,закатываясь хохотом, а Гарри оживлённо продолжает: —Не, ну а чо? Всё как в сказках. Мы были бы ну это... противники. Не могли бы ни жить, ни умереть друг без друга. И я бы всю жизнь знал, что уж тебе-то я точно нужен. Ну, хотя бы чтоб убить. Риддл усмехается. Так тепло, что самому становится неловко: —Тебе бы вряд ли сказали об этом до школы. Волшебники, с которыми я воевал,... не сказать, чтоб сильно хорошие стратеги. Иначе и до войны не дошло бы. Тебя бы, может, даже у магглов до школы спрятали. Правда, волшебнику у магглов жить — это пиздец... —Я согласен! — радостно сообщает Поттер, утыкаясь Темнейшему из волшебников носом в шею. Лорд зла согласно фыркает и легонько касается щекой лохматой макушки. ***************************************** Большой зал пуст. Шаги эхом отдаются от стен. Но камин домовики всё равно поддерживают, а огромная ёлка мерцает огоньками. Как всегда в Йоль. —Пирога с патокой не хватает, — вздыхает Гарри, устроившись с Риддлом на подоконнике. — Ты любишь пирог с патокой? —Угу, — кивает Темнейший из волшебников. — Хотя шоколад люблю больше. Кстати, — он кивает в сторону коридора, — за пирогом можно в кухню сходить. Накинем чары, никто не запаникует. Поттер улыбается от уха до уха и уже встаёт, намереваясь пойти, как вдруг Риддл напрягается. Но не настороженно, а озадаченно. Не веряще поворачивается к окну. А на снегу во дворе у главного входа появляется очень знакомая компания. Регулус Блэк чуть ли не подпрыгивает на месте и восторженно верещит: —Милорд!! Я же говорил, милорд здесь!! Барти машет и радостно хохочет.Чёрный лохматый пёс хлещет спутников виляющим хвостом. Растрёпанная ведьма подпрыгивает и повизгивает. А профессор Снейп посреди этой вакханалии мечется от одного к другому, явно пытаясь урезонить, и нервно оглядывается в сторону главных ворот. Похоже, это ещё не все... Когда незваные гости срываются с места и кубарем вкатываются в холл, лорд зла хватает Гарри за руку: —БЕЖИМ! Если честно, мчаться по коридорам и прыгать с одной поворачивающейся лестницы на другую основательно мешает хохот, которым Риддл давится, а Гарри в открытую захлёбывается. Опаснейшие бойцы Магической Британии с визгом и писком, совершенно неподобающим их статусу и репутации, несутся следом. И только профессор Снейп на бегу пытается воззвать к разуму всей процессии истошным «Мы же никогда себе ничего подобного не позволяли!!», от чего Поттеру становится его даже немного жаль. За очередным поворотом лорд зла вдруг хватает Гарри в охапку и тащит за угол. Первым мимо них пролетает лохматый меховой ком. Двери напротив распахиваются. И пёс с размаху врезается в директора Макгонагал. Она вскрикивает, заваливаясь назад. Палочка неловко направляет защитное заклинание куда-то в потолок, а Бродяга с удвоенной скоростью разворачивается, проскальзывая когтистыми лапами по полу, и запрыгивает Регулусу на руки. Тот, впрочем, ни капли не удивляется —настолько, что, когда Минерва поднимается, отряхивается и начинает своё возмущённое «ЧТО ЭТО?!», не менее возмущённо поясняет: —У него лапки скользят!! Темнейший из волшебников шагает из темноты на середину коридора. Настолько властным жестом, что даже бесноватые пожиратели притихают. Директор хватает ртом воздух и хлопает глазами: —М-министр Р-ридл?.. Он небрежно кивает.Обводит взглядом холл и холодно усмехается: —Защита, как и прежде, ни на что не годится. Она пропустила шестерых, не являющихся ни студентами, ни сотрудниками, ни родственниками учащихся. Он впивается взглядом в Макгонагал, серую радужку начинает показушно затягивать багряным: —Это Н-Е-П-Р-И-Е-М-Л-Е-М-О. Директор белеет так, что Гарри проникается к ней искренним сочувствием. Хотя вообще-то Том сейчас прав как никогда. Риддл медленно обходит всю компанию по кругу, демонстративно размышляя. И заявляет непререкаемо, будто гвозди в гроб вколачивает: —Как вы уже понимаете, проверка администрацией школы не пройдена. Остался последний этап. И вы мне его продемонстрируете, не подвергая опасности несовершеннолетних. Вы устроите новогодний бал выпускников. Йоль волшебники проводят с семьями. А светский Новый год прекрасно подходит для нашей цели. Займитесь, будьте любезны. У вас не так много времени. От финального риддловского «Это приказ» Макгонагал едва сдерживается, чтобы не убежать, подхватив юбки. Когда за ней закрываются двери, вся компания начинает носиться по кругу и восторженно визжать. Гарри неловко хватает его в объятия и целует куда-то скорее в ворот рубашки, чем в шею. —Ну хоть для приличия вид сделайте, что всё ещё боитесь, придурки! — бурчит Темнейший из волшебников, обречённо понимая, что как раньше уже не будет, и придерживая повисшего на нём ассистента за талию. И не факт, что он хочет снова «как раньше».