Предатель

      «Блять!» Чон Чонсоль (настоящее имя Чонгука) роняет стопку документов и начинает подбирать бумажки с пола. Над ним вдруг возвышается начальник отдела борьбы с наркоторговлей. — Что это ты делаешь, Чон Чонсоль? — Поднимаю бумагу с пола, Сэр. — Снова с бумажками возишься? Может, в архив тебя переведём? Эй, Минджи, подбери документы. Чон, у меня к тебе дело. В коридоре отдела шумят телефоны, скрипят стулья, кто-то ссорится с принтером. В кабинете начальника пахнет макулатурой и… пончиками? Чон устал от шуток про полицейских и пончики, однако он понимает: для шефа это не шутки. — Садись. — Да, Сэр. Начальник откидывается назад и стучит пальцами по папке. На его столе бардак, и на одной из важных улик стоит чашка с простывшим кофе. — У нас висят дела по местной шобле. Наркодилеры, молодые, — подкидывает файлы Чонсолю, и тот медленно рассматривает ее содержимое. — Для тебя задание не из тяжёлых. Так, для практики. — Сэр, я сделаю все, что в моих силах. — У нас есть хорошая зацепка — Ким Тэхен в возрасте двадцати пяти лет. На бумагах — мелкая сошка. И почему именно он нас интересует, как думаешь, Чон? — Я считаю, что у него прямой канал к верхушке. Именно она — наша цель, а не Ким Тэхен. — Все верно. Для тебя — это шанс на повышение. Ну, как сказать, это дело, и, может, еще два — и звание будет повышено, в этом—то я уверен. Ты еще юный, моложе, чем большинство здешних. Стремительно учишься. Так что по-быстрому сделай пару миссий и готовься к повышению. — Сэр, меня радует эта новость. Только не повышайте меня в бухгалтерию, ведь мой долг заключается в работе под прикрытием. — Молодость и амбициозность — это хорошо. Я сам таким был, но время никого не щадит, — начальник делает вдумчивую паузу. — Значит так, приступишь через неделю. Помни: я доверяю твоей импровизации, Чон Чонсоль. Не подведи меня. Не подведи закон.       *** Чонсоль редко держал настолько мало материалов у себя на руках. Обычно вся информация не помещается на столе, а тут — две фотографии, краткая история о семье, рост, вес, цвет глаз и… все. Что же, места для фантазии — полно. Но Чонсолю нужны факты. Ему снова придется соприкоснуться с ненавистным ему миром — миром лжи, насилия и нарушения закона. А в голове у Чона — правда, справедливость и закон. У него информация легко сортируется по полчкам, его интуиция и эмпатия помогают ему глубже понять цель и забраться в доверие человека. — Эй, Чон, тебе новую миссию подкинули? — интересуется коллега. — Если спалишься — скажи, что ты из налоговой. Их боятся даже бандиты, — громко шутит, но смех звучит натянуто. Так часто бывает перед новым заданием — никогда не знаешь, каким, и живым ли вообще, вернется работник с соседнего стола. Переживать за своих никто меньше не стал, несмотря на пройденные годы. Чонсоль хорошо себя зарекомендовал у своих коллег. Что ему дается не так легко — так это отделять себя от своей роли. Это как актерское мастерство — только ты играешь в театре на выживание. «Не забывай, кто ты и кто он» — его мантра. Поэтому парень получит законный месяц отдыха, чтобы вернуться в свою шкуру, встать на свои ноги и вспомнить — кто он. А он — полицейский. Однако бывает, ему снятся сны, где он сам — преступник. В них он убивает, пытает и преследует людей. Чонсоль сбрасывает эти проявления подсознания на близость с «плохим» миром. Он постоянно становится свидетелем (а иногда и активным участником) ужасных вещей в реальной жизни. И хоть его лицо постоянно остается в таких ситуациях непоколебимым, внутри его раздирает от боли. *** Перед первым днем миссии он заканчивает тренировать походку, приводит в порядок уже покрашенные волосы, и вновь перелистывает алиби (в этот раз ему доверили написать его самому). Одежда на завтра подготовлена. Он больше не Чон Чонсоль, а Чон Чонгук: студент инженерного факультета, 24 года, временно работает механиком, у него богатая мама и ужасный отец. Папа — точка соприкосновения с Ким Тэхеном. По полученным фотографиям можно судить мало, но интуиция подсказывала — парень грубый (это видно по глазам и поджатому рту), склонен к депрессии и наваливает на себя больше, чем может вынести (напряжение в плечах, которое не отпускает его даже на фото). Спать, как обычно перед новой миссией, у Чонгука не выходит: он перепроверяет свое досье, ищет в нем недочеты, а когда их не находит — выдумывает. На рассвете он смотрит в окно и думает, когда же он успел раствориться в своих ролях. Каждый раз они приносили ему столько боли, но он продолжает это делать. Может, он был ослеплен долгом? Кто на него его взвалил? Чонгук верит, что делает правильные вещи, даже когда самому приходится пятнать руки. Он далеко не чистый лист, на котором могут вырисовываться любые персонажи. Он просто не допускает всей боли и злости выйти наружу. Они находятся где-то глубоко в его подсознании. На удивление, он засыпает. Он погружается в сон Чонгуком и проснется тоже Чонгуком.