Громкая Мисс Синклер

Руки Уэнсдей обхватили тонкую талию блондинки, пальцы впились в нежную кожу, оставляя едва заметные красные следы. Энид вздрогнула, когда её резко прижали. Мягкая простыня была прохладной, но это не имело значения — всё её внимание было сосредоточено на том, как Уэнсдей наклонилась к её уху, её горячее дыхание обжигало кожу. — Ты уже мокрая, да? — прошептала Уэнсдей низким, хрипловатым голосом, её губы едва касались мочки уха Энид. — Я знаю, как сильно ты этого хочешь. Энид не успела ответить, как губы Уэнсдей уже скользили по её шее, оставляя за собой влажный, горячий след. Её зубы слегка впились в нежную кожу у основания шеи, заставляя Энид вздрогнуть и тихо застонать. Руки Уэнсдей скользнули вверх, обнажая и обхватывая маленькие, но упругие груди блондинки. Пальцы сжали нежную плоть, большие пальцы нашли соски и начали играть с ними, сжимая и растирая, пока те не стали твёрдыми как камешки. Энид закусила губу, пытаясь сдержать стон, но он всё равно вырвался, низкий и дрожащий. — Ах… Уэнс… — её голос сорвался, когда Уэнсдей резко сжала соски между пальцами, вызывая прилив боли и удовольствия. — Н-не останавливайся… Уэнсдей усмехнулась, её тёмные глаза блеснули от удовольствия. Она поняла, что возможно Энид любит, когда с её грудями обращаются грубо, но нежно. Её руки продолжали мять и ласкать груди блондинки, пока губы спускались всё ниже. Язык Уэнсдей провел по ключице Энид, затем по грудине, оставляя мокрый след. Она не спешила, наслаждаясь каждым стоном, каждым дрожащим вздохом, которые вырывались из губ Энид. Наконец, её губы достигли соска. Уэнсдей обхватила его губами, слегка прикусила, а затем начала сосать, одновременно массируя вторую грудь рукой. Энид выгнула спину. Она чувствовала, как влага собирается между её ног, как её клитор пульсирует, требуя внимания. — Пожалуйста… — её голос был едва слышен, полон отчаяния. — Мне нужно больше… Уэнсдей медленно отпустила сосок с громким чмоканием, оставив его мокрым и набухшим. Её руки скользнули ниже, обхватывая бёдра Энид, а затем она опустилась на колени. Тёмные волосы Уэнсдей коснулись внутренней стороны бёдер блондинки, заставляя её вздрогнуть. Энид посмотрела вниз, наблюдая, как Уэнсдей смотрит на неё снизу вверх, её тёмные глаза полны голода. — Ты такая красивая, когда умоляешь, — прошептала Уэнсдей, её дыхание было горячим на коже Энид. — Я хочу услышать, как ты кричишь. Её руки раздвинули ноги Энид шире, без прелюдий стянули белые трусы обнажая её влажную, розовую зону. Уэнсдей провела пальцем по губам, собирая липкую влагу, а затем медленно ввела его внутрь. Энид задрожала, её бёдра непроизвольно дёрнулись вперёд. — Ах! — она вскрикнула, когда палец Уэнсдей нашёл чувствительную точку внутри неё. — Да, именно там… Уэнсдей усмехнулась и вынула палец, заменяя его языком. Она провела им по всей длине губы, затем погрузилась глубже, её язык начал ритмично двигаться, лаская и раздражая клитор Энид. Блондинка закричала, её пальцы вцепились в волосы Уэнсдей, прижимая её лицо ближе. Уэнсдей не сопротивлялась, её язык работал без устали, то проникая внутрь, то обводя клитор кругами, то слегка прикусывая нежную плоть. — О боже… я… я почти… — Энид едва могла говорить, её дыхание сбилось, тело напряглось, готовое к оргазму. Но именно в этот момент Уэнсдей отстранилась. Она подняла голову, её губы блестели от слюны и возбуждения Энид. Её тёмные глаза сияли от удовольствия, наблюдая, как блондинка дрожит на грани. — Нет, — прошептала Уэнсдей, её голос был низким и полным власти. — Ты ещё не готова кончать. Энид застонала от разочарования, её тело горело от неудовлетворённого желания. Она посмотрела вниз, и ошарашенно уставилась на член Уэнсдей, который торчал между её ног, толстый и длинный. Не думая когда она успела его нацепить и откуда он — она сжалась от предвкушения. — Пожалуйста, Уэнс… — её голос дрожал. — Мне нужно ощущать тебя внутри… Уэнсдей медленно поднялась, её руки скользнули по бёдрам Энид, а затем обхватили её за талию, приподнимая блондинку. Она прижалась к блондинке, их тела соприкоснулись, кожа к коже. Уэнсдей почувствовала, как соски Энид затвердели ещё сильнее, когда они коснулись её груди. Она наклонилась и поймала губы Энид в жарком, влажном поцелуе, её язык вторгся в рот блондинки, исследовал его, пока их дыхание не смешалось. Затем Уэнсдей отстранилась, её руки скользнули вниз, обхватывая бёдра Энид. Она приподняла одну ногу блондинки, закинув её себе на плечо, открывая доступ к её влажной, дрожащей зоне. Уэнсдей взяла игрушку в руку, провела им по губам Энид, собирая влагу, а затем медленно начала входить. — Ах! — Энид вскрикнула, её ногти впились в плечи Уэнсдей, когда та начала проникать в неё. — Она… большая… Уэнсдей усмехнулась, её глаза не отрывались от лица Энид. Она продолжала медленно погружаться, наслаждаясь тем, как блондинка обхватывала её игрушечный член, сжималась вокруг него, пытаясь приспособиться к размеру. — Ты возьмёшь его всю, — прошептала Уэнсдей, её голос был полон уверенности. — Каждый сантиметр. Она толкнула бёдра вперёд, погружаясь глубже, пока её лобок не коснулся лобка Энид. Блондинка закричала, её тело выгнулось от смеси боли и удовольствия. Уэнсдей замерла, позволяя Энид привыкнуть к её размеру, затем начала медленно двигаться. Её движения были медленными, мучительными, каждый толчок заставлял Энид стонать и дрожать. Уэнсдей наблюдала за её лицом, наслаждаясь каждой эмоцией, которая отражалась на нём — боль, удовольствие, отчаяние. — Быстрее… — Энид умоляюще смотрела на неё, её голубые глаза были затуманены желанием. — Пожалуйста, Уэнс… мне нужно больше… Уэнсдей усмехнулась, её тёмные глаза блеснули. — Как ты просишь, — сказала она и начала двигаться быстрее. Её бёдра начали бить в ритме, каждый толчок был глубже предыдущего, член ударял в самую глубину Энид, заставляя её кричать от наслаждения. Кровать скрипела и дрожала под ними. Уэнсдей обхватила Энид за бёдра, её пальцы впились в мягкую плоть, оставляя красные следы. — Ты так хорошо берёшь его, — прохрипела Уэнсдей, её дыхание сбилось. — Такая тесная… такая горячая… Энид могла только кричать в ответ, её тело дрожало от каждого удара, её промежность сжималась вокруг члена Уэнсдей, пытаясь удержать её внутри. Она чувствовала, как оргазм приближается, как волна наслаждения накатывает на неё, готовая смыть всё на своём пути. Но именно в этот момент Уэнсдей снова остановилась. Она замерла глубоко внутри Энид, их тела слились в единое целое, их дыхание было тяжёлым и прерывистым. Уэнсдей смотрела на Энид, её тёмные глаза были полны обещаний и невысказанных желаний. — Не сейчас, — прошептала она, её голос был низким и опасным. Энид застонала от разочарования, её тело горело от неудовлетворённого желания. Она попыталась пошевелиться, но Уэнсдей крепко держала её, не позволяя двигаться. — Пожалуйста… — её голос был едва слышен. — Не останавливайся… Уэнсдей улыбнулась, её пальцы ласково провели по щеке Энид. — Всё ещё впереди, — сказала она и медленно вынула член, оставляя Энид дрожащей и желающей больше. Уэнсдей нависала над Энид, ее глаза пылали холодным огнем, смешанным с чем-то темным, невысказанным. Энид лежала, ее дыхание уже учащалось, а тело напряглось в ожидании. Она чувствовала, как сердце бьется в груди, будто пытаясь вырваться наружу. — Ты всегда такая… шумная,— прошептала Уэнсдей, ее голос был низким. Она медленно наклонилась, ее пальцы легли на шею Энид, сначала легко, едва касаясь кожи.  Энид закрыла глаза, ощущая, как холодные пальцы Уэнсдей постепенно сжимаются. Воздух стал гуще, и она почувствовала, как ее сознание слегка затуманивается. Внутри нее разгоралось что-то — теплое, пульсирующее, электрическое. Ее тело ответило напряжением, а губы слегка приоткрылись, выпуская тихий стон. — Тебе нравится это? — Уэнсдей наклонилась ближе, ее дыхание смешалось с дыханием Энид. Голос ее был ровным, но в нем чувствовалась едва уловимая дрожь, словно она сама была на грани.  Энид кивнула, не в силах произнести ни слова. Ее руки схватились за простыни, сжимая их в кулаках, а ноги слегка подрагивали. Она чувствовала, как кислород становится все более редким, но это только усиливало ее, заставляя тело гореть еще сильнее.  Уэнсдей сжала пальцы чуть сильнее, ее глаза не отрывались от лица Энид, словно она изучала каждую эмоцию, каждую вспышку на ее лице.  — Ты такая… податливая,— прошептала она, и в ее голосе звучало что-то похожее на восхищение.  Энид чувствовала, как волны удовольствия накатывают на нее, смешиваясь с легким головокружением. Она хотела больше, хотела, чтобы Уэнсдей не останавливалась. Уэнсдей медленно ослабила хватку, позволив воздуху снова наполнить легкие Энид, но не отстранилась. Ее пальцы скользнули вниз, задевая ключицы, словно играя на струнах, которые только она могла почувствовать. Каждое прикосновение было точным, словно она читала Энид, как книгу, зная, где остановиться, а где усилить давление. Ее губы едва коснулись уха Энид, и в ее голосе прозвучал шепот, который был скорее ощущением, чем звуком:  —Ты принадлежишь мне. Энид вздрогнула, ее тело словно отвечало на каждый намек, каждое движение Уэнсдей. Она ощутила, как тот холодный, гипнотический голос проникает в нее, заполняя каждую клетку. Ее руки, все еще сжимающие простыни, начали дрожать, а пальцы ног непроизвольно сжались.  —Скажи это,— потребовала Уэнсдей, ее губы теперь касались шеи Энид, оставляя легкие, почти незаметные поцелуи.  —Скажи, чья ты. Энид открыла рот, но слова застряли в горле. Ее голос был слабым, прерывистым, но он звучал, подчиняясь приказу:  — Твоя. Уэнсдей улыбнулась, ее черные глаза сверкнули в полумраке.  — Моя,— подтвердила она, и ее рука опустилась еще ниже, скользя по животу Энид, оставляя за собой след мурашек.  — Ты никогда не будешь принадлежать никому другому,— прошептала она, и в ее голосе прозвучала угроза, смешанная с обещанием. Ее пальцы скользнули к сокровенному месту Энид, та замерла, чувствуя, как мир вокруг растворяется, оставляя только их двоих в этой комнате, где время потеряло смысл.  — Покажи мне, как сильно ты этого хочешь,— приказала Уэнсдей, и ее голос был как лезвие, разрезающее тишину. Она сжала ладонь Уэнсдей, её пальцы дрожали, будто пытались передать всю ту бурю, что бушевала внутри нее.  — Уэнсдей, пожалуйста,— ее голос был хриплым, умоляющим.  Уэнсдей не торопилась. Она знала цену каждому её слову, каждому жесту. Её черные, как ночь, глаза медленно скользили по фигуре Энид, словно взвешивая каждую деталь.  — Ты такая нетерпеливая,— она произнесла холодно, её голос был как лезвие, которое медленно вонзается в плоть.  Энид вздрогнула, её тело было натянуто, как струна, готовая лопнуть от напряжения. Она чувствовала, как её кровь кипит, а мысли путаются в голове.  — Я не могу ждать,— она прошептала, её губы слегка дрожали.  Уэнсдей позволила себе улыбнуться, ее улыбка была ледяной, но в ней было что-то, что заставляло Энид еще больше дрожать.  — Ты знаешь, что я люблю растягивать удовольствие? — она медленно провела пальцем по щеке Энид, её прикосновение было как холодный ветер, который обжигает кожу.  Энид закрыла глаза, её тело было готово к тому, что она так отчаянно хотела, но Уэнсдей не торопилась. Она знала, что каждый момент ожидания делает Энид еще более разгоряченной, еще более готовой.  — Уэнсдей, я умоляю тебя,— её голос был полон отчаяния и желания.  Уэнсдей медленно обняла Энид, её руки были как цепи, которые держат, но не отпускают.  — Ты знаешь, что я сделаю это, но когда я захочу,— она шепнула ей на ухо, её голос был как ледяной шелест ночи.  Энид вздохнула, её тело дрожало от возбуждения, а ум был готов на все, лишь бы Уэнсдей не продолжала тянуть. НО Уэнсдей отстранилась, ее взгляд был полон нечитаемых теней. Она поднялась с кровати, ее движения были плавными и точными, словно выверенными годами практики. Тишина в комнате стала почти осязаемой, нарушаемая лишь учащенным дыханием Энид. Уэнсдей подошла к окну, ее силуэт выделялся на фоне бледного лунного света. Энид наблюдала за ней, не в силах пошевелиться. Она чувствовала себя обнаженной не только физически, но и душевно, словно Уэнсдей вывернула ее наизнанку, изучила каждый уголок ее сущности. Внутри поднималась волна раздражения, смешанная с отчаянием. Она хотела быть уверенной в себе, сильной, но сейчас чувствовала лишь зависимость от этой темной, загадочной девушки. Уэнсдей обернулась, ее глаза пронзили полумрак. Она медленно приблизилась к Энид, ее пальцы коснулись ее подбородка, заставляя поднять голову. В ее взгляде не было ни намека на нежность, лишь холодное любопытство. — Ты интересна,— прошептала Уэнсдей, ее голос звучал как приговор. — Твоя страсть, твоя уязвимость… Они привлекательны. Но не думай, что я дам тебе то, что ты хочешь, просто так. Твоя задача — заслужить это. Она отпустила ее подбородок и направилась к двери. Перед тем, как выйти, она обернулась и бросила последний взгляд. — Энид. Ты — моя. Энид ничего не оставалось кроме как отчаянно попросить продолжения. Но. Она осталась одна, с этим возбуждением, с этим трудным дыханием.