Квазар

Календарь империи вещь и простая, и крайне сложная одновременно. Всё потому, что у каждой планеты свой период обращения вокруг звезды, а у спутников — вокруг их планет. Стараниями Первого Императора звёздные сутки всех обитаемых ареалов были приближены к эталону Метрополии. Тем не менее, точного совпадения нет нигде. Но если на планетах расхождение составляет несколько минут, то на спутниках разница может доходить до нескольких часов. А в империи четыре планеты и два десятка спутников. Чтобы привести всё это к единой системе, был принят к повсеместному использованию календарь Метрополии. В любом уголке звёздной системы даты и время пишутся по столице. Тем не менее, большая часть населения всё же живёт по местному календарю. Они в одно и то же время встают, учатся, работают и просто привыкли к тому, что дата может измениться в самый разгар дня. Их рабочие часы длятся ровно столько же, сколько на Метрополии, но из-за более коротких суток остаётся меньше времени на отдых и сон. И вот эти недобранные часы в конце года трансформируются в дополнительные дни или недели каникул и отпусков. Поэтому у всех жителей империи часы всегда показывают два значения: время столичное и время местное. Проснувшись утром, Ашуна потянулась к браслету комма, но в последний момент замерла, не спеша разворачивать экран. До вчерашнего дня она ещё носила фамилию Игертан. Но после того, как её появление на приёме в качестве жены Диана засвидетельствовали титулы, в том числе и герцог Салиандар, её фамилия должна была измениться на Шатарнаи. Как только они официально были признаны супругами, изменился семейный баланс, достигнув необходимого для получения титула значения «четыре с половиной». На основании этого уже на следующий день императорская канцелярия, используя ранее выданный Дориану титульный лист, должна была сформировать новый майорат и присвоить им титулы графа и графини. В обычной жизни такая процедура занимает не меньше недели. Если следовать бюрократической волоките, то, вернувшийся с приёма герцог Салиандар должен был предоставить канцелярии уведомление о свидетельствовании брака. Ещё сутки ушли бы у канцелярии на присвоение Ашуне новой фамилии. Потом ещё день на проверку общего баланса и три-четыре на формирование налогового агента. Только ние Шаланэ сказал, что все эти документы уже готовы и оставалось только в правильной последовательности поставить даты и время. Вот поэтому Ашуна и медлила. На Исто девять утра, на Метрополии — час ночи. Дата сменилась, но станет ли канцелярия этим заниматься ночью или отложит до утра? А ещё ей было интересно, какие родовые цвета получит новое графство. Она спрашивала у Диана ещё до помолвки, но тогда он ей ответил, что будет сюрприз. Больше эту тему Ашуна не затрагивала. Ведь титульный лист выдан на Дориана, значит, и выбирать ему. Родовые цвета вещь интересная. Когда-то давно, ещё до прихода Первого Императора, когда Метрополия называлась Миром, а на Мире существовали десятки различных государств, в символике тех имелся флаг и герб. В дальнейшем, флаг трансформировался в родовые цвета фамилии, а герб — в криптограмму майората. Так, императорской семье принадлежит дуэт черный-белый. Это цвета флага империи, цвета парадной одежды аров. Чёрно-белые вывески государственных учреждений, официальные бланки, в том числе и криптограммы майоратов. Ведь титул — это собственность императора. Только во власти аров его выдать, забрать или ликвидировать. Никто в империи больше не имеет право публично использовать это сочетание. Тут надо пояснить — точное сочетание, не разбавленное присутствием какого-либо другого цвета. За подобное ларов могут обвинить в присвоении прав, а ланов — оштрафовать за оскорбление государственной символики. Это правило относится ко всему, в том числе и к одежде. Сочетание чёрный-белый ассоциировалось с официозом. Поэтому такое часто носили служащие министерств, ведомств, градоуправлений, при этом обязательно повязывая шейный платок в цветах своего майората. Либо добавляя иные контрастные аксессуары: поясной ремень, вставку на воротник, пуговицы, кант… Всё что угодно, лишь бы разбавить точный дуэт. Сочетание красный-белый принадлежало Далиентарам. Синий-белый — Салиандарам, желтый-белый — Альмадиарам. Основные герцогские цвета знали в империи все. Их не спутали бы даже фермеры на самом отдалённом спутнике Виши. Для родовых цветов высших герцогств существовало то же правило, что и для императорского дуэта. Только распространялось оно исключительно на ларов. Для ланов запрета на точное совпадение не было. Потому что ланы не подданые герцогств. Они подданные императора. В Кодексе чётко было прописано, что родовые цвета разных майоратов не могут совпадать. Поэтому, когда закончились основные сочетания, в ход пошли дополнительные цвета и оттенки. По ним можно определить древность фамилии. Чем меньше число и чище цвета, тем более высоким является происхождение. У герцогов это дуэт, у графов — трио. У баронов отсутствуют чистые цвета, вместо них лишь оттенки. Хотя Ашуна знала и графов, у которых в родовых цветах чистый дуэт. Это говорило о том, что когда-то фамилия была герцогской. Но со временем они уронили баланс и выродились на более низкую ступень. Ну и да, графы Метрополии тоже в дуэте. Родовые цвета — это символ майората. Постоянно они использовались только на бланках писем, уведомлений или предписаний. Ими могли помечаться объекты, принадлежащие майорату. Не часто, но регулярно одежду в родовых цветах надевали на официальные мероприятия, такие как помолвка, погребение, официальный визит в герцогскую резиденцию или императорский дворец. А вот в повседневной жизни лары предпочитали свободное разнообразие. И всё же Ашуне хотелось, чтобы цвета графства Шатарнаи были достойными. Лишь бы не в стиле «желтый-фиолетовый-зелёный», когда всю голову сломаешь, как их совместить в одежде, чтобы не выглядеть «взбесившимся нидайцем». — Чего ждёшь? — спросил Диан, оторвав голову от подушки. — Оттягиваю неизбежное, — призналась Ашуна. — Вдруг канцелярия ещё не успела обновить профайл. — Не откроешь — не узнаешь. Глубоко вздохнув, Ашуна развернула экран комма. Одного взгляда на криптограмму профайла ей оказалось достаточно, чтобы понять, что обновления сделаны. Она хоть и была чёрно-белой, но всё же мелкий точечный рисунок был не тем, который она видела от рождения. Коснувшись значка, Ашуна в первую очередь взглянула на палитру в верхнем правом углу, и облегчённо выдохнула. Затем присмотрелась внимательнее, задумалась и кивнула сама себе. Тёмно-серый цвет был взят от баронства Шатарнаи, терракотовый достался от Игертанов. А вот третьим цветом был белый. Не сливочный, не цвет «голубого льда», а кипенный императорский белый. Этот, видимо, от Раэйлина. — С добрым утром, графиня, — улыбнулся ей Диан. — С добрым утром, граф, — в тон ему ответила Ашуна. На отдых и праздность времени у них не было. За завтраком ние Шаланэ поинтересовался правовым статусом майората и, услышав о его определённости, выдал список первоочередных задач. За следующий месяц они побывали во всех крупных и средних населённых пунктах, попинали несколько градоуправлений, произвели замеры на соответствие экологическим нормам и, где всё было не столь печально, на месте произвели плановую зачистку. На проблемные участки, такие как текстильный комбинат, ние Шаланэ отправил своих минусов с «Аджинара». — Дориан, что вы думаете делать с этой заплаткой? — спросил ние Шаланэ, рассматривая на экране посевные площади, каким-то образом затесавшиеся среди промышленных предприятий. — Каллираны их держали как стратегический резерв, — вздохнул Диан. — Они у баронов на дотации плюса сидели. Без регулярных вливаний там урожайности не будет. Почва неподходящая и воды мало. Только я не вижу в этом смысла. Что собираюсь делать? Сниму с дотаций. Хотят — пусть покупают плюс. Не вытянут — пусть продают право пользования на участок. Уж лучше, действительно, там поставить какой-нибудь завод. При облёте бывших территорий Таллимаров, внимание Ашуны привлекли необычные разноцветные поля. — А это что, Диан? Цветы? — Не совсем. Это поля лекарственных трав. В округе нет ни одного производственного предприятия, к тому же Таллимары жестко следили за экологией и поддерживали нужные условия. Поэтому травы здесь очень хорошего качества. — С этого места подробнее! — оживился ние Шаланэ. — Поля принадлежат компании «Ханзор», крупнейшему поставщику растительного сырья на герцогский «Салифарм». — Понятно, — разочарованно вздохнул ние Шаланэ. — Фармакологический завод не строим. В порту они задержались на целую неделю. Осмотрели инфраструктуру, определили проблемные зоны, выбрали место для основной резиденции и подняли плюсом стены. Пока лишь на черновую обозначили планировку главного дома и служебных строений. Уже после всё это будет дорабатываться минусом, снова плюсом, коммунальщиками, отделочниками, дизайнерами… Сейчас ние Шаланэ сделал для них самое главное — цельный несущий плюсовой каркас, по прочности превосходящий все возможности обычных строительных материалов, а по масштабности — плюсовые возможности Дориана. Поэтому, когда в один из дней ние Шаланэ объявил, что через несколько часов покидает Исто, Дориан и Ашуна встали и склонились в глубоком поклоне. Да, им тянуть и тянуть графство дальше, но делать они это будут уже в колее, которую для них проложил Шаланэ Далиентар. *** Следующий месяц стал для Ашуны временем родственных визитов. Посмотреть на новый майорат, точнее, присмотреть себе что-нибудь здесь, желающих было много. Дориан ведь обещал раздать родне жены предприятия малого фонда. Слова мужа Ашуна не оспаривала, но сразу же выставила условие: кто собирается прилететь, пусть сразу настраивается на помощь молодой семье. После такого любопытствующих стало меньше, но не сильно. Родители, сёстры с мужьями, дядьки с тётками… И всё это на ограниченной площади бывшей баронской резиденции с минимальным количеством сотрудников. Но положительный эффект был. Графство Шатарнаи избавилось от большей части проблемного наследства и получило себе ещё одну плюсовую четвёрку. Одна из прабабок дальней родни оценила удобство резиденции Таллимаров и заявила, что готова переехать туда на постоянное жительство. Хоть старушке уже перевалило за сотню, но от лишнего плюса графы Шатарнаи отказываться не стали. Визиты родни закончились неожиданно и одномоментно. Когда по империи прогремела новость о низложении и ликвидации основной ветви герцогов Альмадиаров, доки стояночных терминалов Исто опустели за несколько часов. Но не успела Ашуна переварить эту новость, как на комм Дориана пришел вызов. — Рей! — взволнованно заговорил Диан. — Ты сейчас на практике? — На самой суровой. И, прежде чем ты станешь меня ругать, Дор, скажу сразу: с Лари всё в порядке. Жива, здорова, сидит в военной администрации Магды! — Где?! — переспросил Дориан, а сама Ашуна от неожиданности клацнула зубами. — На Магде, — чуть смущённо повторил Калли. — Мы отбили её у федералов и заперли тех на Ивере. — Рей… Я помню, что обещал не удивляться тебе больше, но у меня не получается… Ты можешь мне что-нибудь рассказать? — Спрашивай. — Что с Альмадиарами? — На их совести гибель девяти звёзд. Так что они получили то, что заслужили. — Девяти? На «Звёздной пыли» ведь погибло восемь. — Этой истории не восемь лет, а почти восемьдесят. Была ещё одна звёздочка. Годовалая дочь Наринэ. Знаешь, за что его прозвали Карающим Мечом? — Калли выдержал паузу и продолжил. — За то, что он лично отдал приказ уничтожить шаттл, на котором его женщина попыталась сбежать в Федерацию с их общей дочерью. А сподвигли её на это как раз Альмадиары… — А как на Магде? Я даже не слышал, что вы там. — Здесь ещё нет ретрансляторов. Вторая Линия пару дней назад вышла к нам, поэтому гражданка есть только у Наринэ. А если о знакомых?.. Эскадру Наэрина сильно потрепало. Он потерял плюсового линкора и несколько эсминцев. Герцог Салиандар — хладнокровный профи своего дела. Даже не дрогнул, оставляя на смерть сына и двух внуков. Даже не выдохнул с облегчением, когда я их вытащил. Правда, потом подошел, но ограничился благодарностью по Кодексу. Так что теперь он тоже знает. Я ведь прямо из рубки работал, а потом на полу валялся. Так плохо было, думал сдохну. Шала словил стресс и теперь давит на совесть, чтобы я его взял вниз посмотреть на планету… — Рей, сам-то ты как? — Не знаю… Со мной что-то происходит, как будто переплавляется всё внутри. Не буквально, а… Как у астарен, когда они вылетают. Острые крылья уже разрывают тело личинки, голова почти отвалилась от туловища и болтается на последних связках, но она по привычке всё ещё продолжает жевать. Хотя пищевода уже нет, и внутренностей нет, а оттуда уже выбирается взрослая особь… Мне иногда страшно, Дор. Страшно увидеть это со стороны. — Смотреть на лётки астарен немного жутко, зато вспомни, Рей, какие они потом красивые становятся! Дориан поднёс к экрану комма другую руку и материализовал плюсовку из тонкого стекла с вкраплением перламутра. Астарена вышла раза в три больше, чем в природе. Она сидела, обхватив палец Дориана полупрозрачными лапками и подняв вверх острые переливающиеся крылья. — Помнишь, мы с тобой их даже специально разводили, чтобы посмотреть на лётки. — Помню. А ещё помню, как нашу колонию нашла баронесса. До того дня я искренне считал, что взрослые лары разговаривают исключительно по этикету. Даже не подозревал, что баронесса такие слова знает. Это был первый раз, когда она подняла на нас руку. Трепала за шкирку, как двух котят. — Ну да, мы же колонию астарен устроили на крыше заводского цеха. В десяти метрах от воздухозаборника. Вот лёток туда и позатягивало. Они фильтры все порезали, в компрессор попали, из-за чего в самый разгар сезона встала перерабатывающая линия. Знаешь, Рей, сейчас я понимаю, что в такой ситуации тоже орать буду! Там же не только наш урожай пришлось пустить на удобрения, там ещё и внешние контракты накрылись. Убытков на миллионы. И всё из-за двух малолетних экспериментаторов! — рассмеялся Дориан. — Нас с тобой потом этой тамиссой целый месяц кормили. Баронесса сказала, что пока всю не сожрёте, ничего другого не получите, — фыркнул Рей. — Рей, я на неё до сих пор смотреть не могу! — Дор… Я скучаю по баронству… — Я всегда рядом, Рей. — Шала говорил, что поднял вам каркас резиденции, — сменил тему Калли. — Вы уже закончили её? — Ещё нет, у нас тут наплыв родни был. — А чего ждёшь, Дориан? Мы скоро пойдём назад. А там бал Равноденствия, после которого все явимся к тебе. Ты Нару куда, в гостиницу селить будешь? — Понял, займусь резиденцией, как первоочередной задачей. Поговорив ещё немного, Калли отключился. Дориан взглянул на тихо сидящую жену и сказал: — Если хочешь узнать о ком-то из своих, то скажи. Я напишу Рею. — А что это даст? — вздохнула Ашуна. — О походе на Магду ещё никто не знает. Ну спрошу я о дяде, кузене, получу ответ. Любой, плохой, хороший. Что мне дальше с этим знанием делать? Родителям я рассказать не смогу, сёстрам тоже. Что бы изменилось от того, если бы мы узнали эту новость вместе со всеми? — Рей, — ответил Дориан и пояснил: — Если бы я узнал эту новость вместе со всеми, то понял бы, что изменился Рей!