Затишье перед бурей

Мы собрались в давно заброшенной, полуразрушенной гостиной. Кто-то устроился на рваном диване и потрескавшемся кресле, другие предпочли стоять, не сводя внимательных взглядов с меня и Нэнси. Мы с ней стояли в самом центре комнаты, словно на выцветшей сцене, под тяжёлыми взглядами нашей небольшой команды. — Итак, — начал я, чувствуя, как тишина сгущается вокруг. — Чтобы выбраться отсюда, нам снова нужно отыскать демогоргона. Использовать рацию в этом месте будет сложнее: она будет ловить всё подряд, и мы не сможем сфокусироваться на одном сигнале. — Но в этом нам может помочь Уилл, — подхватила Нэнси, тепло улыбнувшись Байерсу. — Благодаря твоей силе ты сможешь выследить ближайшего демо и проследить за ним, а мы пойдём за тобой. Все слушали молча. Идей у нас было немного, поэтому этот план стал единственным возможным. Рискованным — тем более что Уилл ещё толком не умел пользоваться тем, что в нём пробудилось. — Подождите, — вдруг откликнулась Эл. — У Уилла проснулась сила? Как у меня или у Кали? — Можно и так сказать, — ответил я. — Это случилось прошлой ночью. Он спас нас от демогоргонов. — Ого… это круто, Уилл! — искренне улыбнулась она, переводя на него взгляд. — Я рада, что ты был там и помог всем. Уилл вымученно улыбнулся, приободрённый её поддержкой. — Я и сам не понял, что произошло… Просто действовал, следуя инстинктам. И вот мы тут. Эл кивнула, словно слишком хорошо узнавая в его словах собственный путь: она тоже когда-то на ощупь училась обращаться со своей силой, понимая, что это приходит только через опыт и время. — Ну что, как вам наш план? — спросил я, обвёл взглядом команду. Хоппер стоял у выхода, иногда выглядывая на улицу и вслушиваясь в ночную тишину. Он был напряжён, но несмотря на риск, признал наше решение — других вариантов попросту не существовало. Эл и Кали уверили, что смогут помочь Уиллу: направить, поддержать силой, подстраховать. Стив лишь пожал плечами, не до конца понимая природу силы Уилла, но тоже согласился. — Сделаем это! — сказал я, чувствуя, как в груди вспыхивает решимость. Команда оживилась, начали собираться. Хоппер и Оди сложили оставшееся оружие и пару необходимых вещей в рюкзаки. Остальные немного перевели дух. Кали выглядела заметно истощённой — неудивительно, учитывая, что минимум пару недель была заперта на военной базе. По её словам, правительство пыталось использовать её телепатическую силу против Эл: остановить, подавить, а затем… возможно, устранить их обеих навсегда. Почему? Неужели они ничего не знали о Векне, его демогоргонах и всём этом кошмаре? Причём здесь была Эл? Никто не мог дать ответ. Я краем глаза заметил, как в дальнем углу Стив и Нэнси снова о чем-то тихо разговаривают. За последнее время они стали странно близки. Отчего бы это? — О чём задумался? — спросил Уилл, присев рядом и отвлекая меня от мыслей. — Переживаешь, сможем ли мы вернуться домой? — Да нет, — отмахнулся я. — Я уверен, что ты справишься. Просто… странное предчувствие, понимаешь? Уилл опустил взгляд. — У меня тоже. Как будто что-то в нашем плане изменится… но я не понимаю, что именно. Я насторожился. К интуиции Уилла стоило прислушиваться. Но что мы могли сделать, если не знали, чего ждать? Новая атака демогоргонов? Если да — у нас есть сразу трое обладателей сверхспособностей. С демо мы справимся. Но с Векной?.. Не уверен. Пока точно нет. Я легонько коснулся его ладони, сжал её, пытаясь передать поддержку. — Всё будет хорошо, Уилл. Ты справишься. Он улыбнулся чуть спокойнее. Я смутился, отпустил его руку и встал, потянулся, собираясь с мыслями. — Пора действовать, — хрипловато произнёс Хоппер, входя в комнату. — По периметру тихо. Мы переглянулись. Всё. Время выдвигаться домой. Я ободряюще хлопнул Уилла по плечу, и в тот же миг он будто выпрямился, наполнился решимостью и стал заметно увереннее. Мы вышли из дома, и все собрались на лужайке, пропитанной серым туманом Изнанки. Огромная высокая стена неподалеку вызывала тревогу и чувство опасности. Воздух здесь казался густым, липким — словно сам мир затаил дыхание и наблюдал за нами. Кали, Эл и Уилл встали небольшим кругом, почти касаясь друг друга. Их объединяла тихая, едва ощутимая ментальная нить — поддержка, которую невозможно увидеть, но невозможно и не почувствовать. Уилл опустил голову, закрыл глаза и сосредоточился, словно пытаясь услышать то, что скрыто глубоко за пределами обычного сознания. Мы наблюдали со стороны. Хоппер стоял чуть впереди, напряжённо всматриваясь в серые тени вокруг, держа автомат так, будто в следующий миг в кого-то может вцепиться что-то из темноты. Стив занимал вторую позицию, держа биту перед собой, словно щит. Его взгляд метался по округе, готовый отразить любую угрозу. Я и Нэнси стояли рядом, неотрывно следя за Уиллом — ожидая малейшего знака, хоть одного движения воздуха, хоть одного вибрационного толчка, который выдаст пробуждение его силы. Тишина становилась почти гулкой. Казалось, даже туман затаился, прислушиваясь к тому, что вот-вот произойдёт. Спустя несколько мгновений я заметил, как руки Уилла резко дернулись. Он открыл глаза — радужки исчезли, осталась только бледная белизна. Он медленно поднял голову, подрагивая всем телом, будто слепо следовал по пятам за монстром. Вокруг него начал сгущаться невидимый купол мощной энергии, пульсирующий и плотный, словно дыхание самой Изнанки подпитывало его изнутри. По моей спине пробежали мурашки — зрелище было пугающим и завораживающим одновременно. Вдруг Уилл будто очнулся. Глаза ещё оставались белыми, но он уже не следил за демогоргоном. Он резко поднял руку, пальцы судорожно сжались, а затем распрямились. Я проследил за его взглядом — он был направлен на гигантскую стену, ту самую, что не смогла открыть даже Эл. Но сейчас в одном месте появилось слабое мерцание, будто ткань мира начинала трескаться. Уиллу помогала сила сразу троих — его, Кали и Эл. Он напрягся до предела, будто пытаясь разорвать саму реальность. И стена поддалась. Я медленно двинулся к месту, где появилось тихое потрескивание, где что-то едва слышно разъезжалось в стороны. Нэнси метнула в меня строгий взгляд, предостерегающе, но не стала останавливать. Когда я миновал половину пути, за спиной внезапно раздались выкрики и топот ног. Я резко обернулся — Уилл сорвался с места и бежал со всех ног прямо в образовавшийся проход. За ним тянулись руки остальных, пытаясь остановить, но бесполезно. Я не думал ни секунды. Рванул за ним. Байерс нырнул в проход, который тут же начал захлопываться. Не было времени. Я прыгнул следом — и «дверь» с громким хрустом сомкнулась за моей спиной. Меня поглотила тьма. Под ногами была вода — или нечто похожее на неё. Когда я поднялся, понял, что она не оставляет мокрых следов. Она была… ненастоящая. Мир вокруг представлял собой бесконечную пустоту, затянутую вязким туманом. Я сделал шаг, потом второй, позвал Уилла — но тишина глотала звук, как живое существо. Паника накрыла мгновенно. Неужели теперь я останусь здесь один? Я сорвался и побежал, не разбирая направления, будто скорость могла спасти меня от этой всепожирающей пустоты. Но силы быстро ушли. Я остановился, хватая воздух рваными вдохами. Тогда, вдалеке, я заметил фигуру. Тонкую, знакомую. Я бросился вперёд и почти упал рядом. Это был Уилл. Он стоял неподвижно, лицо застыло, взгляд был устремлён в никуда. Я почти не видел его глаз, но знал — они всё ещё беззрачковые. Я тихо окликнул его и осторожно коснулся плеча. Мгновение — и я словно провалился. Я открыл глаза — и лежал на мягкой траве. Густой лиственный лес окружал меня со всех сторон. Воздух был тёплым, влажным. Надо мной шелестела листва, сквозь которую прорезались солнечные лучи. Но… чего-то не хватало. Точно. Птиц. Здесь не было ни единого звука живого мира. Это не реальность. Мы по ту сторону стены. — Майк! — Уилл подбежал ко мне, помог подняться. — Ты не должен был бежать за мной. Я еле нашёл тебя в пустоте. Он поддерживал меня за плечи, изучая взглядом, словно проверяя, не ранен ли я. На его лице читалась настоящая тревога. Я не выдержал — и со всей силы ударил его кулаком по плечу. Он пошатнулся, но удержался. — Какого хера, Уилл?! — рявкнул я. — Почему ты просто убежал? Даже не сказал ничего! Там остались наши друзья, и они понятия не имеют, куда мы делись! Уилл опустил глаза. Его накрывала вина. — Прости… — выдохнул он тихо. И я уже не мог злиться. — Что произошло? — спросил я, оглядывая странный лес. — Где мы? Он тоже медленно окинул взглядом мягкие тени деревьев. — Когда я подключился к демо, — начал он, — я почувствовал… другое. Странную связь. Что-то тянуло меня сюда. Я понял, что должен попасть за стену, иначе она больше никогда не откроется. Поэтому я и побежал. Я тяжело выдохнул. — Мог бы хотя бы предупредить, — пробурчал я, больше устало, чем сердито. Уилл снова опустил голову. Но смысл держать обиду? Я знал, что он действует по интуиции, и она редко его подводила. — Ладно. — Я оглянулся по сторонам. — Пошли. Нужно понять, что это за место. Уилл сразу оживился. Его напряжение словно развеялось, сменившись внимательностью и готовностью к действию. Он молча последовал за мной, а я осторожно высматривал любой намёк на жизнь или угрозу в этом странном солнечном лесу. Шаг за шагом тишина вокруг становилась всё плотнее — как будто сама пустота провожала нас внимательным, холодным взглядом. По коже пробежал неприятный холодок; от этого меня слегка передернуло, но останавливаться я не собирался. Уилл шёл рядом, изучая каждую тень так же пристально, как и я. Он не знал, что именно привело его сюда, но был уверен: мы пришли не зря, что-то важное ждёт нас в глубине этого леса. Признаюсь — здесь было красиво до зыбкости: небо чисто-голубое, кроны деревьев выглядели почти как в реальном мире, а ветерок тихо шептал между ветвями. Только жизнь почему-то молчала — ни пения птиц, ни жужжания насекомых. И это молчание делало всё ещё более неестественным. Учитывая, кем был Генри и что он творил, неудивительно: любовь к живому здесь, похоже, выгорела. Вместо привычного горизонта наш «рай» обрамляли высокие скалистые горы — как будто нас заточили в чаше. Никаких выходов, никаких троп — тюрьма ли это, или убежище? Может быть, именно здесь всё это время прятался Векна, и поэтому мы никак не могли его выследить. Я резко остановился — Уилл чуть не врезался мне в спину. Перед нами возвышалась каменная стена, гладкая и непроницаемая, как обрыв настоящего мира. Ни трещинки, ни уступа — никакого очевидного пути наверх. Я пожал плечами, почесал затылок, мысленно перебирая варианты. — Нам нужно наверх, — сказал Уилл, глядя на стену с необычной уверенностью. — Я не знаю, что там, но чувствую — там что-то важное. Я выдохнул и усмехнулся сквозь нервозность. — И как мы туда залезем? — спросил я. — У тебя случайно не завалялась еще сила скалолазания? Уилл тихо рассмеялся, оглядываясь вокруг. — Нет, такого у меня нет, — пожал он плечами. — Но есть идея. Я поднял бровь, удивлённо глядя на него. В его лице светилась не просто мысль — а уверенность, та самая, что обычно предшествует безумной, но работающей затее. Что он задумал — оставалось только догадываться, но в груди зашевелилось предвкушение: похоже, нам предстоит импровизировать. Уилл замялся, будто собираясь с духом, словно внутри него что-то тяжёлое и важное приходило в движение. Потом, не сказав ни слова, он шагнул вперёд и прошёл мимо меня к стене. Поднял руку и приложил ладонь к её холодной, гладкой, почти идеальной поверхности. Он сосредоточился — и воздух вокруг него дрогнул, стал плотнее, словно невидимая волна прошла по всему пространству. Казалось, сама реальность вокруг на секунду задержала дыхание. — Я хорошо чувствую здесь свою силу, — тихо произнёс он, не открывая глаз. — Здесь всё будто состоит из неё. Я могу приказать стене измениться… стать чем-то другим. И она послушает. Я ощущаю это. Я нахмурился. Состоит из его силы? Значит, сила здесь — не просто ощущение, не просто способность. Она материальна, ощутима, почти живая. Плечи Уилла напряглись, будто он сражался с невидимым противником. Его лицо стало сосредоточенным, серьёзным, взгляд — внутренним, устремлённым куда-то вглубь конструкции мира. Он словно пытался согнуть своим волевым усилием саму ткань этой реальности. И стена ответила. Прямо под его ладонью камень треснул. Тонкая линия раскололась надвое, поползла вверх, дальше, шире. По поверхности побежали новые трещины — живые, ветвистые, будто корни огромного каменного дерева. Они расползались по стене, подчиняясь ритму его дыхания. Вскоре огромный участок стены буквально лопнул. Каменные крошки и пыль сорвались с поверхности — и замерли. Повисли в воздухе, как рой крошечных спутников, забывших, что такое гравитация. Уилл развернул ладонь, слегка согнул пальцы — и частицы послушно закружились, двинулись туда, куда диктовала его мысль. Они собирались в форму, подчинялись, складывались. Камень к камню. Фрагмент к фрагменту. Словно невидимый архитектор вычерчивал линии, а сама материя поспешно следовала его чертежам. Крупицы объединялись, становились чем-то целым. Формой. Структурой. Путём. Когда движение остановилось, перед нами стояла высокая, чётко вылепленная лестница, уходящая к самой вершине всё ещё целой части стены. Она выглядела так, будто была частью этого места всегда — но я знал правду. Во мне что-то щёлкнуло. Я застыл, заворожённо глядя на то, что он только что сотворил. Это было немыслимо. Нереально. Будто Уилл и правда стал волшебником, сошедшим с наших игр ДнД. И я чувствовал восхищение, радость и тихий, тёплый трепет от того, что именно он способен на такое. — Прошу, — сказал Уилл, стирая тонкую струйку крови под носом и жестом приглашая меня подниматься первым. Я моргнул, вынырнув из потока собственных мыслей, и подошёл к первой ступени. Кончиками пальцев коснулся камня — и удивился, насколько он обычный, крепкий, будто созданный руками мастера, а не силой моего друга. Я осторожно поставил ногу на первую ступень… затем на вторую, третью. Лестница держала меня уверенно, ничего не дрожало, не шевелилось. Я обернулся к Уиллу, поднял большой палец. — Прекрасная работа! — воскликнул я и попытался разрядить напряжение: — Ты, случайно, не подрабатывал каменщиком в Калифорнии? Уилл засмеялся, лёгкой, живой улыбкой. — Если бы мама позволила мне работать, я бы точно выбрал что-то попроще. — Он фыркнул. — Например, в кафе, как Стив после школы. Я хмыкнул, представив его в полосатом костюме моряка с нелепой пилоткой на голове. Уилл ступил на первую ступень, и мы продолжили подъем, держась ближе к каменным стенам по бокам. Высота оказалась пугающей — стоило только бросить взгляд вниз, как голова слегка кружилась, а ноги наливались ватой. Но мы упорно шли дальше, один шаг за другим, сжимая зубы и глотая усталость. Когда мы наконец поднялись и переступили последнюю ступень, я буквально рухнул на землю, чувствуя, как грудь вздымается от быстрых вдохов. Мягкая трава коснулась шеи, оставив прохладный, влажный след от росы. Над головой раскинулось слегка облачное, нежно-синее небо. Солнце медленно опускалось к горизонту, прячась за горным хребтом. Уилл рухнул рядом, тяжело дыша. Наши плечи едва соприкоснулись. — Чёрт… надо было сделать лифт из камней. Я рассмеялся, повернув лицо к нему. — Зато безопасно. — Не сказал бы. Мои ноги были в серьёзной опасности всё это время. — Да? — протянул я с притворной заботой. — Хочешь, разомну? Уилл тихо хихикнул, отвёл взгляд, затем поднялся на ноги, потирая колени. Подъём и правда был не из лёгких. Но мы были здесь — и это главное. Я тоже поднялся и огляделся. На первый взгляд — ничего нового. Тот же лес, та же настороженная тишина. Но теперь перед нами открывался великолепный вид сверху, от которого в иной ситуации я бы пришёл в восторг. Если бы только это было настоящим… Но времени любоваться не было. Нужно идти дальше. Следовать предчувствию Уилла. Он изучал лес пристально, почти настороженно, как охотник, всматривающийся в туман. Ни одного звука — ни птицы, ни насекомого. Лишь редкий ветер перебирал листьями, и каждый шорох заставлял нас чуть вздрагивать. Мы направились вперёд, движимые смесью страха, решимости и того самого странного притяжения, которое привело нас сюда. Лес вокруг нас сгущался, словно замыкался кольцом. Стволы деревьев становились темнее, выше, плотнее, будто сами пододвигались ближе, подчиняясь чьей-то воле. Листья над головой шевелились — не как обычно, мягко и беспечно, а резко, нервно, словно предупреждали о чём-то. Солнце продолжало медленно клониться вниз. Его золотой свет растекался по вершинам деревьев, цепляясь за каждую ветвь, но с каждой минутой бледнел, уступая место полумраку. Скоро здесь воцарится настоящая тьма. Я невольно поёжился. Воздух стал тяжелее, прохладнее. Казалось, что свет сам пытается удержаться на поверхности, но лес его постепенно поглощает. Уилл шагал рядом, каждый раз внимательно оглядываясь через плечо. Его глаза бегали по тени между деревьями, как будто он пытался выхватить малейшее движение. Но вокруг всё оставалось неподвижным. Тревожно неподвижным. Мы шли медленно, почти крадучись, не торопясь и не делая лишних шагов. Я ловил каждую вибрацию под ногами, вслушивался в хруст ветки, в тихий вздох ветра. И чем дальше мы заходили, тем больше казалось, что нас внимательно изучают в ответ. Лес был слишком тихим. Слишком ровным. Как пустая декорация, за которой кто-то затаился. Вдруг Уилл резко схватил меня за руку и затащил за ближайшее дерево. Он спрятался, медленно выглядывая из‑за укрытия. Я попытался повторить его движение, но ничего не заметил — что‑то шевелилось за густыми кустами. — Там что‑то есть, — прошептал Уилл напряжённо. — Я видел движение. Я всмотрелся в тёмную глубину, даже прищурился. — Я ничего не вижу… Может, подойдём ближе? — А если это демогоргон? — нахмурился Уилл. — Или, что хуже, Векна? — И что? Будем сидеть здесь и ждать, пока он… уйдёт по делам? Он неуверенно пожал плечами. — Можешь остаться тут, а я пойду и проверю. Я сдержанно выдохнул и первым покинул наше укрытие. Пригнувшись, двинулся к тому месту, где Уилл заметил движение. Слышал позади его мягкие, осторожные шаги — он всё равно не собирался бросать меня одного. Тем более только у него была сила, способная остановить демогоргона, если дойдёт до худшего. Я медленно продвигался вперёд, следя за каждым своим шагом. Наконец я добрался до кустов, протянул руку и раздвинул тонкие, влажные ветви. Что‑то действительно шелохнулось, отозвалось на движение. Я всмотрелся внимательнее — и почти потерял дар речи. — …Холли? — прошептал я. Уилл удивлённо посмотрел на меня, но из‑за моей спины не мог ничего рассмотреть. А я был абсолютно уверен — это она. Я резко распрямился. Ветки громко хрустнули, и девочка в панике рванула глубже в лес, даже не посмотрев, кто её окликнул. Я сорвался в бег. — Холли, стой! Это я! Но она будто не слышала. Я ускорился, ноги болезненно ныли, подкашивались. Я едва не споткнулся о камень, но продолжал нестись за ней. Наконец догнал и ухватил за плечо. — Холли, стой же, чёрт! Она остановилась, распахнув свои испуганные глаза. Я согнулся, хватая воздух. — Майк?! Что ты здесь делаешь? Тебя тоже запер Генри? — её голос дрожал, но уже не от страха за себя — теперь она боялась за меня. — Что? — выдохнул я, всё ещё переваривая увиденное. На ней было розовое платье принцессы, будто она играла в нелепую сказку посреди этого кошмара. В руках корзинка, полная свежих сорванных грибов. — Он тебя здесь закрыл — Генри? — Да! Генри — это мистер Кто‑Это… — она сбилась, нахмурилась. — Я думала, он хочет меня спасти, а он… он просто похитил. Теперь я это понимаю. Она опустила голову, словно чувствуя свою вину. — Не переживай, Холли. Мы тебя вытащим, слышишь? — я осторожно убрал руку с её плеча и опёрся на колени, пытаясь отдышаться. — Мы? С тобой кто‑то ещё?.. — она растерянно оглянулась. — Привет, — подоспел Уилл, тоже запыхавшийся, махнув ей рукой. — Уилл! — вскрикнула Холли и бросилась к нему, обняв так крепко, словно боялась потерять. Мы с Уиллом переглянулись, облегчённо улыбаясь. Она нашлась. И была жива. — Это из‑за неё ты сюда рванул? — спросил я Уилла, кивнув на Холли. — Да. — Он вздохнул. — Но не только. Здесь есть кто-то ещё. Холли нехотя отпрянула, становясь между нами. — Тут много детей! Сначала была только я, но недавно Генри привёл ещё. Дерек рассказывал, что вы пытались их спасти, но что‑то пошло не так… Она расстроенно опустила взгляд. Я поторопился её успокоить: — Всё будет хорошо. Мы вытащим всех. Правда, Уилл? Но он меня уже не слушал — смотрел куда‑то вглубь леса, туда, где сгущалась абсолютная чернота, не пропуская даже отблесков заката. — Там кто‑то есть, — сказал он почти неслышно. Я пытался разглядеть хоть что‑то. И чем дольше всматривался, тем сильнее казалось — да, за нами наблюдают. Я осторожно взял Холли за руку. — Нам надо уходить, — выдохнул я. — Сейчас же. И вдруг из тьмы что‑то пошевелилось. Шаг. Ещё. Силуэт медленно выходил на свет. «Генри», — пронеслось у меня в голове. Он шагнул вперёд — и его взгляд, искажённый ненавистью, пронзил сначала меня, потом Уилла. — Вы никуда не пойдёте, — прохрипел он. Он двигался к нам медленно, хищно, будто смакуя предвкушение. Его рука начала трансформироваться — кожа потемнела, вздулась, превратилась в клубок чёрных щупалец. Холли вскрикнула, и это вывело нас из оцепенения. Я крепче сжал её ладонь, подтолкнул Уилла в нужную сторону. Мы рванули прочь. Сил почти не осталось, но страх гнал нас вперёд. Холли споткнулась, я подхватил её одной рукой и потащил дальше, пока мы не упёрлись в скалистую стену. — И что теперь? — выдохнул я. — Нужно валить, быстрее! — Тихо… дай сосредоточиться, — Уилл прижал ладонь к камню. Мы с Холли дрожащими взглядами следили то за ним, то за темнеющим лесом. Минуты тянулись вечностью. И вдруг — оглушительный треск. С дерева сорвалась массивная ветка и рухнула за нами. А затем — из‑за стволов выползли щупальца Векны, и он сам показался следом, уверенный, что мы в ловушке. — Быстрее, Уилл! — выкрикнул я, тряся его за плечо. — Он нас перемелет в фарш! Уилл не ответил — он был весь в концентрации. Стена под его ладонью дрогнула. Камень потрескался, начал раздвигаться, открывая узкий проход. Я подхватил Холли и подтолкнул её внутрь портала. Она исчезла в черноте между мирами. Когда я повернулся… щупальца Векны уже были рядом. Они хлестнули Уилла по спине. Он вскрикнул и начал падать — я поймал его, едва удерживая. Он тяжело дышал, бледнел на глазах. Никого больше вокруг не было — только тьма. Я рванул Уилла к проходу, и мы вместе шагнули в него. Портал захлопнулся за нами. Мы оказались в Изнанке, откуда и пришли. Серый туман вновь обволок нас, пропитанный сыростью и затхлостью. Холли сидела рядом со стеной, дрожа. Издалека к нам бежали остальные — Нэнси, Стив, Эл, Хоппер, Кали… Я ничего не слышал. Только глухие удары сердца. Уилл оседал в моих руках. Я опустил его на землю, приподняв голову, осмотрел рану — кровь текла слишком быстро. — Уилл! — крикнул я, отчаянно. — Не засыпай! Пожалуйста! Но он уже закрывал глаза. Слёзы обожгли мне лицо. Я прижал его к себе, пока к нам не подоспели друзья. Нэнси что‑то кричала, трясла меня, но я ничего не слышал — только чувствовал, как Уилл тает у меня на руках. Кто‑то подхватил его, меня подняли на ноги. Мы побежали. Я не видел куда. Не слышал слов. В моей голове было только одно: Только бы он выжил. Только бы Уилл выжил. Только бы услышал от меня те важные слова, что я еще не успел ему рассказать.