2 глава. Зеркальный зал
29 ноября 2025 г., 00:07
Тишина бункера после полуночи была иной — гулкой и безжизненной, словно подземелье наконец-то выдохнуло и замерло. Свет давно погас, сменившись густыми тенями, которые пожирали углы длинных коридоров. Сэм ворочался в своей койке, не в силах прогнать тревогу, что холодным червем извивалась под ребрами. Слишком уж неестественным был покой Дина. Слишком тихим.
И сквозь сон, сквозь толщу бетона и стали, до него донеслось.
Не крик. Не стон. Не привычные звуки кошмара, вырывающиеся из глотки брата.
Это был тихий, размеренный разговор. Голос Дина, но лишенный всего, что делало его его — усталой теплоты, едкой иронии, сдержанной ярости. Он был плоским, как лезвие.
Сэм замер, прислушиваясь. Потом, не в силах совладать с предчувствием, бесшумно поднялся с кровати и, накинув футболку, вышел в коридор. Пол был холодным под босыми ногами.
Дверь в комнату Дина была приоткрыта ровно настолько, чтобы пропустить узкую полоску желтоватого света из-под абажура и доносить звуки. Сэм подошел ближе, затая дыхание.
Дин стоял спиной к двери, прямо перед зеркалом в резной деревянной раме, что висело над его умывальником. Он был неподвижен, руки висели вдоль тела.
— ...будто кто-то вместо нас понаделал всем грехов, — произнес он своим голосом, но интонация была чужой, отстраненной, будто он цитировал строки из давно забытой пьесы.
И тогда случилось нечто, от чего кровь в жилах Сэма похолодела.
Его отражение в зеркале шевельнулось. Губы в отражении изогнулись в улыбку, которой не было на лице самого Дина. И оно ответило. Голос был низким, глубоким, налитым уверенностью и холодной силой, которую Сэм слышал лишь у древнейших и самых страшных существ.
— Нашёл себе оправданье, в сотый раз твердишь его, — прозвучало из зеркала, и Сэм почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Это был не эхо. Это был диалог.
Сэм резко распахнул дверь.
— Дин?
Брат вздрогнул и обернулся. На его лице было недоумение и смущение живого, уставшего человека.
— Сэм? Что такое? Не спится?
Сэм уставился на зеркало. Отражался лишь потрепанный Дин в растянутой футболке, с уставшими глазами. Все как всегда.
— Я... я слышал, ты разговариваешь, — выдохнул Сэм, не в силах отвести взгляд от стекла.
Дин пожал плечами, нервно проведя рукой по лицу.
—Кошмар, наверное. Отходняк после всей этой магии.
Но Сэм не отступал. Он видел. Слышал.
—Ты разговаривал... с ним, — он кивнул на зеркало. — Он тебе ответил.
Лицо Дина стало закрытым. Он отвернулся.
—Прекрати, Сэм. Хватит с меня сегодня призраков.
И в этот момент, прежде чем Сэм успел что-то сказать, Дин резко развернулся и с коротким, яростным криком, в котором выплеснулось все напряжение минуты, ударил кулаком по зеркалу.
Стекло с треском разлетелось на осколки, звеняще усеивая раковину и пол.
Сэм замер в шоке. Но его взгляд приковало не к разбитому зеркалу, а к руке брата. Из разодранных костяшек сочилась кровь, но уже через секунду, на его глазах, раны начали стягиваться, затягиваясь тонкой розовой пленкой новой кожи. Словно само тело отказывалось принимать повреждения.
Дин тяжело дышал, глядя на свою исцеляющуюся руку, потом медленно поднял глаза на Сэма. И в его взгляде, всего на миг, мелькнуло нечто чужое, темное и узнающее. Не Дин. Не его брат.
— Он сказал... — прошептал Дин, и его голос снова стал на удивление ровным, несмотря на только что случившуюся вспышку. — ...что пора перестать быть пешкой. Пора становиться игроком.
Он отступил на шаг назад, в тень, его лицо скрылось в полумраке.
— И он прав.
