Искатель Истины

      — Я уж думал, что Инквизитор — это мифическое создание — настолько редко мы вас видим.       На ходу поправив перчатки под латами, поднял взгляд на говорящего, распознав его сначала по голосу, а затем и по внешности. Оливковая кожа, аккуратно завитые усы и зачёсанные вороновые волосы — Дориан Павус, кто ж ещё. Одетый в непривычную для Ферелдена мантию цвета благородного белого с высоким свободным воротом, он даже не выделялся на фоне не менее пёстрых компаньонов Лавеллан, ожидающих отправки каравана на дороге за воротами. Рядом возвышался Железный Бык — повязка на левый глаз и рога-скамейка запоминались, даже если не видеть Хиссрада по несколько месяцев, как и серую кожу под тяжёлой, но слишком уж открытой бронёй. А ещё кунари оказался на полголовы выше меня. Печально. Теперь я не самый большой парень на деревне.       — Кто-то же должен управлять всем этим хаосом, пока мы головы рубим, — Варрик подмигнул мне, уже сидя в повозке рядом и ковыряясь чем-то в арбалете. — Не засиделись с бумажками, Искатель?       — Рад вас видеть, господа, — я поприветствовал знакомых союзников стуком кулака о нагрудник. Видимся мы не впервые, конечно, но я и правда зарос мхом в ставке и давненько не контактировал с известными героями. Обычно этим занята Лавеллан, будучи символом Инквизиции, и привязаны они именно к Эллане. А я, так, просто начальство. — Да благословит нас Создатель на этом тёмном пути, я не оставил бы вас и не остался в стороне.       Сидящая тут же в повозке Вестница скривилась и глубже закуталась в меховую накидку, подогнув обутые в сапоги ноги. Оседлавший галлу Солас, расположившийся неподалёку, как всегда, босой, и от погоды не зависел — фонил заклинаниями, чувствуя себя явно комфортно. Меня Волк игнорировал, глядя куда-то… в никуда. Просто вперёд между рогов своего транспорта, прикрыв чуть глаза.       Дремлет, что ли? Во даёт.       — Ваш труд на благо организации неоценим, милорд Инквизитор, — бритая темнокожая женщина в серебряной модной мантии на манер комбинезона кивнула мне в приветствии. Мадам де Фер даже в поход нарядилась и накрасилась, ну, хоть свой рогатый головной убор не надела. — Однако отрадно знать, что вы будете рядом с нами при заключении столь важного союза.       — Абы кого Инквизитором не назначают, я бы глянул на вас в бою, босс, — Железный Бык дружелюбно, возможно, улыбнулся, но единственный тёмный глаз знакомо остался без эмоций. Меня он не знал и пока не понимал, как подступиться. — Искатели, говорят, ребята опасные, леди Пентагаст уже успела приятно меня удивить. Шикарная женщина.       — Кхм, — Кассандра неловко отвернулась под гнусный смех Варрика.       — Эй, большой начальник, как погодка наверху? — из-за повозки выглянула эльфийка в чёрно-жёлтых рейтузах в клеточку и гоготнула с прихрюком.       Затем подошла ближе и, запрыгнув в следующую повозку, встала на самый край скамейки около сонного извозчика, смотря на меня сверху вниз. Крепче Лавеллан и шире в плечах. Истинная лучница.       — Холодно, — я не удержался от смешка, наблюдая за этой хулиганкой.       Сэра вновь залилась смехом.       — Холодно! Не, ну, вы слышали?       Как мало ребёнку для счастья надо.       — Милорд, — бородатый мужчина в броне Серых Стражей поприветствовал меня стуком по нагруднику, прямо по символу двухголового грифона. — Это честь для меня — служить Искателю Истины.       «А для меня будет честью раскрыть твои преступления, Том Ренье», — пропел я в мыслях, уже планируя, как бы слить информацию Лелиане. Человек он сейчас хороший, не спорю, но мне хватает трикстера и шпиона Кун в одном отряде. Блэкволл — явно перебор. Потом, вероятнее всего, и верну его, но совесть не позволяет отпустить убийцу. Фен’Харела в суд не притащишь, при этом с Ренье это гораздо проще сделать.       — Служите не мне, сэр Блэкволл, а Инквизиции и страждущим. Помните это каждый раз, когда выполняете мои приказы.       — Так точно, Инквизитор!       Любо-дорого смотреть на послушных вояк. Собственно, наблюдающий за нами Каллен от телеги с провиантом и показал большой палец. Он успел попутешествовать по Штормовому берегу, но решил, что лучше уж в Убежище с новобранцами посидит, чем ещё раз сунется в заварушку. Размяк, конечно, и виноват в этом я. Но вроде и молодец — семьянин такого толка сейчас на вес золота. Сколько раз я о нём от девушек — и не только — слышал, не счесть. Может, подарить ему мабари для полного счастья?       По пути в Редклифф через осенние леса и вспаханные поля удалось пообщаться с союзниками и с самой Лавеллан. Девочка не проявляла инициативы и откровенно боялась Дориана, так ещё и с Сэрой периодически ссорилась, как и с Соласом, но при этом умудрялась держать нейтралитет так, чтобы с ней всё равно возможно было контактировать. Она вспыхивала в диалогах о культуре и религии, однако обожала готовку, целительство и вязание. Так с Сэрой они смогли на коленке испечь печенье на костре, умыкнув с ближайшей фермы муку и сахар, а Бык научил её плести «дар-саам», алые верёвки, означающие в Кун контроль над собой. Долийке, которая дико боялась демонов и магии, иронично являясь магом-целителем, такое занятие очень понравилось, только вместо красных пут она использовала изумрудные.       — Знаю я одну практику при связывании человека, — тихо прокомментировал я во время наблюдения за посиделками союзников.       Остановка посреди леса требовалась в первую очередь лошадям: животным надо остыть, поесть и отдохнуть. Как раз обоз догонит, а то отстал на целый день. Компаньоны Вестницы на время перерыва разбрелись кто куда, и только Бык с Элланой остались у телег, ещё в пути начав разговор.       — И не стыдно послушнику интересоваться такими вульгарными вещами? — остроухий, а оттого с чутким слухом, буркнул от костра Волк.       — Я имел в виду узлы для допросов. О чём это вы таком подумали, мастер Солас? — не поворачиваясь, отбил я упрёк.       Позади фыркнули и прошуршали по опавшим листьям, судя по магии, к телеге с провиантом.       Взаимодействие внутри команды по большей части оказалось острым. Они успели узнать друг друга в бою и наверняка прикрыли бы спину, даже не задумываясь, тогда как в быту так часто не сходились во мнениях, что то и дело слышались чьи-то крики или наблюдалось демонстративное молчание.       Но да — главные конфликты это всегда Солас и Дориан, Солас и Лавеллан, Солас и Бык… Свобода и рабство, истина и искажение, индивидуальность и эффективность.       В очередной раз став свидетелем перепалки Волка с Павусом, сцепившихся под вечер, я проводил взглядом эльфа, гордо удалившегося к себе в палатку, и только после его ухода пересел ближе к костру, где сердито плюхнулся на бревно тевинтерец. Взъерошенный, губы надул и пальцами по колену стучит. Обиделся.       — Мессир Павус.       — Не утруждайтесь, Инквизитор, зовите меня Дориан, — пробурчал альтус, глядя в огонь. Тёплые рыжие блики придавали его коже блеск и более тёмный оттенок, а глаза почти горели золотом. Но после он так резко повернул голову, что я всерьёз опасался, как бы у него ничего не переклинило в позвонках. — С Соласом всегда так тяжело?       — Ты уверен, что дело только в Соласе? — невежливо ответил я вопросом на вопрос, заглянув в серые глаза.       — Разумеется!.. — маг вспыхнул, будто искра в пламени, и разом затих, опустив плечи. — Нет. Угх, да. Возможно, я тоже ошибаюсь. Возможно, крупно. Я зря на него накричал, да? Точнее, не зря, конечно, этот высокомерный засранец кого угодно из себя выведет. И, да: не он один тут высокомерный засранец, разумеется.       — И, заметь, я ничего не сказал.       — Да, но вы задали правильный вопрос, — Павус усмехнулся и подкрутил пальцем ус изящным и явно привычным жестом прежде, чем подняться на ноги. — Мне стоит с ним поговорить.       — Лучше завтра. Он всегда идёт спать в это время и спит до позднего утра.       Дориан ме-едленно опустил ко мне голову, а затем на его лице растеклась ужасно-сладкая улыбка.       — Мне стоит спрашивать, откуда вы это знаете?       — Наши режимы жизни совпадают, мы оба «совы» и часто пересекаемся в Убежище, — я пожал плечами, игнорируя намёки. Он ведь сплетник, каких поискать, хуже только Сэра, и не дай случай найти ему лишний повод придумать чего похуже! — Поверь, на утро, выспавшись, с холодной головой он охотнее выслушает твои извинения. Не обещаю, что он извинится в ответ, но…       — Гордый же невыносимо, ещё б он извинился, — заворчал альтус. «Потому что он буквально Гордыня, но тебе об этом знать не надо». — Что ж, поздно уже, спасибо вам, Инквизитор. Хорошо, что вы с нами отправились — такой человек всегда рядом нужен, когда бардак не только в мире, но и в голове.       Осмотрев мельком караул вокруг лагеря и греющих уши солдат у палаток, усмехнулся. Если бы мне ещё платили, когда я помогаю другим вывести тараканов, то всех нас здесь не было бы.       — Создатель велел помогать нашим братьям и сёстрам от мала до велика и не оставит Он нас ни в час беды, ни наедине с нашими демонами, — я тоже поднялся на ноги и невольно улыбнулся… с лёгким разочарованием.       Всё-таки, Дориан не вариант. Его артистичность почему-то раздражает: все эти резкие жесты и приторность естественны для него, но лично меня отталкивали. Даже драматичность Фен’Харела как раз-таки терпима. Просто… Волк спокойный. А я суету не переносил.       Хотя сама мысль о том, что я предпочёл бы компанию Соласа вместо Дориана, на миг ошеломила, разбудив меня посреди ночи в большой «инквизиторской» палатке, холодной и одинокой.       Скатился. С врагом чувствую себя уютнее, чем с нормальным — почти — человеком.       Вербовка магов прошла… скучно. Но только для меня. Как и следовало ожидать, Лавеллан и Дориан попались в ловушку-амулет Алексиуса при переговорах, однако уже через секунду во вспышке магии они вернулись обратно — взъерошенные, злые и настроенные намылить магистру шею, точнее, настроенная на это только Лавеллан, тогда как Павус сокрушался и наверняка видел некоторое дерьмо. Долийка плевалась ругательствами вроде «шемлен» и «фенхидис ласа», трясла сдавшегося Алексиуса за шею и обещала мучительную смерть, если он не выложит всё о метке и Старшем.       Допрос с пристрастием, а также беседу с пережившими путешествие во времени компаньонами отложили до возвращения в Убежище. Выдвинулись тем же вечером, немедля. Прибывший очень вовремя король Алистер поблагодарил за освобождение крепости его дяди и заодно выделил месяц на то, чтобы я вывел магов из Ферелдена. Задерживаться Его Величество не стал, да и размениваться на любезности тоже. Буркнул «уберите магов из страны, они народ беспокоят» и удалился с гвардией по своим королевским делам в Денерим. Хороший парень, светлый, сильный, симпатичный, в уголках глаз мимические морщины — часто улыбается. Заебался, правда, по нему прям видно.       А на первой остановке произошёл забавный разговор.       Все уже разошлись спать, только четверо отогревались у костра: я, мрачно рассуждающая о чём-то на плече Варрика, будто обидевшийся ребёнок, Эллана и Солас. Волк неспеша допивал горячий ягодный настой, а Эллана вдруг весьма бодро села прямо и посмотрела на меня. Буйные и нечёсаные кудри блеснули в свете пламени ярко-алым.       — Вот вы — Искатель Истины, — эльфийка пересела ближе ко мне, где недавно сидела Кассандра. Крохотная относительно всех союзников она вызывала у меня желание отодвинуться и не трогать её, чтобы ненароком не разбить, как фарфоровую фигурку. С мелкой моторикой у меня имелся ряд проблем, оттого я мог и перо уронить на ровном месте. Зато оружие из рук хрен выбьешь. — И вы выяснили правду о метке. О Якоре. Что теперь будете делать дальше с этой информацией?       — Я хотел обсудить дальнейшие действия на совете в Убежище, но в целом: теперь, когда у нас есть маги и часть храмовников, мы сможем закрыть Брешь, — я ссутулился и опёрся локтями о колени, глядя в огонь. Спать не хотелось, так что следовало бы разгрести отчёты и отправить ворона Лелиане. — Не обнадёживай себя — ты понадобишься до тех пор, пока мы не сможем нейтрализовать Старшего. Ему нужен Якорь, это мы уже выяснили, и тебе будет грозить опасность так или иначе. Ну, или можем отрезать тебе руку с меткой и отпустить на все стороны.       — Нет уж, — Эллана спрятала ладони в карманы мантии, — потерплю ещё немного. Вы, я вижу, хороший ш… человек, так что я останусь столько, сколько нужно.       Солас тихо хмыкнул на словах «хороший человек», цедя напиток.       — Он только что предложил тебе отрезать руку, — Варрик залпом допил свой чай и отставил кружку рядом на бревно. — Это разве хорошо?       — Свобода, пускай и радикальная, — Лавеллан пожала плечами. — Я встречала людей куда хуже, а Искатель даже со своей набожностью ни разу не упрекал меня за веру в других богов. Да и… — эльфийка подняла ко мне голову и пару раз моргнула. — Я в целом ни разу не слышала, чтобы вы конфликтовали с кем-то.       — Каждый имеет право верить в то, во что хочет. Бог един во многих лицах.       Лавеллан приоткрыла рот.       Закрыла.       Задумалась.       — Что насчёт Кун?       — Это учение, а не вера. Даже если кунари отрицают Создателя, Он и за ними присмотрит.       — А гномы?       — Камень есть результат сотворения Им мира.       — Непрошибаемый святоша, — буркнула Лавеллан под конец обсуждения и, скомкано попрощавшись, удалилась в её с Сэрой палатку.       А я только улыбался, как блаженный, игнорируя скептический взгляд Соласа поверх кружки и кивая на расспросы Варрика о моём прошлом.