Останься, пока я помню

      Доски давят в спину — тесно. Кто-то несёт короб настолько неумело, что я чувствую каждый шаг.       Пытаюсь концентрироваться на своём запахе, чтобы поддержать ясность сознания. Голод рвёт всё внутри с новой силой. Бой забрал слишком много сил. Я попытался вспомнить то состояние. Момент, когда внутри что-то сдвинулось, и нити перестали быть чужими. Задерживаю дыхание, прислушаюсь к телу, к крови, к тому месту, где тогда было…       Ничего.       Пусто.       Тело не отозвалось — ни боли, ни давления, ни отклика. Словно я тянулся к тому, чего у меня никогда и не было. Если бы мне пришлось сделать это снова, я бы не смог. Даже если бы очень захотел.       Чей-то аромат всё равно пробивается в ноздри. Резкий. Заглушающий остальные. Настолько острый, что лёгкие сжимаются.       Хочу попробовать на вкус.       Короб трясёт — бьюсь головой об стену. Нос хрустнул. Больно.       — Господин Столп! — раздаётся чей-то голос. — Отдайте короб! Приказ госпожи Шинобу доставить…       — Да-да, я буду очень аккуратен с этим…       Он на мгновение затихает.       — Чудовищем.       Голос был слишком близко. Словно он сказал это внутри. С таким презрением, словно я сделал ему что-то настолько плохое, что достоин называться чудовищем.       Несколько минут ещё большей тряски, и я слышу другие запахи. Вонь от человека, что несёт меня — невероятна.       Чувствую Незуко. А вскоре слышу её.       — Он мой брат, — голос холодный. — Я не позволю вам навредить ему.       Тогда забери меня от этого…       — Так это ты соплячка, что таскается с демоном, — слышу резкий голос. — Тебя следует казнить за нарушение устава корпуса!       Пальцы непроизвольно сжались. Если он тронет её — я не стану сдерживаться.       — Согласен, — говорит человек сверху, с холодным, скользким запахом. — Но нам следует подумать над наказанием Томиоки в первую очередь.       Следом слышу голос от человека с обжигающим запахом.       — Тут и думать нечего! — громко кричит он. — Демону нужно отрубить голову!       Они кричат. Их слова путаются у меня в голове. Понимаю, что решают. Решают за меня. За сестру. Кто мы. Что мы. Они говорят так, будто уже всё решили. Будто я вещь.       — Не стоит спешить, Ренгоку-сан, — раздаётся тихий голос со знакомыми нотками яда в запахе. Та девушка с горы. — Мне очень интересно услышать их историю и версию Гию-сана.       В этот раз не врёт.       Короб вновь трясёт. Слышу звук обнажающейся стали.       — ЭТО ПРОСТО СМЕШНО ШИНОБУ! — кричит воняющий рядом. — ТУТ ВНУТРИ ДЕМОН!       Дерево режется — клинок входит мне в грудь на половину лезвия.       Вскрикиваю сквозь бамбук. Больно. Ублюдок.       — НЕ ТРОЖЬ ЕГО! — кричит Незуко.       Слышу её болезненный хрип. Кто-то сделал ей больно. Скребу когтями по коробу. Громко.       — СЛЫШИТЕ, КАК ЗАШЕВЕЛИЛСЯ?! А Я ВЕДЬ ПРОСТО СЛЕГКА РАНИЛ ЕГО!       Ещё больший придурок, чем Иноске. Плевать мне на себя, а вот на сестру — нет. За это я готов убить любого.       — ЧТО БУДЕТ ЕСЛИ Я УДАРЮ ПОСИЛЬНЕЕ?!       Меч входит в короб. Ещё чуть-чуть и он проткнул бы мне шею, но внезапно остановился.       — Достаточно, Санеми, — слышу знакомый холодный голос рядом. — Глава приказал доставить их невредимыми.       Второй раз слышу это после того, как сестре вредят.       — Как это понимать? — раздаётся голос возле сестры.       — Я не намерен что-либо объяснять вам, — слышу, звук сжимающийся кожи, хватка его становится крепче. — Убери меч.       Кто-то идёт. Болезненный запах. Гниющий. Приторно гниющий.       — Достопочтенный глава прибыл.       Всё замолкают. Меч в мгновение исчезает из короба, а меня грубо кидают на землю. Рука идёт не туда. Хрустит. Опять. Почему так больно. Я же не мешаю.              — Столпы приветствуют вас, Ояката-сама, — раздаётся спокойный голос рядом, в котором не сразу узнаю психа, что проткнул меня мечем.       — Кажется, я не приказывал издеваться над сестрой и братом… — отвечает тихий и успокаивающий голос.       Такой мягкий и безопасный голос… От него хочется просто лечь и ни о чём не думать.       — Спасибо, что все сумели прибыть так скоро, — продолжает «глава». — Цель нашего собрания — охотница Незуко Камадо, что путешествует со своим братом демоном Танджиро Камадо.       Рядом раздаётся копошение. Это мой мучитель сжал край коробки.       — Глава, тут и думать нечего! — он вскакивает. — Демона нужно казнить сейчас же, а…       — Сядь, — строго говорит человек с гниющим запахом. — Столп Воды Томиока Гию вместе с Саконджи Урокодаки поручились жизнью за демона.       Старик и он?.. Правда пошли на такой шаг? Но почему? Не понимаю. В груди становится теплее.       — Мой брат ни разу не вредил людям! — кричит Незуко. — Он никогда не…       Из её рта вырывается болезненный хрип. Теперь я слышу, что её рёбра сломаны. Та девочка сломала их.       — ЭТО БРЕД! — взрывается криком человек рядом. — КАКОЙ НАМ ТОЛК ОТ ИХ СМЕРТИ ИЗ-ЗА ОДНОГО ЖАЛКОГО ДЕМОНА?! Я ДОКАЖУ!       Меня грубо поднимают в воздух, в следующее мгновение меня бросают на пол. Что-то снова хрустит. Мне всё равно. Только бы не у Незуко.       Короб открывается. Надо мной нависает человек со шрамом и мечом в руке. Это он.       Позади него стоят несколько почти одинаковых девочек и человек с большим фиолетовым пятном на лице. Глава. Поворачиваю голову налево, вижу человека с бинтами на лице, что держит руки сестры за спиной.       Я запомнил. Обоих.       — Смотри сюда, ублюдок, — мои волосы грубо хватает мечник. — Сейчас остальные вспомнят истинную сущность демонов.       Он вырывает бамбук из моего рта, бросив под свои ноги. С безумным взглядом мечник подносит меч к своей руке.       Запах.       Сладкий. Манящий. Желудок сводит в судороге, слюна сама выделяется. Руки сжимают края короба. Линия крови растекаются по его руке, привлекая мой взгляд. Почти невозможно отвести.       Я уже готов набросится.       — НЕЛЬЗЯ! — кричит сестра.       Да… Нельзя… Я подведу сестру…       «Убей всех, кто угрожает ей»       Мысль возникает в голове внезапно, но логично. Они же враги. Вредят ей.       — Я знаю, что ты хочешь, — мечник подносит руку ближе, почти касаясь моего лица. — Все вы одинаковые.       Челюсть сжимается до хруста. Нельзя. НЕЛЬЗЯ-НЕЛЬЗЯ-НЕЛЬЗЯ-НЕЛЬЗЯ.       НО КАК ЖЕ ХОЧЕТСЯ.       Челюсть разжимается. Сестра сбоку пытается что-то сказать, но из рта вырывается только хрип. Слышу, как все затаили дыхание.       Звук разрывающейся плоти раздаётся в пространстве.       Вгрызаюсь в плоть. Свою. Я кусаю свою руку. Жую. Не смотрю. Если посмотрю — сорвусь. Моя плоть безвкусная, а его наверняка нет. Даже представить не могу разницу.       — Демон сдержался… — произносит девочка за его спиной. — Он принялся пожирать себя, а не руку человека.       — ТЦ! — цокает мечник, вкладывая клинок в ножны.       В следующее мгновение он бьёт меня головой о край короба. Мир плывёт. Потом темнеет. Больно…       — Ты перегибаешь, Санеми — раздаётся голос девушки рядом. — Мальчик, ты в порядке?       По запаху это она. Что пыталась убить меня на горе.       Мычу. Темнота постепенно обволакивает сознание.       — Санеми, я попрошу тебя уйти, — раздаётся строгий голос. — Ты уже несколько раз нарушил мой приказ. Я подумаю над твоим наказанием позже.       Голод скручивает всё тело в судороге. Сознание медленно тускнеет. Последнее что слышу — крик Незуко…       Дальше — ничего. Только тьма. И что-то ещё...       ---       Резкий запах режет ноздри. Глаза открываются — в первую секунду не понимаю, где я. Надо мной стоит та девушка в хаори с узором бабочки. В руках её была ватка, промоченная какой-то резко пахнущей жидкостью. Она улыбается, но чувствую её гнев. Неуютно. Ещё и есть хочу. Сознание туманит, а мысли скомканные.       — Доброе утро! — раздаётся её тонкий голос. — Как ты себя чувствуешь? Тот страшный человек со шрамом на лице не сильно тебя ранил?       Кручу головой. Не вижу Незуко. Но её запах был здесь.       — Не волнуйся, с твоей сестрой всё в порядке, — она наклоняется к моему лицу своим. Слишком близко. — Ты ведь умеешь говорить?       Только сейчас понимаю, что бамбука во рту нет. Сестре снова придётся делать новый…       — А-га, — неуверенно отвечаю я отвернувшись.       Она хлопает в ладоши, поворачивая мою голову обратно. Так может делать только сестра. Что она себе позволяет?       — Почему ты такой холодный со мной? — она наклоняет голову с обидой в голосе. — Неужели сестричка Шинобу тебе не нравится?       Киваю. Не нравится.       — Ах… — она театрально касается костяшкой руки своего лба. — И почему же?       — Ты, — показываю пальцем, — не сестра. Незуко сестра.       Она тихо хихикает, прикрывая рот ладонью.       — Неужели из-за этого? Если да, я могу…       — Ещё ты опасная, — ненамеренно прерываю её. — И злишься. На меня?       Улыбка сползает с её лица быстрее, чем я успеваю заметить. Взгляд становится холодным и строгим. Она молчит. Долго молчит. Лишь её глаза изучают меня, словно она пытается что-то подметить.       — Откуда? — наконец выдавливает она.       Я касаюсь кончиком пальца своего носа.       — Ты чувствуешь эмоции людей по запахам? — недоверчиво догадывается она.       Киваю.       — Интересно… — в её руке появляется блокнот. — И насколько хорошо ты можешь это делать?       Пожимаю плечами. Мне не с чем сравнить.       — Что-то ещё, о чём ты хочешь мне рассказать? — она снова наклоняется ко мне ближе. — Потому что я без твоего разрешения взяла несколько анализов…       Она замолкает, перелистывая страницу блокнота.       — Ты отличаешься от тех, кого я изучала. В тебе что-то не так. Твоя плоть по структуре отличается от обычной демонической, — она задумчиво проводит пальцем по моей руке. — А кровь реагирует на глицинию значительно хуже, чем должна.       Наверное странно, что я ем других демонов. И какой-то голос периодически звучать начал. И прошлое демонов, наверное, другие не видят. Обязательно ли ей это рассказывать?       — Давай так, — она отлаживает бумагу в сторону, всматриваясь в мои глаза. — Ты расскажешь мне о себе всё, а я устрою тебе встречу с Незу…       — Я согласен, — прерываю её. — Только если ещё покормите.       Она на мгновение растерялась. Её зрачки расширились всего на мгновение, но она тут же оживилась.       — Хорошо. Начнём с того, что демоны должны чем-то питаться, — задумчиво начинает она. — Но твоя сестра утверждает, что ты не ел людей. Это правда?       — Демоны ведь бывшие люди? — уточняю я и получив кивок жму плечами. — Тогда неправда.       Её взгляд на секунду становится пустым. Спустя секунду осознанность возвращается к ней.       — Получается, ты всё же каким-то образом можешь насытиться своими же сородичами… — это она со мной говорит? — Значит это правда… Как интересно! Быть может, и другие так могут? А что, если демон новообратившийся, ещё не до конца потерявший всё людское? Может ли быть такое, что…       Голова разболелась. Мычу от нахлынувшей боли. Она слишком много говорит со слишком умным видом. Сложно слушать.       — Прости-прости, — машет она рукой передо мной. — Это я с собой, не обращай внимание.       Она присаживается на кресло рядом, закинув ногу на ногу.       — Продолжим. Что происходит, когда ты ешь демонов? Что ты чувствуешь в этот момент?       Задумчиво мычу. Много всего ведь в такой момент происходит. Чувствую вкус плоти на зубах. Хрустящие кости. Тянущиеся сухожилия. Наверное, она не об этом спрашивает…       — Иногда вижу их прошлое, — жму плечами. — А так у большинства вкус как резина. Вязкая резина.       Она пододвигается ко мне ближе. Её лицо снова близко. Как неуютно с ней. С тем психом хотя бы понятно, чего ожидать, а её сложно понять. Она улыбается. А внутри злится. И ещё что-то. Неприятное. Внутри неё.       — Слишком уж фантастично звучит, — она потирает свою щеку. — Не врёшь ли ты часом?       Зачем мне врать? Она ведь пообещала, что даст встретится с Незуко. Да и врать нехорошо. Вроде. Сестра так говорила.       Мотаю головой.       — Допустим, — недоверчиво отзывается она. — Мне очень любопытно узнать, как вы с сестрой сумели одолеть Луну. Это не простой соперник, а вы не выглядите слишком сильными...       Сестра не выглядит сильной? У этой докторши проблемы со зрением.       — Незуко сильная, — фыркаю в ответ. — А я просто помогал. Смог разрушить нити.       Он резко щурится. Отстраняется назад, откинувшись на спинке кресла.       — Разрушил нити Луны? Искусством крови? — спрашивает она, хотя я даже не знаю о чём она. — Что ты конкретно сделал?       Почему все думают, что я делал что-то осознанно?       — Просто почувствовал их, — на секунду замолкаю. — Как какой-то отголосок. И на мгновение мне показалось, что это не я к ним тянусь, а они ко мне. Потом всё развалилось.       Её пальцы отбивают неровный ритм на колене. Тишина слегка затягивается. Когда уже Незуко придёт?       — Будто ты вошёл в резонанс с его нитями?       Я не знал, что значит это слово, но кивнул. Оно звучало слишком аккуратно для того, что тогда произошло.       — Ты очень интересный подопытный, Танджиро-кун!       Подопытный?       — Нам столько предстоит с тобой выяснить… — её тон поменялся. Теперь ей по-настоящему интересно. — Но пока ты должен подкрепиться. Ты ведь голоден?       Киваю.       Он дважды хлопает в ладоши — дверь тут же открывается. В неё входит та девочка с заколкой бабочкой, что напала на нас с Незуко. В её руках какой-то странно пахнущий свёрток ткани.       — Спасибо, — она принимает его из рук. — Можешь идти, Канао.       Ка-на-о. Интересное имя. Красивое.       Она кланяется, быстро выйдя из комнаты, лишь на пороге задержав взгляд на мне. Я посмотрел в ответ. Пусть знает, что я не забыл.       — Я решила перестраховаться, — она разворачивает свёрток, протягивая мне плохо пахнущий большой кусок плоти. — Пожалуйста, угощайся.       Мой нос недоверчиво дёргается. Я очень голоден, но как-то не хочется есть что-то незнакомое. Вдруг она…       — Не волнуйся, это точно демон! Я бы не стала кормить тебя плотью людей.       Как она узнала, что я об этом подумаю? Незуко так же иногда делает. Совсем не понимаю. Хочу научиться так же.       Неуверенно откусываю кусочек, пережевывая под пристальным взором этой женщины. Вкус ещё страннее. Горький. Впервые такое.       — И как?       — Горько. Невкусно.       Она подпирает подбородок своей рукой, задумчиво следя за моими движениями.       — Значит такой концентрат глицинии на тебя не действует… — шепчет она. — Другие бы демоны уже бы корчились в муках, а тебе просто «горько».              Чего?              — Не волнуйся, с тобой бы ничего не случилось! — она замечает мой растерянный взгляд. — Ты бы не погиб! Просто тебя бы рвало кровью несколько часов, и судороги бы сводили мышцы до потери сознания. Я всё рассчитала.       Я хочу уйти. Страшная женщина. Говорить такие ужасные вещи с таким тоном и улыбкой на лице. Жутко. Незуко в чём-то похожа на неё. Тоже умеет со спокойным выражением, говорить что-то плохое. Если они поладят, будет очень плохо.       — Ладно, — она забирает из моих рук кусок плоти. — Я проведу тебя в комнату, где встретишься с сестрой. Потом принесу тебе не отравленную еду. Обещаю.       Вроде не врёт. Но как-то не верится. Совсем не верится.       — Кстати, я ведь забыла представиться, — она кладёт руку себе на грудь. — Меня зовут Кочо Шинобу, Столп Насекомого. Буду очень рада, если будешь называть меня сестричкой!       Нет. Мы же уже обсудили это.       Она протягивает руку, призывая взяться. Смотрю на пальцы. Потом на её лицо. Долго.       — Ты очень не любишь чужих, да? — фальшиво обиженно произносит она. — Ладно. Иди за мной.       Зачем она снова пытается выглядеть такой? Она ведь знает, что я вижу правду. Странная. Как и большинство людей.       Коридоры поместья на удивлении были тёмными. На окна предварительно повесили тёмную ткань, не пропуская солнечные лучи внутрь. Несколько поворотов и сквозь мерзкий запах лекарств, пробивается родной.       Незуко.       Шагаю быстрее. Почти обгоняю Шинобу, но та словно специально ускоряет шаг. Перед дверью она останавливается.       — Твоей сестре досталось из-за моей ученицы, — виновато чешет затылок она. — Поэтому постарайся не сильно давить ей на рёбра… Можешь их сместить, они проколют лёгкое, и твоя сестра захлебнётся кровью! Поэтому не делай так.       Жуть. Почему она говорит об этом так спокойно и весело? Она пугает меня всё больше.       Дверь тихо скрипит, открывая мне полностью тёмную комнату, у края которой под стеной сидит Незуко с одинокой горящей свечой. На её одежде чувствую свежий запах Иноске и Зеницу. Получается они выжили… Жаль.       Сестра поднимает голову на шум. Смотрит на меня. Долго смотрит. Потом её губы дрогнули в улыбке. Мои тоже. Она жива. Почти в порядке.       И только одна мысль всплывает в голове. Холодная. Непонятная. Чужая. Мысль была не моей. Она просто знала ответ.       «Ты бы защитил её лучше, если бы не спрашивал».