Глава 7
7 декабря 2025 г., 01:00
Среда, 15 ноября 1995
— Не мог бы пройтись по части с сепарацией еще раз?
— Грейнджер, я могу объяснять тебе хоть тысячу раз, но понять ты должна сама, —простонал я.
Она теребила губами кончик пера и хмурила брови, уставившись в свой листок, пока я в очередной раз объяснял материал. Последние несколько дней я делился с ней некоторыми фрагментами своих знаний по окклюменции.
Да, я очень мил. Я в курсе.
Время от времени она бросала в мой адрес нелицеприятные оскорбления, но в основном засыпала меня градом вопросов буквально по поводу и без. Честно говоря, меня это немного раздражало. Если бы на её месте был кто-то другой, я бы уже давно ушёл. Но в данном случае, меня останавливал поистине соблазнительный подарок —разум Гермионы Грейнджер. Всё это время я мог безнаказанно пользоваться легилименцией, чтобы заглянуть в мысли, которые она слишком боялась облечь в слова, и всякий раз я был предельно осторожен и пробегался лишь по верхам, чтобы она не заметила моего присутствия.
«Он едва слушает профессоров на занятиях. Как мне доверять его словам? Давайте признаем, что Малфой, скорее всего, тупо запугивает слабых и заставляет делать за него все эссе».
Удар ниже пояса, Грейнджер.
— Я сам делаю домашнюю работу.
— Что? — спросила она, подняв голову.
— Ничего. Щит, а не стена, — поправил я, указывая на ее листок.
— И какая разница?
— Принципиальная. Если ты будешь представлять стену, рано или поздно такая защита падёт. Она треснет стоит только легилименту приложить чуть больше усилий и настойчивости.
Она разочарованно вздохнула, прежде чем вернулась к заметкам.
С тех пор, как мы с Грейнджер начали работу над проектом, Блейз и Тео буквально преследовали меня пытаясь выяснить, где я пропадал последние несколько вечеров. Последняя их теория сводилась к тому, что я трахал четверокурсницу с Когтеврана и просто стыдился признаться в этом. Крайне идиотская теория, не имеющая никакого отношения к реальности. Но по крайней мере, она отвадила их от меня, в отличие от Пэнси. В последнее время она, как бы сказать помягче, действовала мне на нервы, танцуя на тонкой грани моего самообладания. «А как же её маленький пуффедуец?» резонно могли бы поинтересоваться вы. Разве она не была более чем занята своим новым питомцем? О-о-о, поверьте, Пэнси не была бы Пэнси, если не смогла бы найти время, чтобы с точностью заправского аврора следить за каждым моим движением.
Обменялся взглядами с какой-нибудь пышногрудой блондинкой в коридоре? Зафиксировано. Сколько раз чихнул за прошедшие сутки? У Пэнси всё записано на подкорке.
Обычно меня не напрягал её деспотичный характер, меня раздражала причина, по которой она так поступала. Пэнс хотела убедиться, что со мной всё в порядке, что я не накручивал себя из-за грядущих событий. Я же искренне желал лишь одного — чтобы она оставила меня в покое и сосредоточилась на себе.
Со мной всё будет хорошо. У меня всегда всё хорошо.
Её постоянный контроль сделал походы в библиотеку несколько изнурительными. Мне приходилось сначала идти в противоположный конец замка, чтобы скрыться от неё в оранжерее. Вы могли бы подумать, что я стыдился того, над чем работал или с кем я работал, и вы бы ошиблись. Просто я предпочёл избежать допроса с пристрастием, который со стопроцентной вероятностью устроили бы мне друзья.
В очередной вечер, когда мы с Грейнджер уже собирались прощаться, я сообщил ей, что завтра не смогу присутствовать на нашем маленьком тайном свидании в библиотеке. Довольно предсказуемо с её стороны было начать читать мне лекцию о том, что мне нужно больше работать над проектом ведь такая возможность выпадает раз в жизни и что-то в этом духе… Я не понимал, зачем она тратит своё время проговаривая эту речь в очередной раз, и так уже давно выучил её всю на память. Поэтому стоило ей только начать, как я поднял руку, остановив её.
— Я не сказал, что отказываюсь встретиться завтра, Грейнджер. Я лишь пытался донести, что нам придется сменить локацию.
— Ничего не имею против, — ответила она. — Где встречаемся?
— На поле для квиддича.
Её глаза удивлённо распахнулись.
— На поле для квиддича?! Что, если твои товарищи по команде увидят, как я жду тебя там?
— Боишься, что нас увидят вместе, Грейнджер? — ухмыльнулся я.
— Нет, я не это имела в… Просто…
— Успокойся, я пошутил. Они даже не заметят тебя.
А если заметят… Если кто-нибудь бросит на неё хотя бы один косой взгляд — глаза у них больше никогда не откроются.
— Ладно, но я все равно думаю, что это плохая идея, — заявила она.
— Кто бы сомневался, — ответил я, закатывая глаза. — Встретимся внизу в восемь тридцать.
— Хорошо, — кивнула она. — В восемь тридцать.
***
Стоило мне только переступить порог гостиной, как меня взяли в оборот Дафна и Миллисент. — Где ты был? — набросилась на меня Дафна. — Мы тебя везде искали! — Прошу прощения, дамы. Предлагаю надеть мне на шею ошейник с заклинанием слежения, чтобы в следующий раз вы не волновались, — ответил я с невозмутимым выражением на лице. Дафна закатила глаза и продолжила: — Пэнси, — что-то в её голосе подсказало мне, что дело дрянь. — Что случилось? — Джейсон, он… — Миллисент покачала головой. — Где она? — В твоей комнате, — ответила Дафна. Протиснувшись мимо них, я буквально взлетел по лестнице и бросился в свою спальню. Открыл дверь — взгляд сразу упадал на маленькую фигурку, свернувшуюся калачиком на простынях моей кровати. — Пэнс, — тихо позвал я. Она подняла голову, услышав звук моего голоса, открыв сине-фиолетовое колье, обвивающее её шею. — Я убью его, — единственное, что сказал я, прежде чем развернуться и выбежать вон из комнаты. Я услышал, как Пэнси тихо окликнула меня, но не остановился. С ней была Астория, Дафна и Миллисент. Она будет в порядке. А вот я — нет. По крайней мере пока не найду Инглби. Добежав до комнаты Тео и Блейза, я чуть не выбил им дверь, в попытке достучаться до них. Наконец Тео открыл дверь, за которой я увил и Блейза, который с непонимающим взглядом смотрел на меня, лёжа на его кровати. — У кого есть желание присоединиться к игре под названием «Охота на барсука»? Они сразу всё поняли по тону моего голоса и выражению глаз. Оба молча кивнули, и мы вместе вышли из подземелий. По пути в гостиную Пуффендуя мы заметили третьекурсника с желто-чёрным галстуком. Схватив его за рубашку, я весь остаток пути тащил его за шиворот и отпустил, грубо толкнув, только у бочек. — Открывай, — приказал я. Дрожащими руками он кое-как справился с паролем. Как только парнишка последний раз стукнул о дерево бочки, одна из крышек отъехала в сторону, открыв доступ в барсучью нору. Ворвавшись внутрь, я бегло осмотрел комнату в поисках будущего смертника. — Инглби! — позвал я. Он резко повернул голову, и заметив меня, выпучил от страха глаза и вскочил на ноги. Я быстро подбежал к нему и левой рукой схватил за воротник рубашки. Кулак правой руки попал ему прямо в челюсть. — Что? Не ожидал меня увидеть? — спросил я. — Ну, и зря. Положив руки ему на плечи, я зафиксировал его положение и со всей дури лупанул коленом в живот. Отпустил. Инглби упал на пол, схватившись за живот, судорожно глотая воздух. — Я предупреждал тебя, что случится, если ты облажаешься. Хотя, должен признать, я не ожидал, что это произойдет так скоро. Прошло сколько? Четыре дня? Четыре, сука, дня, Инглби. — Как… ты… попал… сюда…? — задыхаясь спросил он, из уголка рта текла кровь. — Не всё ли равно? Главное результат. Ты же не думал, что сможешь спрятаться от меня, правда? Я найду тебя где бы ты ни был. Я склонился над ним, схватил его за волосы, запрокидывая голову вверх так, чтобы он посмотрел на меня. — Теперь скажи мне, Инглби, что ты выберешь: жить без ноги или без руки? Вообще-то, у тебя нет права голоса, но сегодня у меня хорошее настроение. — Пошел ты, — выплюнул он. — Значит, и то, и другое. Прекрасный выбор! Подтащив Инглби к камину, я бросил Инглби и повернулся лицом к девушке, которая крикнула: — Прекрати! Ты не можешь этого сделать! — Вы друзья? — спросил я, кивнув в сторону валяющегося на полу Инглби. — Д-да, — заикаясь ответила она. — Как тебя зовут? — Клэр. — Клэр, — сказал я медленно подойдя к ней. — Небольшой совет, Клэ-э-эр. Заведи новых, потому что это дерьмо любит бить девушек. Она решительно покачала головой, не веря моим словам. — Нет, это не правда! Джейсон никогда бы так не поступил. — О-о-о, да что ты говоришь? Инглби, скажем ей правду? Давай, скажи, что заставило тебя сорваться? Помнится мне, конфетно-букетный период был в самом разгаре. Или виновата Пэнси? Она разбила твоё сердечко? Или до тебя, наконец, дошло, что ты никогда не будешь достаточно хорош для неё? — Он ничего не делал! — крикнула Клэр. — Она никак не затыкалась, — рыкнул Инглби. — Вот оно! Признание! — я оглянулся на Клэр и продолжил: — Прости, что разбил тебе сердце, милая. Я же говорил, что он плохой мальчик. — Она говорила только о тебе! — начал Инглби. — Вечное: «…Где же Драко?» или «…Я так скучаю по Драко, мы меньше видимся в последнее время». Это сводило меня с ума! Мерлин, она говорила о тебе даже когда мы трахались! — Оу… — усмехнулся я. — Видимо, тебя возбудило моё имя. Взмахом руки я пригласил Тео и Блейза поучаствовать в нашей вечеринке. Пока они «оттаскивали» его в сторону, пинками задавая направления движения, я обернулся к испуганной кучке барсучат. — Вы можете уйти или остаться. Мне всё равно. Но вам запрещено вмешиваться. Если кто-нибудь из вас попытается предупредить профессоров, я клянусь, вас будет ждать такая же участь, если не хуже. Несколько человек выбежали из гостиной, но большинство остались, словно их приклеили к полу. Они молча стояли и смотрели, как избивают их товарища. Тео и Блейз отступили в сторону, освободив мне место. Я опустился на колени, схватил Инглби за руку, задрал рукав его рубашки, обнажив предплечье, и сунул её в камин, удерживая руку над пламенем. — Последние слова, Инглби? — спросил я. — Иди на хуй! — Только после Вас. Из его горла вырывался мучительный крик агонии, когда я сунул его руку в огонь. Комната наполнилась плачем и мольбой о помощи, пока кожа на руке медленно сгорала в яростном пламени камина.***
Когда вернулся в спальню, я отпустил Асторию, Дафну и Миллисент. Как только они ушли, я опустился на стул рядом с кроватью и осторожно убирал волосы с лица Пэнси. — Проклятье, Пэнс! — ругнулся я себе под нос. — И вот сдался тебе этот барсук? Она широко распахнула глаза и слабо улыбнулась. — Я хотела проверить, из-за чего возник такой ажиотаж, — отшутилась она. — Ходил слух, что барсуки страстные и агрессивные в постели. — Я знаю, что ты любишь пожёстче, но это немного перебор, тебе не кажется? Пэнси тихо рассмеялась, затем её лицо исказилось боли, и она всхлипнула. Достав волшебную палочку, призывал чашку, прижал кончик палочки к краю и вызвал «Агуаменти». Затем, осторожно приподняв голову подруги, я поднёс воду к её губам и сказал: — Выпей. Как только она допила воду, я поставил чашку на прикроватную тумбочку и откинулся на спинку стула. Когда я потянулся за книгой, лежащей на полу, я почувствовал, как рука Пэнси мягко сжала мою. — Полежи со мной? — попросила она. — Ты же знаешь мои правила, — вздохнул я. — Я сплю один. — Пожалуйста… — Нет. А теперь постарайся заснуть. Я буду рядом.
