Искра, не внесенная в реестр

      До сооружения Мортилии они добрались на одном честном слове и остатках заряда в резервных накопителях. Когда впереди наконец выросла стена бастиона, отряд больше напоминал груду деформированного лома, чем боевую единицу. Шиверлайт была единственной, чьи сервоприводы ещё работали без сбоев. Остальные начали отключаться, как только темп движения упал. Саундвейв осел первым. Его системы, перегруженные попытками удержать радар в этой мёртвой зоне, просто схлопнулись, когда уровень энергии упал ниже критического минимума. Оптика погасла, и связист затих, завалившись на бок с сухим лязгом брони. От падения его застраховала Шиверлайт , вовремя подловив. Диноботы продержались ненамного дольше. Гримлок, Свуп и остальные буквально доползли до подножия ворот. Их корпуса были раскалены, от бронепластин валил едкий пар, а системы охлаждения хрипели, пытаясь не допустить оплавления внутренних магистралей. Они повалились прямо на металлические плиты мостовой. Раведж, соскочив со спины Саундвейва, забился в нишу под ближайшим изваянием. Выглядел кассетник паршиво, но когти о пол точил с прежней злостью, нервно подергивая хвостом и аудиосенсорами. Ренегат и Стилчест приткнулись в углу, наскоро латая самые глубокие пробоины в обшивке, из которых сочился энергон.       Шиверлайт оглядела этот импровизированный лагерь и невесело вздохнула. Место вокруг было странное: тишина давила на аудиосенсоры, а бесконечные ряды чёрных инсектиконов вдоль мостовой казались слишком уж детализированными. Она открыла багажный отсек и достала последние запасы энергона. Пройдясь между лежащими Диноботами, она молча выдала каждому по кубу. Дойдя до Саундвейва, Шиверлайт присела рядом. Ждать, пока он очнётся, времени не было, поэтому она просто воткнула заправочный шланг ему в рот, принудительно вкачивая топливо в систему. На ее фейсплейте мелькнула улыбка, когда пока никто не видел, кадр был сохранен. Закончив, она выпрямилась и коротко размяла шейные шарниры. Сухо щелкнул металл, когда она повернула шлем в сторону преграды. Перед ней стояли "врата". Огромная серая плита, наглухо вросшая в конструкцию бастиона. Ни панелей доступа, ни интерфейсов, ни видимых стыков - просто монолит высотой с многоэтажку. В центре была выгравирована схема жала, и больше ничего. Шиверлайт подошла вплотную и приложила манипулятор к поверхности. Металл был ледяным, он мгновенно начал вытягивать тепло из её систем. Она понятия не имела, как эта махина функционирует. Было ясно, что Мортилия не пользуется стандартными протоколами доступа, но и атаковать их пока никто не спешил.       — Ну и как тебя вскрывать? — негромко пробормотала она, изучая барельеф.       В этой тишине, прерываемой только гулом охлаждаек Диноботов, ей казалось, что за её движениями наблюдают тысячи невидимых сенсоров. Шиверлайт начала медленно простукивать плиту, пытаясь на слух определить толщину переборки. Правил игры этой Королевы она не знала, и эта неизвестность раздражала систему больше, чем наглый фейсплейт Френзи. Стилчест, который до этого сосредоточенно возился с обшивкой своей бедренной брони, на мгновение замер. Он проводил взглядом Шиверлайт, которая как ни в чем не бывало расхаживала перед вратами, пока остальные едва могли пошевелить манипуляторами. Инсектикон неуверенно обернулся к Ренегату.       — Босс… — тихо позвал Стилчест, понизив громкость вокалайзера. — А чё она не заправляется?       Ренегат, занятый тем, что вправлял выбитый сустав на плечевом сегменте, на тик замер. Он покосился на Шиверлайт - она двигалась плавно, без малейшего намека на системную усталость или падение давления в гидравлике. В её движениях не было той тяжести, которая сейчас придавливала к полу даже могучих Диноботов.       — Не знаю. — буркнул Ренегат, и в его голосе проскользнула несвойственная ему неуверенность.       Он проводил её взглядом, и в его процессоре начали всплывать неуютные вопросы. Он видел её в бою, видел, сколько энергии она тратит на трансформацию в тринадцатиметрового зверя, и как долго она может обходиться без дозаправки. Ни один стандартный кибертронец, даже с самым продвинутым накопителем, не мог сохранять такую бодрость после всего, что они прошли. В голове мелькнула шальная мысль: "А кибертронец ли она вообще в полной мере?", но он тут же загнал её поглубже в подкорку. Он бы сразу понял если бы она была связана с Квинтесоннами. Такие подозрения на территории инсектиконов были сейчас лишним балластом. Заметив, что Стилчест всё еще ждет более внятного ответа, раскрыв жвалы, Ренегат раздраженно дернул манипулятором.       — Меньше по сторонам смотри. — проворчал он, возвращаясь к своему плечу. — Внимательнее повреждения латай. Если мы отсюда не выберемся, тебе будет глубоко плевать на её диету. Шевелись, пока у нас есть эта передышка.       Стилчест послушно уткнулся в поврежденную панель, но атмосфера в группе стала еще более тягучей. Шиверлайт продолжала изучать врата, оставаясь для своих спутников единственной опорой благодаря которой они могли перевести дух. Шиверлайт чувствовала затылком подозрительную тишину со стороны Ренегата и Стилчеста, но даже не обернулась. Косые взгляды и немые вопросы её сейчас волновали меньше всего. Она продолжала свои "танцы с бубном" перед монолитом. Сначала она просто несколько раз ударила по плите основанием ладони. Звук вышел коротким, глухим, словно она стучала по цельному астероиду. Никакого эха, никакой вибрации пустот внутри. Затем она активировала встроенный в манипулятор сканер малого радиуса. Луч прошелся по барельефу жала, но тут же вернулся с ошибкой - металл врат обладал какими-то дикими поглощающими свойствами, гася любой сигнал на корню. Шиверлайт задумчиво поковыряла когтем стык между дверью и проемом. Точнее, его отсутствие. Плита прилегала к скале так плотно, словно была впаяна в неё на молекулярном уровне. Она отошла на пару шагов назад, задрала шлем, разглядывая верхушку ворот, которая терялась в темноте, и озадаченно почесала затылок. В какой-то момент она просто развела манипуляторами и пожала плечами, обращаясь скорее к самой себе, чем к отряду.       — Ну, технически, это даже не ворота. — её голос прозвучал буднично, разбивая давящую тишину. — Это герметичная заглушка. Никаких внешних терминалов, никаких портов для подключения. Мортилия явно не планировала, что к ней будут ходить через парадный вход.       Она развернулась к своей избитой команде: Диноботы, облепившие мостовую, Саундвейв, подключенный к заправке, и настороженные инсектиконы-дезертиры - все они ждали от неё какого-то решения.       — Слушайте сюда. — Шиверлайт похлопала по ледяному металлу врат. — Можете расслабиться и перевести системы в режим экономии. Марш-бросок отменяется. Мы тут надолго кажется.       Она уселась прямо на пол, скрестив сервоприводы, и облокотилась спиной о монолит.       — Пока наш гениальный ум видит третий сон, мы эту консервную банку не вскроем. Так что латайте дыры и не палите зря энергию. Объявляю официальный привал.       Ренегат хмуро посмотрел на неё, но спорить не стал - его собственные датчики вопили о перегрузке. Стилчест же просто выдохнул, позволяя вентиляции наконец сбросить лишнее давление. Отряд начал медленно погружаться в тяжелое, гудящее забытье прямо под носом у армии спящих статуй. Тишина на мостовой стала почти осязаемой. Диноботы, немного придя в себя после порции энергона, начали переговариваться. Саундвейв всё еще был в оффлайне, но Раведж перестал точить когти и замер, направив ушные сенсоры в сторону Шиверлайт. Ренегат нарушил молчание первым. Он не сел, как остальные, а остался стоять, сверля её взглядом.       — Знаешь. — начал он, и его голос в этой пустоте прозвучал неожиданно громко. — Я, Великий Охотник Роя, много кого повидал, Шиверлайт. Но одно я не могу понять: кто ты такая?       Шиверлайт даже не открыла оптику, продолжая подпирать спиной монолит Врат.       — Я уже говорила ранее,(А:в пути общались, так что нет сюжетной дыры :D) Ренегат. Я из Каона. Обычная певица из низших каст, которую никто особо не слушал. Когда с кредитами становилось совсем туго, шла в шахты, таскала руду. Обычный актив, обычного кибертронца - она пожала плечевой броней.       Свуп и Слэг переглянулись. Образ маленькой певицы из трущоб, которая сейчас командует ими и в одиночку стоит на сервоприводах перед цитаделью Мортилии, плохо укладывался в процессорах.       — Каон, значит? Песни и кирки? — Ренегат сделал шаг вперед, и его подошва скрежетнула по металлу. — Допустим. Я не спрашиваю про твои боевые навыки и откуда у тебя, подходящие размеры для альтформы древнего ящера. Я спрашиваю о другом.       Он обвел манипулятором замерший отряд.       — Посмотри на нас. Мы пустые. Диноботы жрут энергон ведрами, Саундвейв вырубился от истощения. А ты? Мы идем уже который цикл. И я ни разу... — он выделил это интонацией, — ...ни разу не видел, чтобы ты заправлялась. Или чтобы ты уходила в оффлайн на подзарядку. Твоя вентиляция даже не работает тяжелее обычного после боя.       Напряжение мгновенно подскочило. Диноботы разом затихли. Даже Стилчест перестал ковырять свою броню и испуганно уставился на босса. Шиверлайт наконец открыла алую оптику. Она смотрела спокойно, почти лениво, и это спокойствие пугало больше, чем если бы она начала оправдываться.       — Может, Праймус решил так пошутить? — она развела манипуляторы в стороны, на её губах заиграла слабая, ироничная усмешка. — Подарил мне исключительный КПД. Или у меня внутри стоит экспериментальный реактор, о котором я сама не в курсе. Какая разница, пока я помогаю вам исполнить ваши мечты?       — Разница огромная. — Ренегат не принял шутку. Он подошел еще ближе, нависая над ней. — Ты неестественная. Ты не заправляешься, не уходишь в перезагрузку и не устаешь. В тебе нет того, что делает нас кибертронцами. Так что давай без сказок про Каон. Кто ты на самом деле? Или что ты такое?       Гримлок медленно поднялся на одно колено, его окуляры вспыхнули тусклым гневом. Ренегат стоял на своем, требуя ответа, который мог навсегда расколоть их хрупкий союз прямо перед фейсплейтом врага. Шиверлайт молчала. Улыбка медленно сползла с её фейсплейта, оставив лишь холодную, непроницаемую маску.       — Ты много хочешь знать, Ренегат. — тихо процедила она. — Угрожаешь мне, прямо перед входной дверью Королевы Истребления?       Напряжение лопнуло с сухим металлическим щелчком. Гримлок не стал тратить время на споры. Рывком поднявшись, он впечатал дуло своего массивного орудия прямо в фейсплейт Ренегата. Лязг металла о металл эхом разнесся по мостовой, заставив Свупа и Слэга мгновенно вскинуть пушки.       — Диноботы не любят допросы. — прорычал лидер Диноботов, и его окуляры полыхнули багровым. — Мы любим дисциплину. Ты слишком много жужжишь для того, кто обязан ей активом.       Стилчест, взвизгнув от неожиданности, среагировал на инстинктах. Он выхватил свой огромный щит, с грохотом впечатывая его в плиты и перекрывая Ренегата собой и отталкивая манипулятор Гримлока.       — Эй, Эй, Эй! Вы чего?! — закричал инсектикон, его вокалайзер сорвался на помехи. — Мы же команда! Босс, ребята, вы чего?!       Ренегат даже не моргнул. Он продолжал сверлить взглядом Шиверлайт, игнорируя пушку у своей боковой пластины шлема. Шиверлайт же медленно поднялась. Теперь она возвышалась над Ренегатом, её корпус казался массивнее в тени врат, а алая оптика горела холодным светом. Она чуть наклонилась вперед, оскалив четыре острых клыка.       — Всему свое время, жучок… — протянула она игриво, но в её голосе уже начал прорезаться низкий рык.       В этот момент Саундвейв издал резкий статический хрип. Его оптика зажглась тускло, системы перезагружались каскадом, пытаясь осознать, почему датчики фиксируют наставленное друг на друга оружие. Он вырвал шланг из своей рта, и откашлялся не понимая, почему его не пристыковали к заправочному порту.       — Саундвейв, очнись, тут пиздец! — голос Раведжа в аудиосенсорах связиста прозвучал резко, кассетник во всю тряс его. — Ренегат решил поиграть в детектива и лезет в прошлое Шиверлайт. Ситуация: фатальная. Она злится.       Саундвейв мгновенно оценил обстановку. Ему и самому было крайне любопытно узнать о ее прошлом подробнее, но он был достаточно расчетлив, чтобы понимать последствия. Если эта тринадцатиметровая фемм потеряет контроль и перейдет в режим агрессии прямо здесь, от них всех останутся только мятые листы обшивки. Смерть его команды от челюстей взбешенной Шиверлайт, не входила в его планы на этот цикл. Саундвейв медленно поднял манипулятор, транслируя через вокалайзер тяжелый, вибрирующий гул, подавляющий все остальные звуки.       — Конфликт нерационален. Вы что здесь устроили? — прозвучал его раздраженный, вибрирующий голос. — Мы стоим у порога Мортилии. Внутренний раскол равен самоликвидации. Гримлок убери оружие. Ренегат, прекрати лезть, куда не стоит.       Связист выделил последнюю фразу особым частотным акцентом, давая понять Ренегату, что его любопытство сейчас смертельно опасно для всех. Шиверлайт выпрямилась, убирая хищную ухмылку, и как ни в чем не бывало плюхнулась обратно, хотя в её оптике всё еще догорали искры ярости.       — Саундвейв прав, мальчики~. Поберегите искры для хозяйки этого места. — она весело улыбнулась и хлопнула. — Давайте лучше выдохнем, и расслабился. Нам нужны силы. Отдых!       Гримлок, нехотя и медленно, убрал ствол, но его взгляд обещал продолжение. Ренегат же промолчал, пряча свои подозрения за маской безразличия. Он понял предупреждение Саундвейва: Шиверлайт была пороховой бочкой, на которой они все сидели, и подносить к ней спичку было самоубийством.

***

      Каон встречал Ориона Пакса так, будто хотел проверить его обшивку на прочность. Здесь небо было затянуто плотным смогом плавилен, а воздух казался тяжелым и маслянистым. Орион старался идти ровно, но его чистая сине-красная броня и непривычно плавные для этих мест движения выдавали в нем иаконца за километр. Рядом шагал Д-16. Орион не мог не заметить, что за последний аноцикл друг сильно изменился: плечевые сегменты стали шире, а на матовом сером корпусе появились острые, хищные углы.       — Ты выглядишь... — Орион подбирал слова, осторожно переступая через лужу отработанного масла. — как-то слишком остро для шахтера. Ты уверен, что эти надстройки не мешают тебе в работе?       Д-16 коротко усмехнулся, бросив мимолетный взгляд на свое плечо, где теперь красовался грубый шип.       — Это для устрашения, Орион. В шахтах стало неспокойно, банды Каона совсем обнаглели. А так - видят, что я могу за себя постоять, и не лезут. Чисто для защиты, сам понимаешь.       Орион понимающе кивнул. Он доверял Д-16 больше, чем собственным сенсорам. Раз друг говорит - защита, значит, так оно и есть. Позади них, переругиваясь, семенили миниконы. Френзи и Рамбл вовсю взялись за "обучение" новенького, который вертел головой так активно, что казалось, его шейный шарнир вот-вот заклинит.       — Короче, Птиц, слушай сюда. — Френзи заговорщицки толкнул миникона в крыло. — Самое веселое - это умение подкалывать. Яркий пример хулиган. Если он начинает серьезно рассуждать о справедливости или будущем, мы просто начинали громко чавкать. На каждое слово, мы отвечали своим набором звуков. Видел бы ты его фейсплейт... О, или спрятать его любимый ремонтный набор! Видел бы ты, как у него искрят аудиосенсоры от злости - чистый кайф!       — Точно! — поддакнул Рамбл, хихикая. — Он тогда становится похож на перегретый паровой котел. Главное - вовремя смыться, пока он тебя в узел не завязал.       Кассетник наклонил голову набок, с любопытством разглядывая спину идущего впереди Д-16. Его оптика мерцала мягким светом - он всё еще впитывал мир с детской непосредственностью.       — Подколы... это форма социального взаимодействия? — голос дрона направленный самому себе был чистым, в нем слышалось искреннее удивление. — Френзи и Рамбл утверждают, что это "весело". Хм. Я не уверен, что это безопасно для целостности моего корпуса... Но ваши советы звучат интересно. Попробую это на Орионе позже. Он кажется более... мягким объектом для тестов.       Когда они ввалились в заведение, Орион едва не споткнулся о порог. Внутри стоял такой густой туман от систем охлаждения, что видимость падала до пары метров. Грохотала тяжелая музыка, кто-то в углу громко спорил, а у стойки сидели мехи, чей вид заставил бы любого миротворца Иакона немедленно уйти в оффлайн. Они нашли свободный столик в глубине, подальше от летящих искр и слишком громких компаний.       — Так. — Д-16 с лязгом отодвинул стул для друга. — Орион, присаживайся. Побудь тут за главного и присмотри за этой мелюзгой, чтобы они не разнесли тут всё и не начали пакостить местным. А я пойду к стойке, сделаю нам заказ. Попробую найти что-то, от чего у тебя не расплавится топливный бак.       Орион неловко опустился на стул, сложив манипуляторы на коленях и стараясь не смотреть на соседа по столику, который мрачно пилил напильником собственный палец.       — Хорошо... Только не задерживайся, ладно?       Д-16 ободряюще хлопнул его по плечу и направился к бармену. Орион проводил его взглядом, заметив, как уважительно расступаются перед другом местные громилы. Он и представить не мог, что прямо сейчас за их столиком сидит не просто один серый шахтер, а восходящая звезда Гладиаторских Ям Каона. Орион на секунду отвлекся, изучая фрески на поцарапанном датападе, но его отвлёк шум. Справа раздался знакомый скрежет металла, прерывистое пыхтение и поток таких отборных ругательств, которые в Иаконе запрещены даже в технических архивах. Архивариус поднял взгляд и его оптика едва не вылетела из пазов. Посреди зала на полу разыгрывался настоящий кошмар. Довольно крупный черно-белый полисбот, судя по ливрее, патрульный, сейчас напоминал жертву роя голодных скраплетов. Френзи и Рамбл буквально облепили его, как назойливые тараканы: Френзи висел на шлеме, засунув пальцы в вентиляционные щели и пытаясь выковырять проблесковый маячок, а Рамбл мертвой хваткой вцепился в коленный сустав, нанося удараы кулаков-молотов.       — Стой ровно, корыто! — орал Френзи, перекрывая грохот музыки.       Но настоящим шоком для Ориона стал его маленький приятель. Маленький дрон, натужно работая турбинами и едва не задевая крыльями пол, тащил к свалке исполинский промышленный резак. Инструмент был в два раза длиннее самой птицы, угрожающе лязгал зазубренными краями и искрил, волочась по металлу.       — Я… несу… резак… — пыхтел дрон, его вентиляция работала на пределе. — Цель… нуждается… в демонтаже…       — Снимите их с меня! Клянусь Праймусом, я переплавлю вас в тостеры! — взвыл полисбот, отчаянно кувыркаясь по полу. — Д! Д-16! Уйми своих недоумков, пока я им головы не открутил!       Орион вскочил, опрокинув стул.       — ПРЕКРАТИТЕ!       Он в два шага подлетел к клубку тел. Сначала он схватил Френзи за поясной сегмент и буквально отодрал его от шлема копа, затем перехватил Рамбла, который уже примерялся, как бы поудобнее вырвать нагрудную панель офицера. Миниконы дрыгали сервоприводами в воздухе и возмущенно вопили, требуя завершить "техническое обслуживание". Полисбот, почувствовав свободу, не стал вступать в бой. Он мгновенно вскочил и, наплевав на достоинство офицера, спрятался за широкую спину Ориона, вцепившись в его плечевые пластины и дрожа всем корпусом.       — Забери их, парень! — проскулил коп из-за плеча Пакса. — Забери этих мелких демонов куда подальше! Я просто подошел поздороваться, а они накинулись на меня, как на бесплатную запчасть! А дрон? Ты видел этого психа?! Он хотел вскрыть мне визор!       — Офицер... мне невероятно жаль. — Орион попытался обернуться, но полисбот лишь плотнее прижался к его спине, используя архивариуса как живой щит.       — Не подпускай их! — взмолился коп. — Особенно эту крылатую пилу!       — Я просто следовал инструкциям. — обиженно пропищал дрон, выронив огромный резак на пол с оглушительным звоном. — Рамбл сказал, что таким как ты нравится подобное…       В этот момент в толпе показался Д-16. Он нес два тяжелых куба энергона с примесями и, увидев Ориона, обвешанного миниконами и перепуганного полисбота за его спиной, лишь невозмутимо приподнял надбровную дугу.       — Оставил тебя на пару тиков, Орион, — хмыкнул шахтер. — А ты уже успел завести новых друзей?       — Твои кассеты - психопаты, Д-16! — выкрикнул офицер, всё ещё не выходя из-за спины Ориона. — Психопаты и воры! Они сперли резак у меха за соседним столиком и собирались вскрыть меня!       Д-16 лишь усмехнулся и поставил энергон на стол.       — Они просто соскучились. Садись уже, выпей с нами. — пригласил Д-16 ставя кубы и беря с стойки ещё канистры.       Наконец, когда резак был отпихнут сервоприводом под стол, а миниконы принудительно усажены на свои места, в маленькой компании воцарилось некое подобие порядка. Полисбот все еще с опаской косился на разведывательного миникона, который теперь сидел на краю стола и увлеченно обсуждал с Френзи и Рамблом, под каким углом лучше всего вскрывать патрульные бронепластины.       — ...а если подать импульс на нижний фиксатор, он сам выскочит из пазов, — шепотом проскрипел Френзи, рисуя пальцем схему прямо на засаленной поверхности стола, пока кассета впитывал все как губка.       Полисбот сглотнул, чувствуя, как его системы охлаждения начинают работать в аварийном режиме.       — Д, клянусь Искрой, если они попытаются применить это на практике, я раздавлю их без суда и следствия.       Д-16 лишь хмыкнул, пододвигая один из кубов энергона Ориону.       — Расслабься. Орион, познакомься - это Баррикейд. Мы... пересекались по работе в нижних секторах. Баррикейд, это Орион Пакс. Тот самый архивариус, о котором я тебе говорил.       Баррикейд моментально сменил гнев на милость. Его окуляры весело вспыхнули, он протянул массивный манипулятор и с силой встряснул ладонь Ориона так, что у того едва не вылетели локтевые шарниры.       — А-а-а, так это ты! — Баррикейд широко улыбнулся. — Рад наконец увидеть тебя вживую. Мегатрон часто рассказывал о тебе в перерывах между тренировками! Говорил, что ты самый упрямый мех во всем Иаконе, который верит в правила больше, чем в гравитацию!       Орион на тик замер, приподняв надбровную дугу.       — Мегатрон? — переспросил он, недоуменно переводя взгляд с Баррикейда на Д-16. — Кто это? Какой-то твой новый напарник по шахте, Д-16?       В баре внезапно стало очень тихо. Баррикейд почувствовал, как воздух вокруг него будто заледенел. Он медленно повернул голову и встретился взглядом с Д-16. Гладиатор не двигался. Он держал куб с энергоном у самого фейсплейта, но его оптика сузилась до двух бритвенно-острых лазурных щелей. В этом взгляде читалось не просто предупреждение - там была детальная инструкция по тому, как именно Д-16 собирается разобрать Баррикейда на запчасти, если тот произнесет еще хоть слово. Баррикейд резко осознал, что его глосса только что совершила обратное сальто в плавильный котел. Он вспомнил, что Д-16 просил, точнее, приказал, не упоминать его гладиаторское имя перед "другом из верхов".       — Э-э... Мегатрон? — Баррикейд нервно хохотнул, его вокалайзер выдал короткий сбой. — Я сказал Мегатрон? Нет-нет! Я имел в виду... Мега-трон! Ну, знаешь, такая большая... траншея в секторе 4! Очень глубокая! Мы там с Д-16... работали. Да. Мега-траншея! Тяжелая работа, процессор плавится, вот слова и путаются.       Он быстро схватил свой куб и буквально уткнулся в него фейсплейтом, стараясь слиться с мебелью. Орион подозрительно прищурился, переводя взгляд с одного на другого.       — Д? В Каоне реально есть шахта под названием Мегатрон?       Д-16 сделал глоток, его фейсплейт снова приняловыражение спокойной уверенности, хотя куб в его манипуляторе едва заметно хрустнул.       — Баррикейд перегрелся на патрулировании, Орион. Ты же знаешь этих копов - у них вечно перегружены кэш-файлы. Забудь. Лучше расскажи, как там поживает твой архив. Говорят, Совет снова издал какую-то реформу?       Орион не сводил подозрительного взгляда с Баррикейда. Архивариус подался вперед, и в его оптике отразилось искреннее беспокойство, свойственное только жителям Иакона, которые еще не разучились сочувствовать.       — Баррикейд, у тебя системы в порядке? — мягко спросил Орион. — Ты весь вибрируешь, и температура корпуса подскочила на десять градусов. Может, тебе стоит зайти в ремонтный отсек? Это может быть вирусная утечка данных или сбой охладителя...       Для Баррикейда Орион в этот момент выглядел как святой мессия, сошедший с небес - добрый, заботливый и бесконечно наивный. Коп очень хотел выложить всё: и про нелегальные бои, и про то, что его "друг Д-16" за кулисами превращается в машину для убийства. Но, скосив взгляд, он увидел, что Д-16 медленно сжимает пальцы на металлическом кубе, и металл начинает жалобно стонать. Баррикейд понял: если он сейчас скажет правду, ремонтный отсек ему уже не понадобится - только плавильня.       — Я... я в норме, парень. — выдавил Баррикейд, вжавшись в стул. — Просто... Каонская пыль в фильтрах. Прочищусь - и всё пучком.       Орион вздохнул, видя, что офицер не настроен на откровенность, и внезапно его окуляры вспыхнули от озарения.       — А-а, я понял! — Орион хлопнул ладонью по столу. — Мегатрон! Я же слышал это имя в утренних сводках из Каона. Там говорили о какой-то новой "звезде" гладиаторских арен, которая разносит противников в пыль. Я еще подумал, какое странное и агрессивное имя. Поэтому я и удивился, когда ты назвал так шахту. Похоже, в Каоне это сейчас модное слово?       Д-16, который в этот момент делал глоток, не выдержал. Энергон эффектным фонтаном вылетел у него изо рта, оросив стол, Френзи с Рамблом, и едва не задев летуна.       — Кха-кха! — Д-16 быстро вытер подбородок, его оптика бешено завращалась, подстраиваясь под ситуацию. — Да... да, именно так, Орион. Ты чертовски проницателен, дружище.       Он поставил куб и, приняв максимально непринужденный вид, вальяжно откинулся на спинку стула.       — Этот Мегатрон... О нем сейчас все говорят в забоях. — Д-16 усмехнулся, глядя прямо в честные глаза друга. — Говорят, он из простых рабочих. Шахтер, которому надоело гнуть спину за гроши. Он вышел на арену и показал этим зажравшимся кастам, что сталь Каона крепче их пустых лозунгов. Говорят, он высокий, мощный и... невероятно харизматичный.       — И очень скромный! — пискнул Баррикейд, поспешно заглатывая порцию энергона, чтобы скрыть смех. — Просто образец скромности! Весь Каон от него в восторге. Мы, полиция, конечно, должны его арестовать за нелегальные бои, но... кто ж рискнет подойти к такому благородному меху?       Орион задумчиво подпер голову манипулятором, пока Мегатрон прожигал взглядом Полисбота.       — Грустно всё это. Насилие ради развлечения... Надеюсь, этот Мегатрон когда-нибудь поймет, что слова могут менять мир эффективнее, чем кулаки. Что скажешь, Д? Как думаешь, он мог бы стать кем-то большим, чем просто бойцом?       Д-16 на мгновение замер. Куб в его манипуляторе медленно опустился на стол. На его фейсплейте не было ни тени опасного блеска или злорадства. Напротив, выражение его фейсплейта стало тяжелым, почти болезненным. Он вспомнил арену. Вспомнил тех, с кем ему приходилось сталкиваться - таких же шахтеров, должников и рабов, у которых не было выбора, кроме как убивать друг друга на потеху толпе. Каждый раз, когда его кулак дробил чужую броню, он чувствовал не триумф, а горечь от того, что система заставляет их проливать кровь своих же братьев ради крохи энергона. Он посмотрел на Ориона - чистого, искренне верящего в силу слов и законов. Такого наивного, такого... Не подходящего этому темному миру.       — Думаю. — голос Д-16 прозвучал глухо и серьезно. — он и сам бы этого хотел, Орион. Но иногда, чтобы разрушить клетку, тебе приходится использовать силу, просто чтобы выбить дверь. Мегатрон... он не боец по призванию. Он - результат того, что нас отказываются слушать.       Он на секунду отвел взгляд, словно взвешивая тяжесть своих слов.       — И если он станет кем-то большим, это будет не потому, что ему нравится власть. А потому, что никто другой не решился взять на себя этот груз.       Баррикейд, почувствовав, что атмосфера стала слишком давящей, поспешно кашлянул и громко стукнул кубом о стол.       — Ну-ну, полегче! Мы тут выпить собрались или диссертацию по социологии защищать? Д, твой друг слишком серьезный для Каона. Орион, забудь ты про этого гладиатора. Давай лучше за встречу!       Орион слабо улыбнулся, принимая попытку сменить тему, но всё же внимательно посмотрел на друга. Он почувствовал, что за этими словами Д-16 скрывается нечто такое, что его друг не может, или не хочет, выразить прямо.

***

      Шиверлайт еще несколько минут стояла в тишине, не сводя глаз с величественного барельефа. В её процессоре наверняка крутились сценарии взлома цитадели, пока Саундвейв, восстановивший системы, не подошел вплотную к монолиту. Связист не стал стучать. Он просто активировал окуляры на максимальное разрешение и указал манипулятором на едва заметные технические выступы и вентиляционные отверстия в нескольких десятках метров над их шлемами.       — Анализ завершен. — раздался его монотонный голос. — Данный объект не является механизмом. Это глухая фортификационная переборка для блокировки наземной техники. Инсектиконы перемещаются по вертикальным поверхностям. Вход расположен выше.       Шиверлайт замерла. Её манипулятор, которым она только что задумчиво поглаживала "калитку", медленно опустился. Она медленно обернулась к Ренегату и Стилчесту. Те двое даже не пытались скрыть своего состояния. Стилчест буквально сложился пополам от беззвучного хохота, а Ренегат, прислонившись к стене, скрестил манипуляторы на грудной броне с видом знатока, который полчаса наблюдал, как кто-то пытается открыть нарисованную дверь. Они оба изначально знали, что это за стена. Но, следуя золотому правилу "не спросили — не говори", просто молча наслаждались перфомансом.       — Вы... — Шиверлайт процедила это слово так, что поблизости заискрила проводка. — Вы знали.       — Ну... — Стилчест наконец обрел дар речи, утирая омыватель с оптики. — Вы так увлеченно её простукивали. Мы не хотели мешать творческому процессу. Это было... очень вдохновляющее зрелище.       Диноботы, поняв суть шутки, разразились гулким хохотом, от которого посыпалась пыль. Слэг и Свуп начали басить, толкая друг друга в плечи, а Раведж просто презрительно фыркнул, отвернувшись. Ахуевший кошак Пантера всем своим видом показывал, что уровень IQ в этой группе только что пробил дно Бастиона. Шиверлайт поймала депрессию мгновенно. Её алая оптика потускнела, а плечи поникли. Весь пафос момента рассыпался в прах перед обычным куском железа, который инсектиконы просто переползали.       — Саундвейв, разведуй — глухо бросила она.       Связист трансформировался и с тихим свистом взмыл вверх. Спустя минуту они увидели выглядывающего аудиобота который показал сигнал пальцами. Началось восхождение. Свуп, чертыхаясь и задыхаясь от нагрузки, подхватил массивного Снарла и зигзагами потянул его наверх. Стилчест, активировав магнитные захваты, резво припустил по вертикальной плите. Шиверлайт, всё еще пребывая в глубоком унынии, просто вцепилась в его наплечники и ехала "пассажиром", глядя в одну точку. Внизу остались только двое. Ренегат посмотрел на Гримлока. Гримлок, который весил как половина этого Бастиона, посмотрел на него. Тишина затянулась... Слэг, ожидающий своей очереди, с интересом наблюдал за немым диалогом. Ренегат тяжело вздохнул. Его оптика на мгновение погасла - та самая степень обреченности, когда ты понимаешь, что твоя карьера Великого Охотника Роя закончится ролью грузового подъемника.       — Цепляйся. — проворчал инсектикон, разворачиваясь спиной и втыкая когти в металл.       Гримлок, с точно таким же выражением вселенской тоски в окулярах, молча взгромоздился на спину Ренегата. Слэг проводил их взглядом. Ренегат, шатаясь под чудовищным весом и едва не выламывая собственные суставы, медленно полз по стене. На его спине Гримлок, сложив манипуляторы на груди, с абсолютно отсутствующим видом смотрел в никуда. Наконец когда спустившийся Ренегат отбуксировал ещё и Слэга, что наровил пробить бивнем его спину, команда собралась полностью. Шиверлайт уже увидев привычные гидравлический шлюз, уже знала что это проход, но на всякий случай посмотрела на Саундвейва. Фиолетовая оптика аудиобота закрылась и он кивнул. Они подошли к шлюзу. Ренегат волоча сервоприводы подошёл к панели и поднес свой фейсплейт. Лазер осветил его внешность, после чего моргнуть зелёным. Гермодвери начали отворяться. На немой вопрос группы уже ответил Стилчест.       — Вся биометрия Роя работает на общих очертаниях. Нас слишком много дабы считывать каждый индивидуальный код, поэтому стоит общий шаблон. Босс, говорил что от этого защита хромает. — Стилчест пыхтел, горделиво выпячив грудную броню.       Они ничего не ответили, и пошли внутрь. Команда продвигалась вглубь Бастиона, и тишина, которая раньше казалась мертвой, сменилась низкочастотным гулом. Это была цепная реакция. Закономерность проявилась быстро и пугающе. Первые двое стражей были лишь патрульными. Следующая пятерка - признаком того, что протоколы безопасности активированы. Но когда на очередном перекрестке из вентиляционных шахт и стенных ниш разом вывалилось двенадцать бойцов, стало ясно: Мортилия запустила протоколы массового пробуждения. Бастион просыпался волнами. Где-то в глубине конструкций завыли древние сирены, и ритмичный лязг сотен пробуждающихся механизмов начал сливаться в единый шторм.       — Это не патрульные. — прорычал Ренегат, вонзая когти в лицевую панель очередного инсектикона и с хрустом вырывая из него кабели. — Она активировала спящие сектора. Сейчас они будут лезть отовсюду.       Диноботы работали как слаженный механизм разрушения. Слэг сбивал нападавших с ног мощными ударами плеч, а Гримлок, не тратя время на стрельбу, просто разрывал хрупкие корпуса врагов голыми манипуляторами. Энергон брызгал на стены, заливая тусклые светильники коридора.       — Активность Роя растет в геометрической прогрессии. — голос Саундвейва вибрировал от статических помех. — Каждая следующая волна будет превосходить предыдущую по численности. Мы рискуем оказаться погребенными под массой корпусов.       Шиверлайт, чья алая оптика горела в такт тревожным огням Бастиона, резко обернулась. Она видела, как в конце коридора из ниш начинают вылезать всё новые и новые тени.       — Она просто открыла шлюзы! — прорычала она, отбрасывая изуродованный труп инсектикона. — Им плевать на тактику, их задача - задавить нас числом, пока мы не задохнемся в их останках!       — Королевский зал! — Ренегат указал на массивный проход, подсвеченный пульсирующим фиолетовым светом. — Это единственное место, которое она не заполняет мусором под завязку!       — Ускоряемся! — скомандовала Шиверлайт. — Стилчест!       Стилчест, осознав, что за их спинами нарастает настоящий гул от тысяч крыльев, припустил вперед так быстро, как только позволяли его короткие сервоприводы. Отряд перешел на бег, прорываясь сквозь группы только что пробудившихся, еще нескоординированных инсектиконов. За спиной у них Бастион превращался в кипящий котел из металла и ярости - Рой окончательно проснулся. Группа ввалилась в Королевский зал, который на поверку оказался колоссальным амфитеатром. Здесь не было ни роскоши, ни трона - лишь функциональная жестокость арены, стены которой были усеяны миллионами шестигранных сот, уходящих в непроглядную высь купола. В центре этого пространства, опутанная толстыми жгутами кабелей, похожими на вздувшиеся вены, высилась капсула гибернации. Она не открылась - она взорвалась изнутри. Бронированный манипулятор, больше напоминающий гидравлический пресс с когтями, пробил крышку насквозь и с омерзительным визгом разодранного металла отшвырнул многотонную плиту прочь. Из клубов ледяного хладагента вырвался тяжелый, вибрирующий рокот пробуждающихся систем. Шаги, последовавшие за ним, заставляли пол арены стонать: каждый удар сервопривода о плиты отзывался в искре присутствующих глухим эхом. Перед ними предстала Мортилия, Ее величество погибель. Это было триумфальное воплощение инженерного гения Роя. Её боевой облик подавлял: исполинская грудная клетка была закована в многослойную композитную броню, способную выдержать прямой выстрел из главного калибра боевой платформы. На плечевых сегментах хищно разворачивались сдвоенные турели, чьи стволы еще пускали пар от сброса давления. Шлем представлял собой монолитный панцирь с острым навершием-короной, а вместо окуляров его рассекала единая, пылающая багровым светом полоса визора - холодная и безучастная, как горизонт событий.       Мортилия медленно провернула шейные шарниры, и этот сухой механический звук в гробовой тишине зала прозвучал громче выстрела. Позади отряда в зал уже врывались волны преследователей, но стоило Королеве издать короткий, режущий аудиосенсоры импульс, как Рой замер. Тысячи инсектиконов, словно единая тень, рассредоточились по стенам, превращая арену в герметичную клетку. Выхода не было. Затем начался процесс метаморфозы. Тяжелые бронеплиты начали скользить по направляющим, складываясь и уплотняясь. Скрежет металла о металл заполнил зал, когда массивная чешуя её корпуса ушла за спину, формируя сложный, многослойный плащ-крылья, острые края которого искрили при соприкосновении. Мортилия приняла гуманоидный облик. Она не стала изящной в привычном понимании - она стала совершенной. Плавные, текучие линии новой формы скрывали под собой мощные приводы, а лицевая панель приобрела четкие, почти аристократичные черты. Однако цельный визор, не разделенный на привычную кибертронную оптику, выдавал в ней существо, чья природа навсегда сплавлена с инсектоидным кодом. Она была красива той пугающей красотой, которой обладает отточенное лезвие перед ударом. Она сделала шаг, и её плащ из крыльев с тихим шелестом коснулся пола.       — Столько шума ради того, чтобы просто прийти на плавильню. — голос Мортилии был лишен помех, он звучал как ровный гул работающего реактора. — Ренегат... Я помню твою архитектуру. Ты был лучшим из охотников Роя. А теперь ты привел к моему порогу зверей и этих... городских.       Её единственный багровый окуляр сфокусировался на Шиверлайт, и в этом взгляде не было любопытства - только холодный расчет того, сколько усилий потребуется, чтобы разобрать эту цель на части. Гримлок оскалился, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки, высекая искры. Атмосфера в зале стала настолько плотной от статического электричества, что воздух начал светиться.       — Ну что, ребята... — не оборачиваясь, тихо проговорила Шиверлайт, и в её голосе впервые за поход прорезались нотки нервозности — Кажется, аудиенция началась.       Мортилия небрежно повела манипулятором, и этот жест отозвался гулким шелестом миллионов крыльев. Огромные шестигранные соты под куполом, до этого казавшиеся безжизненными, вспыхнули мириадами алых точек. Там, в темноте сводов, пробудилась истинная мощь Роя - несметный легион, готовый обрушиться вниз по первому сигналу своей королевы.       — Я могла бы стереть вас в пыль прямо сейчас. — голос Мортилии вибрировал от скрытой мощи, резонируя в каждом листе обшивки зала. — Одно моё слово - и армия моих войнов поглотит вас. Ваша искра не успеет даже выдать сигнал о помощи, как ваши корпуса станут строительным материалом для новых ячеек.       Она сделала паузу, и из теней за её спиной выступили две фигуры. Это были Альфа-стражи. Ренегат, увидев их, невольно напряг сервоприводы, а его жвалы хищно щелкнули. Он не знал этих конкретных моделей, но его инстинкты орали: перед ним - Потрошители. Усиленные, доведенные до абсолюта версии его самого. Это не были хрупкие реплики из коридоров; эти двое были выкованы для того, чтобы зачищать целые сектора от живой силы. Их броня не блестела, она поглощала свет, а из сочленений вырывался тяжелый пар под колоссальным давлением.       — У вас есть выбор. — Мортилия указала длинным, изящным пальцем на бурлящие живой сталью соты наверху, где замерли в ожидании миллионы солдат. — Выставьте двоих бойцов против моих стражей. Победите - и я позволю вам изложить причину вашего визита, прежде чем решу вашу судьбу. Откажетесь - и я позволю Рою утолить голод.       Ренегат вышел вперед первым. Он понимал, что если это действительно потрошители, шансы на выживание стремятся к нулю, но гордость охотника не позволяла отступить.       — Я возьму того, что слева, — прохрипел он, обнажая когти.       Гримлок уже собирался сделать шаг, сжимая кулаки, но его опередили. Саундвейв. Тот, кого Мортилия до этого момента воспринимала как вспомогательное оборудование или обычного связиста, молча прошел вперед. Его движения были лишены суеты, в них чувствовалась пугающая, монолитная уверенность. Связист остановился напротив второго стража, который был вдвое шире него в плечах и обвешан лезвиями. Мортилия издала короткий, сухой смешок, похожий на треск ломающегося пластика.       — Это? — она окинула Саундвейва презрительным взглядом. — Ты выставляешь против моего Альфа-стража эту спицу?       Этот жест стал финальным аккордом, превратившим ледяную атмосферу тронного зала в раскаленный вакуум. Саундвейв медленно поднял шлем. На его лицевой пластине, глубоко иссеченной рваными, грубыми шрамами - страшным напоминанием о том дне в Каоне, когда его, изуродованного и умирающего, нашла Шиверлайт, не дрогнул ни один сегмент. Эти отметины не были почетными знаками воина, это были следы жестокой расправы, которую он пережил вопреки всем законам логики. Он не выглядел напуганным или даже заинтересованным противником. Его фиолетовая оптика горела холодным, ровным светом, смотря не на застывшего перед ним Стража, а сквозь него - прямо на Мортилию. В полной тишине связист медленно поднял правый манипулятор. Его пальцы сжались в кулак, оставив только большой палец, направленный вверх. Мортилия на мгновение замерла, следя за движением, но затем Саундвейв медленно, с почти торжественной неспешностью, развернул кисть. Большой палец смотрел ровно в пол.       Этот безмолвный приговор, вынесенный с ледяным спокойствием, ударил по гордости Королевы сильнее, чем любой выстрел. Голос Саундвейва раздался не просто через воколайзер, а будто завибрировал в самой структуре воздуха - тяжелый, властный и лишенный малейших помех:       — Саундвейв - высший. Инсектиконы - низшие.       Мортилия не просто разгневалась - она почувствовала, как по её системам прошел импульс первобытной ярости. Чтобы этот битый, перекроенный мусор с улиц, этот выживший недобиток смел указывать на место её элите? Это было за гранью оскорбления. Её цельный визор вспыхнул ослепительным багровым светом, а острые дентопластины на фейсплейте скрежетнули с такой силой, что звук разнесся по всей арене.       — РАЗОРВАТЬ ЕГО! — взревела она, окончательно теряя свою холодную невозмутимость.       Два черных росчерка сорвались с места. Альфа-страж, стоящий против Саундвейва, издал пронзительный ультразвуковой крик, от которого у Стилчеста едва не треснули аудиосенсоры. Потрошитель буквально телепортировался вперед, занося свои вибро-лезвия для одного удара, способного разрубить связиста пополам. Ренегат тоже не стал ждать. Его противник рванул с такой мощью, что плиты под его ногами разлетелись в крошку. Охотнику пришлось уйти в резкий перекат, едва избежав столкновения с грудой черного металла, которая еще мгновение назад была на другом конце круга. Шиверлайт лишь слегка прищурилась, не сводя глаз с Саундвейва. Она помнила, каким нашла его тогда в пыли Каона, и знала лучше всех: тот, кто вернулся с того света, больше не боится тех, кто просто умеет убивать. Бой начался с оглушительного лязга. Альфа-страж, противостоящий Ренегату, двигался с противоестественной скоростью, его вибро-лезвия чертили в воздухе смертоносные дуги. С каждым выпадом он выплескивал в эфир потоки презрения, транслируя их на частотах, доступных только инсектиконам.       — Предатель... — шипел Страж, пытаясь пригвоздить Ренегата к полу арены. — Ты бросил свою повелительницу Мирмидру. Ты нарушил директиву Роя. Для инсектикона нет греха тяжелее. Ты - системная ошибка, которую я сейчас исправлю.       Ренегат молчал. Он работал на пределе возможностей, его гидравлика стонала, парируя удары, которые были мощнее его собственных. Он уклонялся, уходил в сторону, пропуская лезвия в миллиметрах от своих окуляров. Его фейсплейт оставался непроницаемым, пока Страж, видя, что не может пробить оборону быстро, не зашел с другой стороны.       — Впрочем, чего еще ожидать от слуги Мирмидры? — Альфа-страж издал издевательский стрекот. — Эта слабая дура не смогла удержать даже собственного охотника. Она была недостойна называться королевой. Мусор истории, как и ты...       Этот момент стал точкой невозврата. В глубине процессора Ренегата, за всеми слоями цинизма и напускного безразличия, хранилась тайна его падения. Он помнил активацию, помнил клятву, войну на небесах, и то ужасающее мгновение, когда Чума взяла над ним верх. Он почти настиг Мирмидру, ведомый лишь голодом, пока она не выплеснула ему в фейсплейт свое противоядие. Оно не исцелило его, но оно изменило вектор безумия: первобытный голод столкнулся с единственным, что было сильнее вируса — инстинктом защиты. Чума мутировала, превратив его агрессию в абсолютную, искаженную и болезненную привязанность. Он сам не понимал, почему мысль о Мирмидре вызывает у него физическую боль в искре, почему он готов сжечь мир ради её тени. Когда Страж назвал её "слабой дурой", Ренегат на мгновение перестал существовать. Остался только носитель. В зале воцарилась гробовая, сосущая тишина. Оптика Ренегата внезапно погасла, а затем вспыхнула ядовитым, пульсирующим багровым светом. По его черной броне, извиваясь как змеи, поползли сине-фиолетовые разводы - это Квинтессонская Чума, дремавшая в его магистралях, мгновенно перешла в активную фазу. Из его жвал на пол арены начала стекать вязкая, фосфоресцирующая жидкость. Мортилия, наблюдавшая за боем, резко вскочила с возвышения. Её цельный визор расширился от неописуемого ужаса.       — Нет... — её голос сорвался на механический хрип. — Носитель Роевого Мора... Чума захватчиков! Как ты можешь быть активен?! Мы ведь истребили вас всех!       Ренегат медленно поднял голову. Теперь он не просто стоял - его корпус вибрировал, словно внутри работал перегруженный реактор. Его голос теперь звучал как многослойный, рвущий аудиосенсоры рык, в котором слышалось эхо тысяч погибших от вируса солдат.       — Я... — его сервоприводы с хрустом вошли в металл пола, проламывая плиты. — Я - Хардшелл. Верный страж Её Величества Мирмидры! Великий Охотник Роя!       Он сделал шаг вперед, и сине-фиолетовое свечение окутало его, как живой саван.       — Ты посмел осквернить имя моей королевы своим грязным голосом. Я не просто убью тебя. Я сожру твою искру!       Хардшелл сорвался с места. Это не был прыжок воина - это был бросок хищника. Он проигнорировал вибро-лезвия Альфа-стража, просто приняв удар на грудную броню. Металл затрещал, но Хардшелл даже не замедлился. Он вцепился в шлем противника своими когтями, и сине-фиолетовое свечение начало перетекать на Стража, заставляя того биться в конвульсиях от системного шока. Он пытался выстрелить в Хардшелла, но тот оторвал жвалами манипулятор стража и начал расковыривать его броню, рвя ее на части и пытаясь добраться до секции искры. На другой стороне арены Саундвейв, чья оптика всё так же холодно смотрела на Мортилию, лишь на мгновение зафиксировал трансформацию напарника. Для него это было лишь еще одно условие задачи, которое теперь упрощало его собственную работу. Шиверлайт, видя, как её "жужжащий гид" превращается в монстра из кошмаров, лишь хищно оскалилась.       — Ну надо же... А я-то думала, у меня скверный характер...       Пока на одной стороне арены разворачивался кровавый кошмар Хардшелла, на другой воцарилась пугающая, почти неестественная тишина. Альфа-страж сорвался с места, превратившись в черную молнию. Его когти, вибрирующие на частоте, способной резать крепчающую сталь, должны были снести голову Саундвейва одним махом. В последний миг Страж нанес удар... и промахнулся. Лезвия рассекли воздух в миллиметре от фейсплейта, не оставив даже царапины. Инсектикон замер в шоке. Саундвейв даже не шелохнулся. Он стоял, словно изваяние, глядя сквозь противника своей застывшей фиолетовой оптикой. Страж, рыча от непонимания, нанес серию молниеносных выпадов - слева, справа, сверху. И каждый раз его конечности уходили в сторону, словно само пространство вокруг связиста было наэлектризовано помехами, сбивающими прицел систем наведения.       — Что за... — прохрипел Страж, пробуя атаковать снова.       Саундвейв лишь лениво выставил предплечье. Удар Потрошителя пришелся в блок, но вместо того чтобы раздробить тонкий корпус аудиобота, Страж почувствовал, как его самого отталкивает мощная звуковая волна, выпущенная в упор. Он заскользил по полу арены, высекая искры когтями. Внутри процессора Стража начал нарастать белый шум. Он забивал каналы связи, превращая четкую картинку боя в месиво из статических помех. Поняв, что Саундвейв использует звуковую атаку для подавления его чувств, инсектикон мгновенно заблокировал аудиосенсоры. В полной тишине он рванул вперед, вкладывая всю мощь гидравлики в последний прыжок. Саундвейв резко сменил позицию. Его движение было не просто быстрым - оно было до боли знакомым. Резкий выпад вперед, уход с линии атаки и точный, выверенный удар прямо в сочленение между правым манипулятором Стража и его корпусом. Раздался оглушительный скрежет рвущегося металла. Связист продолжал в том же духе: серия коротких, жестких ударов, которые мяли тяжелую броню и дезориентировали противника. Он методично разбирал Стража на части. Шиверлайт, наблюдавшая за этим, почувствовала, как по её системам прошел импульс раздражения. Она узнала каждое движение. Это был её стиль - та самая смесь звериной агрессии и ледяной точности, которую она демонстрировала, когда "усмиряла" Хардшелла. Саундвейву хватило одной демонстрации, чтобы "украсть" её манеру боя, которую она оттачивала ворнами и идеально адаптировать под себя. Она недовольно сузила окуляры, но хищная, предвкушающая улыбка так и не сошла с её фейсплейта. Её раздражала эта наглость, но безупречность исполнения вызывала невольное восхищение. Последний удар Саундвейва вырвал второй манипулятор Стража. Черный гигант рухнул на колени, его оптика мерцала и гасла под весом системного шока. Связист медленно подошел к поверженному врагу. Без лишних слов его сервопривод встал на голову стража, и окончательным хрустом раздавил её, превращая элитного бойца в мусор. Выпрямившись, он снова замер, уставив визор на Мортилию. Королева вцепилась в края "трона" так сильно, что металл под её пальцами начал деформироваться. Один её солдат был разодран безумным носителем чумы, другой - хладнокровно уничтожен связистом, который оказался зеркалом самой смерти.       Напряжение в зале достигло критической отметки. Хардшелл, окутанный сине-фиолетовым маревом, с утробным рыком продолжал терзать останки Альфа-стража, и едкая жидкость из его жвал уже начала растекаться по плитам арены, испуская ядовитые испарения. Саундвейв замер над вторым трупом, неподвижный и холодный, как надгробная плита. Миллионы инсектиконов в сотах наверху начали синхронно скрежетать жвалами, готовые обрушиться вниз и накрыть всё это безумие живым ковром. В этой звенящей тишине Шиверлайт сделала несколько ленивых шагов вперед, театрально вскидывая манипуляторы в знаке безвыходности.       — Ну, эй, эй, эй! — её голос, певучий, звонкий и намеренно беззаботный, разрезал гул работающих систем. — Кажется, мы победили, разве нет? Аудитория в восторге, трупы на месте, правила соблюдены. Может, всё-таки дашь нам высказаться, или как?       Она бросила короткий взгляд на Хардшелла, который в этот момент вырвал кусок хребта у противника, и её улыбка стала еще более вызывающей.       — А то, знаешь, наш бедолага Ренегат совсем уже не держится. Парень явно не в духе, а эта... синяя дрянь, что из него течет, очень уж приставучая как я погляжу. Будет обидно, если она попадет в систему вентиляции твоего уютного гнездышка, правда?~       Шиверлайт посмотрела прямо в цельный визор Мортилии, не скрывая провокации. Это был неприкрытый шантаж. Один рывок безумного Хардшелла в сторону "зрителей" - и Квинтессонская Чума начнет косить улей Мортилии быстрее, чем её солдаты успеют поднять пушки. Королева застыла. Её пальцы, впившиеся в трон, мелко дрожали от едва сдерживаемой ярости. Она видела, как ядовитая лужа под Хардшеллом медленно увеличивается. Риск был запредельным. Если эта зараза вырвется за пределы арены, её правлению и её Рою придет конец. Мортилия медленно поднялась. Её тяжелый плащ из крыльев с сухим лязгом сложился за спиной. Она начала спускаться с возвышения, и каждый её шаг по ступеням отдавался тяжелым звоном. Она шла к ним сама, хмурая, как грозовая туча, и аура её власти буквально придавливала Стилчеста, как здравомыслящего инсектикона, к полу. Королева возвышалась над ней, обдавая холодом своего визора.       — Ты играешь с огнем, чужак. — голос Мортилии упал до опасного шепота. — Ты привела в мой дом мор и требуешь вежливости?       — Я требую простого внимания. — Шиверлайт даже не моргнула, продолжая улыбаться. — У нас есть предложение, от которого твои аудиосенсоры завяжутся узлом. Но сначала... — она кивнула в сторону Хардшелла. — Прикажи своим парням не дергаться, а я попробую убедить нашего "верного стража", что война на сегодня окончена.       На удивление Шиверлайт, Мортилия не остановилась для переговоров. С хищным скрежетом из её спинных сегментов, прямо из-под сложенного плаща-крыльев, выдвинулась массивная коса, чьё лезвие тускло блеснуло в багровом свете.       — Стой! — выкрикнула Шиверлайт, теряя напускную веселость. — Ты же сама видела, эта дрянь опасна для инсектиконов! Один контакт - и твой Рой пойдет под нож!       Диноботы мгновенно напряглись, их гидравлика взвыла, готовясь к рывку. Саундвейв бесшумно скользнул ближе к Шиверлайт, вставая за ней, его фиолетовый визор неотрывно следил за каждым микро-движением Королевы, просчитывая траекторию её удара. Мортилия проигнорировала предупреждение. Она рванула вперед - не как монарх, а как разъяренный мясник. Прежде чем Хардшелл успел среагировать, она стальной хваткой вцепилась в его горловину и с чудовищной силой впечатала его в металлический пол. Удар был такой мощи, что плиты арены треснули. Сине-фиолетовый мор тут же хлынул по её манипулятору, пытаясь поглотить новую жертву, но стоило заразе коснуться брони Мортилии, как она начала воспламеняться. Едкий, химический огонь пожирал чуму, заставляя её испаряться с шипением.       — Ты думала, я не готова? — прорычала Мортилия, глядя Шиверлайт прямо в глаза через плечо. — Все королевы пострадали от мора в те темные циклы, а не только ваша никчемная Мирмидра. И у каждой из нас было своё противоядие. Мы выжигали эту скверну из своих жил эпохами!       Под действием встроенных систем очистки Королевы чума начала отступать с корпуса Ренегата, втягиваясь обратно в его магистрали, хотя алое свечение его оптики так и не погасло полностью. Мортилия, не теряя ни секунды, перехватила косу, занося её для финального удара по голове обезумевшего инсектикона.       — Назад! — взревел Гримлок.       В тот же миг он и Стилчест, сработав как единый таран, впечатались в бок Королевы. Мощный толчок сдвинул её на несколько метров, заставив выпустить Ренегата. Диноботы тут же вскинули тяжелые орудия, стволы которых начали стремительно накаляться, целясь прямо в грудную пластину Мортилии. Зрители в сотах пришли в движение. Миллионы инсектиконов сорвались со своих мест, создавая над ареной живой черный смерч, готовый обрушиться и растерзать наглецов.       — СТОЯТЬ! — скомандовала Мортилия, выпрямляясь и жестом останавливая свой легион.       Она тяжело дышала, а её броня в местах контакта с мором еще дымилась. Она обвела группу тяжелым взглядом.       — Не мешать. — повторила она Рою. — Если они заразятся, мне придется заново чистить улей и уничтожать каждого из вас. Это слишком... накладно. Даже ради удовольствия видеть их гибель.       Она вонзила косу в пол, используя её как опору, и посмотрела на Гримлока, который даже не подумал опустить пушку.       — Говорите быстрее, пока моё терпение не выгорело вместе с этой чумой. Зачем вы здесь?       Шиверлайт, видя, что момент "взрыва" миновал, осторожно вышла из-за спины Саундвейва.       — У нас есть дело к тебе, Мортилия. И поверь, оно важнее, чем старые обиды между вашими королевами.       Шиверлайт сделала глубокий вдох, стараясь игнорировать запах жженого металла и едкий озон, зависший над ареной.       — Мы здесь не ради грабежа или твоей головы, Ваше Величество Мортилия. — начала она, чеканя каждое слово. — Наша цель - вершина горы Тайгер Пакс. Мы идем свергнуть Предакинга.       Мортилия замерла. В её цельном визоре промелькнула искра чего-то похожего на удивление, которое тут же сменилось ледяным пренебрежением.       — Тайгер Пакс задыхается. — продолжала Шиверлайт, обводя манипуляторы Диноботов и Ренегата, чья броня всё еще дымилась после вспышки чумы. — Инсектиконы, Диноботы, звероботы - все вы стали лишь расходным материалом для амбиций одного тирана. Мы идем, чтобы освободить этот сектор от его когтей. Всех вас.       Мортилия издала короткий, сухой звук, похожий на треск ломающегося пластика.       — Сказки для наивных искр. — отрезала она. — Пустые слова рабов, возомнивших себя освободителями. Предакинг - это стихия. Вы лишь пыль под его лапами.       — От тебя не требуется идти с нами в бой или помогать нам. — Шиверлайт сделала шаг вперед, сокращая дистанцию до опасного минимума. — Нам нужен проход к Матриарху. Если пропустишь нас через свой замок к подножию горы, мы тихо уйдем и начнем подъем. Тебе не придется марать манипуляторы, а в случае нашего успеха... твой Рой больше не будет платить дань активом и энергоном.       Королева молчала. Её системы работали на пределе: химическое противоядие, выжегшее чуму Ренегата из её магистралей, стоило ей колоссальных затрат энергии. Датчики на её грудной панели мигали тревожным янтарным светом. Внезапно Мортилия сделала резкий жест. Один из патрульных инсектиконов, застывших в сотах, покорно спикировал вниз. Не говоря ни слова, Королева схватила солдата за загривок и с хищной, функциональной жестокостью вгрызлась в его шейные сочленения. Группа застыла в оцепенении, слушая жуткий звук рвущихся кабелей. Она опустошила его досуха, жадно впитывая каждую каплю свежего энергона, чтобы восстановить резервы, истощенные борьбой с мором. Отбросив обмякший, пустой корпус в сторону, Мортилия медленно вытерла рот тыльной стороной ладони манипулятора. Её оптика вспыхнула с новой, ровной силой. Она выпрямилась, чувствуя, как по её цепям снова бежит чистая мощь.       — Красивые речи не заменят силы. — её голос стал гулким и вновь обрел властную вибрацию. — Я не верю словам. Но я верю в то, что вижу. Вы хотите пройти к Матриарху? Хорошо. Но я сама проверю ценность ваших амбиций.       Она перехватила свою косу, и её сервоприводы мощно загудели, проламывая пол под новым напором энергии.       — Если вы падете раньше, чем увидите подножие горы, значит, ваша "свобода" не стоила и того пайка, который я сейчас употребила. Я проверю вас сама. Посмотрим, насколько хватит вашего запала, когда дорога станет по-настоящему крутой.       Мортилия не собиралась ограничиваться словами. Она перехватила косу, и лезвие оружия начало пульсировать зловещим, концентрированным светом. Воздух вокруг задрожал от избытка статического напряжения.       — На пол! Все на пол! — истошно закричала Шиверлайт, чувствуя, как её сенсоры зашкаливают от накопленной в косе мощи.       Мортилия сделала резкий, горизонтальный взмах. Из лезвия сорвался ослепительный энергоновый слэш(А: Оптимус ни раз спамил этой абилкой, значит и мне можно :3) - чистая серповидная волна разрушительной энергии, которая с визгом прорезала пространство. Диноботы и Саундвейв успели пригнуться, но Шиверлайт, стоявшая ближе всех, ушла с линии огня в последний миг. Волна лишь чиркнула по касательной, но этого хватило, чтобы её спинная броня мгновенно раскалилась и опалилась, оставляя черный дымный след. Не теряя ни тика, Королева снова рванула к сотам, выхватила очередного инсектикона-донора и в два глотка осушила его магистрали. Она использовала своих солдат как сменные батареи, восстанавливая силы для каждого разрушительного удара.       — Моя очередь! — прорычала Мортилия.       Она сделала мощный рывок в сторону поваленной Шиверлайт, намереваясь раздавить её тяжелым сервоприводом. Но Шиверлайт не собиралась умирать под сапогом. Прямо под стопами Королевы она активировала мгновенную трансформацию: металл её корпуса перестроился в долю тика, и вместо изящного бота из облака пара вырвался массивный, шипастый Карнотавр. Вложив всю мощь своих новых, усиленных сервоприводов в толчок, она ударила Мортилию в колено, отбрасывая тяжелую правительницу назад. Королева пошатнулась, и в этот момент в её корпус, словно живой метеорит, врезался Слэг в форме трицератопса. Его массивный лоб протаранил грудную пластину Мортилии, заставляя её металл скрежетать. Но триумф был недолгим. Слэг внезапно почувствовал, как по его сенсорам ударил холодный сигнал опасности. Мортилия, даже не пытаясь восстановить равновесие, наотмашь ударила динобота тыльной стороной манипулятора. Удар был настолько чудовищным, что многотонный Слэг полетел через всю арену, с грохотом впечатался в стену и, мигнув оптикой, аварийно ушел в оффлайн.       — Слэг! — взревел Свуп, пикируя сверху. Он метил острыми когтями прямо в незащищенный визор Королевы, пытаясь ослепить её.       Мортилия среагировала пугающе быстро. Вспышка лезвия - и одно крыло Свупа оказалось рассечено почти наполовину. Следующим движением кулака она буквально сбила его в воздухе. Свуп камнем повалился вниз, но Снарл успел подставить спину, ловя товарища до того, как тот разобьется о плиты.       — Получайте! — взревела Королева, посылая еще один энергоновый слэш, в два раза мощнее предыдущего.       — За мой щит! — Стилчест выскочил вперед, выставляя свою единственную гордость перед группой.       Энергетическая волна ударила в щит с мощью артиллерийского снаряда. Стилчест взвыл от боли: щит не просто принял удар, он начал деформироваться, передавая колоссальную отдачу прямо в плечевые узлы и корпус бота. Металл щита обуглился и пошел трещинами, а Стилчест, стиснув жвалы, едва удерживался на ногах, чувствуя, как его собственные системы начинают искрить от перегрузки. Мортилия стояла посреди арены, окруженная испарениями энергона, и её единственная красная линия оптики горела всё ярче.       — Это всё? — пророкотала она, снова протягивая манипулятор к сотам за новой порцией "топлива". — Где же ваша ярость, "освободители"?       Ситуация на арене накалилась до предела. Поняв, что классический бой не работает, Саундвейв активировал скрытый механизм на спине. С резким щелчком оттуда вылетела стремительная черная тень - Раведж, чьи когти уже были выпущены для смертельного удара. Одновременно с этим Гримлок с оглушительным ревом трансформировался, превращаясь в исполинского тираннозавра, а Шиверлайт, оставаясь в форме карнотавра, выставила вперед свои необычные когти на передних лапах, превращая их в подобие стальных копий. Они окружили Мортилию, отрезая ей пути к отступлению и сотам с "топливом". Она прыснула вертанув косу в манипуляторах и заняв стойку. Раведж первым пошел в атаку, прыгнув Королеве на затылок, но её задние щиты-крылья сработали автономно. Они резко развернулись, словно живые манипуляторы, и на лету перехватили пантеру, сжимая её корпус в стальных тисках. Раведж издал хриплый, полный боли рык. Но в этот же миг прямо перед визором Мортилии оказался Саундвейв. Он не бил. Он просто стоял вплотную, и его фиолетовая оптика горела такой леденящей, абсолютной яростью, что Королева на долю тика вздрогнула, поймав этот взгляд. Этого мгновения замешательства хватило. Саундвейв резко ушел в сторону, открывая обзор Гримлоку. Лидер Диноботов в прыжке вцепился своей чудовищной челюстью прямо в голову Мортилии, сминая бронеплазмы шлема. Пока Королева пыталась сбросить с себя многотонного ящера, Шиверлайт молниеносными, точечными ударами своих когтей перебила сочленения тех самых задних крыльев. Крепления лопнули, выпуская Раведжа. Шиверлайт аккуратно подхватила миникона и оттащила его в сторону, давая Саундвейву возможность забрать напарника.       Когда она обернулась, её окуляры расширились от ужаса. Мортилия, рыча от ярости, схватила челюсти Гримлока обеими манипуляторами и с невероятной силой начала разводить их в стороны. Металл пасти тираннозавра затрещал, механизмы начали лопаться - она буквально ломала ему челюсть. Гримлока спас Саундвейв. Связист вновь возник прямо перед фейсплейтом Королевы, но на этот раз он не просто смотрел. Все его скрытые динамики на корпусе развернулись на полную мощность.       — СМЕРТЬ. НИЗШИМ. —       Чудовищный направленный ультразвуковой удар буквально впечатался в голову Мортилии. Звуковая волна была такой плотности, что воздух вокруг неё превратился в видимое марево. Королева взвыла, её системы начали искрить, а манипуляторы непроизвольно разжались, выпуская Гримлока. Лидер Диноботов, не теряя ни тика, развернулся и нанес сокрушительный удар хвостом, отбрасывая оглушенную правительницу на середину арены. Как только она коснулась пола, Гримлок накрыл её сплошным потоком яростного пламени из своей пасти. Мортилия пыталась подняться, окутанная огнем, но Саундвейв продолжал наступать. Он шагал сквозь пламя, не прекращая звуковую атаку, которая давила на её процессор, дезориентируя и не давая сосредоточиться для ответного слэша.       — ДОСТАТОЧНО! — взревела Мортилия.       Её крик сопровождался мощнейшим ЭМИ-импульсом, который на мгновение ослепил датчики всех присутствующих и сбил звуковую волну Саундвейва. В этой вспышке хаоса Королева сделала выпад. Её коса, сияющая смертоносным светом, была нацелена в грудь Саундвейва, но путь ей преградила тень. Раздался леденящий душу звук рваного металла. Стилчест, который не успел поднять свой разбитый щит, просто шагнул на траекторию удара. Огромное лезвие с легкостью прошило его корпус насквозь. Молодой инсектикон захлебнулся собственным энергоном, густая лазурная жидкость хлынула из его рта и залила опаленный нагрудник. Стилчест медленно опустил взгляд на зазубренную сталь косы, торчащую из его брюшной полости, а затем его пальцы с невероятной силой сомкнулись на рукояти оружия и манипуляторах Мортилии. Его грудная панель начала расходиться, обнажая пульсирующую искру. Но её свет не был ровным - она сияла нестабильным, ядовитым огнем, запуская протоколы самоуничтожения. На фейсплейте Стилчеста, несмотря на агонию, расплылась гордая, залитая энергоном ухмылка. Он посмотрел на Ренегата и в этом взгляде было всё: гордость за то, что он был его лейтенантом, и прощание.       — Нет... — прохрипел Ренегат, пытаясь дернуться вперед, но поврежденная гидравлика лишь беспомощно заискрила. — Стилчест, не смей!       Шиверлайт среагировала раньше, чем детонация превратила его в пепел. Она понимала: если Стилчест взорвется, погибнут все. С рыком, в котором смешались отчаяние и ярость, она нанесла точный, оглушающий удар по шейному отделу инсектикона. Процессор Стилчеста мгновенно ушел в оффлайн, прерывая цикл самоуничтожения, и в то же мгновение Шиверлайт мощным ударом хвоста выбила его раненное тело из захвата Мортилии, отшвыривая в сторону. Маленький инсектикон рухнул на плиты - неподвижный, истекающий энергоном, с зияющей дырой в корпусе. Ренегат замер. Его оптика расширилась, зафиксировавшись на теле того, кого он называл личинкой и раздражающим фактором. Перед его оптикой пролетели циклы тренировок, глупость напарника и его неуклюжая, но искренняя преданность. Рокот, вырвавшийся из груди Ренегата, был похож на стон умирающего титана. Он опустил голову, впиваясь когтями в металл пола так, что тот начал крошиться. Шиверлайт медленно повернулась к Королеве. Её оптика больше не была просто красной - она пылала первобытным, чистым алым пламенем ненависти. Её фейсплейт исказился в такой жуткой гримасе, что даже Мортилия на тик замешкалась. Однако Королева быстро вернула себе самообладание. Она небрежно стряхнула энергон Стилчеста со своей косы и издевательски рассмеялась.       — Какая трогательная сцена.~ — пропела Мортилия, глядя на дрожащую от ярости Шиверлайт. — Столько шума из-за одной бракованной детали. Ты посмотри на своего "охотника", чужак. Он раздавлен потерей инструмента. Твои "высшие" чувства - это просто системная ошибка. Вы пришли сюда освобождать зверей, но всё, что вы принесли - это еще больше металлолома.       Она сделала приглашающий жест косой, провоцируя Шиверлайт на безрассудную атаку.       — Ну же, иди ко мне. Покажи мне свою ярость, прежде чем я сделаю из тебя украшение для этого зала.       Шиверлайт медленно начала выпрямляться, и звук перестраивающихся сегментов её корпуса прозвучал в тишине арены как приговор. Она возвращалась в робоформу. Пока Диноботы пытались поднять свои разбитые тела, а Саундвейв, чья броня дымилась от перегрузок и пламени, с трудом удерживал равновесие, Шиверлайт стояла монолитом. Никакой дрожи в коленях, никакой нехватки энергона в движениях - только пугающая, противоестественная стабильность. На оптике у ошеломленных союзников её правый манипулятор начал удлиняться. Пластины металла скользили друг по другу, перестраиваясь в сложную, многослойную конструкцию, пока не превратились в длинный составной клинок, светящийся тусклым серебром. В эту эпоху, когда Кибертрон еще не знал полномасштабных войн, обладание встроенным боевым клинком такого уровня было чем-то невозможным, почти чудесным. Шиверлайт сделала тяжелый, размеренный шаг к Мортилии. Королева, в чьих жилах пульсировала сила только что осушенного инсектикона, встретила её яростным выпадом. Раздался звон, от которого задрожали стены. Острие косы Мортилии глубоко вонзилось в плечо Шиверлайт, пробивая обшивку, но большая часть удара была блокирована этим новым, непонятным клинком. А затем начался ад. Шиверлайт пошла в атаку, и Мортилия с нарастающим ужасом осознала: эта чужак не просто сражается, она копирует. Каждое движение косы, каждый финт, каждый энергоновый замах - Шиверлайт возвращала их обратно, отзеркаливая стиль Королевы с безупречной точностью. Удар за ударом Шиверлайт теснила правительницу улья. Краем оптики она видела всё: обожженного, едва стоящего на ногах Саундвейва, разбитых Диноботов, Ренегата, который, отбросив всякую гордость, глухо рычал над неподвижным Стилчестом, раненого Раведжа, который преданно пытался помочь своему напарнику. Эта картина лишь подливала масла в огонь её ярости. Она игнорировала скрежет собственного металла и сигналы о критических повреждениях. Её фейсплейт оставался маской абсолютного холода, но все её сенсоры были сфокусированы на одной цели - на испуганном визоре Королевы. Они кружили по арене, обмениваясь ударами, которые вскрывали броню как пластик. Искры и капли энергона летели во все стороны. Наконец, улучив момент, когда Шиверлайт раскрылась для фатального выпада, Мортилия с диким вскриком вонзила косу глубоко в её корпус. Лезвие вошло под внутренний экзоскелет, пробивая основные магистрали. Но Шиверлайт даже не вздрогнула. Она лишь сильнее сжала свой клинок, глядя в единственный окуляр Мортилии в упор.       Мортилия в ужасе замерла, не в силах вырвать косу. Шиверлайт не пыталась освободиться - напротив, она начала медленно, с механической неотвратимостью двигаться вперед, насаживаясь на зазубренное лезвие. Металл внутри её корпуса сминался и лопался, коса входила всё глубже, прошивая системы навылет, но Шиверлайт даже не замедлила шаг. Когда между ними осталось лишь расстояние вытянутого манипулятора, Шиверлайт замахнулась клинком. Вспышка серебра и вертикальный удар невероятной мощи обрушился на плечевой сустав Королевы. Бронированный манипулятор Мортилии, созданный выдерживать прямые попадания, был отсечен подчистую и с глухим, тяжелым стуком рухнул на плиты арены. Королева взвыла, этот звук больше напоминал визг раздираемой турбины. Теряя рассудок от боли, она нанесла ответный удар когтями уцелевшего манипулятора, метя Шиверлайт в голову. Пальцы-когти распороли фейсплейт, оставляя глубокие, уродливые борозды, но голова осталась на плечах. Шиверлайт ответила мгновенно. Она вогнала свой клинок прямо в брюшную секцию Мортилии, пробивая защитные пластины и заходя в мягкие внутренние узлы. Сильнейшая из трех королев, великая воительница, перед которой трепетали миллионы, шокировано уставилась на клинок, торчащий из её собственного тела. Она выплюнула густой сгусток энергона, её окуляр начал хаотично мерцать. Мортилия рухнула на колени, а затем повалилась навзничь, и поток лазурного топлива потек из её рта, заливая пол. Шиверлайт не стала добивать. Она развернулась и, пошатываясь, направилась к неподвижному корпусу Стилчеста. На ходу она схватилась за рукоять застрявшей в ней косы и одним резким движением вырвала её из своего корпуса. Фонтан энергона брызнул на пол, но она даже не вскрикнула, лишь слегка поморщившись.       — Саундвейв... — её голос был тихим, хриплым, лишенным всяких эмоций. — Сюда. Быстро.       Связист, превозмогая боль от страшных ожогов и поврежденную гидравлику ног, подошел к ним. Он не тратил время на вопросы. Его манипуляторы, несмотря на искрящую проводку, сохранили хирургическую точность: он начал спешно латать рваные края раны Стилчеста, пытаясь остановить утечку жизни. Однако уровень топлива в инсектиконе был критическим. Системы Стилчеста начали сигнализировать об окончательном отключении. Мортилия, наблюдая за ними сквозь пелену боли, ожидала, что Шиверлайт добьет её или прикажет кому-то из своих "солдат" стать донором. Но то, что произошло дальше, окончательно сломало её картину мира. Шиверлайт запустила манипулятор в свою собственную зияющую рану под ребрами экзоскелета. С коротким скрежетом она вытянула одну из своих разорванных топливных магистралей, из которой под давлением пульсировал энергон. Без тени сомнения она прижала её к открытому порту Стилчеста, соединяя их системы напрямую.       Она отдавала собственный актив, свою кровь, тому, кого Мортилия считала лишь "бракованной деталью". В оптике Королевы, привыкшей только забирать жизнь у своих подданных для восстановления сил, это выглядело как высшее безумие. Тишина, воцарившаяся в Королевском зале, была физически тяжелой. Диноботы, Саундвейв и даже раненый Ренегат в оцепенении наблюдали за чудом: свет в груди Стилчеста, почти угасший до мертвенно-серого, внезапно вспыхнул с новой силой. Энергон Шиверлайт, смешиваясь с его собственным, запустил застывшие системы, и инсектикон судорожно втянул воздух через вентиляционные отверстия, возвращаясь из бездны деактивации. Шиверлайт медленно отстранилась. Она попыталась встать ровно, по привычке сохраняя маску непоколебимости, но корпус предал её. Она качнулась, и если бы не вовремя подставленное плечо Гримлока, рухнула бы прямо на истекающего энергоном Стилчеста. Лидер Диноботов бережно поддержал её, и вместе они подошли к поверженной Королеве. Мортилия смотрела на Шиверлайт снизу вверх. В её единственном окуляре больше не было ярости или презрения - только первобытное, детское непонимание. Она, привыкшая поглощать своих подданных ради выживания, столкнулась с существом, которое добровольно разрывало собственные магистрали, чтобы спасти "низшего". Для неё Шиверлайт в этот миг стала чем-то более пугающим и величественным, практически как Матриарх. Она поняла: эта фем действительно способна сжечь гору Предаконов до самого основания. Шиверлайт тяжело сфокусировала взгляд на Мортилии. Её голос звучал как сухой шелест остывающего металла:       — Мечты, Мортилия... это то, что даже сам Праймус заложить в нас не способен. Это наш личный выбор. — Она сделала прерывистый вдох, из её раны на пол снова плеснуло лазурью. — Каждая искра, у которой есть мечта, достойна актива и власти над своей судьбой, Королева... Но лишь те, кто находит в себе силы достичь своей цели вопреки заложенной программе, могут считаться равными мне.       Мортилия слушала это, не смея пошевелиться. Фраза, когда-то сказанная Хардшеллу, теперь прозвучала как приговор и дар одновременно. Договорив, Шиверлайт попыталась сделать шаг назад, но её оптика внезапно дернулась и погасла. Тело обмякло в манипуляторах Гримлока. Она ушла в глубокий системный оффлайн, исчерпав все резервы искры.       — Шиверлайт! — Ренегат, забыв о собственных ранах, рванулся к ней, но его опередили.       Саундвейв, чья маска обычно была воплощением статического спокойствия, издал странный, рваный звук, похожий на сбой в передаче данных. Его фиолетовая оптика хаотично мерцала, фиксируя критические показатели Шиверлайт. Он обогнал всех, подхватывая её корпус с такой осторожностью и отчаянием, какие никто не ожидал увидеть от холодного связиста. В этот момент его немой ужас перед возможностью её окончательной потери был громче любого крика. Вокруг них миллионы инсектиконов в сотах замерли, ожидая команды своей Королевы. Но Мортилия просто сидела в луже собственного энергона, глядя на отключившуюся фем и понимая, что сегодня ее мировоззрение рухнуло навсегда.