Гарольд Принц сын Северуса Снейпа

Встреча Сириуса Блэка с «наследником дома Принц» стала настоящим испытанием для всех участников, но особенно — для самого Сириуса. Когда он, изможденный и бледный после лет в Азкабане, переступил порог поместья, его ждало зрелище, к которому он не был готов. Гарри сидел в глубоком кресле, читая книгу по продвинутой защитной магии. Рядом с ним за столом Северус сосредоточенно разбирал почту. Увидев вошедшего Сириуса, Гарри спокойно отложил книгу и поднялся. — Сириус Блэк, я полагаю? — голос мальчика был ровным и вежливым. Блэк замер, вглядываясь в лицо ребенка. Он искал в нем своего лучшего друга, но видел лишь холодную элегантность и черты, которые до боли напоминали... Снейпа. — Гарри?.. — прошептал Сириус, делая шаг вперед. — Боже, ты так похож на него, но... твои глаза... и ты выглядишь как... — Я Гарольд Принц, — мягко, но твердо поправил его мальчик. — И я рад, что справедливость восторжествовала. Сириус перевел яростный взгляд на Северуса, который даже не поднял головы от пергамента. — Что ты с ним сделал, Снейп?! Ты стер его прошлое! Ты заставил его выглядеть как ты! Это же сын Джеймса! Северус медленно отложил перо и поднял на Блэка ледяной взгляд. — Я спас его, Сириус. Пока ты гнил в камере, обвиненный собственными друзьями, я растил его. Я лечил его кошмары, я учил его защищаться и я дал ему имя, которое не сделает его мишенью. — Ты украл его! — вскрикнул Блэк. — Гарри, послушай меня, этот человек... — Этот человек — мой отец, — перебил его Гарри. В комнате повисла оглушительная тишина. Сириус пошатнулся, словно от удара. — Что ты сказал? Гарри подошел к Северусу и положил руку ему на плечо. Снейп не вздрогнул, но его пальцы на столе едва заметно сжались. — Папа Снейп был рядом каждую ночь, когда мне было страшно. Он научил меня всему, что я знаю. Он сохранил память о моей матери как о герое, а не как о жертве. Если ты хочешь быть частью моей жизни, Сириус Блэк, тебе придется принять одно условие. — Какое? — выдавил из себя Блэк. — Ты перестанешь нападать на моего отца. Для меня ты — крестный, человек из далекого прошлого. Но папа Снейп — это мое настоящее и будущее. Если ты не можешь уважать мой выбор, значит, нам не о чем говорить. Сириус посмотрел на Северуса. В глазах Снейпа не было торжества — только глухая, вековая усталость и бесконечная решимость защищать этот хрупкий мир, который они построили. Блэк понял: он проиграл эту битву задолго до того, как она началась. Северус не просто забрал ребенка — он стал для него тем, кем Сириус мечтал быть сам. — Я... я постараюсь, — глухо ответил Сириус, опускаясь на стул. Гарри слегка улыбнулся и посмотрел на Северуса. — Папа, Блэку нужно восстановить силы. Может быть, ты приготовишь для него то укрепляющее зелье, которое давал мне после простуды в Альпах? Северус кивнул, и в этом коротком жесте было больше понимания, чем в тысяче слов. — Разумеется, Гарольд. Иди в библиотеку, Драко прислал тебе письмо с новыми схемами для дуэльного клуба. Я присоединюсь к тебе позже. Когда Гарри вышел, Северус посмотрел на Сириуса и тихо произнес: — Он не твой «маленький Гарри», Блэк. Он — личность. И если ты попытаешься разрушить его покой своими старыми обидами, я лично верну тебя в камеру, и на этот раз никакая карта тебе не поможет. Сириус лишь кивнул. Он видел, как Гарри посмотрел на Снейпа перед уходом — с абсолютным доверием и любовью. Такого взгляда Джеймс Поттер никогда не дарил Северусу, но его сын нашел в этом угрюмом человеке своего истинного защитника. Выходные в поместье Принц-Мэнор выдались туманными. Северус позволил Сириусу остаться в гостевом крыле только под личную ответственность Нарциссы, которая поручилась за благоразумие кузена. После завтрака Северус ушел в лабораторию, оставив Гарри и Сириуса в малой гостиной. Он знал, что этот разговор неизбежен, и верил, что Гарольд, с его острым умом, сам во всем разберётся. Сириус, заметно окрепший, но всё еще с лихорадочным блеском в глазах, с энтузиазмом выкладывал на стол старые колдографии. — Посмотри, Гарольд! — Сириус указал на смеющегося юношу в очках, который картинно взлохмачивал свои волосы на фоне Хогвартса. — Это Джеймс. Мы были королями школы! Никто не мог нас поймать. Мы заколдовали каждый доспех в замке, мы знали все тайные тропы... Гарри внимательно рассматривал снимки. Он видел на них не «героев», а группу подростков, чьи лица светились не добротой, а азартом охотников. — Ты говоришь «никто не мог поймать», — тихо заметил Гарри. — Значит ли это, что вы нарушали правила ради самого процесса? — Конечно! — хохотнул Сириус. — Это была свобода! Мы называли это «навести шороху». Помню, как мы подвесили Снейпа... то есть твоего... папу, вверх ногами прямо посреди двора. Весь замок смеялся! Джеймс тогда так ловко поймал снитч одной рукой, а другой держал палочку... Гарри почувствовал, как внутри него закипает холодная ярость, которую он так долго учился контролировать. — Вы напали на него вчетвером на одного? — спросил Гарри, его голос стал подозрительно вежливым. — Ну... нас было четверо, да, — Сириус немного замялся, заметив, как потемнели глаза крестника. — Но понимаешь, это была вражда! Северус всегда был таким... мрачным, вечно в своих книгах по Темным Искусствам. Мы просто хотели его проучить. Джеймсу казалось, что это весело. — Весело? — Гарри встал. — Унижать человека перед всей школой ради смеха — это вы называете приключениями? Сириус попытался оправдаться: — Мы были детьми, Гарольд! Все ошибаются. Джеймс повзрослел, когда влюбился в Лили... — Но до этого он был просто заносчивым задирой, верно? — Гарри подошел к окну. — Из твоих слов я вижу человека, который пользовался своим статусом и силой, чтобы травить тех, кто не вписывался в его компанию. Мой папа Снейп рассказывал мне о дисциплине и чести. Ты же рассказываешь мне о том, как мой биологический отец развлекался, мучая других. Сириус замолчал, пораженный тем, как быстро Гарри отсек всю романтику его воспоминаний. Он ожидал, что мальчик загорится желанием стать «новым Сохатым», но перед ним стоял маленький лорд, для которого жестокость ради забавы была признаком слабоумия, а не доблести. — Ты разочарован? — тихо спросил Блэк. — Я благодарен за правду, — ответил Гарри, поворачиваясь к нему. — Теперь я понимаю, почему папа Снейп так долго молчал. Он не хотел, чтобы я ненавидел своего биологического отца, но он также не хотел, чтобы я вырос таким, как он. Джеймс Поттер погиб как герой, защищая семью, и за это я его уважаю. Но я никогда не приму того человека, каким он был в школе. В этот момент в дверях появился Северус. Он слышал последние слова сына. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глубине черных глаз промелькнуло нечто, похожее на высшую форму триумфа и облегчения. — Гарольд, время тренировки по защите, — спокойно произнес Снейп. Гарри подошёл к Северусу и, вопреки своей обычной сдержанности, коротко обнял его. — Спасибо, папа. За то, что ты другой. Снейп положил ладонь на затылок мальчика, глядя через его плечо на раздавленного Сириуса. — Иди в зал, я сейчас приду. Когда Гарри вышел, Северус посмотрел на Блэка. — Ты хотел вернуть ему отца, Сириус? Ты это сделал. Только оказалось, что образ «великого Джеймса Поттера» не выдерживает критики разумного ребенка. Сириус медленно начал собирать фотографии. — Он совсем не похож на Джеймса, Снейп. Ни капли. — К счастью для него, — отрезал Северус и закрыл за собой дверь. Вечер в поместье Принц-Мэнор перестал быть томным. После откровений Сириуса в воздухе висела тяжесть неоправданных ожиданий. Блэк сидел в кресле, поникший и растерянный, осознавая, что его единственный мостик к прошлому — это не восторженный мальчик-герой, а холодный и проницательный слизеринец. Северус вошёл в тренировочный зал, где Гарольд уже разогревался, отрабатывая плавные движения запястьем. — Ты был суров с ним, Гарольд, — негромко произнес Северус, вставая в дуэльную стойку напротив сына. — Блэк не злой человек. Он просто... застрял в том времени, когда всё казалось игрой. — Папа, ты учил меня, что за каждый поступок есть цена, — Гарри вскинул палочку. — Он хотел, чтобы я гордился тем, за что мне стыдно. Я уважаю его за верность маме, но я не позволю ему навязывать мне образ «золотого мальчика». Снейп едва заметно улыбнулся. — Протего! — выкрикнул он, когда Гарри послал в него быстрое, но аккуратное обезоруживающее заклинание. — Твоя техника стала чище. Но помни: в реальном бою твой противник не будет ждать, пока ты закончишь мысль. В дверях зала появился Сириус. Он выглядел так, будто не спал несколько суток, но в его осанке появилось что-то новое — решимость. — Снейп, — позвал он. Северус опустил палочку, прищурившись. — Гарольд прав. Я вел себя как идиот. Я пытался найти в нем призрака, вместо того чтобы увидеть личность. Гарри остановился и внимательно посмотрел на крестного. — Я хочу помочь, — продолжал Сириус, переводя взгляд с Северуса на мальчика. — Вы оба что-то затеяли в Хогвартсе. Я видел, как вы переглядываетесь, когда речь заходит о Квиррелле. Снейп, ты один не сможешь следить за всеми входами и при этом вести уроки. Дамблдор подозревает тебя, а Квиррелл... от него воняет падалью даже через два этажа. Северус скрестил руки на груди. — И что ты предлагаешь, Блэк? Снова «навести шороху»? — Я предлагаю свои услуги как анимаг, — Сириус выпрямился. — Пес может пролезть там, где не пройдет мастер зелий. Я могу следить за Квирреллом в лесу и в коридорах, не вызывая подозрений. Дамблдор думает, что я прячусь в безопасном месте. Пусть он так и думает. Гарри подошел к отцу и тихо сказал: — Папа, это логично. Карта Мародеров показывает имена, но она не дает нам возможности вмешаться мгновенно. Если Сириус будет в замке, у нас будут лишние «зубы» на нашей стороне. Снейп долго молчал, взвешивая все риски. Доверить Блэку безопасность Гарри и успех их плана было почти безумием. Но он видел, что Сириус искренне хочет искупить вину. — Хорошо, — наконец произнес Северус. — Но ты будешь подчиняться моим приказам. Никаких самовольных вылазок. Ты — Бродяга, моя тень. Если ты выдашь нас Дамблдору или подвергнешь Гарольда опасности... — Ты сам меня пристрелишь, я знаю, — Сириус впервые за вечер горько, но искренне усмехнулся. — Идет. В воскресенье вечером черная карета, запряженная фестралами, везла их обратно в школу. Внутри сидели Северус и Гарольд, а у их ног расположился огромный черный пес с умными, печальными глазами. Гарольд и дальше будет продолжатт играть роль идеального студента-слизеринца, тайно изучая подземелья и следя за перемещениями Квиррелла по карте. Снейп держит оборону на глазах у Дамблдора, выставляя себя «подозрительным злодеем», чтобы отвлечь внимание от сына. Невидимый страж, который начинает замечать, что Квиррелл не просто ищет камень, а регулярно общается с чем-то... или кем-то в Запретном лесу. Когда они вошли в замок, Гарри погладил пса по голове и шепнул: — Добро пожаловать домой, Сириус. В этот раз мы напишем историю по-своему. Северус кивнул сыну и направился к Дамблдору, который уже ждал его в Большом зале с дежурной улыбкой и очередной порцией каверзных вопросов.