Кьяроскуро

      Тьма была тошнотворна. Она обволакивала каждый миллиметр пространства, скользила вверх по стенам, по потертой обивке дивана и кресел. А когда наступил рассвет, то она не торопилась уйти. Медленно плелась по полу сначала в углы, затем пряталась в узкие щели между мебелью. Но отступала.       Даже дышать становилось легче.       Теперь лучики солнца прорывались сквозь стёкла окон и льнули к Гермионе, согревая оголённые участки кожи. Совсем недолго, прежде чем спрятаться за безрадостными тучами. Они тянулись вдоль неба и скрывали утро за пеленой мрачности.       Гермиона неспешно вытянула ноги, прогнулась в спине и покрутила головой то в одну сторону, то в другую, разминая мышцы. «Завтрак?» — размышляла она, глядя на кухню. Но казалось — не сможет проглотить и куска сегодня. Гермиона наконец поднялась с кресла.       В ванной комнате она до упора раскрутила вентиль и подставила ладони под струю. Набрав достаточно воды, плеснула в лицо, обжигая холодом потускневшую кожу. Без особого интереса Грейнджер рассматривала себя в отражении. Губы побелели от сухости, проявились синяки от недосыпа, а волосы растрепались и лезли в разные стороны.       Проклятье. Вид был не просто уставший, а паршивый.       Она отвернулась от зеркала и направилась в спальню. Там схватила вчерашние брюки, натянула на себя одну из оставленных блуз на комоде и потянулась за мантией, брошенной на спинку стула. На ходу мысли собирались вокруг привычного списка: зелья, ингредиенты, имена заказчиков и сроки. Стоило на секунду перестать повторять его, как она вновь возвращалась к размышлению о ночи.       Грейнджер шумно выдохнула. Ей нужно поскорее убраться отсюда.       Уже внизу она подхватила сумочку, накидывая ремешок на плечо, и зелье от головной боли с кофейного стола. Разом осушила бутылёк и шагнула в камин. Зелёное пламя вспыхнуло и проглотило ее. Через мгновение Гермиона уже стояла посреди комнаты с удушливым запахом испорченного варева.       — Профессор? — вопрос повис в пустоте.       Лаборатория была пуста. Густой дым стоял до самого потолка, дальняя стена оказалась измазана бурой жидкостью, потёки которой медленно стекали вниз. Рядом валялись опрокинутый пузатый котел и улетевшие со столика бумаги.       — Мерлин, — разглядывая место происшествия, протянула Гермиона и сделала несколько больших шагов в сторону затемненного окна.       Стоило распахнуть створки, как из воздуха постепенно начал уходить тошнотворный запах вместе с дымом. По-магловски она подняла листы с рецептами и, погрузив ладонь в складки мантии, достала палочку. По легкому взмаху стены очистились от налипшего зелья, а котёл поплыл в соседнюю комнату.       Не успела Грейнджер выдохнуть, как за спиной раздался шум от вспыхнувшего в камине пламени.       — Акромантул бы его сожрал, — буркнул Слизнорт, отряхивая рукава.       Секунда. Еще одна. Лицо профессора вытянулось в удивлении:       — О, Гермиона. Я и забыл, что сегодня работаешь здесь.       Он прошёл вперёд, скидывая с плеч мантию на ближайший стул, и остановился в нескольких шагах от Гермионы. Подпёр бока руками и огляделся.       — Доброе утро, — рассеянно ответила она. — Что тут случилось?       — Маркус. Опять он перепутал последовательность, и всё как бабахнуло. — Он потёр лоб в растерянности и как-то странно скривился, оттянув ворот рубашки. — До сих пор не понимаю, зачем я его взял.       — Его отец, — напомнила Гермиона, мягко улыбнувшись. — Маркус в порядке?       — Живой. Пара ожогов. Будет ему очередным уроком на будущее.       Гермиона кивнула и покачнулась, перекатываясь с носка на пятку, прежде чем отойти в сторону, к единственному кипящему котлу. Сквозь бульканье зелья можно было расслышать пыхтение за спиной.       Игнорируя пристальное внимание, она ссутулилась и проверила температуру и цвет. Удостоверилась, что катастрофа Маркуса не коснулась и края её котла.       Гермиона кивнула сама себе и неуклюже расслабила застежку воротника.       — Ты что, не спала?       Застыв с мешочком в руке, она быстро взглянула через плечо. Слизнорт смотрел на неё, сощурив глаза и немного склонив голову в сторону.       — Вроде того.       — Опять всю ночь работала?       — Не могла уснуть, — отмахнулась.       — Ты бледная. И я же говорил…       — Я в порядке, — громче, чем нужно, ответила Гермиона и прикрыла веки от накатившего стыда за резкость. — Прошу прощения. Я правда в порядке, просто… Просто не могла уснуть.       — Ты же знаешь, что усталость — наш враг, — пробормотал Слизнорт. Гермиона краем глаз заметила, как он сел за дубовый стол и посмотрел куда-то поверх её головы. — Я уже подумал, что ты наконец станешь выходить за пределы своей комнатушки. Этой лаборатории. Но, глядя на твой вид, вновь сомневаюсь.       Стараясь унять смущение, Гермиона притянула к себе разделочную доску и пучок асфоделя. Бездумно она отрывала листики и соцветия со стебля.       — Всё не так.       Слизнорт тяжело вздохнул и вывалил на стол кипу пергаментов.       — Так ли? Абраксас обмолвился на днях, что ты отклонила приглашение на благотворительный аукцион. — Он окунул перо в чернила и поднял глаза на Гермиону, вперив колючий взгляд.       — Мне там нечего делать. Я буду чувствовать себя нелепо среди них.       — Мерлина ради, Гермиона, — перебил он её, словно резанул по воздуху между ними, — ты сама стремилась к самостоятельности, а теперь стараешься поглубже спрятаться здесь.       — Вы опять за старое, — простонала она и рьяно начала резать стебли. Резкий звук лезвия о доску заглушал шум кипения и жужжание мыслей.       — Нельзя стать значимым, сидя здесь. Направь свое упрямство в другое русло. Ну же.       Насупившись, Гермиона продолжила ритмично нарезать асфодель. Её отчитывали как неразумную школьницу — что претило до тошноты. Но, стоит заметить, в глубине души она понимала и соглашалась с его словами.       Сидя в четырёх стенах, она не приблизится к цели. Сама же вчера возмущалась, что не продвигается в миссии, но при этом боится выйти за пределы лабораторий.       Идиотка.       — Я рискнул не меньше тебя, решив довериться Альбусу. Мне было достаточно Хогвартса и редких заказов, а теперь у меня есть два оболтуса. Только один из них действительно способный. — Гермиона поймала его упрёк в глазах. — Но, похоже, этот талант так и покроется пылью в моей лаборатории, как бы я ни старался.       Она не ответила. Яркий блик, отливавший зеленоватым от стебля, мигнул на лезвии ножа. Гермиона наблюдала, точно в замедленной съемке, как свет проходит сквозь липкий сок на острие и скользит по холодной стали наверх.       Рука дрогнула. Нож едва накренился в сторону, порезав не твёрдый стебель, а мягкую плоть кончика пальца почти у самого основания ногтя. Грейнджер громко вскрикнула. Нож полетел вниз и со стуком ударился о каменный пол. Капли крови стремительно стекали по фаланге и падали на пол.       — Мерлинова борода! — Слизнорт подскочил с места, стремглав подбежав к Гермионе. В какой момент он схватил бадьян, она не знала, но настойка уже впитывалась в рану, затягивая глубокий порез.       Гораций всучил ей белый платок с зеленой каемкой и помог вытереть кровь.       — Вот об этом я и говорю. Стоит твоей усталости взять верх, и все бахнет.       Глаза Гермионы расширились, когда она поняла, что её сейчас отправят домой. Она не хотела. Как же она не хотела оставаться одна со своими мыслями. Гермиона затараторила, прижимая платок сильнее к зажившей ране:       — Маленькая оплошность. Со всеми бывает.       — Ну-ну. Сегодня бы тебе лучше домой. Я смогу закончить твоё зелье…       — Профессор.       Но он её не слушал:       — Там Блэки еще просили взять их заказ. Что ж… разберусь с ними сам.       — Профессор, не стоит! — почти что крикнула она, привлекая его внимание.       Он прав — ей нужны связи. Она так долго шла к этому. Проглатывала гордость, занимаясь одними котлами, да подготовкой ингредиентов. Ежедневно её руки были испачканы, но она не опускала подбородка.       — Я справлюсь. Принять заказ не сложнее, чем… — она помотала головой, пытаясь подобрать слова, но мысли скакали из стороны в сторону. Риддл. Ей нужно к нему подобраться. — Отмыть котёл. Легче только пойти на аукцион. — Она твёрдо посмотрела на Слизнорта и улыбнулась уголком рта.       Он хмыкнул и хитро сощурил глаза.       — Такое упрямство мне нравится. Что ж, Гермиона, я бы настоятельно советовал отправиться домой перед встречей с Блэком, но послушаешь ли ты?       Она помотала головой.       — Так и думал. Однако допустить в таком состоянии до варки я тебя тоже не могу. Закончу сам. Но раз ты сама вспомнила о котлах, то почему бы тебе к ним не вернуться сегодня? Без палочки. Считай это отработкой.       Улыбка с лица Грейнджер сразу спала от услышанного. Она бросила взгляд за спину профессора на грязные котлы и прижала ладонь к животу, будто пыталась унять спазм.       — Как по мне, это честно, — Слизнорт ответил на немое недовольство Гермионы. — Надо почаще возвращать тебя к началу пути. Ох, Мерлин, как быстро пролетели эти два года. Как же быстро…       Гермиона наблюдала, как лицо профессора преображается, как дымка опускается на глаза и отделяет его от реального мира, погружая глубже в воспоминания. Там он наверняка видел девчонку, стоявшую позади Дамблдора. Рвения в её взгляде было столько же, сколько и страха перед новой жизнью, где она не имела ничего, кроме медальона и нескольких галеонов в кармане от Альбуса.       Она знала, что Слизнорт считал такое рвение доказать свои умения сугубо амбициями — а ему очень нравились амбициозные люди, — потому не замечал, как загоралась злость на её лице от упоминаний будущих Пожирателей.       — Ладно, — ненамеренно громко произнесла она, — котлы так котлы.       И пока отмывала, затем натирала их, Гермиона прокручивала в голове, как сильно она может приблизиться к Риддлу. Он уже её заметил, и теперь ей остается не исчезнуть из поля зрения. Неважно, будет ли это через Блэков, или кого там приведет Альбус в следующий раз.       Спустя два часа Грейнджер устало размяла плечи, прикрыв веки, и морально готовилась к следующему шагу.

☾✦☽

      Дом на Гриммо не сильно отличался от того, что Гермиона знала в своём времени. Удушливая мрачность успела проникнуть в фасад и выйти наружу со стороны внутренних стен. Почему-то она думала, что в этом времени она встретит больше света и тепла что ли. Но видимо дело было не в её десятилетии, а в самих Блэках и их наследственной любви к вычурности.       Гермиона едва подавила зевок от монотонного голоса Ирмы Блэк, диктующей список зелий. От её прямой спины становилось не по себе — настолько неестественно выглядело. Хотя первые несколько минут Гермиона попыталась за ней повторить, но напряжение в мышцах быстро сменилось болью, и она вновь слегка ссутулила плечи, сильнее вдавив себя в кресло.       — Так, что же нам ещё нужно, — скрипуче пробормотала женщина, постучав ногтём по нижней губе.       Пока она раздумывала, внимание Гермионы переключилось за тонкую полоску свечения в соседней комнате. Сквозь щель от приоткрытой двери можно было разглядеть суету и расслышать смех вместе с щебетаньем. По неосторожности хозяек, дверь распахнулась сильней.       Как две птицы, Друэлла и Вальбурга Блэк, крутились около зеркала с массивным ободом из серебра. Комната была завалена шёлком, мехами и тёмным кружевом. Худощавый эльф только успевал подбирать брошенные ленты и жемчужные нити. Магия одновременно приподнимала в воздухе чёрные, как вороново крыло, волосы и туго затягивала корсет изумрудного платья Вальбурги.       — У Малкин оно выглядело лучше, — донёсся до Грейнджер капризный голос. Девушка придирчиво рассматривала себя в отражении. — Только посмотри, какая я огромная.       Дальше последовал раздражённый вздох и стук каблуков о паркет.       — Не говори глупостей, — возмутилась Друэлла.       Гермиона едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Плотнее сжала губы и коротко посмотрела на Ирму Блэк. Она совсем не замечала, как Грейнджер отвлекалась на её дочь и невестку. Шла чётко по своему списку и бормотала себе под нос ругательства на шум, глупость эльфов, которые успели разбить целую партию успокаивающих зелий и испортить сервиз.       Пишущее перо зависло в воздухе, и Гермиона выгнула бровь. Блэк замолчала, глядя в сторону.       — Всё в порядке? —поинтересовалась Гермиона и еле сдержалась, чтобы не начать оглядываться.       Блэк медленно перевела взгляд. Тонкие губы разомкнулись, но ни единого слова так она и не обронила.       Грейнджер стало не по себе. Она громко сглотнула и обхватила рукоять палочки. Женский щебет за стеной будто растворился в пространстве, оставляя Гермиону наедине с Ирмой.       Что с ней вообще такое?       — Мэм? — Гермиона потянулась рукой к Блэк, и та неожиданно вздрогнула и нахмурилась.       — М?       — С вами всё в порядке?       — А, да. Конечно. Я слегка задумалась. — Она изогнула губы в улыбке и продолжила вновь ровным голос: — И… кажется, ещё не хватает бодроперцового зелья.       — Конечно.       На мгновение женщина вновь замолчала, но на этот раз внимательно начала рассматривать Гермиону, что даже хотелось плотнее запахнуть мантию и отодвинуться подальше.       — Вы давно работаете с Горацием? — как бы невзначай спросила Блэк, пока перо заканчивало выводить список.       — Около двух лет.       — А прежде вас я не видела в обществе, — протянула она. — Удивительно для девушки с такими навыками. Неужели маглорождённая?       Гермиона держала зрительный контакт. На долю секунды задумалась о том, чтобы ответить «Да» и посмотреть, как исказится её лицо — скривится рот и во взгляде появится отвращение.       — Нет, мэм, — солгала она. — Мои родители много путешествовали. Сама же я в Британию вернулась недавно.       — Вот как.       Гермиона натянуто улыбнулась, делая вид, что не заметила странной ухмылки. Не понимала расценивать этот жест недоверием или наоборот одобрением.       В этот момент дверь в соседнюю комнату распахнулась сильнее, и вместе с запахом роз в гостиную впорхнула Вальбурга, за ней — Друэлла, придерживая ладонью заметный живот.       — Maman, у Малкин безрукие швеи. Ты только посмотри, как сидит на мне это платье, — бросила Вальбурга, прежде чем заметить Гермиону. Взгляд её пробежался по лицу и задержался на блокноте в руках, затем упал на настенные часы. — У нас новый зельевар?       — Мисс Корвин, — представила Ирма Блэк, — подопечная Слизнорта.       — Ах, да, кажется что-то слышала об этом. Но я думала, вы будете старше, — без стеснения заметила Вальбурга.       — А я от Саэтрит слышала, что вы весьма способная, — вставила Друэлла, разглядывая Гермиону с интересом. — Нам вас ждать на аукционе, мисс Корвин? Там всегда столько интересных лиц, будет замечательно увидеть и ваше среди них.       Гермиона заметно напряглась от такой непосредственности Блэков. Их не смущало, что они совсем незнакомы.       — Да, миледи. Я буду, — ответила Гермиона и спешно убрала блокнот в сумку. Затем обратилась к Ирме Блэк: — Некоторые зелья я смогу доставить вам уже к концу следующей недели.       — Отлично, — отрезала Ирма, вставая с кресла. Мягко выпроваживала из дома, но Гермиона и не хотела противиться. Смущенно последовала за хозяйкой.       Теперь в голове отбивали четкие удары мысли о новом — о предстоящем аукционе. Месте с масками, улыбками и связями, в которых Гермиона нуждалась.