Зов бездны

Холод въедался в кости, не оставляя ни малейшего просвета тепла. Лес, встретивший их за воротами, не был живым. Это был склеп из голых, почерневших стволов, призрачных силуэтов в утреннем тумане. Снег хрустел под ногами, звук казался неестественно громким в гробовой тишине. Майор Кан шёл впереди без единого слова, его спина была прямой, шаг размеренный, будто он не раненый человек, а часовой механизм, отпущенный с пружиной. Он не оглядывался, не проверял, идут ли остальные. Он просто двигался по только ему ведомой траектории. Сынмин шёл за ним, его взгляд метался между спиной майора и тёмными провалами между деревьями. Хёнджин и Феликс шли по флангам, их автоматы были наготове. Минхо чувствовал, как каждое неловкое движение отдаётся тупой болью в рёбрах. Хромота заставляла его отставать. Джисон шёл рядом, его рюкзак с техникой казался неподъёмным, но он не жаловался. Его глаза были прикованы к маленькому экрану тепловизора, который он держал в руке. Чонин шёл позади всех, как страж, или как хищник, загоняющий стаю. Он не скрывал своего восхищения окружающим мраком. Его пальцы перебирали рукоять топора, а на лице играла широкая, безумная ухмылка. Первый час прошёл в молчании. Только хруст снега и тяжёлое дыхание. Потом майор Кан, не оборачиваясь, произнёс: — Держите дистанцию пять метров. Не сбивайтесь в кучу. Твари реагируют на концентрацию тепла и звука. Группа автоматически растянулась. Напряжение висело в воздухе, осязаемое, как мороз. — Странно, — тихо проговорил Джисон, наклонившись к Минхо так, чтобы его не слышали другие. — На тепловизоре… пятна. Они не двигаются. Но они есть. Впереди, за деревьями. — Сколько? — спросил Минхо, стараясь идти ровнее. — Три… четыре. Расположены полукругом. Как будто… ждут чего-то. Минхо кивнул, сжима нож. Он догнал Сынмина. — Впереди засада. Джисон видит на тепловизоре четыре цели. Сынмин бросил взгляд на майора, который продолжал идти, не замедляясь. — Майор, — позвал Сынмин. — Разведка показывает возможное присутствие тварей впереди. Майор Кан остановился, наконец обернувшись. Его лицо в сером свете было безразличным. — Координаты? Джисон подошёл и показал экран. Майор взглянул на прибор, его глаза сузились на долю секунды. — Низкоинтенсивные тепловые сигнатуры. Вероятно, регрессанты в состоянии покоя или засады. Стандартная тактика. Обходим. — Обходим? — переспросил Хёнджин. — А если они не одни? Если это гнездо? — Риск прямого столкновения выше риска встречи с засадой при обходе, — отчеканил майор. — Мы следуем намеченному маршруту с отклонением в пятьдесят метров на восток. Двигайтесь. Он свернул с едва заметной тропы, углубляясь в чащу. Путь стал сложнее. Пришлось продираться через бурелом, проваливаться в снег по пояс. Минхо чувствовал, как пот стекает по спине, смешиваясь с болью. Джисон помогал ему, но сам едва держался на ногах. Ещё через полчаса Джисон снова замер. — Они… переместились. Теперь сбоку и их стало больше. Шесть. Может, семь. Майор даже не взглянул на экран. — Продолжаем движение. Они следят, но не атакуют. Значит, либо ждут сигнала, либо мы пока не в зоне поражения. — А может, они загоняют нас в ловушку? — тихо спросил Феликс, впервые за день нарушив молчание. — Возможно, — согласился майор. — Но альтернативы нет. Пункт «Дельта» не ждёт. Они шли, чувствуя на себе незримые взгляды из-за деревьев. Лес словно сжимался вокруг них, становясь тесным, враждебным. Воздух, и без того холодный, наполнился сладковатым запахом тления, смешанным с чем-то химическим, резким. Внезапно Чонин, шедший сзади, засмеялся — коротко, отрывисто. — Смотри-ка, — прошипел он. — Приветствуют нас. Из-за ствола в двадцати метрах справа показалась фигура. Она не двигалась, просто стояла, прислонившись к дереву. Одежда — лохмотья некогда камуфляжной формы. Голова была опущена, волосы слипшимися прядями падали на лицо. Но самое жуткое было в её позе — она не была расслабленной. Она была как у статуи, замершей в неестественном, напряжённом ожидании. — Не стрелять, — скомандовал майор, хотя никто и не поднимал оружие. — Это приманка. Игнорируем. Они прошли мимо, не ускоряя шаг. Минхо чувствовал, как по спине бегут мурашки. Он видел, как пальцы фигуры слегка шевельнулись, будто пробуя сжать невидимую рукоять. — Их становится больше, — доложил Джисон, голос его дрогнул. — Теперь с двух сторон. Они… идут параллельным курсом. Группа превратилась в подобие корабля, плывущего по тёмному морю, в котором чуть ниже поверхности следуют за ним тени акул. Солнце, бледное, поднялось выше, но тепла не прибавило. Они вышли на берег замёрзшей речушки. Лёд под снегом был ненадёжным, потрескавшимся. — Переходим поодиночке, — сказал майор. — Я первый. Затем вы — с интервалом в десять секунд. Он ступил на лёд. Лёд прогнулся, заскрипел, но выдержал. Майор пересёк речку быстрыми, скользящими шагами. На том берегу он развернулся и кивнул. Сынмин пошёл следом. Потом Феликс. Потом Хёнджин. Когда очередь дошла до Минхо и Джисона, лёд уже стонал под ногами, покрываясь паутиной новых трещин. — Давай, — сказал Минхо Джисону. — Я за тобой. Джисон кивнул, бледный, и ступил на лёд. Он прошёл половину пути, когда с левого берега, из кустов, раздался шорох. И не один. — Джисон, беги! — крикнул Минхо. Джисон бросился вперёд, поскользнулся, упал на колени. Лёд под ним треснул оглушительно. Из кустов вывалились три фигуры. Не замершие наблюдатели. Они бежали. Неровно, косолапо, но быстро. Их движения были резкими, порывистыми, как у марионеток с оборванными нитями. Майор Кан на том берегу поднял автомат. Короткая очередь. Одна фигура дернулась и упала. Остальные двое не остановились. Минхо, забыв о боли, ступил на лёд. Он поскользнулся, едва удержался на ногах но двинулся к Джисону, который пытался встать. Лёд прогибался, вода сочилась через трещины. — Не подходи! — закричал Сынмин с берега. — Лёд не выдержит двоих! Но было поздно. Одна из тварей была уже у кромки льда. Она прыгнула, не на Минхо, а на Джисона. Джисон, инстинктивно отшатнувшись, выронил тепловизор. Устройство упало на лёд и ушло под воду. Тварь вцепилась ему в ногу, её почерневшие пальцы впились в ткань, зубы щёлкнули в сантиметре от голени. Минхо, не раздумывая, ударил рукояткой ножа. Удар пришёлся по голове твари. Кость хрустнула, но она не отпустила. Вторая тварь была уже рядом. И тут с берега, словно тёмный смерч, обрушился Чонин. Он не бежал — он летел, перепрыгивая трещины с невероятной ловкостью. Его топор сверкнул в воздухе и вонзился в позвоночник второй твари. Одним движением он отшвырнул её тело в сторону, когтями впившимися в лёд. Затем он наклонился к той, что держала Джисона, схватил её за волосы и рванул на себя. Шея захрустела, как сухая ветка. Он бросил тело на лёд и пнул под воду. Всё это заняло меньше десяти секунд. Наступила тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием Джисона и зловещим потрескиванием льда. — Двигайтесь к берегу! Сейчас! — рявкнул майор с берега. Чонин, ухмыляясь, подхватил Джисона под мышку и почти понёс его к берегу. Минхо, ковыляя, последовал за ними. Лёд прогибался под его ногами, трещал, но выдержал. На берегу Джисон упал на колени, его трясло. Штанина была порвана, но кожа под ней оказалась не тронута — зубы не достали. — Твой прибор, — сказал майор, глядя на воду. — Утрачен. Это снижает нашу эффективность на тридцать процентов. Неприемлемо. — Он жив, — сквозь зубы процедил Минхо, поднимаясь. Боль в боку пылала. — Жизнь — переменная. Миссия — константа, — отрезал майор. — Восстановитесь за две минуты. Мы движемся дальше. Сынмин подошёл к Джисону и помог ему встать. — Всё в порядке? Хан кивнул, не в силах вымолвить слово. Хёнджин, осматривая периметр, нахмурился. — А где третий? Тот, что упал? Его тело исчезло. Майор Кан обернулся. На снегу у кустов, откуда выбежали твари, оставалось только тёмное пятно и следы волочения. — Их тактика эволюционирует, — констатировал он без эмоций. — Они забирают своих павших. Для анализа? Или для чего-то ещё. Интересно. — В его голосе впервые прозвучал оттенок, похожий на холодное любопытство учёного. — Значит, они не просто звери, — сказал Минхо. — Они учатся выживать. — Все организмы адаптируются, — согласился майор. — Это делает их более опасными, но и более предсказуемыми. Логика выживания универсальна. Они снова углубились в лес. Настроение в группе упало ниже нуля. Потеря тепловизора была ощутимым ударом. Теперь они шли вслепую, полагаясь только на зрение и слух. К полудню они сделали короткий привал у скального выступа. Ели молча, жёсткие пайки, запивая ледяной водой из фляг. — Сколько ещё? — спросил Феликс. — До периметра «Дельты» — шесть километров по прямой, — ответил майор, изучая карту на планшете с тусклым экраном. — Но прямой маршрут проходит через зону с высокой концентрацией тварей. Мы идём по обходному пути, увеличивая путь на три километра. Осталось четыре часа хода при текущей скорости. — А если они будут преследовать нас? — спросил Хёнджин. — Они уже преследуют, — сказал майор. — Но пока держат дистанцию. Твари выжидают момент, когда мы будем слабее всего. Вероятно, атакуют перед самым закатом, когда видимость падает, а усталость максимальна. — Весёленький прогноз — проворчал Хёнджин. Чонин, сидевший чуть поодаль и точивший свой топор о камень, вдруг поднял голову. — Они боятся. Все посмотрели на него. — Кого? Нас? — уточнил Сынмин. — Не всех. Его. — Чонин кивнул на майора Кана. — Чуют. Он… пахнет по-другому. Как они. Но… не так. — Он усмехнулся. — Интересно. Он один из них, который притворяется нами? Или один из нас, который стал ими? Майор Кан медленно повернул голову к Чонину. Его взгляд был пустым, но в нём что-то промелькнуло — словно луч радара скользнул по цели. — Ваши умозаключения, молодой человек, не имеют тактической ценности, — сказал он. — Но ваша способность чувствовать угрозу — имеет. Вы будете идти в конце отряда. Предупреждайте о любых изменениях в их поведении. Чонин широко улыбнулся, как ребёнок, получивший новую игрушку. — О, буду. Буду слушать, как они шепчутся. От этих слов по коже пробежали мурашки. Они снова двинулись в путь. Лес стал ещё гуще, деревья сплетались ветвями, образуя тёмный туннель. Майор Кан теперь иногда останавливался, прислушиваясь не ухом, а всем телом. Казалось, он считывал информацию из воздуха, из тишины. Джисон шёл рядом с Минхо, его пальцы время от времени непроизвольно дёргались, будто пытаясь нащупать утерянный тепловизор. — Прости — выдохнул он наконец. — Я его уронил. — Замолчи — тихо, но жёстко сказал Минхо. — Он спас тебе жизнь, дав нам предупреждение. Свою функцию выполнил. Теперь работай головой. Запоминай маршрут, ориентиры, время между остановками. Это твоё оружие теперь. Джисон кивнул, проглотив ком в горле. — Он прав, — сказал Сынмин, оказавшийся рядом. — Данные — это не только приборы. Ваши наблюдения ценны. Видел что-то ещё странное? Джисон задумался. — Да. Их движение… когда они шли параллельно. Оно было не хаотичным. Они держали строй. Как… патруль. Сынмин и Минхо переглянулись. — Значит, у них есть иерархия, — пробормотал Минхо. — И коммуникация. — Майор — позвал Сынмин. — Есть данные о социальной организации регрессантов? Майор Кан, не оборачиваясь, ответил: — Поздние стадии регрессии характеризуются утратой сложных социальных структур. Остаются базовые инстинкты стаи. Охота, защита территории, возможно, элементарная координация. То, что вы наблюдали, — вероятно, проявление инстинкта загона добычи, а не осознанной тактики. Но в его голосе не было прежней абсолютной уверенности. День клонился к вечеру. Серое небо начало темнеть, окрашиваясь в синевато-свинцовые тона. Холод усилился. Усталость давила на плечи, замедляла шаг. Даже Чонин перестал улыбаться, его взгляд стал сосредоточенным, звериным. Они вышли на опушку, за которой виднелся глубокий овраг, заваленный камнями и поваленными деревьями. По ту сторону оврага поднимался крутой, лесистый склон. Где-то там, по словам майора, находился периметр «Дельты». — Здесь, — сказал майор, останавливаясь. — Делаем последнюю остановку перед броском. Пять минут. Проверяйте оружие и экипировку. Все молча опустились на землю, прислонившись к деревьям. Руки дрожали от усталости и холода. Минхо почувствовал, как дрожь пробегает и по его телу. Он посмотрел на Джисона. Тот сидел, обхватив колени, и смотрел в темнеющий овраг. Его лицо в сумерках казалось вырезанным из бледного мрамора. — Страшно? — тихо спросил Минхо. Джисон кивнул, не отрывая взгляда. — Да. Но не так, как раньше. Раньше я боялся боли, смерти. Сейчас… я боюсь, что всё это было зря. Что мы придём туда, и там не будет ответов. Будет только… больше этого. — Он махнул рукой в сторону леса. — Ответы редко бывают утешительными, — сказал Минхо. — Но без них нельзя двигаться дальше. Даже если двигаться некуда. Внезапно Чонин, сидевший на корточках чуть в стороне, поднял голову. Его уши, казалось, шевельнулись. — Идут, — прошептал он. — Все. Со всех сторон. Майор Кан мгновенно вскочил на ноги, автомат держал в руках. — Занимаем позиции! К оврагу! Используем рельеф как укрытие! Группа бросилась к краю оврага, залегла за валунами и стволами деревьев. Минхо прижал Джисона за собой. Сердце колотилось, выстукивая дробь боли в рёбрах. Тишина стала ещё глубже, ещё зловеще. Потом её разорвал звук. Не рёв, не крик. Шорох. Множественный, сухой шорох многих ног по мёрзлой листве и снегу. И они показались. Не три. Не шесть. Их были десятки. Они выходили из леса медленно, без спешки, занимая позиции на опушке, напротив группы. Они не были однородной массой. Среди них были высокие и низкие, одни — почти с человеческими чертами, другие — с явными уродствами, искривлёнными конечностями, неестественными пропорциями. Но все они стояли молча, смотря в сторону оврага. Их глаза, тусклые и мёртвые, отражали последний свет угасающего дня. — Чёрт возьми, — выдохнул Хёнджин. — Это же целая армия. — Не армия, — поправил майор, его голос был ледяным, но в нём впервые зазвучало что-то похожее на азарт. — Это выводок. Колония. Они охраняют подходы к «Дельте». Мы вторглись на их территорию. — И что делаем? — спросил Сынмин, прицеливаясь. — Прорываемся? — Нет, — сказал майор. — Прорваться через такое количество — верная смерть. Мы отступаем. — Отступаем куда? В лес? — не поверил своим ушам Феликс. — В овраг. Он ведёт в боковое ущелье. По нему мы сможем выйти к «Дельте» с южной стороны, минуя основные силы охраны. Это рискованно, но меньше, чем лобовая атака. — А если они спустятся за нами? — Овраг узкий. Они не смогут атаковать всем скопом. Это даст нам тактическое преимущество. Приказ: отход в овраг, движение на юг. Я прикрою. Чонин, ты со мной. Чонин усмехнулся, его глаза загорелись. — Наконец-то веселье. — Остальные, пошли вперёд! — скомандовал Сынмин. Группа, под прикрытием майора и Чонина, начала скатываться вниз по крутому склону оврага. Камни летели из-под ног, снежные пласты осыпались. Минхо, цепляясь за корни и выступы, чувствовал, как боль в рёбрах превращается в огненный шквал. Джисон помогал ему, но сам сползал больше, чем шёл. Сверху, с опушки, раздались первые выстрелы. Майор стрелял короткими, экономными очередями. Чонин не стрелял — он стоял на самом краю, размахивая топором и издавая странные, щелкающие звуки, словно дразня тварей. Твари двинулись. Не броском, а неспешным, неотвратимым наступлением. Первые ряды подошли к краю оврага и начали спускаться, цепляясь когтями за замёрзшую землю. — Быстрее! — крикнул Сынмин снизу. Минхо и Джисон упали на дно оврага, в груду хвороста и камней. Поднялись, отряхиваясь. Феликс и Хёнджин уже бежали вперёд, по узкому проходу между скальными стенками. Сверху спрыгнул Чонин, легко, как кошка. За ним, более осторожно, спустился майор Кан. Он развернулся и бросил вверх, по склону, по которому уже катились десятки тел, две гранаты. Два оглушительных взрыва разорвали вечернюю тишину. Камни, земля, обломки тел полетели в воздух. На мгновение атака захлебнулась. — Бегите! — крикнул майор, и группа бросилась вперёд по тёмному ущелью. Они бежали, спотыкаясь о камни и задыхаясь. Сзади доносился нарастающий шум погони — теперь уже не организованной, а яростной, хаотичной. Твари, спровоцированные взрывами и потерями, утратили всякую осторожность. Ущелье сужалось. Стены смыкались так, что над головой оставалась лишь узкая полоска темнеющего неба. Воздух стал спёртым, пахнущим сыростью и плесенью. — Куда мы идём?! — крикнул Феликс, оборачиваясь. — Вперёд! — ответил майор. — Здесь должен быть выход! Но выхода не было. Ущелье упиралось в каменную стену, заваленную древним обвалом. Тупик. Группа замерла, прижавшись к стенам. Сзади, в изгибе ущелья, уже слышался топот и рычание. Их загнали в ловушку. — Проклятье, — прошипел Хёнджин, вставляя последний магазин. Сынмин посмотрел на майора. Тот стоял, прислонившись к камню, и смотрел на завал. Его лицо было непроницаемым. — Здесь... — сказал он вдруг. — В завале должен быть проход. — Какой проход?! — не выдержал Феликс. — Это просто груда камней! Майор подошёл к завалу, начал ощупывать камни. Его движения были быстрыми и точными. — Проект «Дельта» имел запасные выходы на случай ЧП. По логике, один из них должен выводить сюда. Помогите мне. Чонин и Хёнджин бросились к нему, начали оттаскивать камни. Сынмин и Феликс развернулись, готовясь встретить погоню. Минхо и Джисон присоединились к разбору завала. Камни были огромными, промёрзшими насквозь. Они не поддавались. А шум сзади становился всё ближе. И тут Джисон, оттащив очередной камень, вскрикнул: — Металл! Здесь металлическая дверь! Все бросились к нему. Из-под слоя щебня и льда действительно проглядывала гладкая, тёмная поверхность, похожая на броню. Посередине — круглый штурвал, покрытый ржавчиной. — Быстрее открывайте! — скомандовал майор. Хёнджин и Чонин ухватились за штурвал. Он не поддавался. Минхо, забыв про боль, присоединился к ним. Мускулы напряглись до хруста. Штурвал дрогнул, заскрипел и с трудом повернулся на сантиметр. — Поторопитесь! — закричал Сынмин, уже отстреливаясь по первым показавшимся в конце ущелья теням. Собрав последние силы, они провернули штурвал. Раздался глухой щелчок, и тяжёлая дверь отъехала внутрь на несколько сантиметров, открыв чёрную пасть. — Входите! Быстро! — рявкнул майор. Феликс первым нырнул внутрь. За ним Хёнджин. Потом Джисон. Минхо толкнул его в спину, чтобы тот не медлил. Сынмин, отстреливаясь, отступил к двери. — Майор! Чонин! Внутрь! Чонин, с окровавленным топором, одним прыжком оказался в проёме. Майор Кан бросил последнюю гранату в сторону преследователей и отпрыгнул к двери. В этот момент из темноты ущелья выскочила тварь — необычно крупная, с удлинёнными, похожими на лезвия пальцами. Она рванулась не к Сынмину, который был ближе всего. Сынмин не успел развернуться. Когти нацелились прямо в его горло. Но майор Кан был быстрее. Он не выстрелил — времени не было. Он шагнул вперёд и подставил своё предплечье под удар. Когти с хрустом вонзились в ткань и плоть. Майор даже не вскрикнул. Он рванул руку на себя, увлекая тварь за собой, и мощным ударом приклада в лицо отшвырнул её назад, прямо под ноги её сородичам. — Входи! — прохрипел он Сынмину. Сынмин, ошеломлённый, нырнул в проём. Майор последовал за ним. Хёнджин и Чонин ухватились за внутреннюю ручку двери и изо всех сил потянули её на себя. Тяжёлая дверь со скрежетом начала закрываться. В последнюю секунду в щель попыталась вцепиться пара рук, но Чонин ударил по ним топором. Раздался кошмарный хруст. Дверь захлопнулась, заглушив все звуки снаружи. В кромешной темноте послышался только тяжёлый, прерывистый звук — дыхание майора Кана. И запах. Резкий, медный запах свежей крови. Кто-то щёлкнул фонарём. Луч выхватил из мрака лицо майора. Он стоял, прислонившись к стене, и смотрел на свою руку. Рукав куртки был распорот от локтя до запястья, и из глубокой, зияющей раны обильно текла тёмная кровь. Но не это было самым страшным. По краям раны, там, где кожа соприкасалась с когтями твари, уже расползались тонкие, чёрные, похожие на трещины прожилки. Заражение. В полной тишине, нарушаемой только шипением рации и тяжёлым дыханием, майор Кан поднял глаза на группу. В его взгляде не было ни страха, ни боли. Была лишь холодная, ледяная ясность. — Протокол карантина. — произнёс он ровным голосом. — Я представляю угрозу. Вы должны меня изолировать. Или ликвидировать.