Любовь сильнее гордости

кажется,  кто-то решил, что у этой книги будет такой финал. я бы умер в первой главе, если бы сразу его узнал. представь, у тебя есть кто-то, кто всех тебе заменяет. и он ведет тебя за руку, а потом о т п у с к а е т. ________________________________ – Девушка, просыпайтесь. Прибываем через двадцать минут, – звонким голосом, растягивая слова, говорила проводница, стоя над Ангелиной и тряся за плечо, накрытое простыней. – Девушка! Сквозь сон расслышав нечто похожее на слова, Ангелина дернулась, еле раскрывая глаза.  – Самара через двадцать минут, не засыпайте. – бросив напоследок, Елизавета, как поняла Ангелина по бейджику у той на груди, резво развернулась на каблучках и зашагала дальше по вагону, продолжая будить пассажиров. «Я ослышалась? Какая, нахуй, Самара?» – пытаясь собрать мысли в кучу после сна, думала Ангелина. Но получалось плохо. Вчера, покупая билет, она точно видела надпись наверху в телефоне: «Москва – Санкт-Петербург».  Понадеявшись, что она просто ослышалась, нашла в сумке косметичку и пошла в уборную, привести себя в более-менее презентабельный вид. По пути она увидела на табло: «Самара». Посмотрела в окно – вид мало похож на Петербург.  – Блять… – гневно пробубнив себе под нос ругательство, Ангелина защелкнула замок на двери туалета.  На автомате умылась, почистила зубы, переоделась и вышла в уже полупустой вагон. Поезд прибыл, и люди начали выходить. Быстро схватив сумку и чемодан, Изосимова выбежала на платформу, оглядываясь по сторонам.  А в голове стучало, словно набатом:  «Это не Питер. Это не Питер. Это, сука, не Питер!» Напрочь забыв о человеке, по вине которого она так спешно покинула Москву, Ангелина размышляла, если так можно назвать бурю ее мыслей, о том, что делать-то дальше.  Гостиница? А какой смысл, если она не планирует задерживаться в этом городе? Она вообще не собиралась сюда приезжать.  Видимо ночью, в порыве чувств, она была не шибко внимательна. Но опять в поезд не хотелось. Полночи проведя в душном вагоне, Ангелина мечтала о нормальном душе.  «Точно!» – в ее голове словно по заказу генерировались новые идеи.  Достает телефон, ищет нужный контакт и звонит. Остается надеяться, что этот человек сейчас в городе. – Ало, Ангелина? Неожиданно. – в трубке слышится радостный голос Александра Шепса. Но от женщины не укрылась и настороженность с волнением в его тоне. – Ага, приветик. Слушай, тут такое дело. Я, по чистой случайности, оказалась в Самаре. Могу я у тебя буквально не день остановиться? – весело спрашивала она, и Александр, тут даже не надо быть экстрасенсом, через телефон понял, что колдовка улыбается. – Конечно, без проблем! Но при встрече хочу услышать историю, как ты здесь оказалась. Сейчас вышлю адрес смс-кой. – уже занося пальцы над кнопкой отбоя, говорит медиум и сбрасывает. Неожиданно, конечно, но приятно. У них с Ангелиной были хорошие, даже дружеские отношения, поэтому он всегда был рад ее компании.  Обрадовавшись, что ехать совсем недолго, Ангелина поймала такси, и у нее наконец-то появилась минутка свободного времени в суматохе этого безобразного утра.  Открыла окно, наслаждаясь теплым летним ветерком, посмотрела на центральную улицу города, которую так к месту украшали зеленые, переливающиеся на свете солнца, зеленые листья деревьев.  В Самаре, расположенной намного ближе к югу, чем Москва, и уж тем более Петербург, было невозможно жарко, но Ангелине это только в плюс. Она любила погреться на солнышке.  Саша, судя по всему, решил встретить ее у подъезда, Ангелина увидела его, когда машина повернула во двор, а заодно – что не удивительно – покурить.  Да уж, медиумам и колдунам без табака никуда. Поприветствовав друг друга и обнявшись, экстрасенсы поднялись в квартиру. «А неплохо тут у Александра», – заметила Ангелина, переступая порог. Большая прихожая, справа дверь, скорее всего, в туалет, дальше кухня с балконом. А если повернуть направо и пройти по коридору, то попадешь в спальню и гостиную. Во всей квартире было светло и чисто, хотя это не свойственно многим мужчинам. – Проходи на кухню, я сейчас чай заварю и буду слушать твой увлекательный рассказ о путешествии Москва – Самара, – смеялся Саша, а глаза его блестели от веселья. Ну и шутник.  Просторная кухня залита золотистым светом солнца. Саша ставит чайник и бросает пакетики с заваркой в кружки, Ангелина садится за большой белый стол, на котором нет ничего лишнего. Салфетки, солонка, сахар – на этом все. Сразу чувствуется, что женской руки в доме нет. Вон стол без скатерти даже. Надо исправлять.  Пока Ангелина рассматривала интерьер, Шепс с чаем уже переместился к ней, ставя рядом чашку с горячим напитком. Обхватив кружку двумя руками – как он любит делать – лучезарно улыбнулся и посмотрел на колдовку. – Ну что, я весь во внимание, – опять усмехнулся Саша, и Ангелину уже начинало раздражать его веселье, хотя ей и самой было смешно от произошедшего. – Тебе с предысторией, или как? – спросила Ангелина и получила согласный кивок от мужчины, мол «с самого начала и со всеми деталями». – Пошли вчера с Левиным в бар, выпили немного. Я захотела потанцевать, а он сидеть остался. Ну, мы любили раньше ходить по барам: я пью, он наблюдает, думаю, ты знаешь об этом, – еще один согласный кивок. – Так вот, проходит полчаса, наверно, я к барной стойке иду передохнуть. А он там сидит, с какой-то бабой целуется. – Прервавшись, чтобы глотнуть ароматного черного чая, Ангелина наконец-то поняла, что случилось.  До этого у нее не было слез, истерики, будто ничего и не произошло. Словно ее мозг отказывался принимать такую информацию. А сейчас какой-то защитный барьер рухнул, и чувства нахлынули на нее.  Она поняла, что ее любимый человек предал ее. Что она снова доверилась, открыла сердце во второй раз – а зря. Что теперь она осталась одна. Опять.  Нет, одиночество для нее не проблема, Ангелина давно к нему привыкла. Но к жизни без Максима она приспособиться не смогла даже тогда, когда его посадили.  И сейчас ей это казалось чем-то нереальным, тем, что произошло не с ней. Вдруг она обозналась вчера, а Макс сейчас не знает, где она, и переживает? Бред. Она узнает его из тысячи. Это был он. Ангелина видела, как в его взгляде словно что-то рушится, ломается, когда он смотрел на нее.  Вдруг вернулась ночная дрожь в руках, а внутри мандраж начался. На глазах уже собираются слезы, как бы она не пыталась отмахнуться от них, а заодно и от навязчивых мыслей. Хотела продолжить рассказывать – не смогла. Голос не слушался, а язык во рту не поворачивался. У нее банально не получалось сформулировать свои мысли.  Саша, заметив резкую перемену в настроении женщины, положил свою большую и теплую руку на ее ладонь, слегка сжимая. Ангелина подняла на него взгляд – полный боли и отчаяния. Александру вдруг на миг показалось, что она сейчас рассыпется. Такая железная и недоступная леди сейчас разобьется у него на глазах, в его квартире. Фантастика.  С женскими слезами до этого он не сталкивался. Обычно при виде него девчонки сияли, точно звезды, и что сейчас делать – непонятно.  – Ангелин… – позвал Саша. Хотел попытаться успокоить, поддержать, но слова не шли. Этот ее взгляд, обезоруженный, сводил с ума. Он будто чувствовал всю ее боль сам.  Он смог только встать и обнять Ангелину. Как только она уткнулась носом ему в плечо, из ее глаз хлынули слезы. Бесконечный поток, который грозил затопить все вокруг.  Саша молча гладил ее по спине. Стало понятно, что словами тут не поможешь. В этот момент ему было безумно жалко Ангелину, ведь он сам сталкивался с этим. Но еще в нем, глубоко внутри, просыпалась ярость – холодная и безумная. Он резко почувствовал, что хочет набить Левину морду. За то, что обидел женщину, сейчас плачущую у него на груди.  Продолжение истории уже было не интересно. «Скорее всего, – думал Александр, – в спешке перепутала билеты или что-то в этом роде». Сейчас это было не важно. – Давай я с ним поговорю? Хлюпая носом, Ангелина затараторила: – Нет, не надо. Я хочу исчезнуть из его жизни тихо и бесследно, чтобы он не знал, где я, что со мной. Поменяю номер телефона и квартиру в Питере, чтобы приезжать не смог. – Коварная ты, Ангелина Юрьевна, – слегка расслабившись, отвечал Саша.  Заметив, что женщина чуть успокоилась, он опять сел, допивая уже остывший чай. Но спокойствие Ангелины было ой как обманчиво. На душе словно кошки скребли.  Хотя было не больно, нет. Обидно, что ли. Но больше было просто пусто. Из-за того что предал, оставил. Разбил сердце второй раз – окончательно. За то, что врал. Это хуже всего. Ведь Ангелина верила ему, его словам: «Я люблю тебя», «Ты самое лучшее, что случалось со мной», «Я жить без тебя не смогу» и тому подобная чушь. Все оказалось ложью. Наглым враньем. Как он мог смотреть ей в глаза и клясться в любви, а потом положить глаз на другую? Да что там глаз, сидел, лапал ее так, будто один пришел, а Ангелины с ним вовсе не было и он свободный человек. Ну теперь-то точно свободный. Ангелина не простит ему такое предательство. Гордость не позволит. О чем он думал, когда делал это? Что Ангелина закроет глаза на это? Не тут-то было.  Она никогда и никому не давала второго шанса. До него. Этот человек вообще стал реформатором в ее жизни. Как появился рядом – так весь привычный уклад с ног на голову перевернулся. Но тогда Ангелине это было в радость, ведь она по самые уши влюбилась. А сейчас, когда она поняла, что Макс не тот человек, которому стоит доверять и уж тем более давать второй шанс, – жалела. Жалела, что он вообще появился в ее жизни, тогда, когда они еще были студентами и пересекались в университете. Жалела, что влюбилась в него. В конце концов, жалела, что открыла ему сердце, а он попользовался и выбросил его, как игрушку! Больше она этого не допустит. Хватит с нее. – Спасибо, Саш, что пустил. Я схожу в душ тогда и буду билет на ближайший поезд до Петербурга покупать, – досуха вытирая лицо, влажное от слез, говорила Ангелина. – Да какие вопросы, Ангелин, оставайся, сколько нужно, – тут же спохватился Шепс, заволновавшись, что она не хочет его стеснять и поэтому спешит уехать.  – Спасибо, но я поеду скоро. В Петербурге легче, ты знаешь..– постепенно переходя на шепот, закончила она и стала подниматься, чтобы взять вещи и пойти, наконец-то, нормально умыться.  Александр лишь согласно кивнул и ободряюще улыбнулся. Он был в курсе того, как Ангелина любит этот город и что ей там легче дышится. Как она однажды говорила в гримерке: «Там даже дома лечат».  Поэтому лучше всего ей сейчас не мешать и дать волю поступать так, как она сама считает нужным.