Дневник

Это была безумно сложная неделя. За все годы обучения в Хогвартсе Рон так сильно не уставал ни разу. После ужина, когда студенты начали расходиться, Рон решил, что пора попробовать свой новый блокнот. В этом году всем учащимся восьмого курса дали личные апартаменты, так как в замке было достаточно много свободных комнат, а делить свою комнату с кем-то не всегда комфортно. Он достал из сундука блокнот и, немного нервничая, занёс перо над пергаментом. На секунду задумался: а что ему, собственно, написать? «Привет, я Рон Уизли, у меня на этой неделе взорвалось зелье и было три отработки с Филчем»? или «У меня была паршивая неделя…»? Чушь собачья! На листе начал проступать чужой текст. Мой колдопсихиатр посоветовал писать все на бумаге или найти собеседника, с которым я смогу поддержать разговор и открыться. Я ни на что не рассчитываю, но в этой паршивой школе просто не с кем поговорить! Купив эту тетрадь в Хогсмиде, я заметил, что её никто не способен открыть, кроме меня. Какой-то хитрый магический ключ, который активировали ещё в лавке. Итак, начнём… Может, написать, как пишут маглы? «Дорогой дневник, сегодня был тяжёлый день…» Рядом с этим красиво выведенным предложением красовалась огромная клякса. Рон вздохнул. Скорее всего, пробные тетради купили несколько школьников. Партия, по словам близнецов, была небольшая — скромная, но точного количества проданных экземпляров Рон не знал. Возможно, он читает то, что написала разбитая войной несчастная девушка? Утешать Рон не умел, да и, если честно, не любил. В связи с этим вступать в переписку он пока не планировал. Но любопытство не позволяло закрыть блокнот или предупредить, что он не приватный. Рон продолжал читать, его глаза пробегали по ровным строкам. Текст был полон эмоций, и он не мог не почувствовать жалости к автору. Девушка, судя по всему, переживала трудные времена. Она писала о том, как ей не хватает друзей, как тяжело справляться с грузом воспоминаний о войне и о том, как сложно находить своё место в этом изменившемся мире. «Кажется, я не один такой», — мелькнула мысль у Рона. Он сам чувствовал себя потерянным и неуверенным, и, возможно, этот блокнот мог стать для него способом выразить свои мысли и разделить их с незнакомкой. В дверь постучались, и практически мгновенно она распахнулась. Какой смысл в отдельных апартаментах, если в любой момент в комнату может влететь смерчем неугомонный Поттер? — Что ты там читаешь? — раздался голос Гарри, который подошёл к нему с чашкой сока в руках. — Ты выглядишь так, будто нашёл сокровище. Рон быстро закрыл блокнот, но Гарри уже успел заметить, что это не обычная тетрадь. — Это… просто блокнот, — соврал он, хотя сам понимал, что это не совсем так. — Ага, просто блокнот, — повторил Гарри с недоверием. — Ты ведь собираешься писать в нём о своих чувствах, верно? Рон покраснел, вспомнив, что сам только что читал о чужих чувствах незнакомки. — Нет, конечно! — ответил он, стараясь выглядеть непринуждённо. — Просто… любопытно, что там написано. Гарри сел рядом с ним и, наклонившись, попытался взглянуть на страницу. — Давай, покажи. Может, это что-то интересное. — Нет, не сейчас, — ответил Рон, закрывая блокнот и отодвигая в сторону. — Я просто… не готов делиться этим. Гарри поднял бровь, но не стал настаивать. Вместо этого он посмотрел на стол, где остались лишь заготовленные пергаменты для домашней работы. — Как думаешь, стоит позвать Гермиону? Она, возможно, захочет помочь нам с домашкой. — Гарри взъерошил свои непослушные волосы, превращая их в ещё большее безобразие. — Такое чувство, что наш восьмой курс специально заваливают дополнительной работой. Рон вздохнул. Мысли о домашней работе не вызывали у него особого энтузиазма, но он понимал: чтобы им справиться с учёбой в этом году, нужно будет работать вместе. — Да, давай позовем её, — согласился он, поднимаясь с места. Они направились в общую гостиную, и Рон, всё ещё держа блокнот в руках, почувствовал, как его любопытство к нему растёт. Может, он всё же попробует написать что-то? Когда они нашли Гермиону, она сидела за столом и что-то читала. На её лице было сосредоточенное выражение, и, когда она увидела их, на губах расцвела улыбка. — Привет! Вы пришли за помощью с заданием по чарам? — Да, — сказал Гарри. — Мы думали, что ты сможешь помочь нам разобраться с заклинаниями. — Конечно! — ответила она, убирая книгу. — Я только что закончила с одним из заданий. Рон сел рядом, и они погрузились в обсуждение учёбы. Но в глубине души он всё ещё думал о блокноте. Возможно, он сможет использовать его, чтобы выразить свои мысли и чувства, которые так долго оставались внутри. Было что-то в словах незнакомки такое близкое и похожее с его чувствами. Как только они закончили, Рон решил, что пришло время поделиться с подругой. — Гермиона, — сказал он, — а ты не знаешь, как работает этот блокнот? Она посмотрела на него с интересом. — Блокнот? Какой блокнот? Рон достал его и, бережно огладив обложку, показал, впрочем, не дав подруге взглянуть на страницы. — Это… ну, я взял его у братьев и не совсем понимаю, как им пользоваться. Гермиона взяла блокнот в руки и внимательно его осмотрела. — Это тот самый блокнот, о котором говорили близнецы? — спросила она, поднимая брови. — Говорят, что он может быть очень полезным, если ты хочешь вести дневник или просто записывать мысли. — Да, но там уже кто-то пишет, — сказал Рон, чувствуя, как его голос становится тише. Гермиона открыла блокнот и до того, как Рон его захлопнул, прочитала несколько строк. — О, это интересно, — произнесла она задумчиво. — Похоже, у кого-то сейчас трудные времена. Рон почувствовал, как его сердце сжалось. — Я не знаю, что делать с этим, — признался он. — Я не умею утешать людей. Гермиона посмотрела на него с пониманием. — Может быть, ты мог бы просто начать писать о своих собственных чувствах? Это может быть хорошим способом разобраться в своих мыслях и обсудить что-то такое, что сложно высказать вслух. Рон кивнул, хотя и не был уверен, что сможет это сделать. Но в глубине души он понимал, что, возможно, это и есть тот самый шаг, который ему нужен. — Ладно, — сказал он, — я попробую. — Напиши Фреду, нужно уточнить, почему твой блокнот дублирует блокнот другого человека.

***

Рон так и не решился написать в блокноте. Да и с братьями он не связался. По-хорошему, ему нужно было сообщить о проблеме с блокнотом Фреду, ведь это он так настойчиво впихивал в его руки блокнот. Но почему-то не хотелось разрывать связь с таинственной незнакомкой. За три недели Рон не расставался с блокнотом ни на минуту, даже во время учёбы тот лежал в сумке среди учебников. Там писалось иногда коротко, иногда с сарказмом, едко, но всегда в общих чертах. Ни лиц, ни имён не называлось никогда. Рон боялся написать в ответ. Как бы он написал, если его невидимый собеседник в таком случае, скорее всего, перестанет писать? Рон ощущал, что не способен от этого отказаться. «Ради чего я здесь? Хотелось бы мне спокойно сидеть дома, в своей комнате… в уютной тишине, гармоничном спокойствии и в самом счастливом одиночестве. Но нет, мне весь год нужно наблюдать за тем, как тупоголовые кретины ходят с задранными к звёздам носами, мня из себя героев и благодетелей…» Рон нахмурился: девочка, вероятно, со слизерина, там, как говорят, сейчас несладко. С седьмого или, может, с восьмого курса? Минуты через две на тетрадном листе проступила новая запись, почерк стал менее каллиграфичным. Хорошо, что и Он в этом году в школе… Иногда замечаю его взгляд на себе, не влюблённый, конечно, скорее задумчивый. Он сильно повзрослел за этот год, что я его не видел…» «Не видел?» Чёрт, он читает откровения парня о парне? Сердце Рона глухо билось о рёбра. Год в Хогвартсе отсутствовали Гарри, Рон, Дин Томас, Маклагген со слизерина, Малфой тоже практически весь прошлый год был не в замке… В блокноте проступила новая запись: «За что мне всё это? Как можно было влюбиться в самого неподходящего для меня человека… в этого рыжего истукана…» Рыжих в Хогвартсе, кроме Уизли, сейчас не училось. У Рона вспотели ладони. Он не знал, как реагировать на эти откровения. Мысли о том, что кто-то из его однокурсников, возможно, испытывает к нему чувства, вызывали у него одновременно смятение и любопытство. Он не мог не задаться вопросом, кто же этот таинственный незнакомец и что он имел в виду, когда говорил о своих чувствах. С другой стороны, может, это была просто шутка? Он захлопнул блокнот и отложил его на край стола. Кто-то из его однокурсников решил подшутить над ним, написав в блокноте? Или это его братья таким образом развлекаются, пытаясь проверить дистанционное общение на нём? Рон не мог не усмехнуться этой мысли. Но, если это действительно реальный человек, и у него к нему искренние чувства, что ему делать? Как реагировать на это? Рон не мог сказать, что его пугают именно мысли, что из незнакомки автор «Дневника» превратился в незнакомца. Про то, что это не отталкивает, Рон понял сразу. Какая, собственно, разница, какого пола человек, если ты влюблён в него? Осуждения общественности он не боялся. Вот, например, у Чарли есть парень, и никто никогда и не думал упрекать его в этом. Да он и не был гуру отношений. У Рона, кроме как с Лавандой на шестом курсе и пары поцелуев с Гермионой под страхом смерти на седьмом курсе, их и не было. С Гермионой они ещё летом решили, что у них крепкая дружба. Любовь между ними скорее как между братом и сестрой. Если подумать, то и на парней он раньше засматривался, но тут даже без поцелуев, просто ему нравились чуть язвительные и стройные аристократы. Пф… Точнее, даже один конкретный аристократ, который, пусть и бесил, внешне был неоспоримо привлекательным. Он снова открыл блокнот, готовый прочитать ещё раз, и его взгляд скользнул по строчкам. Рон покраснел, его мысли метались в голове, словно взбесившиеся птицы. Он не знал, что делать с этой информацией, и это пугало его. «Может быть, стоит попробовать ответить?» — мелькнула мысль. Но что сказать? Как можно выразить свои чувства, если он сам не понимал, что именно чувствует? В дверь постучались. Рон открыл дверь палочкой. Естественно, это был Гарри с тарелкой печенья и кувшином тыквенного сока. Заметив, что Рон углублённо смотрит в блокнот, тот поинтересовался: — Ты опять читаешь? Что там такого интересного? Рон поспешно закрыл блокнот и положил его на стол. — Ничего особенного, просто… мысли, — ответил он, стараясь звучать непринуждённо. Гарри прищурился, но не стал настаивать. — Ладно. Я вот думаю, как нам подготовиться к следующему уроку по зельям. Ты готов к этому? Гермиона передала для тебя эссе. Рон кивнул, но его мысли по-прежнему были заняты блокнотом и его загадочным автором.