Падающая звезда

В комнате повисла неуютная тишина, а напряжение в воздухе было настолько плотным, что хоть ножом режь. Шарль не понимал, что происходит, но, видя, насколько взволнован был Оскар, начинал нервничать сам. Он никогда не был проблемным ребёнком, во что только успел вляпаться? Мальчишка стоял неподвижно, его руки тряслись, а с лица сошла вся краска. Напряжение нарастало с каждой секундой, и в какой-то момент Леклер, как единственный взрослый и ответственный человек, принял решение положить этому конец. — Оскар, объясни мне, что, чёрт возьми, произошло? — Ситуация выглядела невероятно абсурдной. Сын садовника каким-то чудом притащил пострадавшего принца в его мастерскую. Скажи ему кто-то этим утром, что такое возможно, он бы поднял того на смех. Даже после этого ни один из них не проронил ни слова, а атмосфера стала ещё тяжелее. Видимо, не выдержав давления, парень начал лепетать оправдания: — В-ваша милость, я не знал, что творю... я... — Он упал на колени. — Я в-виновен и готов принять любое наказание, — его голос безбожно дрожал, выдавая, насколько ему страшно. Несмотря на это, он продолжил: — Я лишь хотел как лучше. Глаза Шарля, казалось, никогда не были так сильно расширены, как в этот момент. В голове пронеслась тысяча сценариев произошедшего, но ни один из них не был утешительным. Похоже, Оскару светят серьёзные проблемы. Он уже собирался вмешаться и попытаться исправить ситуацию настолько, насколько это возможно, как случилось то, чего бедный алхимик никак не ожидал. Принц опустился на корточки и положил руку на плечо мальчика. — За что ты извиняешься? Ты же помог мне, поднимайся скорее! Пиастри поднял ошарашенный взгляд на Норриса. Тот только лучезарно улыбнулся и выпрямился сам. За его примером неуверенно последовал и Оскар. Он уже не был бледен как мел, теперь на его щеках расцвёл яркий румянец, контрастировавший с бледным лицом. — Мне сказали, — чуть отойдя от парня, принц обратился к алхимику, — что у вас должно быть лекарство или что-то вроде того. Я нечаянно поранился в саду. Мальчик указал на свои разбитые колени. Кровь уже начала запекаться, образуя корочку. Шарль наконец-то вышел из ступора, в котором пребывал с того момента, как мальчишки пересекли порог его кабинета. — Конечно, — сказал Леклер, прокашлявшись в кулак. — Подождите секунду, ваше высочество, принесу сию минуту. Как полагается, мужчина откланялся и удалился в подсобку, откуда вернулся уже с мазью. Это была субстанция травянистого цвета в прозрачной баночке, перевязанной бечёвкой и залитой воском. Алхимик подошёл к столу и отточенными движениями вскрыл пломбу. Как только крышка была открыта, помещение наполнил не самый приятный запах, характерный для лекарств. Норрис хоть и был принцем, в первую очередь оставался ребёнком, а дети, как известно, такое на дух не переносят. Его лицо исказилось гримасой отвращения и неприязни к ни в чём не повинной баночке со снадобьем, что, в свою очередь, не скрылось от Шарля . — Ваше высочество, боюсь, без мази никак не обойтись, если вы хотите выздороветь как можно скорее, — голос его оставался твёрдым, в то же время ласковым. На лице играла полуулыбка, настолько искренняя и светлая, что невозможно было не довериться. — Может, вам помочь нанести состав на раны? Мальчик усиленно замотал головой из стороны в сторону. Но через мгновение остановился — в его маленькую голову пришла гениальная идея. — Ты, — он указал на Оскара, неловко мнётся с ноги на ногу в самом дальнем углу кабинета. Тот замер на месте, ошарашенно глядя на принца в ожидании приговора. — Ты поможешь мне с этой дрянью. Пиастри выглядел словно котёнок, готовый вот-вот заплакать, но всё равно поспешил выполнить приказ. — Как прикажете, ваша милость. Он взял склянку из рук Леклера и направился к Ландо, разместившемуся на стуле. Присел на корточки, набрал немного мази на палец и аккуратно начал распределять её по пострадавшему участку кожи. Его руки всё ещё дрожали, но движения были чёткими, при этом лёгкими и заботливыми, как и прежде. Почему-то именно в руках этого мальчика принц был иррационально уверен. Будто что-то подсказывало ему, что Оскар не причинит вреда, а только наоборот. Он был таким искренним и добрым, и уж точно не имел злых умыслов. Это Ландо мог сказать наверняка, хоть и знал парня от силы полчаса. За свою недолгую жизнь при дворе он успел научиться мастерски отличать притворство. Обстоятельства вынуждали. Мазь щипала, попадая на воспаление. Мальчишка сжимал свои ладошки в кулачки от боли и хмурил брови, но не проронил ни звука. Не плакал и не кричал, а стойко и храбро вынес всё, как учил его Максимус. Сейчас он поистине мог им гордиться. От этой мысли на его искажённом от боли лице появилось подобие улыбки. Вдруг боль резко притупилась, и в удивлении Норрис опустил голову и наконец посмотрел на Пиастри. Тот сидел на коленях у его ног и дул на ранки, покрытые тонким слоем лекарства. Казалось бы, такие незамысловатые действия, но какое же облегчение они приносят. — Что ты делаешь? — поинтересовался принц. — Простите, я вновь совершил ошибку, — глаза парня опять забегали в страхе, и он впопыхах начал объясняться. — В-ваше высочество, я просто... — Он замер, резко убрав руки от принца. — Просто папа всегда так делает, если мне больно, вот я и подумал... — Всё в порядке, можешь сделать так ещё раз? — Ландо поспешил прервать его, пока тот не начал опять обвинять себя во всяких несусветных глупостях. Такой добрый мальчик, но совсем трусишка. Ландо же его не обидит, в самом деле. Оскар послушно продолжил дуть на колени, пока резкая боль не отступила. Однако это оказалось очень приятно — чувствовать такую заботу. Папа бы для него никогда такого не сделал. Это даже звучало смешно, но от этого почему-то было только грустнее. Стоявший чуть поодаль и наблюдавший за всем Леклер нашёл сложившуюся ситуацию весьма любопытной. Во дворце не было ни одного человека, который не знал бы слухов, плотным облаком окутывающих принца. О том, что он не подпустил близко к себе ни одного знатного выродка, с которыми ему предстоит иметь дело в будущем. Говорить об их родителях и вовсе не приходится. Конечно, юноша поддерживал с ними связь, но чтобы сделать их друзьями или хотя бы приближёнными, речи никогда не было. А тут он так мил с их Оскаром. Шарль служил во дворце далеко не один год, да и глупцом он не был. Алхимик видел, как дети тянутся друг к другу, словно их свела сама судьба. Возможно, он даже догадывался о причине... Из сада раздался шум, который был прекрасно слышен из-за открытого настежь окна. Он-то и прервал мысли Леклера, вынуждая отвлечься от созерцания мальчишек и посмотреть на причину беспорядка. По узким тропинкам сада носилась целая свита, очевидно, в поисках королевского отпрыска, преспокойно сидящего в его башне, пока весь дворец стоит на ушах. — Не хочу вас прерывать, но похоже, вас уже обыскались, ваше высочество, — сказал Шарль, указывая на окно, из которого доносились крики. — О боги! — Ландо вскочил на ноги, позабыв о ссадинах, и чуть не сбил стоящего перед ним Пиастри с ног. — Похоже, мне срочно нужно бежать! Спасибо! — Прокричав это и в последний раз взглянув на парня перед ним, Норрис-младший стрелой вылетел из кабинета, оставив двух оставшихся там людей стоять в ступоре. — Так ты объяснишь мне, что это было? *** Конечно, ему знатно влетело от отца за то, что сбежал, за недостойное поведение, за этот проклятый тест и разбитые колени. Он ведь «наследник», и непристало ему ребячиться и показывать свой характер, нужно быть идеальным и не показывать ни единой слабости. Несмотря на взбучку, Ландо не чувствовал раскаяния от слова совсем. Лёжа в своей кровати, мальчик смотрел на балдахин, возвышавшийся над потолком; сейчас струящаяся по бокам ткань напоминала нерушимую крепость. Здесь он мог отпустить себя и стать тем, кем является на самом деле. Сейчас его голова была забита мыслями о том таинственном мальчике. Его тёплые глаза отпечатались яркой картинкой на обратной стороне век, не желая уходить. С одной стороны, такой уверенный и непоколебимый, а с другой — совсем мягкий. А самое главное — его светлая, еле заметная улыбка. Искренняя. От этих воспоминаний тепло разлилось по груди. Ландо уснул, краем сознания отмечая, что коленки теперь совсем не болят. *** Эта встреча определённо оказала на Ландо большое влияние. Он витал в облаках на уроках, раздумывая о новом знакомом, не мог сконцентрироваться на тренировках и своих обязанностях. Как бы принц ни старался, он не мог выбросить из головы навязчивый образ. Тот словно слился с его сознанием и никак не хотел отпускать. Пробовал ли он отыскать Оскара? Конечно! Кажется, он перевернул вверх дном весь сад и не только за эту неделю! Спросите, почему именно сад? Всё просто как дважды два. Когда они встретились, одежда парня была вся в земле, и он вышел из-за клумбы. Следовательно, он скорее всего помогает в саду. Элементарно. Сперва Ландо решил поискать парня в месте их первой встречи, но ни на первый, ни на второй день его там не было. Он заглянул и за пышную клумбу роз, и за стоящий поодаль фонтан, даже за каждый кустик и деревце. Сходил по памяти к колодцу, чуть не заблудился и потратил всё оставшееся время на то, чтобы выйти обратно. Устал безумно, но сдаваться не собирался. Чего бы это ему ни стоило, Норрис его отыщет! С таким же решительным настроем он продолжил свои поиски на следующий день. В центре сада был расположен красивый пруд с мостом через него и прелестными уточками, которых мальчик так любил кормить. Вокруг него росли деревья, образуя естественную тень, в которой была построена беседка. Отличное место для отдыха в знойный день, но сегодня он пришёл сюда не за этим. Целью всё ещё был добрый мальчик с тёплыми глазами. Но как было бы хорошо устроить тут чаепитие, с пирожными и его любимым чаем. А ещё шоколад обязательно! Ах, если бы он мог угостить Оскара шоколадом, они бы точно-точно стали друзьями. Ландо в этом уверен. Эти мысли придают сил. Обход озера не принёс результатов, и в беседке никого. Ландо поднялся на мост, посмотрел на уток, кинул им немного хлебных крошек. Вдохнул, выдохнул и отправился обратно, чтобы завтра начать всё по новой. Разве он может называть себя принцем, если сдаётся после первых неудач? У него было не так много свободного времени, хватало максимум на тщательный осмотр одного места в день. Следующим был розовый сад. Место, которое так любила его матушка, не беспричинно стоит отметить. Там было чудесно. Множество разных сортов роз на любой вкус и цвет. От местных до заморских, от красных до жёлтых. Их садовники не зря гордились проделанной работой. Мальчик брёл среди высоких клумб кустовых роз, как краем глаза уловил движение в кусте напротив. Сначала он подумал, что ему просто причудилось, но движение повторилось вновь с характерным звуком листвы. Развернувшись на пятках, Ландо как можно тише и незаметнее подкрался в том направлении. По крайней мере ему так казалось. Всё так же осторожно и неторопливо обошёл куст и хотел было заглянуть за него, но к сожалению споткнулся о так некстати выросший корень. Он сумел удержаться на ногах, вот только когда Норрис заглянул за эти треклятые розы, то никого не обнаружил. Возможно, именно в тот момент сомнение наперемешку с разочарованием поселились глубоко в его груди. Как только он подумал, что поймал удачу за хвост, как та от него ускользнула. Позже, рано утром следующего дня он туда вернулся, но закономерно никого не нашёл. Хоть принц и не хотел этого признавать, но он потихоньку начинал опускать руки. Сколько бы усилий изо дня в день он ни прикладывал, к своей цели он не приблизился ни на метр. Несмотря на это, отодвинув плохие мысли в сторону, он продолжал. В этот раз Ландо решил искать в саду своего дворца. И как ему это сразу в голову не пришло? Возможно, Оскар тоже его ищет! Как минимум он в курсе личности принца, а найти его в собственном саду не так уж и сложно. Настроение тут же улучшилось, и мотивации заметно прибавилось. В этом саду он провёл почти всё своё детство. Плёл венки для мамы, ходил на пикники, играл с так называемыми «друзьями». В принципе, он и сейчас всё это делает. И как бы парадоксально это ни было, это место ассоциируется с домом больше, чем весь дворцовый комплекс, вместе взятый. Когда-то давно именно здесь он нашёл лаз в изгороди, через который мог сбегать и прятаться в яблоневом саду, подальше от надоедливых сиделок и любопытных глаз. Удача и в этот раз его подвела. Совершенно ни-ко-го. Быть может, это вина разрушившихся надежд, усталости или просто глубокой детской обиды. В груди что-то надломилось, и он сел на скамейку, подтягивая колени к груди. Ландо так старается его найти, а он! Он словно в землю провалился и вообще не думает о принце и не ищет... В душе Норрис-младший понимал, что Оскар ни капельки в этом не виноват, но боль от этого никуда не делась. Кажется, у него такое впервые, ведь он совсем-совсем не знает, что делать. По его щёчкам текли крупные капли слёз. По прошествии времени, разочарованный и поникший, он вернулся во дворец. Здесь подлинные эмоции не в почёте, здесь приветствуется вылизанная до идеальности маска наследника. Это место, где каждая твоя слабость стоит жизни. Не важно, тебе семь, семнадцать или больше сорока, если дать слабину, тебя сожрут с потрохами и даже не подавятся. Остаток дня проходит привычно. Только под покровом ночи, когда никто не увидит, он встаёт и направляется к окну. Раскрыв нараспашку ставни, мальчик с горечью обращается к звезде. — Звезда, я думал, что нашёл того, кого ты послала мне. Он замечательный и очень добрый, но я не могу найти его, а он не ищет меня. Кажется, я ошибся, и он не хочет дружить со мной, но я очень-очень хочу с ним поладить... Его тоненький, детский голос дрогнул. Ландо с надеждой смотрит в ночное небо, ответом ему служит лишь холодный блеск далёких звёзд. *** Даже на тренировках по владению мечом, которых Ландо обычно с нетерпением ждал, мальчик ходил чернее тучи. Уже пару дней принц был подавлен, и это успели заметить все во дворце. Больше всех, конечно, волновалась королева-мать, но даже с ней юный наследник отказался говорить. Скорее всего, она списала поведение сына на очередную ссору с отцом и не придала этому особого значения. Тренировка только началась, и Максимус оставил его разминаться, в то время как сам ненадолго отошёл. Ландо старался по максимуму размять мышцы, он знал, что рыцарь не даст ему спуска. Он правда старался, но мысли всё равно возвращались к тому злополучному дню. Рыцарь вернулся с новеньким деревянным мечом, только месяц назад заказали новый, из старого Норрис-младший уже успел вырасти. Макс ожидал восторг или какую-то более обычную реакцию, но Ландо лишь поднял на него ничего не выражающий взгляд. Ему с самого начала показалось, что с принцем сегодня творится что-то неладное, но решил понаблюдать. Небольшой спарринг должен расставить всё на свои места. — Давай один на один, как обычно. Стойка первая. — Уверенный голос, не терпящий возражений, прокатился по всему плацу. — Есть, сэр! — отозвался мальчишка, сразу проходя в центр тренировочной площадки и занимая указанное положение. Спарринг начался, и Максу стало ясно, что всё куда серьёзнее, чем на первый взгляд. Удары слабые и неточные, Ландо совершенно забыл про контроль локтей и не держит правильной амплитуды, реакция заторможенная. Он попытался его растормошить, но быстро понял, что сегодня мальчику явно не до махания мечом. Какие бы слухи о нём ни ходили, садистом Макс никогда не был и детей на завтрак не ел. Как раз наоборот, если быть честным. Рыцарь тренирует этого парнишку с самых малых лет и знает лучше своих пяти пальцев. Да и порядком привязался к нему, чего греха таить. Мысленно пообещав пересчитать зубы тому, кто посмел обидеть это юное дарование, он решил начать издалека. — Всё, хватит. Что с тобой сегодня происходит? — он отложил щит и сделал шаг вперёд к Норрису. — Ничего, я просто не выспался. — Мальчик опустил голову, уставившись на свои ступни, не желая смотреть в глаза собеседнику. Макс, конечно, знал, что он не мастер задушевных бесед, но не до такой же степени. Ему не может довериться даже ребёнок.. позорище. Как там Шарль его учил? Быть помягче и не давить? Похоже, пришло время проверить на практике. Он аккуратно опускается на колено перед принцем и кладёт руку ему на плечо. — Слушай, я же вижу, что тебя что-то беспокоит, но если ты не расскажешь мне, в чём дело, то я не смогу тебе помочь. — Всё правда хорошо, Максимус, тебе не стоит беспокоиться! Рыцарь удостоил его изречение ни капли не верящим взглядом. Под таким натиском напускная уверенность быстро треснула. На самом деле Ландо хотелось поделиться тем, что тяжким грузом сдавило маленькое сердце. Он почти сдался. — А если вместо тренировки мы сходим перекусить и не скажем ничего твоему отцу? У меня есть шоколад и пара сэндвичей... — он выжидающе смотрел на воспитанника. — И, кстати, тебе говорить, не называй меня так. Просто Макс. — Ладно, я тебе расскажу, но никому ни слова! — Часть про имя он тактично проигнорировал. — Ты же знаешь, мне даже рассказывать некому. — Ну да, я забыл, что у тебя нет друзей. — На воистину ангельском лице расцвела гаденькая усмешка. Интересно, дети все-таки неблагодарные грубияны, или это ему так повезло? А ведь переходный возраст ещё не близко... Он знал, что еда и десерт сработают безотказно, его так называемый козырь. В попытках спрятаться от беспощадного летнего солнца они расположились в дальнем углу плаца под навесом. Макс достал из своей сумки кем-то аккуратно упакованный свёрток. Не было сомнений, что рыцарь не способен на такое трепетное отношение к обёрточной бумаге, а если бы и были, их в прах развеивала записка с красным сердечком. Она выпала, когда Ферстаппен пытался достать небольшую плитку шоколада. Макс поспешно схватил её и убрал обратно. Они переглянулись, но не проронили ни слова. — Кхм, так что говоришь, у тебя случилось? — рыцарь прокашлялся и взял на себя смелость начать разговор. Сам от себя того не ожидая, Ландо выпалил всё. О таинственном парне, их первой встрече, его глазах и улыбке. Какой он добрый и милый, и о том, как его искал. Макс слушал, не перебивая, и только кивал. Он невольно задумался о том, кто же это, чёрт возьми, такой. Обычно принцу побоку его сверстники, а как его умудрилось так накрыть... чёрт его знает. Ферстаппен отчётливо понимает лишь одно: король никогда в жизни не позволит своему дитяти таскаться с прислугой. Помешанный на власти и статусе, он сделает всё, чтобы это предотвратить. — Ты хоть знаешь, как его зовут? — почти ради галочки спрашивает Макс, учитывая, что на просьбу описать того паренька он получил лишь портрет его красоты, доброты и подробное описание «теплоты» карих глаз. — Оскар, — почти мечтательно пролепетал малец. Ферстаппен чуть не подавился водой, которую он так не вовремя решил отпить из фляжки. Шестерёнки в его мозгу усиленно заработали. Во дворце он знал только одного Оскара, подходящего под описание Ландо. Обычный парень, сын садовника, с которым постоянно носится Шарль. Приплыли. Свыкшись с новостью, у него оставалось только два варианта решения проблемы. Либо утаить личность Оскара и оставить Ландо перебеситься, пока тот не забудет о новом знакомом. Так он как минимум обезопасит мальчишку от пусть и совершенно неоправданного гнева короля. Следующий вариант заключается в том, чтобы рассказать, где непосредственно сейчас находится Пиастри. Господи, почему всё это происходит именно с ним. Вот он уже вспоминает своего отца и свой так называемый «бунт», вспоминает Шарля и то, что он бы ещё тысячу раз пошёл бы против воли этого старпёра, чтобы встретиться с ним. Именно этот человек сделал его тем, кто он есть сейчас, и возможно, он не вправе лишать воспитанника того же. Его мысли прерывает немного тихий и неуверенный голос. Такое поведение не то что не свойственно для Ландо, Максу кажется, что он в принципе впервые видит принца с этой стороны. — Максимус, ты можешь дать мне совет? Я совсем не знаю, что мне делать. — Мальчик не смотрит на него, он буравит взглядом землю у них под ногами. И тут до Макса доходит, что он уже никак не сможет ему препятствовать. Возможно, это урок, который он должен пройти сам; всё, что может сделать Ферстаппен, — это предупредить. — Ты же понимаешь, что король будет в бешенстве, если узнает? — Да. — Тебя же это не остановит? — Не-а, — парень ответил незамедлительно, словно и речи о таком идти не могло. — Я тебе кое-что расскажу, но пообещай, что ты будешь осторожен и не вляпаешься в неприятности. Хорошо? — Макс правда надеется, что прямо сейчас не совершает ошибку. — Конечно! — Смотря на этого мальчишку, что не может усидеть на месте от волнения, лицо невольно смягчается. — Иди в башню к алхимику, твой Оскар сейчас должен быть там, — рыцарь приободряюще потрепал мальчика по голове. — А если его там не будет, то просто спроси у Шарля, он скорее всего знает. Марк точно окочурится, когда узнает, — посмеиваясь, думает Макс. Это не значит, что ему его жаль. *** Ландо и не подозревал, что умеет так быстро бегать. Взбегая на высоченную винтовую лестницу, он не понимал, как до этого сам не додумался. Но сделанного уже не вернуть, поэтому он, забыв о правилах приличия, даже не стучась, влетает в кабинет к алхимику. Тот же, в свою очередь, чуть не схлопотал инфаркт и аж подпрыгнул от неожиданности. Норрис, совершенно этого не замечая, вбегает в не такую уж и просторную комнату как ураган, сметая всё на своём пути. Глаза Шарля, как по традиции, расширились до предельных размеров. Эти дети точно когда-нибудь сведут его в могилу. Он в этом не сомневается. — Приветствую вас, ваше высочество, — он учтиво склоняется, демонстрируя почтительность, о которой совсем запамятовал в прошлый визит принца. — А, ой, здравствуйте, Шарль, — о приличиях вспомнил и принц. — Что вас привело сюда, милорд? — Шарль, конечно, догадывался, что тот не за мазью пожаловал. — Оскар сейчас у вас? — Нет, предполагаю, сейчас он помогает мистеру Уэбберу в саду. — Алхимик чуть призадумался и хотел было спросить, с какой целью королевский отпрыск ищет их Оскара. К своему удивлению, посмотрев на то место, где минуту назад стоял принц, он никого не обнаружил. Ответом ему послужили лишь удаляющиеся звуки ножек, сбегающих по ступенькам. *** Найти главного садовника гораздо легче, чем никому неизвестного мальчика. Спросив у первой попавшейся служанки, что несла вещи в прачку, он разжился нужной ему информацией. Сейчас должен был быть плановый осмотр территории вокруг дворца императрицы. Это, конечно, сужало круг поисков, но всё равно могло занять много времени. Естественно, это не пугает нашего юного героя. Видя цель, он, не обращая внимания на препятствия, двигался к ней. Возможно, именно в этот раз все звёзды сошлись, и ему наконец-то повезло. Как только Ландо пересёк красивую, выбеленную арку, то увидел его. Того, о ком думал уже далеко не первый день. Оскар сейчас был в чистой, но такой же обычной, ничем не примечательной одежде. Он следовал за Марком Уэббером, их главным садовником, чья семья из поколения в поколение служила королевской семье. Они что-то вполголоса обсуждали, то и дело указывая на кусты и клумбы. Впрочем, принц недолго оставался молчаливым наблюдателем, наконец осознав реальность происходящего, он подбежал и схватил Оскара за руку. — Попался! Наконец-то я тебя нашёл!! — прокричал на радостях Норрис. Оскар застыл как вкопанный. — В-ваше высочество? — Пиастри попытался сказать что-то, но Ландо быстро перехватил инициативу в свои руки. — Пошли, нам срочно нужно поговорить. — Сказав это, он повёл парня за собой, а тот и не сопротивлялся. Настало время им поменяться местами, теперь это Норрис тащит Оскара за собой. Путь он держал в сад при дворце принца. Он хотел отвести нового знакомого в своё секретное место. Там будут только они вдвоём, и никто им не помешает. Они довольно быстро добрались сначала до самого сада, а потом и до изгороди, в которой был припрятан лаз. Сначала принц пролез сам, а потом и Оскара за собой позвал. Их взору открылся чудесный вид. Полуденное солнце уже спало и начало клониться к закату, листва молодых яблонек шелестела на ветру, а яблочки в лучах солнца казались ещё ярче. Ландо подвёл мальчика к своей самой любимой, по совместительству самой большой и старой яблоне. Они не сговариваясь присели рядом друг с другом. На миг тишина, повисшая между ними, показалась неуютной. В это мгновение Норрис пытался собраться с мыслями. — Оскар, я хотел поблагодарить тебя. За тот день в саду. За то, что не прошёл мимо, когда я плакал. Ты был первым, кто помог мне просто так. Не потому что я принц, а потому что я упал и мне было больно. До этого Оскар сидел, склонив голову, но теперь он поднял глаза. В них не было прежнего ужаса, лишь неловкость и эмоция, которую Ландо не мог считать. — Мне жаль, ваша светлость. Я тогда не знал.. Если бы знал, я бы.. я бы сразу позвал кого-то, а не тащил вас к Шарлю чёрным ходом. С моей стороны это было недопустимо. — Вот поэтому я и искал тебя! — Ландо перебил его. — Потому что ты не позвал «кого-то». Ты просто помог. Ты промыл мне колени водой из колодца, а не велел слугам это сделать. Ты нёс меня по лестнице, чтобы мне не было больно идти. Ты.. — голос Ландо дрогнул, — ты дул на мои царапины, когда мазь щипала. Оскар молча смотрел на него, и его щёки постепенно заливал румянец. — Это.. это просто то, что все делают, — пробормотал он. — Если кому-то больно, нужно помочь. Папа всегда так говорит. — Но не «все»! — воскликнул Ландо. Он отчаянно жестикулировал, пытаясь объяснить то, что копилось в нём годами. — «Все» здесь видят только корону на моей голове! Они видят наследника, или сына своего врага, или способ получить выгоду. Они не видят Ландо! А ты..— он умолк, переводя дух. — В тот день в башне, даже когда Шарль назвал меня «ваша светлость», и ты так испугался. Оскар потупил взгляд, снова перебирая травинки. — Я думал, вы рассердитесь на меня. Что я, такой грязный и совершенно обычный, осмелился к вам прикоснуться. — Я никогда не сердился! — Ландо подвинулся ближе, его колено теперь почти касалось колена Оскара. — Я был счастлив. Потому что наконец-то со мной говорили не как с принцем. Со мной говорили как с человеком. И после того, как я убежал, я не мог перестать думать об этом. Я искал тебя везде. В саду у мамы, у фонтана, возле озера. Оскар медленно улыбнулся. Это была та самая, едва заметная, искренняя улыбка, которая так врезалась Ландо в память. — Мне тоже было приятно. Помочь вам. — Он говорил осторожно, словно боясь спугнуть собеседника. — После того дня дядя Шарль долго меня отчитывал, что я мог навлечь беду. Но.. я не жалел. Я был рад, что смог помочь. Ты не кричал на меня и не гнал прочь, хотя имел право. — Я имею право на много чего, — мрачно сказал Ландо, глядя куда-то вдаль, на башни дворца. — На гору обязанностей, на кучу врагов, которых я даже не выбирал, на одиночество. Но права на друга у меня, кажется, нет. По крайней мере, отец так считает. Он обернулся к Оскару, и в его глазах загорелся тот самый озорной огонёк. — Но он не знает об этом месте. И он не знает о тебе. А значит... — Ландо снова протянул руку, как предлагая договор. — А значит, у нас может быть тайна. Наша. Тайная дружба. Ты будешь приходить сюда, когда сможешь? Я буду рассказывать тебе скучные истории про королей и битвы, а ты.. расскажешь мне нуууу.. о своей жизни. Оскар смотрел на протянутую руку, потом на лицо Ландо — на его взволнованные, полные надежды глаза. Страх окончательно отступил, уступая место чему-то тёплому и смелому, что поднималось из самой глубины его сердца. Он положил свою ладонь поверх руки принца. Его рука была немного шершавой от земли и работы, но крепкой и надёжной. — Я буду приходить, — твёрдо пообещал Оскар. — И я расскажу тебе всё, что знаю о саде. И не только. Я.. я могу показать тебе, как правильно закапывать луковицы тюльпанов, чтобы весной они цвели. Ландо рассмеялся — звонко, беззаботно, по-настоящему. — Это звучит гораздо интереснее, чем даты подписания мирных договоров! Договорились! Они сидели так, держась за руки под тенью яблони, пока последние лучи солнца не сменились синевой сумерек. Они ещё не знали, какие трудности и опасности приготовила для их дружбы жизнь при дворе. Но в этот момент, в их тайном саду, они были просто двумя мальчишками, которые наконец-то нашли друг друга.