Тайная игра

15 октября 2025 года Great Ocean Road, 68-й километр, поворот «Двенадцать апостолов» Время смерти: 06:47 по Мельбурну Всё было готово за три недели до этого дня. Лиам, старший брат Феликса, бывший военный инженер австралийских ВВС, лично выбрал место: узкая дорога, крутой обрыв в 87 метров, скалы внизу, прилив, который унесёт всё, что упадёт в воду. Машина — серебристый Hyundai Tucson 2023 года, купленный на подставное лицо в Мельбурне. Номерные знаки — чистые, арендованные через три прокладки. В бардачке — водительское удостоверение Ли Феликса (оригинал, который он отдал Оливии ещё в августе), его кошелёк, телефон, зарядка, пачка жвачки со вкусом дыни, которую он всегда покупал. На заднем сиденье — его любимая чёрная толстовка с вышитым «SKZ» и маленький плюшевый кот, которого подарил ему Хёнджин на Рождество 2024-го. Всё пропитано его кровью и ДНК — заранее подготовлено. 06:12 Лиам и ещё двое (бывшие коллеги, которым он доверял жизнью) пригоняют машину на обочину. Дождь льёт стеной. Видимость — метров двадцать. Идеально. 06:29 В салон укладывают манекен анатомического типа — дорогой, медицинский, с настоящими костями и зубами, которые заранее заменили на дубликаты зубов Феликса. Кожа — силиконовая, волосы — его настоящие, собранные за год с расчёски. На манекене — его одежда с последнего дня в Сеуле: серые широкие штаны, белая футболка, чёрная толстовка Хёнджина. На шее — цепочка с кольцом. Точная копия. 06:34 Бензобак прокалывают в двух местах. Под капотом — маленькое пиротехническое устройство с дистанционным управлением. Всё готово. 06:40 Лиам отходит на 300 метров вверх по дороге, где стоит второй автомобиль. В руках — пульт. 06:47 Машина тронуется с места на нейтральной передаче, набирает скорость на уклоне. На повороте её заносит — как и планировали. Она пролетает через хлипкий отбойник, летит вниз. 87 метров свободного падения. 06:47:41 Удар о скалы. Через 4 секунды — взрыв. Огненный шар освещает дождь и море. Пламя видно за километры. 06:49 Лиам вызывает экстренные службы: – Машина упала с обрыва на Great Ocean Road, 68-й километр! Сильный пожар! Один человек внутри, кажется! Голос дрожит — он умеет. 07:03 Первая пожарная машина уже на месте. Огонь тушат 40 минут. От машины остаётся только обугленный остов. 07:46 Следователь констатирует: – Тело обгорело до неузнаваемости. Опознание возможно только по зубам и ДНК. Зубные карты и образцы ДНК уже лежат в полиции Мельбурна — Оливия сдала их анонимно ещё в сентябре. 08:12 Официальное опознание: Ли Феликс Йонбок, 25 лет, гражданин Австралии. Причина смерти — множественные травмы, несовместимые с жизнью, плюс термические ожоги 98 % тела. 08:30 Звонок из посольства Южной Кореи в Канберре в JYP Entertainment. Звонок перенаправляют лично Хёнджину — потому что в экстренных контактах Феликса первым номером стоит «Hyunjinnie ♡». Сеул, 09:30 по местному времени Хёнджин сидел в студии, рисовал эскиз для нового мерча. Телефон завибрировал. Незнакомый номер с кодом +61. Он ответил. – …Алло? Голос на английском, официальный, с тяжёлым акцентом: – Мистер Хван Хёнджин? Это офицер Мартин Келли, полиция Виктории. Мне очень жаль сообщать вам… Сегодня утром на Great Ocean Road произошла авария. Ли Феликс… он не выжил. Хёнджин не закричал. Он просто уронил телефон. Он упал сам — прямо на пол студии, на колени, и больше не двигался. Менеджер нашёл его через семь минут. Хёнджин сидел, обхватив себя руками, и смотрел в одну точку. Губы были белые. – Не говори никому, — прошептал он, когда менеджер попытался поднять его. — Пожалуйста. Я сам… потом… Он взял первый же рейс в Мельбурн. Один. Без охраны. В кепке и маске, с пустыми глазами. Мельбурн, 16 октября, 05:14 по местному Лиам встречает его у выхода из зоны прилёта. Высокий, коротко стриженный, глаза — такие же, как у Феликса, только старше на 12 лет. Он молча обнимает Хёнджина. Тот не сопротивляется. Машина — чёрный Range Rover с тонированными стёклами. Они едут молча. Дождь всё ещё идёт. Отвёз прямо на место происшествия — дорога всё ещё была перекрыта. Обугленный остов машины уже увезли, но запах горелой резины и металла висел в воздухе. На асфальте — чёрные следы от шин. Внизу, у обрыва — цветы, которые уже принесли местные. Хёнджин стоял под дождём и смотрел вниз. 87 метров. Он не плакал. Он просто перестал дышать. Потом его повели в морг. Мешок лежал на металлическом столе. Чёрный, плотный, с молнией. Размер — человеческий. Следователь сказал: – Мы не рекомендуем открывать. Повреждения… очень серьёзные. Опознание проведено по зубам и ДНК. Совпадение 100 %. Также найдены личные вещи: кольцо на цепочке, кошелёк, телефон. Он положил перед Хёнджином прозрачный пакет. Внутри — обгоревшее серебряное кольцо. То самое. Которое он подарил Феликсу два года назад. Хёнджин взял кольцо дрожащими пальцами. Оно было тёплое — от его рук. Он подписал все бумаги. Свидетельство о смерти. Разрешение на кремацию (по желанию семьи). Отказ от вскрытия (тело и так не подлежит). Он подписывал, не читая. Рука не дрожала. Просто двигалась механически. Когда всё закончилось, он попросил пять минут наедине. Он остался в комнате с мешком. Подошёл. Положил ладонь на чёрный пластик. Там, где должно быть лицо. И наконец-то заговорил. Тихо. Сквозь зубы. – Ты обещал… Ты всегда возвращался… Я ждал тебя вчера вечером… Ты сказал, что приготовишь рамен… Я ждал до трёх ночи… Почему ты не пришёл?.. Почему ты уехал один?.. Я бы поехал с тобой… Куда угодно… Только не оставляй меня… Он стоял так двадцать минут. Потом наклонился и поцеловал мешок — прямо туда, где должны были быть губы. Потом кладёт рядом маленький рисунок — тот самый, который рисовал в день звонка. Феликс с закрытыми глазами и едва заметной улыбкой. – Я найду тебя, — прошептал он. — Даже если ты теперь пепел. Даже если придётся сжечь весь мир. Я найду. Потом вышел. Лицо было сухое. Глаза — мёртвые. Кремация проходит в тот же день. Он стоит у печи. Смотрит, как гроб (простой, деревянный) уезжает в огонь. Температура 980 °C. 40 минут. Потом — урна. Серая. Тяжёлая. Он забирает её в руки и больше не выпускает. Обратно в Сеул — тем же самолётом. 13 часов. Урна стоит на соседнем кресле, пристёгнутая ремнём. Сеул, 18 октября, 02:14 ночи Он входит в общежитие тихо. Все спят. Никто ещё не знает. Он не сказал ни слова. Проходит в комнату Феликса. Ставит урну на стол. Садится на пол рядом. Обнимает её обеими руками. Прижимается лбом к холодному металлу. И наконец-то ломается. Плачет беззвучно, до крови кусая губы. До икоты. До судорог. Он шепчет в урну, как будто Феликс может услышать: – Я принёс тебя домой… Теперь ты всегда будешь со мной… Прости, что не спас… Прости, что не почувствовал Прости, что отпустил… За окном всё тот же дождь. Тот же, что был в Мельбурне. А в тысячах километров оттуда человек по имени Ли Элиас Ким просыпается в 3:14 ночи от кошмара. Он хватается за грудь — там, где должно быть сердце, пустота. Он не знает, что в этот момент кто-то в Сеуле обнимает пепел и умирает вместе с ним. Он просто сидит на веранде до рассвета, сжимая в руке такое же серебряное кольцо. И впервые за всё время позволяет себе заплакать. Тихо. Так, чтобы никто в целом мире не услышал.