Что если… Аластор согласится на сделку с Воксом.

Аластор сидел за изысканно накрытым столом, наслаждаясь обществом Оверлорда каннибалов. Он смеялся над её шутками, поддерживал беседу, подхватывал реплики с привычной лёгкостью, но мыслями был далеко отсюда — и это не укрылось от её внимательного взгляда. Она отставила бокал и чуть склонила голову набок, изучая его с тем самым хищным любопытством, за которое её и боялись, и уважали. — Аластор, дорогуша, — протянула она мягко, почти ласково, — тебе, случайно, тоже не хочется кое-чем со мной поделиться? — Ммм? — одно из его ушей раздражённо дёрнулось, прежде чем он вновь натянул безупречную улыбку. — Что заставило тебя так подумать, ma chérie? — О, брось, — она усмехнулась, обнажая острые зубы. — Ты смеёшься не в тех местах, смотришь мимо тарелки и уже третий раз мешаешь соус, не притронувшись к мясу. Это на тебя совсем не похоже. Аластор наконец перевёл на неё взгляд — внимательный, оценивающий, чуть прищуренный. — Ты придаёшь слишком большое значение мелочам. — Мелочи, — повторила она, смакуя слово. — Именно из них обычно и вырастают самые… любопытные проблемы. Он откинулся на спинку стула, сложив руки на трости, и позволил себе короткий смешок: — Возможно, я просто размышляю, — ответил он уклончиво. — В последнее время в Аду появилось слишком много… отвлекающих факторов. — Ах вот как, — её улыбка стала шире. — И один из этих факторов, случайно, не носит телевизор вместо головы? — Он не станет проблемой, Рози, — Аластор даже не успел обдумать ответ, как слова сорвались сами собой. — Я держу его под контролем. Он послушен, безобиден, я… Рози подняла ладонь, мягко, но недвусмысленно останавливая его. — О, не стоит так волноваться, мой дорогой. Я совершенно не против твоей… дружбы с этим юным демоном. Ушки Аластора неосознанно опустились. Он среагировал слишком резко, выдав интерес там, где следовало бы сохранить безразличие. — Наоборот, — продолжила она с тёплой, почти материнской улыбкой, — я искренне рада за тебя.Она чуть наклонила голову. — Но вместе с тем… я беспокоюсь. — И что же именно вызывает у тебя беспокойство? — спокойно спросил Аластор, сильнее сжимая посох в руке. — Я рада, что ты нашёл… друга, — она поднялась и подошла ближе. — Но меня тревожит, что Винсент — не тот, кому тебе стоило бы доверять. Рози остановилась напротив, опираясь на край стола, и посмотрела на него прямо, без тени насмешки. — Он одержим, дорогуша. Настойчив, льстив, умен и куда хитрее, чем кажется. Ты уверен, что в какой-то момент он не попытается использовать тебя? Аластор не стал отрицать — эта мысль приходила ему в голову. — Я держу всё под контролем, — мрачно ответил он. — И если кто-то здесь кого-то использует… Он приподнял уголок губ в холодной и пугающей улыбке. — …то это я. Рози смотрела на него ещё несколько секунд — долго, внимательно. В её глазах промелькнуло сомнение. Мог ли тот, кто десятилетиями оставался холодным и недосягаемым, позволить себе слабость…Ради столь жалкого, шумного существа, как Винсент? — Хмм… — Рози улыбнулась мягко, почти заботливо. — Если ты говоришь, что всё под контролем, значит, так оно и есть. Они смотрели друг другу в глаза ещё несколько секунд. — Я обещаю, — наконец произнёс Аластор, — на планах это никак не скажется. — Конечно, не скажется, — спокойно ответила Рози. — Он — всего лишь временное развлечение. — Я уже сказала, что верю тебе. — Я могу прекратить с ним общение, если ты этого хочешь. Рози удивлённо выгнула бровь: — С чего бы мне вообще просить тебя о таком? Тишина затянулась ровно настолько, чтобы стать неловкой. Аластор заговорил: — Разве твой новый муж не должен был к нам присоединиться? — Он уже присоединился, — Рози бросила взгляд на всё ещё нетронутую тарелку Аластора. — Но ты так и не попробовал его. Радиодемон не сдержал смешка: — Что же ты творишь, Рози. Она легко потрепала его по волосам, тихо усмехнувшись в кулак, смотря как он недовольно поправляет свою прическу, и вернулась на своё место: — О, Аластор, не будь таким серьёзным. — Хм… — он наконец наколол кусочек мяса на вилку. — Я пригласил Винсента к Маэстро сегодня. Рози улыбнулась ему покровительственно — слишком уверенно. — Я уже знаю, Аластор. Винсент пришёл на добрые полчаса раньше и теперь стоял у границы, где сходились их территории, нервно переминаясь с ноги на ногу.Место было выбрано логично — нейтральное, безопасное… относительно. Но чем дольше он ждал, тем больше сомнений лезло в голову. Ждать Аластора здесь? Или всё-таки у себя? Но Аластор понятия не имеет, где он живёт. И что ему, собственно, делать? Бродить по его территории, в ожидании, что Аластор сам его найдёт? Винсент успел прокрутить эти мысли не один раз, когда воздух перед ним едва заметно дрогнул — будто кто-то провернул ручку настройки реальности. Тень вытянулась, звук фона сменился лёгкими радиопомехами, и в следующий миг Аластор просто был там. Без шага. Без предупреждения. — Здравствуй, Винсент, — произнёс он лениво, покручивая посох в руках. — Ты выглядишь сегодня… совершенно изысканно. Винсент комплимент пропустил мимо ушей, уставившись на Радиодемона почти неприлично откровенно. Он выглядел иначе. Аластор, который крайне редко менял свой выверенный до идеала образ, сегодня был одет явно не для эфира и не для охоты. Тёмный костюм сидел безупречно, подчёркивая стройную фигуру: жилет из плотной ткани с едва заметным узором, идеально выглаженная рубашка с высоким воротом, тонкий галстук, завязанный строже обычного. Поверх всего — плащ. Тот самый, неотъемлемый, но сегодня он был иным: длиннее, тяжелее, с мягким, почти бархатным подбоем, который ловил свет и делал его силуэт ещё более вытянутым и хищным. Края плаща спадали так, будто он не шёл — а скользил, оставляя за собой шёпот ткани и тени. Даже рога, казалось, были отполированы, а улыбка — более сдержанной, чем обычно. — Ты… — Винсент сглотнул, наконец найдя голос. — Ты выглядишь… — Достаточно прилично для званого вечера? — подсказал Аластор с лёгкой усмешкой. — Ты… сегодня очень красив, Ал, — искренне произнёс демон, выставляя локоть вперёд и приглашая взять его под руку. Аластор задержал на нём взгляд на долю секунды дольше обычного. Насмешка в его улыбке смягчилась, стала ленивой. Он всё-таки положил руку на предложенный локоть, позволив себе эту близость, и отметил про себя, что ощущение чужого тепла рядом… не раздражает. — Что ж, — протянул он с ленивой усмешкой, — не будем заставлять Маэстро ждать. Маэстро — один из Оверлордов, чья власть тесно связана со сценой и музыкой, — радушно приветствовал их как почётных гостей и без лишних вопросов согласился позировать для репортёров VoxTek, которые присутствовали на мероприятии с самого начала. Когда рядом находился Аластор, такие древние Оверлорды, как Маэстро и Зестиал, вели себя заметно дружелюбнее. Они позволяли себе короткие интервью, выдержанные фотосессии — ровно столько, сколько считали необходимым, не больше, но всё же это было лучше, чем ничего. Рейтинги от этих эфиров значительно поднимались вверх. А вот Оверлорд канибалов… она явно не испытывала к Винсенту ни малейшей симпатии. По крайней мере, так ему казалось. Эта женщина раздражала его до глубины души: её надменная манера речи, холодная улыбка, и особенно то, как иначе звучали её разговоры с Аластором. Словно они говорили об одном, но на самом деле имели в виду совсем другое — нечто, куда Винсенту не было хода. Он чувствовал себя лишним. Его злили её глупые, каннибальские шутки, которые почему-то искренне смешили Аластора. Будто она крала его смех. Смех, который, по мнению Винсента, должен был принадлежать только ему. Рози посмотрела прямо в глаза недовольного теледемона и, не разрывая зрительного контакта, положила руку Аластору на плечо, и притворилась, будто стряхивает с него несуществующую пылинку. Винсент вспыхнул от злости, наблюдая за этим жестом. Он шагнул ближе, демонстративно, положил ладонь Аластору на талию и притянул его к себе. Радиодемон удивленно изогнул бровь. — Ал, смотри! — он ткнул пальцем в сторону, где у дальней стены зала стоял фотограф. Тот был похож на оживший пережиток прошлого: худой демон в строгом костюме, с застывшей профессиональной улыбкой и старомодной камерой на штативе. Фотоаппарат был массивный, складной, с вытянутыми мехами и тяжёлым объективом, направленным на гостей. Рядом висела тёмная ткань, которой фотограф накрывался, настраивая кадр, а под ногами стоял ящик с табличкой: «Память вечна. Один снимок — один момент». Желающие по очереди подходили к отмеченному месту, замирали в выверенных позах, и каждый раз раздавался сухой, глухой щелчок затвора — звук, больше похожий на приговор, чем на фотографию. — Он делает снимки по-старинке, — с почти детским азартом добавил Винсент. — У меня с тобой… ни одной фотографии нет. Аластор хмыкнул. — Что ж, полагаю, мы можем это исправить, mon chéri. Винсент расплылся в откровенно победной улыбке и самодовольно бросил взгляд на Рози. — Прошу нас простить, — Радиодемон вежливо кивнул ей. — Но мой спутник, боюсь, жадно требует внимания. Тон этой фразы был… слишком многозначительным. Винсент вспыхнул, но лишь сильнее сжал чужую талию, притягивая Аластора ближе — словно подтверждая сказанное. — Твой спутник действительно очень… жадный, Аластор, — с понимающей усмешкой ответила Рози, не отводя от него взгляда. Винсент недовольно фыркнул и, не тратя больше ни секунды, потянул Радиодемона к фотографу, под внимательным, оценивающим взглядом Оверлорда каннибалов. «И всё же… у меня на этот счёт очень дурное предчувствие». Они не дождались конца вечера — ушли раньше, не выдержав скуки этого мероприятия, и почти сразу оказались в уже знакомом им баре. Там было шумно, тепло и живо. Они долго говорили, смеялись, успели несколько раз станцевать, и с каждым часом людей становилось всё меньше. Время неумолимо тянулось к рассвету, и теледемон не хотел, чтобы он наступал. — Ал… ты такой вдохновляющий, — начал Винсент, подсаживаясь ближе. — Я, наверное, уже успел тебе наскучить своими комплиментами… — Хмм, возможно… — лениво согласился Аластор. — Тогда я перейду сразу к делу, — Винсент собрался с духом. — Мы знакомы уже несколько лет, и между нами явно есть нечто… — он сделал ту самую нелепую «волну» бровями, отчего Аластор не удержался от смешка. — Грешники знают нас. Они любят нас. Антенны на голове Винсента снова заискрились током. — Я подумал, Ал… с твоей мощью и моим влиянием мы могли бы стать действительно непобедимыми. Радио и Видео. Вместе. Он положил руку поверх руки Аластора. Тот тут же сощурился, но руку не убрал. — Мы могли бы… править Адом вместе. Как… партнёры. Между ними повисло напряжённое молчание. Аластор смотрел внимательно, изучающе. Винсент — испуганно, будто с каждой секундой ожидания почва уходила у него из-под ног. — Как бизнес-партнёры? — уточнил Радиодемон. Винсент сглотнул. — Нет, Аластор. Просто… как партнёры. — Хмм, — Аластор сделал глоток виски. — Не слишком ли ты спешишь, Винсент? — То, что между нами происходит, длится уже несколько лет, и я… — Винсент устало опустил взгляд. — Я хочу дать этому название. — Так ли это необходимо? — Пожалуйста… — экран начал сбоить. — Я знаю, что у нас может получиться. Они смотрели друг другу в глаза несколько долгих секунд, пока тишину не нарушил всхлип бармена. Аластор тут же отстранился. Его уши опустились, взгляд стал холодным. — Это так прекрасно… — выдохнула нелепая птица, чья работа заключалась лишь в том, чтобы наливать и молчать. — Ты прервал нам такой момент, сука! — взорвался Винсент. Аластор спокойно наблюдал, как теледемон разрывает когтями плоть одного из немногих барменов, которые умели правильно смешивать ему сазерак, и размышлял. Хочет ли он участвовать в большом шоу Винсента? Это было бы интересно. Ново. И позволило бы изводить телеголового демона уже на его территории. Хочет ли он углубить их отношения? Последние встречи были… необычными. Возможно, это скорее «да», чем «нет». Выгодно ли это партнёрство — во всех смыслах? Аластор бросил взгляд на Винсента: тот тяжело дышал, весь в крови, с ненавистью смотрел на искромсанный труп, от которого осталось лишь месиво. — Хм, — протянул Аластор, ставя стакан на стойку. — Я согласен.. Его тень возникла за спиной, глядя на него с неподдельным удивлением. — Что…? — Винсент уставился на него, не веря услышанному. — Ты меня прекрасно слышал, Винсент. Голос теледемона сорвался на писк. Из глаз брызнули слёзы. Он буквально рухнул на пол, затем вскарабкался на барную стойку и, всхлипывая, полез обнимать Аластора. Тот позволил.Уши брезгливо опустились, глаза закатились.Аластор и его тень переглянулись, думая об одном и том же: как скоро он пожалеет о своём решении.