Что если… Аластор согласится на сделку с Воксом.

Аластор стоял в тени на крыше одного из полуразрушенных зданий, наблюдая, как ангельское воинство снисходит с небес в Ад, чтобы вновь омыть свои «божественные» руки в крови грешников. Он слушал предсмертные крики — острые клинки с сухим, почти ленивым изяществом разрывали плоть демонов. Довольный смех ангелов, наслаждавшихся бойней не меньше самого Радиодемона, и отчаянный плач ещё живых душ, тлеющих в наивной надежде сбежать, сливались в музыку, что ласкала его слух. Его взгляд скользил по улице без особого интереса — пока не зацепился за нечто… странное.Внизу, среди хаоса и искр небесного света, кто-то отчаянно палил из громоздкой пушки по ангелу, размахивающему сияющим клинком. Крылья. Нелепая поза. Абсолютно бессмысленное сопротивление. Аластор прищурился. — Хм… — задумчиво протянул он. — Демоны не могут ранить ангелов. Это знает даже самый последний болван. Фигура снова выстрелила. Безрезультатно. — Тогда что за идиот… — он замолчал, всматриваясь внимательнее. Секунда. Другая. Уголок его рта дрогнул. — Ммм… Вот как, — тихо усмехнулся он. — Это же один из моих идиотов. Валентино сражался отчаянно, почти безрассудно.На руках у него была Вельвет — раненая, обмякшая, с залитым кровью платьем. Крылья он сложил за спиной, одно из усиков было грубо отсечено и болталось, почернев от крови. Он продолжал стрелять. Снова. И снова. И снова. Пушка вздрагивала в руках, отдача болью проходила по плечам, но Валентино не останавливался, упрямо отказываясь умирать без боя — даже зная, что каждый выстрел бесполезен. Варианта улететь не было. Небо было перекрыто. Земля — окружена. И всё, что у него оставалось, — это ярость, упрямство и желание бороться до конца. Что ж… Аластор не собирался стоять в стороне и наблюдать, как убивают одного из его партнёров. В конце концов, это дурно сказалось бы на его имидже. Тень под его ногами ожила — вытянулась, разорвалась, поглотила его силуэт целиком.В следующую секунду он падал вниз, не телом — тенью, скользящей по воздуху. Вуду-символы вспыхнули багровым светом, когда он коснулся земли. Круг, знаки, древние шепоты — и между Валентино и ангелом встал щит. Аластор выпрямился, поправляя перчатку. — Право слово, — произнёс он с вежливой укоризной, — если уж ты собираешься делать глупости то хотя бы изволь предупреждать. — Эти суки напали на чёртов час раньше! — истерично выкрикнул мотылёк, с силой швыряя пистолет в сторону. Он перехватил истекающую кровью Вельвет поудобнее, прижимая её к себе, словно боялся, что та исчезнет, стоит ослабить хватку. — Нам нужно в башню… — сбивчиво забормотал он. — Я позвоню Воксу, он… он как-нибудь поможет, наверное… От этого жалкого лепета ушко Аластора раздражённо дёрнулось. Он лишь изогнул бровь — насмешливо и спокойно — глядя на своего абсолютно бесполезного партнёра, пока за его спиной ангелы снова и снова безрезультатно врезались в его щит. Валентино тяжело выдохнул и закатил глаза, понимая аргумент без слов. — Я скажу ему, чтобы подготовил помощь для Вел, — буркнул он сквозь зубы. — Превосходно, мой дорогой, — вежливо отозвался Аластор. Он обернулся к ангелам и, словно на приёме, слегка склонил голову. — Прошу простить нас, — произнёс он с безупречной учтивостью, — но, к сожалению, мы вынуждены покинуть ваше возвышенное общество. В следующую секунду щит вспыхнул и с силой отбросил ангелов на несколько метров, дезориентируя их и расчищая путь для отступления. Валентино не теряя времени расправил крылья и рванул вверх, уносясь к зданию с пугающей скоростью. Аластор же беззвучно скользнул следом тенью — расширяя защиту и выбрасывая теневые отростки, отталкивая воинов Адама с дороги. Они добрались до здания на пределе. Валентино буквально ввалился в проём крыши, тяжело приземляясь и едва удерживая равновесие. Крылья дрожали, пропитанные кровью, дыхание сбилось. Аластор скользнул следом — тенью, в последнюю секунду схлопнув щит. Вуду-барьер рассыпался искрами радиопомех. Он спокойно вошел, с интересом наблюдая за происходящим. Двери здания VoxTek распахнулись ещё до того, как они успели сделать шаг. — ВЕЛ! Вокс оказался там мгновенно. Его антенны искрились, экран пошёл рябью, когда взгляд упал на безжизненно повисшую в руках Валентино фигуру. — Сюда. Живо, — резко бросил он. Из коридоров высыпали медики — демоны в стерильных масках, с носилками, контейнерами, трубками, мерцающими ампулами. Всё произошло слишком быстро: Вельвет осторожно переложили, кто-то прижал рану, кто-то уже диктовал показатели, кто-то накрыл её защитным полотном. Носилки исчезли в глубине башни, двери сомкнулись, и вместе с ними ушёл шум, суета, крики, тревога. Валентино ушел вслед за ними, не желая оставлять Вельвет одну. Наступила тишина. Аластор стоял чуть в стороне, спокойно, выпрямившись, словно только что вернулся с делового визита, а не с бойни. Он наблюдал, как Вокс устало опустился на диван, обхватив голову руками. Ток по его антеннам мерцал без остановки, взгляд был устремлён в пол, грудь тяжело вздымалась. Радиодемон закатил глаза. Единственное, что в теледемоне оставалось неизменным, — его чрезмерная чувствительность. — С ней всё будет в порядке, mon chéri, — он сел рядом с Воксом, их плечи слегка коснулись. — Она сильный Оверлорд. Там всего лишь пара царапин. Вокс медленно поднял голову. Его взгляд был мутным и уставшим. — Что вы вообще делали там сегодня? Аластор пожал плечами: — День истребления для меня почти праздник. Я наслаждаюсь им каждый год. А вот что те двое там забыли… — он прищурился. — действительно любопытно. Теледемон откинулся на спинку дивана и без лишних усилий притянул к себе несопротивляющегося демона. Аластор легко позволил этому — устроился удобнее, уткнувшись носом в тёплую шею Вокса, пока руки теледемона медленно, почти машинально скользили по его талии. — Я просил всех троих остаться сегодня дома, — устало констатировал Вокс. — Никто не послушал. Чувство самосохранения у вас, похоже, полностью отсутствует. Фраза повисла в воздухе, и на долгий миг между ними наступила тишина. Аластор полулежал на нём расслабленно, почти лениво, впитывая знакомый запах и… наслаждался этим прикосновением. Он мог принять многое от Вокса — слишком многое, и в последнее время это начинало его беспокоить. Радиодемон слушал, как бешено стучит сердце Вокса — от страха за Вельвет, от ярости на ангелов, от паники за него самого и сердце Аластора отзывалось на этот беспокойный стук. — Меня не ранят подобные крылатые недоразумения, Вокс, — произнёс он наконец, нарушая тишину. Винсент нахмурился: — У тебя много шрамов на теле, Ал, — тихо сказал он. — Их оставили не ангелы? В ответ послышалось лишь раздражённое потрескивание статических помех. Аластор не любил говорить о личном.О прошлом.О чувствах. А Вокс — нуждался в этом, хотел связать их еще крепче. — Я… — Вокс сглотнул, не скрывая напряжения. — Я не хочу оставлять даже малейшего шанса, что с тобой может что-то случится. Я знаю, ты сильный, но… мне страшно, когда ты уходишь, и я не знаю, где ты и что с тобой. И нужна ли тебе помощь. — Помощь? От тебя? — Аластор тихо фыркнул, не поднимая головы. — Ты ничем не сможешь помочь мне, Вокс. Это неприятно ударило по его самолюбию: — Я Оверлорд, Ал, ничем не хуже тебя. Мы вместе сражались много раз — и ты хочешь сказать, что я показал себя недостаточно хорошо в бою? Аластор даже не повернул головы. — Разница между мной и тобой в том, — спокойно произнёс он, — что я умею справляться сам и не нуждаюсь в чьей-либо помощи. Вокс стиснул зубы. Он опустил взгляд на макушку Радиодемона, а затем — вопреки обиде — наклонился и оставил быстрый, почти украденный поцелуй на одном из его ушей. — Знаешь, Ал… если мой грех — жадность, то твой — гордыня. Губы Аластора дрогнули и медленно растянулись в довольной улыбке. — И это так. Прошло несколько часов, которые они провели вдвоём, разговаривая и обсуждая дальнейшие планы. Вокс не упускал возможности оставить мимолётные поцелуи, притянуть его в объятия, удержать рядом. Они наслаждались друг другом, пока по одну сторону города шла жуткая бойня, а по другую — их подруга отчаянно боролась за жизнь. В какой-то момент небо над Адом заполнилось фиолетовыми облаками. Воздух задрожал, и Ад наполнило громкое, душераздирающее пение их королевы. — Ого, нихрена себе, — Вокс подошёл к окну, наблюдая, как ангелы один за другим срываются с позиций и слетаются к эпицентру голоса. — Этой сучке пиздец. Он бросил взгляд на Аластора — и его лицо тут же вытянулось в испуге. — Нет. Радиодемон посмотрел на него в ответ с той же неизменной улыбкой и спокойным, уверенным взглядом. — Моя королева зовёт меня. Это была отличная возможность собрать больше информации для Рози. При удачном стечении обстоятельств — втереться в доверие к королевской семье и стать свидетелем чего-то по-настоящему необычного. Аластор не собирался упускать такой шанс — даже ради Вокса. — Это блядь безумие! — зло крикнул тот. — Мы даже не можем ранить этих тварей! Какой толк тебе идти туда? Ради чего? — экран на его лице в гневе начал сбоить. — Чтобы выслужиться перед королевской задницей?! Аластор пожал плечами — медленно, почти лениво. Вокс смотрел на него в ужасе. — Ты можешь не вернуться. — Ах, mon chéri… — тихо произнёс он. — Я несомненно вернусь. Радиодемон провёл кончиками пальцев по его сбившемуся экрану, в последний раз задержал взгляд на испуганных глазах и сделал шаг назад, уходя от попытки Вокса заключить его в объятия. Тень сомкнулась вокруг него. И прежде чем Вокс успел сказать хоть слово, Аластор исчез — оставив после себя лишь слабый шорох радиопомех и тревожное ощущение, будто в этот миг было сделано нечто необратимое. Вокс не сразу понял, что произошло. Сначала — пустота. Абсолютная. Потом резкий удар в грудь, будто кто-то сжал его изнутри. Воздух резко кончился. Он вдохнул — слишком резко, слишком много — и закашлялся, согнувшись пополам. Экран на лице дернулся. Помехи. Полосы. Картинка не держалась дольше секунды. Он попытался сделать ещё один вдох — и снова не вышло. Горло сжалось, грудь не поднималась. Воздух входил рывками, коротко, болезненно, как будто лёгкие перестали работать нормально. Руки задрожали. Пальцы не слушались, хватка слабела. Он вцепился в стол, но колени подогнулись, и он рухнул на пол, ударившись плечом. Антенны вспыхнули током. Разряды пошли хаотично, болью отдаваясь в голове. Экран замигал быстрее, резче. Звук собственного дыхания превратился в резкий, рваный шум. — Нет… нет… нет… — он повторял это автоматически, даже не понимая, зачем. Он пытался найти его по камерам, хотел пойти за ним но не понимал где тот находится. Воздуха стало катастрофически не хватать. Он судорожно поднял экраны. Один. Второй. Десять. Двадцать. Камеры переключались слишком быстро, картинка рвалась, дергалась. Улицы. Крыши. Коридоры. Тени. Слишком много теней. Нигде — его. — Где… — выдох застрял в горле. Пальцы метались по воздуху, он пытался вручную задать координаты, сузить радиус, но мысли расползались. Он не мог вспомнить, с чего начать. Всё казалось одинаково важным и одинаково бесполезным. Он был готов бежать за ним. Он просто не знал — куда. И это ощущение — потерянности, невозможности догнать, полной слепоты — било сильнее любого удара. Воздуха стало снова не хватать. Антенны дергались, ток шёл хаотично, рвал связь. Экран снова мигнул: SIGNAL LOST В комнату вошёл Валентино. — Вельвет просну… — он осёкся на полуслове, заметив Вокса, дёргающегося на полу, без сигнала. Его лицо мгновенно исказилось злостью. — Да блять!