Через чащу

Он очнулся от собственного кашля, глубокого и грудного. От боли, которая залила его нутро, а затем резко прошла, оставляя его обессиленным за секунды, которые пребывала в его теле. Но он мог дышать. В нос сразу ударил знакомый запах сырости. Подвал, ну конечно. Всегда подвал. — Я рад, что ты так быстро пришел в себя, - раздался знакомый, неприятный голос Ичиро Мориямы, альфы альф который, судя по всему, вырубил его, затащил сюда и явно рассчитывал получить желаемое. Где в этой истории был Эндрю? Где он был прямо сейчас? Нил открыл глаза и резко сел. Голова закружилась, подкатила тошнота и его вырвало куда-то на пол всем тем, что они ели сегодня вечером. Желудок сдавило спазмом, а пищевод обожгло. Он снова закашлялся, ощущая боль в горле. Он зажмурился, подкатили слезы. Когда он снова открыл глаза, перед лицом увидел белый платок. Он отбил чужую руку в сторону и вытерся рукавом, после чего удивился, что его руки не были связаны. — Какого черта? - прошипел он, пытаясь как можно быстрее осмотреть место, где находился. Ичиро он увидел сразу - черный костюм, тот же, в котором он был в последний раз. Он стоял недалеко, рядом с огромным шкафом, набитым книгами и какими-то мелкими вещами, находящимися в совершенном хаосе. Стены, по первому впечатлению, были толстыми, из какого-то камня. Почему-то ему казалось, что это подвал не того здания, где они были до этого. Сам Нил лежал на чем-то мягком, кажется это была софа с каким-то орнаментом на обивке, черно-красным. Горел свет. Этот подвал не был похож на тот, который был в доме Нила и где так любил работать его отец. Хотя нет, неправильно. Убивать, а не работать. Но подвал есть подвал. Несмотря ни на что - сыростью здесь все равно пахло, а земля была ближе. И вот это было плюсом. Охрана была возле единственной двери. Эндрю нигде не было. — Он в другом месте. Нам пришлось разделить вас, так как он был не совсем доволен ситуацией, - сказал Ичиро, видимо считывая по запаху все, о чем Нил думал. У него было одновременно много вариантов. И одновременно всего два. Он мог играть по правилам психопата или не играть. Никаких гарантий в обоих случаях. — Я спрашиваю еще раз. Какого черта происходит? Если ты думаешь, что затащить меня в подвал было хорошей идеей, ты сильно ошибаешься. — Наверное, я начал не с той стороны. Я просто хочу, чтобы ты дал свое согласие и помог мне. После чего вы с твоим мужем будете свободны. Ну, технически, мне нужно немного его крови, но это уже не проблема. Сердце Нила забилось сильнее. А еще он начинал злиться и паниковать одновременно. Что никогда не было хорошей комбинацией. — Ты ведь просто хочешь власти? Это ведь то, зачем тебе нужен отец Эндрю, верно? — Понимаешь, Нил. Альфа альф - довольно почетный титул, который накладывает на тебя ряд обязанностей, но наделяет при этом определенной силой для их исполнения. Но иногда ее бывает недостаточно. Разве это желание власти? Нет, это желание порядка, - ответил Ичиро, не смотря на него, а продолжая разглядывать что-то на полках с книгами. — Такого, который был бы удобен тебе, конечно, - сказал Нил, пытаясь подняться на ноги, что давалось ему с трудом. Мир качался так, будто он на лодке. — Я ведь альфа альф. Я знаю, что лучше для всех, - сказал Ичиро и Нил хмыкнул. Конечно. Как всегда. — Если я не ошибаюсь, а я не ошибаюсь, альфу альф выбирает сообщество. А еще может сместить. Альфа нужен для того, чтобы выполнять волю большинства и поддерживать порядок. Такой порядок, который нужен всем, а не ему. Но, некоторым просто нельзя доверять власть. Ичиро повернулся к нему, его глаза горели красным. Но Нил не был волком, он мог не подчиняться, если не хотел. А он не хотел. — Ты очень смел для обычного человека. Или глуп. — Это не важно. Я не буду делать то, что ты хочешь. А тебе ведь нужно мое согласие, правда? Конечно нужно. Иначе не было бы всего этого представления. — Всегда есть боль. Мы можем перейти на этот язык. Вероятно, ты говоришь на нем свободно, учитывая кем был твой отец и где ты вырос, - сказал Ичиро и Нил ухмыльнулся. — Скорее всего, ты забываешь, кем был мой отец и что такое боль. Я знаю такие ее грани, которые тебе даже не снились. Но, помимо отца, у меня была еще и мать. — Да, не имел чести знать ее, но глядя на тебя, понимаю, что стоило бы. Но знаешь в чем разница? У нее был только ты, ее слабое место. А у тебя их много. И даже не только твой муж. По одному моему слову мы убьем всех, кто тебе дорог. Сердце Нила сжалось, но он не отступал. — Думаешь, безосновательное убийство целой стаи не вызовет вопросов? - спросил он, стараясь держать свой голос ровным и контролировать эмоции. Сейчас ему было не до них. Нельзя показывать слабость. — Мы начнем, конечно, с Доу. Нам ведь не нужен он живым, только его кровь и ее мы уже взяли. И его состояние зависит от твоей сговорчивости. Напрямую. Страх и злость были хорошо знакомой комбинацией. Он ненавидел бояться, но боялся большую часть свой жизни. Страх, также, был мотивацией. Нил не был идиотом. Он понимал, что их не отпустят отсюда. А даже если отпустят - какой смысл уходить, если Ичиро получит то, что хочет и дальше они все равно будут в опасности? Не только Нил, не только Эндрю. Все. Их стая, Кейтлин, Дэвид, его воспитанники, стая Джереми, Эшли, придурок из Нью-Йорка. Все они. Это до сих пор его шокировало. Да, он был ведьмой стаи, за эти годы он достаточно хорошо изучил сообщество оборотней, стал его частью, но он никогда не планировал вливаться в него в широком смысле. Настолько широком, чтобы сейчас находиться в подвале где-то на территории альфы альф, который, судя по всему, сошел с ума от власти уже какое-то время. А может быть всегда таким был, как Рико. Возможно, все Морияма были такими - жаждущими власти и подчинения. Зря они сюда приехали. Ичиро не оставлял им выбора. Ни один из вариантов, где он выживает, не был приемлемым. Сейчас, когда они находятся в самом центре бури, которую могут остановить, нужно что-то делать. Нил вообще никогда не хотел оказываться на этом месте. Он просто хотел жить свою жизнь в своем лесу, с теми, кто ему дорог, с Эндрю, который был для него всем. Не вмешиваясь ни во что. Этому плану, очевидно, не суждено было сбыться. Он так устал от всего этого, от постоянных решений каких-то проблем, которые даже не имели отношения к нему, не он был их причиной. И даже не его отец. У Нила была идея. Был другой план, который он всегда держал в уме. Но вначале он должен был убедиться. — Хорошо. Я помогу тебе. Я дам свое согласие. Но есть условие. — Говори, - кивнул Ичиро. — Я хочу, чтобы ты гарантировал мне, что с Эндрю все будет в порядке. Независимо ни от чего - он не должен пострадать. И я хочу это видеть. Что он жив прямо сейчас. У тебя есть камера там, где он находится, я уверен. Покажи мне его. И показывай все время, пока я буду делать за тебя эту грязную работу. — Это выполнимо, - он что-то сказал по-японски охране, один из них кивнул и вышел. — Видишь, мы все еще можем оставаться цивилизованным обществом. Нил саркастически хмыкнул. Да, все последние часы все происходящие события говорили именно о цивилизованности. Самовнушение сильная штука. — Что тебе нужно для подготовки? - спросил Ичиро. И этим он, неосознанно, передал Нилу самую важную информацию сейчас. Видимо, Ичиро не представлял, что нужно делать, или представлял только в общих чертах. Иначе он бы сам все подготовил. Откуда взяться доверию? Возможно, у него уже было достаточно неудачных попыток, что подтверждалось запахом, который они с Эндрю почувствовали вечером, по которому они вообще нашли его. А если он не знал точно, что делать, значит шансы Нила повышались. Ему бы хотелось обсудить свой план с Эндрю, потому что, скорее всего, его это шокирует. Он ведь будет его частью. Им обоим будет неприятно. Ладно. Будет больно. Очень. И он, возможно, сделает большую глупость. Но он устал, в особенности от семьи Морияма. Если ему не суждено жить спокойной жизнь, так тому и быть. Он бы хотел оградить от этого Эндрю, но они связаны и связь эту уже никак не разорвать. Только если Нил умрет. Такой вариант тоже был. — Где обычно проводятся ритуалы? Я знаю, что они точно были. — Если ты про последний раз - это была досадная оплошность, которую я допустил, чтобы достичь того результата, который сейчас имею. Нил хмыкнул. — Да, я ведь сижу здесь, потому что у тебя все так успешно получилось. — У тебя очень длинный язык, - сказал Ичиро, впервые открыто выражая недовольство. — Да, я работал над этим всю жизнь, - сказал Нил, ухмыляясь. Ему нужно быть сговорчивым сейчас, он знал это, но за годы жизни он отвык. Отвык прятаться, притворяться, терпеть, чтобы выжить. Он сопротивлялся. Боролся. И будет делать это до конца. — Делай это здесь. Что тебе нужно? — Уголь от сгоревшей яблони. Кости ворона, который погиб не своей смертью. Только кости. Белладонна. И нож из серебра, окроплённый солью. Ичиро кивнул. И этим еще раз подтвердил догадки Нила. Он ничего не знал. Совсем. Видимо, от его отца осталось не так много информации, которая у них была. Которая бы работала на них. А именно его отец делал все это, все эти ритуалы, был мастером своего дела. О нем ходили слухи, но никто не знал точно. Он даже ничего не записывал. Потому что информация была самым ценным. И Нил, конечно. После того, что Натан с ним сделал. И Ичиро не знал об этом ничего. Ну, или знал что-то, потому что ингредиенты, конечно же, нашлись, но только их было мало. И, на самом деле, для того ритуала, который нужен был Ичиро, они были не нужны. Достаточно было только Нила. Натан Веснински хорошо умел хранить информацию, которая была для него важна. Иначе он бы не прожил так долго. Ножом Нил порезал себе ладонь, а затем сжал в ней большой кусок угля. Нужно было пропитать его. Затем, он начал рисовать. Большой круг внутри которого вписал гексаграмму*. Самая лучшая защита, как внешняя, так и внутренняя. В любом случае, нужно быть в ее центре. Пока он готовился, в помещение занесли небольшой ноутбук - на нем, на весь экран, транслировалось место, похожее на тюремную камеру. Маленькое, довольно темное, пустое. Эндрю был там. Сидел на полу у стены, глядя на дверь. Не двигался. Дверь была очерчена толстой полосой соли. Вероятно, с рябиной. Иначе Эндрю бы уже выбрался. — Я сдержал обещание. Твой муж в порядке. Немного потрепан, потому что не смог принять ситуацию, и нам пришлось вколоть ему седатив, но он уже в сознании. Просто ноги плохо держат его. И еще вот. В руке Ичиро была небольшая прозрачная склянка с кровью. — Он не отдал ее добровольно, - сказал Нил, замирая взглядом на темной жидкости. — Эта жертва добровольной быть не должна, - ответил Ичиро. Нил взял склянку из его рук. Ему нужно было это выпить. Об этом Ичиро знал. Крови было не много. Буквально на один глоток. Он отбросил пробку в сторону и осушил склянку. Он уже знал вкус крови Эндрю. Она была такой же, как и любая другая - соленая, металлическая. Не важно, волчья она или человеческая. Всегда одно и тоже. Теперь он чувствовал ее запах, вкус, она обволакивала его горло. Он сглотнул тошноту. — На всякий случай - за этой дверью около двадцати вооруженных охранников, Нил. Никто не войдет и не выйдет без моего приказа. И за дверью твоего мужа тоже. Хотя ему и не требуется охрана - ни один волк не может пересечь соль и рябину, но ты это знаешь и без меня. Нил знал. Но это было не важно. Он хотел бы почувствовать запах земли сейчас, но чувствовал только кровь и сырость. — Итак, я найду его, отца Эндрю. Он придет. И что тогда, ты просто спросишь и думаешь, что он ответит? - спросил Нил. — Я могу быть настойчивым. — Он мертв. Ты буквально ничего не можешь ему сделать, - нахмурившись, сказал Нил. Наблюдая за тем, как Ичиро медленно и весьма расслабленно прогуливался вокруг него, рассматривая то, что Нил нарисовал на полу, и его самого, вдыхая его запах. Если бы здесь была любая другая ведьма, она бы заподозрила неладное в том, что делал Нил. Но, к его удаче, ее здесь не было. Слава всем богам, что Ичиро не мог читать его мысли. Запахи сейчас бесполезны. — Найди его. И приведи. Дальше уже не твоя забота. У него в руке было что-то. Какой-то камень, понял Нил по блеску. Алый, больше даже бордовый. Может быть, Ичиро рассчитывал задержать мертвого отца Эндрю здесь подольше? Он судорожно пытался вспомнить, есть ли способ это сделать. Он не слышал о таком. Но, не то чтобы он занимался этим все последние годы. А магия - вещь пластичная. Он не планировал рисковать или давать Ичиро шанс. Больше нет. К черту это все. Эндрю на мониторе ноутбука все также не двигался. — Дай мне то, что я хочу, Натаниэль, - сказал Ичиро и в его голосе было нетерпение. Он был буквально пропитан им, удерживая за внешним спокойствием, но теперь оно просачивалось. — Ты созвал сюда волков со всей страны, затем отравил их. Затем отравил и усыпил меня и моего мужа. Ты хочешь, чтобы я нашел и вернул в мир живых мертвого альфу альф, чтобы узнать у него секрет подчинения волков, который должен быть похоронен. И сделать это могу только я, потому что кроме меня это мог сделать только мой отец, а он мертв. Я ничего не забыл? - перечислил Нил. Нож в его руке блестел. Он был небольшим, не таким, чтобы сильно ранить волка, не говоря уже об убийстве. — К чему это? - спросил Ичиро. — Ты уже альфа альф. И сделал все это. И хочешь еще больше власти. Подчинения. Что ты сделаешь тогда? — Наведу порядок, - ответил Ичиро резко. Он не был похож на Натана в своем безумии. Отец Нила не скрывал его. В отличие от Ичиро. Нил кивнул. Это все, что ему нужно было знать сейчас. Он надеялся, что Эндрю простит его. Они не успели обсудить этот его план. Еще больше он наделся, что Эндрю перегрызет глотки всем, кто будет стоять на его пути. — Хорошо. Смотри внимательно, вот как это делается, - сказал Нил, обращая все внимание Ичиро на нож в своей руке, а затем одним резким движением вонзил его в свой живот по самую рукоять. Он где-то читал, что человеческий инстинкт выживания не дает нанести смертельный вред самому себе, если твоя психика здорова. Возможно так и было, но сейчас он бы не решился утверждать. Боль затопила его, он закричал. Нож был в нем, слева от пупка, рядом с селезенкой. Он не знал, задел ее или нет. Лучше бы да. Потому что, для того, чтобы все получилось, он должен был быть на грани смерти. Ичиро дернулся к нему, но не смог пересечь круг. Даже сквозь все эти толстые стены Нил слышал вой. Он бросил взгляд на экран ноутбука, где от двери камеры Эндрю остались только щепки. Эндрю чувствовал все. Нож внутри его живота, скорее всего, тоже. Этот уровень боли было невозможно не ощутить. Он умирал, и Эндрю придет за ним. Ничто его не остановит. Но нельзя, чтобы он убил Ичиро. Иначе казнят его и всю стаю. Но если это сделает Нил - они выживут. Его голова кружилась, нож все еще был внутри, кровь продолжала течь, много, возможно он все же достал свою селезенку. Колени не выдержали, он сел. Глаза Ичиро были красными, руки уже стали волчьими лапами, с длинными когтями, он рычал. Это ему не поможет. Стереть гексаграмму можно только находясь внутри нее, и сделать это может только тот, кто ее начертал. Станет ли охрана стрелять ему в голову? Не было смысла проверять. Он взял свою кровавую ладонь, и прижал ее к каменному полу, между двумя сигилами* вызова, которые нанес ранее. Он слышал звуки бойни. — Кровь моего отца всегда со мной, - сказал он. Она стекала с его живота на пол, образовывая лужу. Слишком быстро. — И если мы умираем, то уносим с собой всех, кто рядом. Он резко поднял руку в сторону Ичиро, и капли его крови попали тому на лицо, на безупречный костюм. Время остановилось. Ну, или так казалось Нилу. В его случае это выглядело не так, как с отцом. Вначале появился кровавый туман. Он моргнул, мир был все таким же медленным, но только для него. Затем, туман забрался внутрь всего живого. Начались крики. Нечеловеческие. Нил помнил эту боль, когда твои внутренности превращаются в кашу. — Встретишься с ним на той стороне лично, - прохрипел Нил, наблюдая, как из глаз, изо рта, ушей Ичиро хлынула кровь, как он дергался всем телом, пытаясь вытащить из себя то, что причиняло ему боль, но он не сможет. Ведь это кровь, которую он уже вдохнул. Та же участь постигла охранников. Волки или нет - от этого не спастись. Регенерация может только продлевать мучения, но в конце концов проклятие возьмет свое. А это было именно оно. Натан проклял их обоих. Но, в его случае, все просто разрывались на куски, выворачиваясь внутренностями наружу. Если бы ад существовал, он выглядел бы именно так. Дверь выломали. Большой белый волк, вся морда которого в крови. Ичиро уже лежал на полу, даже если он все еще был жив, то это недолго. Убивать было некого. Он сам разорвал себе горло. Охранники умерли еще раньше. Эндрю ничего не угрожало. Нил разорвал круг, а затем протянул руку: — Эндрю, - позвал он, ощущая кровь в горле. Волк тут же оказался рядом с ним, падая на живот, накрывая его своим телом и заскулил, громко и ужасно больно. — Все будет хорошо, хорошо, ты не позволишь мне умереть, - сказал Нил и вытащил нож из своего живота, снова с криком, который не сдержал. Из глаз побежали слезы. Эндрю завыл. Его боль была их общей болью. Нож остался в его руке. — Прости меня, прости что сделал это с тобой, с нами, но у меня не было выбора, - заговорил он, ощущая как заплетается язык. Но он не планировал умирать. Он еще поборется. — Я справлюсь, но мне нужно, чтобы ты вернулся, прямо сейчас, - сказал он. Эндрю в считанные секунды обернулся в свой человеческий вид, он был весь в крови, почти все лицо, шея, грудь, ноги и руки теперь уже в крови Нила, зрачки расширены. Он хотел прижать его рану, но Нил оттолкнул его и дал нож. — Мне нужна твоя кровь. Мне нужно уйти в землю, связаться с ней, взять у нее жизнь, но мне не хватит сил. Я потерял кровь и мне нужна другая. И нужно запечатать круг. В считанные секунды Эндрю снова начертил полосу куском угля, который лежал рядом, соединяя линии, а затем порезал свое запястье и приложил ко рту Нила не произнеся ни одного слова. Нил сделал глоток, затем второй. Горячая, наполненная жизнью кровь самого любимого существа во всем мире хлынула в его рот. Магия закольцевалась в уроборос*. Все началось с того, что он выпил кровь Эндрю. Все этим и закончится, таков был его план. Затем, он вытащил ягоды белладонны из кармана, которые до этого принес Ичиро, вместе с другими ингредиентами. Эндрю убрал руку. Дышать становилось тяжело. — Мы должны уйти как можно дальше, спрятаться. Но я сейчас потеряю сознание, не знаю на какое время, но я вернусь, обещаю тебе, я не умру. Вытащи нас отсюда, Эндрю, - из последних сил произнес он, затем положил ягоды в рот, раскусил и проглотил. Ядовитый сок хлынул в рот. Нил закрыл глаза и позвал. — Мы здесь, маленькая ведьма. Он спустился вниз, в землю и дальше, ощущая, как плотная нить его связи с Эндрю удерживает его.