До встречи в кондитерской

— Один клубничный чизкейк, пожалуйста! Уставшая и выжатая до предела Амаи Касуми уже не могла смотреть на эти чёртовы сладости. Её сменщица заболела, поэтому она третью неделю подряд работает без выходных. И как назло, в кондитерской просто сумасшедший поток посетителей. Всё-таки зима играет свою роль: в холодное время года всем хочется погреться с чашкой чая и чем-то сладким. Натянув максимально вымученную улыбку, шатенка посмотрела на клиента. — Вам с собой? Как же она была рада, что ответом было «да». Людей в кондитерской уже практически не было: час был поздний, до закрытия оставалось совсем немного. Амаи не любила, когда под конец дня кто-то приходил и усаживался. За сутки она уставала от шумных голосов и общения, а за три недели раздражения накопилось столько, что она была готова выплеснуть его уже на кого угодно. — Вот ваш заказ. Спасибо, приходите ещё! Если она, конечно, доживёт до этого «ещё». До конца недели оставалось три дня. Не то чтобы Амаи не была трудолюбивой. Она была довольно выносливой и могла работать по сумасшедшему графику. Дело было не в ней — дело было в людях. Нельзя сказать, что она их ненавидела или не любила. Просто такое огромное количество клиентов действовало ей на нервы. Не хватало хотя бы минуты тишины. Масло в огонь подливало огромное количество парочек. Владелец решил, что хорошим и креативным решением будет развесить веточки омелы по всей кондитерской. Что в этом хорошего, если на прибыль это не влияет, а только увеличивает количество целующихся на квадратный метр — непонятно. Да и странно это: заходишь ты за тортиком, а тут уже чуть ли ребёнка не делают. Креатива тоже в этом мало. Что необычного в этом тупом кустарнике, который в это время можно увидеть на каждом шагу? Касуми посмотрела на часы. Половина восьмого. Можно готовиться к закрытию. Всё равно все кондитеры и пекари уже разошлись. Осталась только одна она. Во время уборки своего рабочего места взгляд упал на монблан, одиноко стоящий на витрине. В голове промелькнуло лицо одного давнего знакомого, который так его любил. Амаи грустно улыбнулась. А ведь она ни разу в жизни не пробовала этот десерт, хотя он и говорил, что это самое лучшее, что могло придумать человечество. После клинков, конечно же. «Отложу себе. Может, пойму, почему ты так его хвалил». Потянувшись рукой к заветной сладости, Амаи вздрогнула от звона колокольчика. Подняв голову вверх, она уже собиралась сказать, что они закрыты. И застыла. Перед ней стоял человек, которым она восхищалась. Человек, который однажды спас ей жизнь — её давний друг, Соширо Хошина. Сказать, что она была удивлена — ничего не сказать. Тут бы подошли слова куда нецензурнее. В последний раз она видела его, когда они ещё были юными рекрутами. Стоило ей только подумать о нём, как он появился на пороге. Нет, она слышала, что мысли материальны, но чтобы они материализовывались с такой скоростью. Может, стоило представить миллион долларов или особняк… Парень был удивлён не меньше её. После стольких попыток связаться с Амаи, после стольких лет поисков, его подруга вдруг стоит напротив него, за прилавком кондитерской, которую так рекомендовала капитан Аширо. — Амаи? — Соширо? Только два удивлённых голоса. И снова повисшая тишина. Касуми была на грани обморока. Прошлое, от которого она так тщательно скрывалась, вдруг нахлынуло на неё с такой всесокрушающей силой, что могло сбить её с ног. И всё же нужно было собраться. Она на работе, между прочим. Да и прошлое на то и прошлое — она в нём больше не живёт. И Соширо, может, не захочет с ней общаться. — Ты хотел что-то заказать? До закрытия пятнадцать минут. Обычно спокойный Хошина скорчил такую гримасу, что, казалось, он либо взорвётся, либо убьёт Амаи прямо на месте. — И после пяти лет, что мы не видели друг друга, это единственное, что ты хочешь сказать? А, нет. Всё-таки он настроен на разговор. — А тебе нужны вообще мои оправдания? — грустно сказала Амаи, опустив взгляд вниз. *flashback* Если вы когда-нибудь спросите, что значит «лох», вот вам ответ — Амаи Касуми. Заболеть за день до экзамена по физической подготовке? Запросто. Вообще без проблем. Не зная, благодаря какому чуду, Амаи попала в первую тридцатку. Это ей ничего не гарантировало, но шанс давало. А показать себя она могла на полигоне: с пистолетом она на ты, так что с кайдзю потягается. Во время проверки костюмов совместимость показала 10%. Неплохо. Была пара-тройка человек с показателями получше, но и они не превышали 15. — Кандидат Соширо Хошина. Совместимость — 23%. В рядах присвистнули. Нехило. Как-то вдруг Касуми перестала быть уверенной в себе и своём проходе, если тут есть такие таланты. Перед входом на полигон у Амаи появилось чувство, будто что-то не так. Как будто чего-то не хватает. Как будто в ухе слишком свободно. Её глаза расширились до предела. Она просрала наушник. Необходимое средство связи, без которого ей никак. До запуска на полигон оставались считанные минуты. Сказать сейчас об этой проблеме — значит задержать этот процесс. Закомплексованной Амаи не была, но уж очень не хотела привлекать к себе внимание таким способом. У неё началась паника. Где вообще она могла его обронить? Может, не говорить никому? А как тогда с ней будут держать связь? Без этого маленького предмета экзамен ей не сдать. — Что-то потеряла? Амаи обернулась. Рядом с ней стоял и улыбался парень с самой большой совместимостью. До этого она не обратила на него особого внимания, но сейчас присмотрелась. Она видела его впервые в жизни, но могла с уверенностью сказать одно. Какой он… необычный. Он выглядит очень уверенно и спокойно. Словно знает что-то, чего остальным не раскрыли. Его хитрая, как будто бы игривая улыбка и прикрытые глаза добавляли ему такой загадочности, что у Амаи перехватило дыхание. Она вообще особо и не интересовалась противоположным полом, не до этого ей было. Всю свою сознательную жизнь она готовилась к службе в СО. Но этот парень с одной секунды обратил на себя всё её внимание. Может, это то, что люди называют харизмой. — Я… Наушник. Наушник потеряла. Хошина улыбнулся и покрутил в руке маленькое белое средство связи. — Этот? Лицо Амаи вмиг озарилось улыбкой. — Этот! Он положил его в руки девушки. — Спасибо. Где ты его нашёл? Соширо улыбнулся ещё шире. — Он лежал возле твоей ноги. Амаи теперь тоже улыбалась. Только эта улыбка была очень глупой. — Возле моей… ноги? — Да. Наверно, просто выпал из уха. Не поместился. Не поместился? Ей казалось, что он словно насмехается над ней. — Ты так крутила головой по сторонам, что неудивительно, — понятно. Ей не казалось. — Хорошо, что голова не отпала. Ей точно не казалось. — А ты что, наблюдал за мной? — Да, это выглядело довольно смешно. Он её дразнил. И явно этим наслаждался. Взгляд смущённой Касуми скользнул вниз. Катаны? А где автомат? — Не стреляешь? Соширо несколько секунд молчал. Всё ещё улыбался, но что-то в его улыбке уже было не так. Какой-то она стала ненастоящей. — Не стреляю. Что-то ей подсказывало, что больше ничего спрашивать не стоит. Через минуту бойцов запустили на полигон. Амаи блистала. Болезнь ещё сказывалась на её движениях, но с её меткостью ей не было равных. Но только в стрельбе. Мечник Соширо Хошина был явно быстрее её. И с кайдзю расправлялся филигранно. Его процент тоже играл ему на руку, Касуми же приходилось возиться дольше. Её разрывало от интереса. Каждое мгновение он казался ей всё необычнее. Хотелось его разгадать. В моментах она даже забывала, что находится на экзамене — настолько его присутствие отвлекало от происходящего. А вот Соширо был очень сосредоточен. Плавными движениями он разделывал кайдзю. Каждое его движение было выверенным и безукоризненным. В его глазах читалась полная концентрация и спокойствие, а его руки работали с такой грацией и уверенностью, будто он был рождён именно для этого. Он полностью был погружен в процесс, и ничто вокруг не могло его отвлечь — он словно слился со своим оружием. И Амаи была настолько восхищена, что засмотрелась. И совсем забыла, что нужно следить за собой. Какая-то груда храма неожиданно возникла под ногами, и она, полностью поглощённая мастерством Соширо, споткнулась и полетела ему прямо под ноги. Парень хоть и обладал потрясающей реакцией, чертыхнулся, чуть не наступив на испуганную девушку. — Чего ты под ноги кидаешься? — Это я так тебя за наушник благодарю. Парень на секунду опешил, а потом рассмеялся. — Удачное же ты время выбрала. Он помог ей подняться. — В реальном бою это могло стоить тебе жизни. Касуми усмехнулась. — Ты рекрут или командующий взводом? Она подошла к нему очень близко и задиристо улыбнулась. — Не делай мне замечаний. Ты не настолько лучше меня. Соширо посмотрел на неё слегка приоткрытыми глазами из-под чёлки. — А насколько? В этот момент за их спинами раздался рёв огромного кайдзю. Рекруты мгновенно забыли о своём разговоре и ринулись в бой. Кардинала сразу начали окружать сателлиты — они загородили проход к кардиналу, из-за чего пришлось пробиваться. Хошина делал это довольно быстро и легко, в то время как Амаи приходилось гораздо тяжелее. Она уже выдохлась, хотя даже полную силу костюма не высвобождала. Пока она застряла с сателлитами, Хошина был уже возле кардинала. И ему явно нужна была помощь. Он, конечно, наносил удары, но существенного урона они этой громадине не приносили. А когда та махнула хвостом, то и вовсе откинула парня на несколько метров. — Ты живой? — спросила она, приближаясь к нему. Выглядел он довольно потрёпанно, но не смертельно. — Да… Но эта громадина сильнее, чем я ожидал. Амаи посмотрела на мечи. Почему именно это оружие? С ним же в бою тяжелее и опаснее. Хотя с мелкими тварями он разбирался быстро. Амаи же, напротив, любила противников побольше — их было легче подстрелить с дистанции. И тут девушку осенило. — Может, поменяемся? Ты поможешь мне прорваться к кардиналу, а я сама с ним разберусь. — Хочешь, чтобы я расчистил путь? — Именно. У тебя же всё равно не получится завалить главного с твоим-то оружием. Губы Соширо дёрнулись в раздражённой улыбке. Попала в самое больное место. Девушка осеклась. Сразу поняла, что сказала лишнее, и поспешила оправдаться. — Ну, я в том смысле… Легче же будет прострелить его, чем… Парень был не из тех, кого легко разозлить, но она отлично справлялась. — Я не говорю, что ты плохо справляешься с катаной… С каждым словом она закапывала себя всё больше и больше. Молодому рекруту стало обидно. Он уже привык слышать подобное от отца и брата, но почему-то слышать это от человека, который совсем ничего о нём не знает, было куда больнее. Соширо схватил её за руку и посмотрел ледяным взглядом едва открытых глаз. — Я справлюсь. Стремглав пронесясь мимо неё, Хошина начал продвигаться к кардиналу, попутно расправляясь с сателлитами. Амаи немного подумала. Ну, обиделся он. Зато всё равно получилось так, как она хотела. Теперь нужно было найти место, с которого выйдет идеально прикончить кайдзю. Соширо стремительно приближался к кардиналу. Слова девчёнки его задели, поэтому надо было доказать, что он может. И не ей, не отцу, ни кому-нибудь ещё, а самому себе. Его движения были быстры и точны, он наносил серии ударов, прорезая плотную шкуру монстра, но сражаться с таким огромным врагом было всё-таки очень трудно. Каждое его движение требовало невероятных усилий. Кайдзю ревел, размахивая мощными лапами и хвостом, сбивая Соширо с ног. Ещё чуть-чуть, и его накроют щитом, что означает провал экзамена. Выстрел. В голову гиганта прилетает шоковый заряд. Подняв глаза, Соширо увидел Амаи, возвышающейся на какой-то груде металлолома. — Надеюсь, ты не собираешься сдаваться! — крикнула девушка, стреляя ещё раз и попав в глаз кайдзю, вызывая его ярость. Она метко стреляла по уязвимым точкам монстра, отвлекая его и создавая возможность для Соширо. — С моим боевым процентом я не могу прострелить его в достаточной степени. Нужна твоя помощь, полосни по ранам. Соширо вмиг оказался рядом с кардиналом и ударил в то место, куда стреляла Амаи. — А кто говорил, что легче будет прострелить? Ещё один выстрел. На этот раз в живот. — А кто говорил, что справится сам? У Соширо дёрнулась бровь. — Так о помощи не просят! Удар. У кайдзю виднелось ядро. — Да это тебе нужна помощь! Амаи бросилась вперёд, пока кардинал не успел срегенерировать. Не раздумывая, она подняла оружие и выстрелила в центр, пронзив его насквозь. Взрыв энергии охватил монстра, и его гигантское тело начало медленно оседать. Тяжело дыша, «команда» посмотрела друг на друга. — Мы сделали это, — сказала Амаи, с облегчением улыбаясь. Она подняла ладонь. — Дай пять! Соширо немного раздражённо смотрел на свою новую знакомую. Она наговорила ему много неприятных вещей, и ему не очень хотелось с ней взаимодействовать. — Или ты настолько измотался, что не в состоянии даже на это и предпочёл бы просто просто упасть замертво? — по-доброму, но слегка задиристо улыбнулась Амаи. Его брови чуть сдвинулись в центр, и он одарил Касуми пронзающим взглядом. — Я бы предпочёл оторвать тебе руку. — сказал он с улыбкой самым спокойным голосом, на который только был способен. Амаи хлопнула его по спине. — Надеюсь, у тебя ещё будет такая возможность. После экзамена Амаи чувствовала себя очень уставшей. Захотелось побаловать себя сладким. Зайдя в самое ближайшее заведение, коим оказалась кондитерская, её взгляд упал на интересный десерт. Эта композиция напоминала ей миниатюрную снежную вершину. Или облако. На табличке рядом виднелась надпись «Монблан». — Дайте мне два с собой, пожалуйста. Дойдя до парка, Амаи завалилась на траву. Аккуратно открыв пакет, она осмотрела свою покупку ещё раз. Действительно похоже на гору. Только она собиралась откусить кусочек монблана, как увидела фиолетовые волосы. В нескольких метрах от неё проходил Соширо Хошина. — Э-эй, Соширо! Амаи начала кричать и махать ему. Парень кинул быстрый взгляд в её сторону, в очередной раз испытывая раздражение. Ему не нравилось, когда кто-то малознакомый обращался к нему по имени. Амаи продолжала кричать ему, но когда поняла, что её игнорируют, решила выбрать немного другую тактику. — Мечник, который не смог самостоятельно победить кайдзю! — с улыбкой до ушей кричала Амаи. — Иди сюда-а! Соширо понимал, что она его дразнит, что просто пытается привлечь внимание. И всё равно направлялся прямо к ней. Вид у него был очень довольный — он напоминал ребёнка, который задумал совершить какую-то пакость. Почему-то Касуми сразу вспомнились его слова про отрывание руки. Она на секунду подумала, а вдруг правда он сейчас её убивать будет. Подойдя к ней, он присел на корточки. И взял её за кисть руки, в которой она держала монблан. Амаи напряглась. — Ты же не собираешься ломать мне руку? Соширо улыбнулся прямо-таки злорадной улыбкой и сжал кисть со всей силы. — Соширо! Не на… Договорить ей не дал монблан, впечатавшийся в её лицо. Девушка смотрела на него одновременно с удивлением и облегчением: она рада, что не лишится конечности, но не рада, что сидит в центре города с размазанным по лицу десертом. У Соширо же, наоборот, поднялось настроение. Он всё ещё сидел на корточках и смеялся над Амаи. — Видела бы ты своё лицо! А ты, значит, не можешь справиться с мечником, который не смог победить кайдзю? Она не знала, что чувствовала. Однозначно, ей было весело. Ещё однозначнее — она рассердилась. В руке ещё были остатки монблана. Амаи улыбнулась практически торжествующе. — На своё лицо посмотри. Прежде, чем Соширо успел что-то ответить, Амаи размазала остатки по его лицу. Глаза парня увеличились до небывалых размеров. Несколько секунд эти двое смотрели друг на друга. Уставшие, все в коричневом креме, они были похожи на кого угодно, но точно не на людей, желающих защищать страну. Они рассмеялись. Искренне, от всей души. — Извини, я хотела смягчить наши отношения. Соширо вопросительно изогнул бровь. — Между нами успели завязаться какие-то отношения? Амаи достала из кармана куртки салфетки и протянула Соширо. — Исключительно дружеские. На, вытрись. Когда эти двое уже были похожи на нормальных людей, Соширо посмотрел на месиво из монблана. — Извини, я испортил твой десерт. — Я уверена, что ты не сожалеешь. Соширо улыбнулся. — Ты права. Не сожалею. Амаи снова рассмеялась. — Ничего. У меня есть ещё один. Девушка потянулась за пакетиком. Со стороны раздалось урчание. Амаи повернулась на звук и осознала, что исходит он из живота Соширо. — Ты голодный? — Я собирался перекусить, когда ты окрикнула меня. Амаи задумалась. — Ты когда-нибудь пробовал монблан? — Нет. — Я тоже. Касуми протянула ему оставшийся десерт. — Держи. Соширо приподнял брови в удивлении. — А ты? — Ты же голодный. Кушай. Спорить Соширо не стал. Он не ел уже достаточно давно, так что отказываться ему не хотелось. Откусив небольшой кусочек от монблана, он застыл. Его глаза снова расширились, рот слегка приоткрылся. Он выглядел так, словно на него снизошло озарение. Амаи усмехнулась. — Настолько хорошо или настолько плохо? — Это лучшее, что я ел в своей жизни. — Прямо так? Я уже даже жалею, что отдала тебе его. — Обещаю, что когда-нибудь отплачу тебе обедом. Амаи состроила по-детски счастливое лицо. — Да-а? Ну, сначала надо, чтобы нас приняли в силы обороны. Соширо встал и пошёл в своём первоначальном направлении. — Будет жалко потерять связь с таким потрясающим бойцом, Амаи Касуми. Через неделю они встретились на посвящении. *end of flashback* — Амаи, — Соширо взял руку давней подруги в свои, — после того несчастного случая ты исчезла на столько лет. Я переживал за тебя. Я понимаю, что ты чувствовала невыносимую боль, я не злюсь на тебя. Но я не хочу делать вид, будто мы не знакомы. Касуми посмотрела Соширо в лицо. В едва открытых глазах читалась забота и доброта. — Я рад видеть тебя. Амаи сжала его руку. — Я тебя тоже. На часах было уже сильно за восемь, но в кондитерской ещё горел свет. — Так этот Кафка Хибино действительно заявил в самый первый день, что поравняется с капитаном Аширо? — Да. Он даже назвал её Миной при всём молодняке. Амаи прикрыла рот рукой. — Как она его не убила? Этим двоим было о чём поговорить. Амаи рассказала Соширо о своих путешествиях по миру, решению вернуться в Японию и пойти на работу в кондитерскую. Соширо рассказывал о службе, новых офицерах и их битвой с девятым. — Тебя очень не хватало в этом сражении. Уверен, ты бы внесла огромный вклад в нашу победу. — Возможно. Но это в прошлом. Сейчас я просто продаю сладости и вполне довольна своей жизнью. — Кстати о сладостях. — Соширо улыбнулся своей самой узнаваемой и очаровательной улыбкой. — Угадай, за чем я пришёл. Амаи была готова поклясться. — За монбланом. — Именно за ним. Касуми рассмеялась. — Времена идут, а ты всё тот же. Она поставила тарелку на прилавок. — И опять ты воруешь у меня монблан. — Ты так и не попробовала его за все эти годы? — удивлённо спросил замком третьего дивизиона. — Он напоминал о тебе. — А я вызываю у тебя отрицательные эмоции? Ты вызываешь только мурашки. — Ты ассоциируешься у меня только с хорошим. Просто тяжело было вспоминать прошлую жизнь. — Может, она снова может стать настоящей? Амаи покачала головой. Соширо достаточно хорошо знал её, чтобы понять — разговор на эту тему закончен. — Как скажешь. Он достал кошелёк, но Касуми остановила его. — Не надо. Я угощаю. Соширо улыбнулся. — Ты тоже не меняешься. Он постепенно начал отдаляться в сторону двери. Вдруг Амаи охватило давящее чувство одиночества. Они встретились случайно, как старые друзья. После таких встреч общение не возобновляют. Да и это она оборвала все нити, которые их связывали. Но сейчас, при мысли, что он выйдет через эту дверь и больше никогда не вернётся, ей стало плохо. И грустно. — Я приду завтра ещё. Теперь я снова должен тебя угостить. Дверь захлопнулась, а лицо Амаи озарилось смущённой улыбкой.