Christmas in Paradise

      Утро выдалось довольно солнечным, хоть и морозным, и было наполнено светом, который создавал особую ауру этому холодному, но по-своему прекрасному времени суток. Чонгук, припарковав свой серебристый Porsche Carrera GT на подземном паркинге, поднялся на лифте на пятьдесят шестой этаж и зашёл в кабинет президента корпорации Joen-Industry. Его отец, мужчина невысокого роста лет шестидесяти и с сединой в волосах и бороде, сидел за массивным столом возле панорамного окна и с кем-то спорил по телефону, не обращая внимания на вошедшего.       — Да ты из ума выжил, если разрешил ему такое. Что скажут люди, когда узнают? А инвесторы? — стучал ручкой по подлокотнику коричневого кожаного кресла. — Да нас сначала на смех пустят, потом по миру. — тяжело вздыхал, пытаясь успокоиться. — Это будет только на твоей совести, Ким. Поступай, как знаешь. — отключил звонок и, развернувшись, бросил телефон на стол.       — Отец, что-то случилось? — обеспокоенно спросил Чонгук.       — Что? А, да нет. Так… рабочие моменты. — отрицательно покачал головой.       Чон младший сидел на диване, небрежно закинув ногу на ногу, и перебирал пальцами ключи от машины. Его фигура выделялась на фоне рабочего стола отца — высокий, сильный, уверенный в себе. Рост в метр восемьдесят придавал ему особую стать. Чёрные волосы, зачёсанные назад, открывали волевое лицо, а виски украшала аккуратная стрижка с выбритыми линиями.       Его стиль одежды — кожаные куртки, джинсы и массивная обувь — говорил об индивидуальности и нежелании следовать стереотипам. Как бы отец ни пытался убедить одеваться сына по статусу в костюмы, все попытки были тщетны. Чонгук оставался верен себе, подчёркивая свободолюбие и независимость.       — Разве ты не должен быть сейчас в Paradise? — поднял брови в удивлении. — Хоть ты-то меня не подводи.       — Не понимаю, что происходит отец, но я не намеривался это делать. — сомкнул пальцы на переносице. — Заехал за документами и решил зайти к тебе. Кстати, когда я познакомлюсь со вторым председателем? — посмотрел на мужчину, немного щуря глаза. — Он уже давно должен был появиться. Так, где же он?       — Тебе одному плохо работается? — развернулся в его сторону президент.       — Скажем так, что от помощи я бы не отказался. — закусил губу Чонгук. — Как он хоть выглядит? Сколько ему лет? Я имею право знать хоть что-то? — развёл руки в сторону.       — Скоро узнаешь. — покачал головой мужчина и тяжело вздохнул.       — Так что всё-таки случилось? — перевёл на него вопросительный взгляд сын.       — Там… в общем… — не дал ему договорить раздавшийся на весь кабинет телефонный звонок. — Да, Минсок. Да, именно он. — согласно кивнул головой, держа трубку около уха. — Передай информацию в отдел по персоналу. Вот и прекрасно, уборщиком самое то.       — Ты уже стал устраивать сотрудников? — усмехнулся Чон, вставая.       — Ох, и не спрашивай. — отклонился на спинку кресла. — Знакомый по линии давних знакомых попросил устроить сына хоть кем-то. Надеюсь, мне это, где-то там, — указал пальцем вверх, — зачтется.       Чонгук только натянул улыбку и, встав с дивана и расправив джинсы, вышел за дверь.       Работа в новом развлекательно-туристическом месте Paradise шла своим ходом. Чон сидел в своём кабинете на десятом этаже и просматривал договора с дизайнерскими фирмами, которые должны были заняться украшением нового отеля и прилегающих к нему территорий к Рождеству и Новому году — ведь праздники не за горами. Работы было много, а рук не хватало.       Отец как-то упоминал о сыне его компаньона, который должен был вернуться из Америки и встать во главе наравне с ним. Но что-то пока о нем ничего не было слышно. А ведь именно сейчас Чону как никогда была бы нужна помощь в правлении. Отец всегда верил в него и с детства учил самостоятельности, прививая и развивая в нем острый ум, любовь к бизнесу и деньгам. Он был для сына, который всегда хотел быть на него похож, примером мудрости и силы духа.       В любом случае, пока нет второго управляющего, он должен делегировать дела, чтобы успеть всё сделать. Они не могут упасть лицом в грязь, они должны стать лучшим рождественским отелем, о котором будут писать все модные глянцевые издания. И если сейчас за их столь небольшую работу в полгода о них знает полмира, то после Рождества должен заговорить весь мир. А ещё нужно было продумать рекламу, которая не только взбудоражила бы умы людей, но и дотронулась бы до их сердец.       Неделя прошла в суете и работе довольно быстро. Погрузившись в свои дела, Чонгук не заметил, как стрелка часов перевалила за двенадцать ночи. Решив остаться в своём номере, который располагался рядом с кабинетом и имел отдельный вход, как из коридора, так и с офиса, Чон надел плавки и халат, чтобы перед сном поплавать.       Спустившись на нужный этаж, он зашёл в СПА и уже через него вышел к пятидесятиметровому бассейну с шестью дорожками, желая поскорее окунуться в прохладную воду. Но так и застыл рядом с колонной, когда увидел вдалеке танцующего со шваброй парня, который не замечал никого вокруг.       — Интересно, какая музыка у него играет? — присмотрелся. — Кассетный плеер? Серьезно? — спросил он сам себя, усмехаясь, когда тот стал кружиться вокруг инвентаря, представляя его микрофоном. — Мм, какой голос. Да тебе, парень, с такими данными надо было в айдолы идти. — покачал головой и опять поднял ее, выглядывая из-за укрытия. — Что… Что ты здесь забыл? Уборщик? Правда? Аищ…       Брюнет настолько пластично двигался, что Чону казалось, будто он слышит музыку у себя в голове. Его взгляд был прикован к этому очаровательному и, можно сказать, чудаковатому парню, который вызывал улыбку на его лице. Конечно, Чон сразу понял, что за известная песня играла в его наушниках, ведь тот так идеально напел ее, хоть и тихо.       Их бесшумную идиллию прервал охранник, что пришёл и увел с собой уборщика, не дав будущему владельцу Paradise насладиться им сполна.       — Кто бы ты ни был, я всё равно найду тебя. — сказал, выходя из-за колонны.       Сидя в офисе и листая предложения по рекламе, которые ему прислали на почту, Чонгук неожиданно вздрогнул, когда раздался стук в дверь, и в проёме показался охранник. Он медленно прошёл внутрь, явно нервничая. Подойдя к столу председателя, он поклонился и достал дрожащими руками из кармана флэшку, положив на стол и пальцами немного подвинув вперёд.       — Надеюсь, вы сдержите своё обещание? — неуверенно спросил аджосси, исподлобья смотря на мужчину напротив. — Он хороший парень и не сделал ничего плохого. — пытался оправдать молодого и чудаковатого сотрудника.       — Я всегда их сдерживаю. — слегка улыбнулся Чон, забирая карту памяти, и, наклонившись к монитору, чтобы включить его, добавил. — Можете идти. Уверен, у вас тоже много работы, как и у меня.       Пересматривая снова и снова кадры с камеры наблюдения, он каждый раз улыбался. Его взгляд то и дело возвращался к изображению странного парня, от которого буквально веяло харизмой и уверенностью. Высокий и хорошо сложенный уборщик становился центром всех его мыслей. Ведь как объяснить то, что он так и не смог уснуть, вспоминая его танцы и голос. Что-то в нем было особенное, что-то, что заставляло его сердце биться чаще, а лицо озарять улыбкой. И он понимал, что этот образ теперь прочно засел в его голове — что однозначно было необычно и ново для него самого.

***

      Тэхён неспешно продвигался по коридору в сторону комнаты для персонала, когда его вдруг остановила девушка, схватив за рукав рабочего комбинезона — в её взгляде читалась явная нервозность. Казалось, она постоянно оглядывалась по сторонам, словно боясь, что кто-то может их увидеть или услышать.       — Простите, не могли бы вы мне помочь?       — Конечно. — сразу же отозвался Ким, видя её смятение. — Чем могу?       — Я дизайнер помещений Ли Сона, и через час приедет владелец проверять готовность, а у меня ничего, абсолютно ничего не готово. — её губы тряслись, а на глазах наворачивались слезы. — Сотрудники, что должны были приехать, заболели. — всхлипнула. — Где я сейчас найду других? — сжала кулаки и топнула ногой.       — Успокойтесь. Всё будет хорошо, я помогу вам. — пытался взбодрить ее Ким. — Даже, если за час не успеем, не думаю, что директор или кто там, будет рвать волосы. До Рождества еще есть время.       — Оо, вы его не знаете. Он будет рвать и не только волосы. — нервно откусила заусенец на пальце. — Да и репутацию своей фирмы я тоже не хочу омрачать. Такой проект, такой проект. — верещала она.       Тэхён мягко коснулся плеча девушки, жестом приглашая её следовать вперёд и по дороге выясняя, в чём именно требовалась помощь. Их путь лежал к рецепции, где начиналась суета встречи гостей. Когда они приблизились, его взгляд невольно остановился на впечатляющей картине, и он ахнул от увиденного: море коробок разных размеров раскинулось по периметру вестибюля.       — М-да, — почесал затылок. — работы и правда очень много. — усмехнулся. — За час нам не справиться, это точно. — и перевёл взгляд на совсем поникшего дизайнера. — Всё будет хорошо. Ок? — пытался подбодрить её, немного наклонившись. — Я обещал помочь, значит помогу.       Достав из заднего кармана черный гаджет, он набрал номер и приложил телефон к уху. Сейчас оставалось только молиться, чтоб сотрудники, в которых, как ему казалось, он увидел поистине хороших и отзывчивых людей, не подвели.       Разбирая коробки и доставая всё необходимое, он не заметил, как прошло тридцать минут. Копошась в одной из них, Ким краем глаза заметил, что Сона резко остановилась и застыла на месте, прикрывая рот рукой. Подняв голову, на его лице появилась самая широкая улыбка, на которую он только мог быть способен: перед ним стояли двадцать человек во главе с аджосси, которые поспешили прийти на помощь и не отказали, ссылаясь на занятость и что это не их работа. Немного опустив голову и покачав ею, он усмехнулся и засунул руки в карманы комбинезона. Он не ошибся, и это не могло не радовать.       — Чип и Дейл спешат на помощь. — сказал охранник, разводя руки в стороны. — Вижу по лицу, что ты рад, но сомневался до последнего. — прищурив один глаз, покачал указательным пальцем и головой. — Не стоит сомневаться во мне, Тэхён. Если я сказал, что соберу людей, — покрутился вокруг себя, указывая рукой на присутствующих, — значит сделаю это.       — Спасибо огромное всем, что пришли помочь. — низко поклонился брюнет. — Это нужно для общего дела. Сона, наш дизайнер. — повернулся он к ней. — Она будет руководить, а мы помогать.       — Правда, спасибо огромное. — последовала примеру уборщика и поклонилась. — Вы очень меня выручите.

🎵 Darlene — Love Christmas

      В главном холле кипела работа — каждый, кто пришёл помочь, нашёл себе дело. Огромная ель, которая должна была встречать гостей и радовать их, была надёжно прикреплена к полу. Мастера собирали её по секциям, тщательно расправляя каждую веточку — от крупных до самых маленьких.       Когда каркас был готов, настало время для украшений — гирлянды с множеством огоньков и красные шары заиграли на ветвях, создавая атмосферу праздника и волшебства. По периметру в воздухе подвесили модель восточного экспресса с Санта-Клаусом, и казалось, что сам дух Рождества ворвался в помещение.       По краям зала были расставлены фотозоны, украшенные разнообразными рождественскими персонажами и ёлками поменьше. Всё было готово для того, чтобы создать незабываемый праздник и подарить радость всем, кто переступал порог отеля. Все гости с восхищением смотрели на инсталляции, доставая свои телефоны, чтобы сделать фотографии.       Этот ажиотаж и попал на глаза председателя, когда он вошёл в двери комплекса вместе с представителем рекламной компании, которого пригласил обсудить концепт будущего видео. Чонгук и сам не заметил, как подвис на образе уборщика. Он внимательно ловил каждый жест, подмечал каждое движение и выражение его лица, которое хмурилось, если что-то не получалось, или озарялось квадратной улыбкой, наполняя помещение светом. И всякий раз осознавал, что хочет этого парня себе. Нет, не как остальных на одну ночь, а полностью.       — Снимите момент, как сотрудники занимаются украшением. — вдруг сказал он своему попутчику, не отрывая глаз от происходящего. — Кажется, я знаю, каким будет наш рекламный ролик, и кто будет его амбассадором. — усмехнулся, складывая руки на груди.

***

      Перекладывая папки с документами, Тэхён делал для себя пометки на тех сотрудников, которые в его глазах не зарекомендовали себя как достойные своего места и должности. Ему хватило пары недель, чтоб узнать о каждом. Что, что, а на память он никогда не жаловался, всегда помнил и отмечал тех, кто хорошо работает, а кто только создаёт видимость. Так было и в Америке, когда он управлял одним из филиалов компании отца, так происходит и сейчас в Корее.       Когда Ким Соян заключил сделку с корпорацией Joen-Industry, то сразу поставил перед фактом сына, что тот займёт должность председателя, как и сын Чон Тэяна — Чонгук. Отцы были уверены, что сыновья, с их новым видением и современными взглядами, смогут развить и приумножить гостиничный бизнес.       С того дня прошло три года, но всё это время Тэхён неустанно следил за светской жизнью Чонгука. Найдя его профиль в соц. сетях, что не составило труда, он подписался на него с пустого аккаунта, так как своего личного не имел — не видел смысла, да и лишний раз попадаться папарацци-охотникам не хотелось — чем меньше людей знают, как он выглядит, тем лучше.       Сначала его интерес был поверхностным — хотел знать, как выглядит сын главы крупной корпорации, с кем предстоит работать, но потом просто подсел на этого брутального бэдбоя, который только одним взглядом заставлял его тело покрываться мурашками. А тату, пирсинг и несколько вредных привычек делали его еще более притягательным.       И вот сейчас, сидя в своём кресле, Ким вспоминал каждый день работы в отеле, когда видел его — то утром, когда тот в своем образе бунтаря стремительным шагом направлялся к лифтам, легким поклоном приветствуя персонал; то вечером, когда уставший, но не менее красивый и загадочный, он покидал рабочее место. Ким наблюдал за ним с теплотой и интересом, отмечая каждую деталь. И даже момент в бассейне — ведь брюнет заметил, что за ним подсматривают. И как же ему хотелось подойти и просто поговорить с этим красавцем, утонуть в бездонном омуте его чёрных глаз, сказать, кто он, но не мог — сначала работа, которая всегда была у него на первом месте.       — Может на Рождество раскрыть себя? Снять маску, так скажем. — размышлял он, крутясь в кресле. — Бал-маскарад. Точно. — ударил по столу рукой и потом потряс ею от ушиба. — Господи, Тэ, какой бал. Забыл, что ты уборщик? — вздохнул, запрокинув голову на спинку. — Ты не можешь готовить бал, ты не можешь даже предложить это. Да кто послушает тебя? — зажал пальцами переносицу.       Размышления его были настолько глубоки и сосредоточенны, что внезапный звонок с неизвестного номера прозвучал словно раскат грома среди ясного неба, вынудив его вздрогнуть от неожиданности.       — Да, здравствуйте, госпожа Мин. Но у меня выходной. — начал было уже возмущаться Ким. — Хорошо, я понял. — вздохнул он, кладя телефон на стол. — Кажется, Рождество наступит раньше времени. — лёгкая усмешка тронула его губы, когда он встал с кресла.