Высокое искусство кулинарии, зельеварения и уползания

На следующее утро я встал рано и после зарядки и душа, к которым с недавних пор стал прибавлять не слишком долгую медитацию, отправился на кухню. Злодей злодеем, а завтрак по расписанию. Как и обед. На завтрак я наделал кучу сырников – с манкой и без, приготовил омлет для Тоби и нарезал сэндвичей с сыром и варёной говядиной. Туда же в тормозок отправились и остатки тушёной фасоли с томатом и базиликом. Спустившаяся Эйлин кивнула мне и принялась варить кофе и накрывать стол к завтраку. - Ты чем-то расстроен, Севи? – спросила она. – Что-то случилось? - Случилось, - вздохнул я. – Мама, мне удалось узнать, сквибом какого Рода является отец. - И? – тревожно выгнула бровь Эйлин. - Род Гонт. - О, Мерлин! – вырвалось у Эйлин. – Так они же… они уже… Род Гонт пресекся. - Не совсем, - ответил я. – Больше двадцати лет назад Хогвартс закончил некий Том Марволо Риддл. - Знакомое имя… - задумалась Эйлин. – Он ведь учился на Слизерине? Декан Слагхорн упоминал о нём. Говорил, что это был один из лучших учеников… Но при чём здесь Род Гонт? Декан Слагхорн называл Тома Риддла магглорожденным и говорил, что тот вырос в приюте.  Слагхорн неоднократно обращался в Попечительский совет за материальной помощью для талантливого ученика. О как… Оказывается, сибариту Слагхорну было не до фонаря на магглорожденного ученика. Впрочем, если верить  фанону, он многим помогал, да и в каноне это проскальзывало… Но я сейчас не об этом. - Мать Тома Риддла была из Рода Гонт. Некая Меропа Гонт. Отец - маггл. - Полукровка? – спросила Эйлин. – О да, полукровки порой бывают очень сильны. Но почему ты заговорил об этом? - Потому что Том Риддл, похоже, сумел получить титул Лорда и родовую  фамилию Гонт, - ответил я. – Такое возможно, мама? - Почему бы и нет? – задумчиво сказала Эйлин. –  Если в кодексе Рода Гонт было зафиксировано женское наследование… это называется – по кудели… то как сын дочери Том Риддл имел право заявить о себе хотя бы как Носитель Крови.  А если он сумел получить титул Лорда, значит, действительно силён. Гонты – потомки Слизерина.  Магия не любит терять такую кровь. - Понятно, - вздохнул я. – Так вот. Вчера Лорд Малфой пригласил меня на обед. На сегодняшний обед. И Лорд Гонт будет присутствовать. - Хмм… - задумчиво сказала Эйлин. – Возможно, он предложит Тоби и тебе статус Потерянной Крови. Это логично – ведь весь Род Гонт состоит сейчас из одного человека. Похоже, сынок, что за тебя будут бороться сразу два Лорда. Лорд Принц и Лорд Гонт. - И поделом, - хмыкнул я. – Нечего детей отрекать от Рода, не разобравшись. Вот подамся на Тёмную сторону… ууууу… Эйлин расхохоталась.  Я завыл сильнее, меня в два голоса поддержали Бетховен и Палыч, причём, Бетховен был музыкальнее, а Палыч басовитее. На эту какофонию со второго этажа спустился Тобиас и благодушно поинтересовался: - Что за шум, а драки нет? - А надо? – озадачился я. – Может, сырниками обойдёмся? Тобиас взглянул на горку румяных сырников и глубокомысленно заметил, что они, конечно, слабая альтернатива драке, но на что только не пойдёшь ради родных людей… Мы с Эйлин дружно изобразили глубокое душевное страдание, но тут Тоби распробовал сырники, заметил, что это лучше любой драки, и мы уселись завтракать. А когда Тобиас ушёл, Эйлин спросила: - Почему ты не сказал ему, Севи? - Потому что я хочу побеседовать с Лордом Гонтом сам. К тому же… я так понял, что репутация у Гонтов была своеобразная,  как он отнесётся к сквибу? - Да, - подтвердила Эйлин, - Гонты полностью выродились от наследственного безумия и близкородственных браков. Видимо, бедная матушка этого Гонта связалась с магглом в надежде избежать не самой лучшей участи. Похоже, все выкрутасы выродившегося Рода так достали Мать Магию, что она одарила умом и огромной силой бастарда и полукровку. - Вообще-то, - заметил я, - если верить Лорду Малфою, родители Томаса Риддла состояли в законном браке. Так что он не бастард.  Вообще-то Лорд Малфой на этот счёт помалкивал, но как я иначе объясню это знание? - Очень интересно, - задумчиво сказала Эйлин. – И если сейчас он Лорд, то, стало быть, должен возродить утраченный Род. И неважно, сквиб Тоби или не сквиб – над Потерянной Кровью трясутся как над золотым слитком. Вспомни об Эвансах. Но я так думаю, тебе важно с ним побеседовать без нашего присутствия? - Есть причина, мама, - твёрдо ответил я. - Хорошо, - согласилась Эйлин. – Тогда я пойду и подберу тебе одежду, сынок. Не думаю, что целым двум Лордам понравится, если ты явишься к обеду в джинсах. Потрясающая женщина! *** Ровно в полдень прилетел филин с портключом. Филин был тот же самый, но он растерял изрядную толику своей важности, явно проникшись ко мне тёплыми чувствами.   С чего бы это? Неужели так чипсы понравились? Но на сей раз чипсов у меня не было, а Эйлин, громко выразив восторг красотой и умом филина, поставила перед ним блюдечко с мелко нарезанным мясом.   Филин довольно ухнул и принялся подкреплять силы, протянув мне лапку с капсулой. Я вскрыл капсулу и вытряхнул из неё тоненькую трубочку  пергамента и резную костяную пластинку портключа. В записке говорилось о том, что портключ нужно активировать, просто сильно сжав в пальцах. Я был уже одет, стараниями Эйлин я выглядел именно как юный маг – в белой рубашке, чёрных брюках, с  серебристо-серым галстуком. Поверх была накинута чёрная мантия с тоненькой серебристой вышивкой. Мантия была из принадлежащих Эйлин, но она двумя взмахами палочки убрала с неё кружевные рюши, поменяла расположение застёжек и подогнала по росту. Получилось просто и элегантно – не стыдно и в Малфой-мэнор на обед.     Я поблагодарил Эйлин, взял на руки Бетховена, пожелавшего меня сопровождать, и сжал костяную пластинку в пальцах. И опять без всяких спецэффектов оказался перед воротами Малфой-мэнора. Страшно мне было – словами не передать. Как же – сам, своими ногами добровольно иду на встречу с Волдемортом и от души надеюсь, что покину её не по кускам. Надеюсь, что даже если он успел сотворить крестраж, то не дошёл до состояния: «Пойду и убью младенца». Миртл жива, да и в Абраксасе особого страха перед Гонтом я не заметил. Вдохнул-выдохнул, и… Меня встречала та же домовушка и на сей раз она обрадовано заголосила: - Чистокровный гость хозяина Абраксаса прибыл вовремя! Чистокровный гость прибыл со своим фамильяром! Родич чистокровного гостя ждёт встречи! - Спасибо, милая, - поблагодарил я, и домовушка протянула мне свою тонкую лапку. Я взялся за неё и оказался в холле. Меня встречал не сам хозяин мэнора, а его Наследник. Люциус был безукоризненно одет и причёсан и столь же безукоризненно вежлив.  Впрочем, было бы странно, если бы единственный Наследник чистокровного Рода не был обучен этикету. И поглядывал подросток на меня с интересом – наверняка уже в курсе непростых особенностей моего происхождения. Люциус вежливо меня приветствовал и предложил подняться в малую столовую. - Лорд Гонт и отец уже ожидают вас, мистер Снейп, - сказал он. – Лорд Гонт очень хочет с вами познакомиться. О, он весьма интересный человек, весьма! Похоже, неведомый пока мне Том Риддл… то есть Гонт… и впрямь обладает убойным обаянием – вон, даже вежливая этикетная улыбка Люциуса сменилась на вполне живую… Ох, не знаю кого и просить – Мерлина, что ли… Пусть  мне повезёт! Пусть этот маг будет кем угодно – Лордом Гонтом, герцогом Слизерином, да хоть Министром Магии или Правителем Магической Британии – только бы не превратился в канонное чудовище! Не надо никакой Магической войны! Не хочу! - Вы волнуетесь, мистер Снейп? – мягко спросил меня Люциус, пока мы поднимались. – Не стоит. Лорд Гонт вовсе не так заносчив, как некоторые чистокровные. С  батюшкой вы ведь неплохо ладите? Вот и сейчас не беспокойтесь. Я кивнул, сглотнул, машинально поправил галстук и вступил в Малую столовую. К моему удивлению, она действительно оказалась небольшой и очень уютной. Наборный светлый паркет, мебель светлого же дерева с обивкой цвета топлёного молока, тканевые обои на стенах с тонким цветочным узором, несколько «галантных сцен» как бы авторства Ватто,* льняная вышитая скатерть на столе и занавеси на окнах в тон… Для Малфой-мэнора – почти аскетизм. И очень уютно. Именно в этом духе я и высказался, когда мы вошли. - Благодарю вас, мистер Снейп, - раздался голос одновременно вошедшего в противоположную дверь Лорда Абраксаса. - Эту столовую обставляла леди Малфой самолично, и действительно получилось очень уютно.  Позвольте представить вам моего сегодняшнего гостя. Лорд Томас Марволо Гонт. Я с трудом взял себя в руки, заставил изобразить лёгкий поклон и вежливо поздороваться. - Добрый день, Лорд Гонт. Моё имя – Северус Тобиас Снейп. И с недавних пор у нас есть некие дела с Лордом Малфоем. - Добрый день, юный мистер Снейп, - ответил мне высокий мужчина в мантии графитового цвета с тонкой золотистой вышивкой. Если честно – будь я девушкой, наверное, в обморок бы упал от переизбытка мужской красоты на квадратный метр Малой столовой.  Гонт потрясающе смотрелся даже рядом с роскошными блондинами-Малфоями. Черные блестящие, чуть вьющиеся густые волосы, загорелая или смуглая кожа, правильные черты лица и глаза того тёмно-карего цвета, который ещё называют ореховым. Красных искр или точек  я в глазах не заметил и с облегчением перевёл дух. Да, прямо общипанным воронёнком себя чувствую рядом с этакими экземплярами. А Лорд Гонт продолжил: - Мой друг Абраксас взял на себя смелость рассказать мне о наших предполагаемых родственных связях. И сейчас я чувствую, что он был прав. - Вы можете такое чувствовать? – удивился я. Лорд Гонт и Лорд Малфой переглянулись и улыбнулись друг другу. - Я произнес предыдущую фразу на парселтанге, - сказал Гонт. – А вы ответили мне на том же языке. Впрочем, может быть, сначала подкрепим свои силы? Разговор будет серьёзным. Я? На парселтанге? Ведь была же мысль проверить, но отчего-то до сих пор на жизненном пути мне не встретилось даже паршивой гадюки, а вон оно как! Кстати, а куда делось это умение у канонного Снейпа? Или не унаследовал? - Да, я позабыл о долге гостеприимного хозяина, - вздохнул Абраксас. – Прошу к столу. К сожалению, моя супруга была вынуждена отбыть  в Швейцарию по состоянию здоровья, так что будем обедать чисто мужской компанией. Обед был хорош. Икра, салаты, французский сырный суп с креветками и бульон с маленькими пирожками, медальоны из косули в брусничном соусе, сырная тарелка, пирожные-птифуры и несколько разных вин к переменам блюд. Мне, само собой, вина не полагалось. Мне полагались соки на выбор и приятный на вкус фруктовый напиток. Нам прислуживали два домовика, облачённые в белые курточки официантов.  Тощенькие шейки украшали чёрные галстуки-бабочки. Смотрелось это довольно комично, но сами домовики были очень серьёзны и чувствовалось, что они гордятся возложенной на них ролью. Не забыт был и Бетховен. Его, к моему удивлению, тоже устроили за столом, подложив в кресло подушку, а потом один из домовиков поставил перед ним два блюдечка – со сливками и парным свежайшим мясом. И Бетховен начал чинно-благородно лакомиться, демонстрируя самые лучшие кошачьи манеры. - Не удивляйтесь, мистер Снейп, - улыбнулся Лорд Гонт. – Обычному коту за общим столом не место, но ведь ваш кот – фамильяр, а к фамильярам у магов и отношение другое. Разве не так? - Так, - согласился я. – А у вас есть фамильяр, Лорд Гонт? - Есть. Но я не стал брать её с собой к обеду – не хотел вас пугать. Но раз вам всё-таки достался парселтанг, то, думаю, общий язык вы найдёте. - Её? – удивился я. – Это змея? - Да, - улыбнулся Гонт. – Когда-то это была самая обычная британская гадюка, но с тех пор она слегка подросла. Давным-давно я спас её от рук жестоких мальчишек, выходил, дал имя Нагайна,  и с тех пор мы не разлучаемся. Желаете познакомиться? - Почему бы и нет? – спокойно ответил я. -  Если Нагайна провела в вашем обществе много лет, она достаточно разумна и никому не причинит вреда. - Это так. После обеда я её позову. Сейчас Наги греется на солнце – она любит тепло. Я кивнул и с удовольствием отдал должное безупречно приготовленным блюдам. А Лорд Гонт с одобрением следил, как ловко я управляюсь со столовыми приборами. Что ж, я это помнил ещё из прошлой жизни, да и Эйлин прекрасно знала застольный этикет, так что стесняться мне было нечего. - Вы не очень походите на ребёнка, выросшего в рабочей среде, - заметил он. – И очень умны. А ещё Лорд Абраксас упоминал ваши планы по развитию производства… Кто вы, юный Северус Снейп? Да уж… Штирлиц явно был близок к провалу. - Вы уже сказали, Лорд Гонт, - ответил я. – Я – Северус Тобиас Снейп и готов поклясться в этом своей магией. Дальнейшее – под Непреложный обет. - Всё так серьёзно? – спросил Гонт. - Более чем. -  Хорошо, - кивнул Лорд Гонт. – Что-то мне подсказывает, юный мистер Снейп, что после ваших откровений моя жизнь уже никогда не будет прежней. Поговорим об этом после обеда. В библиотеке. И обед продолжился. Застольные темы были самые разнообразные  - Лорд Гонт рассказывал о магах Востока и их обычаях. Лорд Абраксас – о перестройке фабрики в Коукворте, и в это он сумел втянуть и меня. Гонту, кстати, идея показалась весьма перспективной. - Впрочем, дорогой Аби, - улыбнулся он, - ты обладаешь даром превращать в золото всё, к чему прикасаешься. Потом они немного поговорили о политике Министерства, куда несколько толковых комментариев вставил и Люциус. Я в это время уничтожал птифуры – что-то сладкого захотелось. Переволновался, а силы мне ещё понадобятся. Похоже, что с Гонтом в этом мире всё пошло не по сценарию. В каноне в семидесятые годы Волдеморт уже вышел на политическую арену, и, что немаловажно, он уже знал о крестражах и даже успел сотворить один, использовав гибель несчастной Миртл. Но здесь Миртл жива и вполне благополучна, да и Риддл не просто Риддл, а Лорд Гонт. Значит, он сумел подчинить себе Род… а перстень, кстати? Есть здесь фамильный перстень Риддлов? Я осторожненько покосился на руки Гонта. Перстней там было несколько. Один золотой, с гербом – видимо, перстень Лорда. Два – с синими и зелёными камнями. Зачарованные, таких и у Абраксаса несколько. Щиты или аварийные порталы. А вот на среднем пальце левой руки… Похоже, то самое и есть. Массивный, червонного золота, грубой старинной работы. И камень… Чёрный, огранённый восьмиугольником, словно поглощающий свет, он казался не обычным камнем, а кусочком пустоты, которой придали заданную форму.  И если это не Воскрешающий камень, то обращайтесь ко мне «Ваше Святейшество». Заглядевшись на камень, я прослушал обращённый ко мне вопрос, и переспросил: - Что, простите? - Вас напугала процедура? – спросил Лорд Гонт. – Не беспокойтесь, понадобится всего лишь капля вашей крови. «Чего?» - удивился я. «Родство он хочет проверить, - быстро просемафорил мне Бетховен. – Недоверчивый мужик». «А с чего он должен верить чьей-то левой домовушке? – спросил я. – Пусть и домовушке друга. Видимо, так, как Малфой, он кровь определить не может.  Или может, но хочет подстраховаться. В принципе логично. Он же в приюте вырос, а приютские дети недоверчивы». - Я не боюсь уколов, Лорд Гонт, - сказал я. – И понимаю, что вы хотите подстраховаться. Я согласен на проверку, мне самому интересно, из какого Рода в своё время выкинули предков моего отца. Но я не навязываюсь, сэр. Ни вам, ни Лорду Принцу. Гонт взглянул на меня тяжёлым взглядом… и вдруг улыбнулся. - Вы весьма дерзкий молодой человек, юный мистер Снейп, - сказал он. – Но теперь я верю, что ни моё внутреннее чутьё, ни домовушка Аби не ошиблись. Мне хотелось бы иметь такого Наследника… но я понимаю, что вы, скорее всего, станете Наследником Принц, судя по вашему фамильяру.  Но ваши родители достаточно молоды и здоровы, поэтому есть надежда, что в Роду Гонт со временем будет больше одного человека. Нет, эти чистокровные неисправимы! Селекционер хренов! - Вы уж меня простите за наглость, Лорд Гонт, - невозмутимо сказал я, - но вы достаточно молоды и здоровы, чтобы самолично позаботиться о прибавлении в Роду Гонт. - А вот это предмет для отдельного разговора,  - как-то не сердито, а скорее грустно вздохнул Гонт. – Но это тоже под Непреложный обет. И я хочу сначала выслушать вас. - Я думаю, что нам лучше переместиться в библиотеку, - быстро сказал Абраксас. – Там будет удобнее разговаривать. Так обед подошёл к концу, и настало время для деловых переговоров. Мы плавно переместились в библиотеку… и я на некоторое время завис. Огромное просторное помещение, заставленное стеллажами с книгами, было декорировано в стиле барокко и очень подозрительно мне что-то напоминало.  Тончайшая резьба, золотые узоры и янтарные барельефы на стенах… Красота неописуемая, но очень знакомая красота. - Янтарная комната! – вырвалось у меня. Точно. Доводилось мне бывать в Царском селе и видеть кропотливо восстановленную красоту. А она вон где, оказывается… - Именно так она и называется, - кивнул Лорд Абраксас. – Янтарная комната русских царей. Была похищена немецкими оккупантами во время вторжения в Россию. Мой отец спас её из горящих подвалов старинной ратуши Кенигсберга и счёл своим трофеем. Магглы всё равно не успели бы спасти своё сокровище. - А что твой отец делал в Европе во время Второй Мировой? – усмехнулся Гонт. - Воевал с Гриндевальдом, конечно, - отозвался Малфой. – А то ты не знаешь. У него уже был я, и он счёл нужным рискнуть. Многие тогда воевали, не только он.  Впрочем,  может быть, к делу? Мистер Снейп?... К делу, так к делу… - Непреложный обет, - вздохнул я. Надо отдать должное сиятельным Лордам – дали и не поморщились. А вот Люциусу Абраксас велел покинуть помещение. Правильно. Мне с ним ещё в одной школе учиться – не хочу, чтобы он знал про меня лишнее. После того, как все формальности были улажены, я начал свой рассказ. - Вы спросили меня, кто я, Лорд Гонт, - начал я. – А я ответил. И ответил чистую правду. С одной только поправкой. Но начну немного издалека. До недавнего времени в нашей семье всё было плохо. Мой отец пил, издевался над матерью и надо мной, а она просто заживо сходила в могилу. И так продолжалось до того момента, пока отец, ссорясь с матерью, не ударил меня очень сильно. Я отлетел к стене и ударился головой. Моё беспамятство  продолжалось недолго, но за это время я успел прожить целую жизнь. Целую несчастливую жизнь, и умереть ранней смертью. И в этой жизни не было вас, Лорд Малфой, потому что вы успели скончаться от драконьей оспы, зато был ваш сын. Был в моей судьбе и Лорд Гонт, которого  называли Волдемортом… Страх и ужас Магической Британии… Неудивительно, что прожив за несколько мгновений целую жизнь, очнулся я совсем другим. - Мистер Снейп, - с некоторой вкрадчивостью в голосе спросил Лорд Малфой, - а не могли бы вы рассказать нам о  той своей жизни поподробнее? И я начал рассказывать. * Антуан Ватто (1684-17210 - считается одним из основоположников стиля рококо. Его главный вклад — создание жанра «галантных сцен» (fetes galantes). В таких работах художник изображал светские развлечения — концерты, танцы, музицирование, флирт — в парковом, пасторальном пространстве. Персонажи часто напоминали актёров, разыгрывающих пьесу. ** Янтарная комната — шедевр искусства XVIII века, уникальный интерьер, полностью отделанный янтарём. Считается одним из чудес света и символом роскоши того времени. Бесследно исчезла в годы Второй Мировой войны и была воссоздана в конце  XX века по сохранившимся рисункам. В настоящее время воссозданная Янтарная комната находится в Большом Екатерининском дворце г. Царское Село.