Плачь, моя Королева

Я знала, что представляет из себя Андреа Фостер с позывным «Пиковая Дама». О, да, я видела, скольких людей она сломала, заставила подчиниться перед своей властью, положением и значимостью. Но эта безумная, жестокая женщина манила к себе. Притягивала, словно магнит. Я уже сбилась со счёта, сколько рьяно пыхтевших любовников я стаскивала с её потного, обнаженного тела. Сколько несчастных и заплаканных официанток я вызволяла из плена её кроваво-красных ногтей. Я уже и забыла, какое количество раз, поймав на себе одурманенный взгляд Андреа, слышала в свою сторону три слова: — Ты станешь следующей. Саймон хотел спасти всех пленных, без исключения. Росс словно самостоятельно устранился из нашей беседы. Лишь в самом конце Мартин будто бы очнулся и посмотрел на меня своими обезумевшими глазами. — Спаси её! Спаси! — Мы сделаем всё… — Нет, она ждёт именно тебя! — раздался тут же крик Мрачного. — Моё дитя… — он обхватил голову руками и начал покачиваться из стороны в сторону. — Я слишком многое поставил на кон. Спаси её! Спаси! Уорд поспешно махнул рукой в сторону дверей кабинета, приглашая меня выйти и оставить его наедине с Генералом. Я отрицательно покачала головой, нахмурив брови. Мартин явно был не в себе и ему требовалась медицинская помощь, а не утешающие слова полковника. — Я вам приказываю, — на этот раз голос Саймона звучал подобно стали. Его прищуренные глаза, словно острое лезвие, разрезали напряженную атмосферу в кабинете Мрачного. Но оба понимали, что я не подчиняюсь его приказам. Его звание и положение были значимы для тех, кто не состоял в отряде «Трэвелс». — Генерал, — обратилась я напрямую к Россу, который лишь спустя несколько секунд прекратил свои причитания и уставился на меня, словно на привидение. — Вам необходимо отдохнуть, я приглашу доктора к вам в покои. Мы освободим пленников и вернём их домой. Но они нуждаются в том, чтобы их встречал сильный лидер, а не убитый горем старик! — мои слова звучали жёстко, но именно они привели Генерала в чувство. — Ступайте, — качнул головой Мартин. — Ступайте и спасите их всех. Я не останусь перед вами в долгу. — Генерал, — я отдала ему честь, затем повернулась к недовольному Уорду, — полковник. — Стойте, — тут же окликнул меня внезапно Росс, когда я практически подошла к двери его кабинета. — Я дам вам в помощь двух солдат из моей личной охраны и всё необходимое оружие. Всё, что вам потребуется. Секунду, — он поспешно достал листок бумаги и нацарапал на нём ручкой несколько слов, а после протянул бумагу мне. — Передайте это Арвиду Эклунду. Он всё исполнит. — Благодарю, — ответила я, отрывисто кивнув ему напоследок головой. Хотя, приказ Росса был лишним, так как майор Салливан уже обо всём позаботился. Мои ребята учились стрелять из новинок военного вооружения прямо на задней части склада, который находился под управлением Арвида. Он был холодным, вечно угрюмым, немногословным и абсолютно не воспринимал никакие шутки. Чересчур недоверчивый и подозрительный, он вгонял в ступор даже самых тёртых и бывалых солдат. К нему было практически невозможно подступиться, но я нашла лазейку. Хотя, стоит упомянуть о том, что всё вышло совершенно случайно. Однажды зайдя в оружейную за новой формой, я опрокинула шахматную доску с начатой партией. Эклунд буквально побагровел на моих глазах, а я с ледяным спокойствием подняла доску и расставила фигурки в том порядке, в котором они находились до падения. Арвид недоверчиво посмотрел на шахматы, затем на меня, а после сделал ход конём и в ожидании уставился на меня. Партия за партией, мы играли до самого утра. — Хорошо, — довольно усмехнулся Арвид, делая последний ход. — Хорошо. Приходи еще, — протягивая мне руку для рукопожатия, я рассмеялась и крепко сжала его пятерню. Мы с Эклундом играли в шахматы не так часто, но каждая встреча была долгожданной и напряжённой. Все партии мы проводили в молчании и лишь в самом конце, за несколько минут до расставания, обменивались парой фраз. Впрочем, я ни на что не жаловалась, меня устраивала угрюмость Арвида и его немногословность С такими, как он, я легко шла на контакт. Нас сложно было назвать друзьями или приятелями, скорее уж мы напоминали миролюбивых соперников. Я впечатляла Арвида своей непредсказуемостью и бесстрашием, в то время как Эклунд представлял собой логичность и упорство. Он долго думал, просчитывал всевозможные варианты развития партии, прежде чем сделать свой ход. Опустошал семь чашек кофе и, с присущим шведам достоинством, выходил из игры, даже будучи побеждённым. Его ледяного спокойствия, наверное, хватило бы на две маленьких страны, но, к моему огромному сожалению, никто не пытался перенять эту черту Арвида. Нет опаснее противника, чем тот, что остаётся невозмутимым при любом раскладе. Ты не знаешь, что принесёт с собой его следующий шаг. Я училась у него самообладанию, сдержанности и терпению, которых мне со временем стало недоставать на базе «Мэри Стюарт». Каким-то образом Андреа удавалось вывести меня из равновесия, да и присутствие на еженедельных раутах среди персон высшего ранга давало о себе знать. Я могла бы смириться с тем, что вокруг все носят маски и притворяются дружелюбными, но просто терялась, когда люди широко мне улыбались и пытались нарушить мою зону комфорта, проявляя искренний интерес в знакомстве с личным телохранителем полковника Фостер. Эти люди загорались, подобно лампочкам, источая при этом добродушие и оптимизм. Они не внушали страха, но моё привитое с детства недоверие ко всем и всему просто набатом звучало в ушах, заставляя меня обходить их за версту. Андреа смеялась. — Не все кусаются, Кели. Я молча кивала, но продолжала делать шаги назад. Фостер понимающе усмехалась, позволяя другим прикасаться к себе, затягивая в приветливые объятия и обмениваясь едва уловимыми поцелуями в щеки. Порой мне казалось, что её губы целуют воздух, не касаясь чьей-то кожи. Хищники не целуются. Андреа никогда не скрывалась за маской травоядного и безобидного зверька. Она обладала стальной хваткой, титановыми клыками и смертельными, как лезвие бритвы, когтями. Но с ней было проще, потому что я всегда знала, какой сокрушительный урон способна нанести своему врагу Фостер. Она была опасной и угрожающей, но куда страшнее были те, кто выглядел безобидным и милым. Такие могли ударить болезненно, точно в цель, прямо в спину. И может даже некоторые их них не осознавали масштабы своего деяния, удивленно моргая, прося прощения за причинённые неудобства… Неудобства, которые ставили тебя на колени, заставляли сворачиваться в позу эмбриона и корчиться в агонии. Доверься только раз — и это станет крахом всей твоей жизни. — Я ждал тебя, — Арвид скупо улыбнулся мне. — Бери, — он протянул мне аккуратно сложенную стопку вещей, а после оружие. — Поговорим? — Еще одна партия в шахматы? — удручённо ухмыльнулась я. — Ни одна война еще не принесла мира на эту планету, — обронил задумчиво Эклунд. — Только невосполнимые потери людей и ресурсов. — Невозможно заключить мир без жертв, — возразила тут же я. — Но сможешь ли ты дальше жить с пониманием того, что собственноручно вырыла реки для чужой крови? — Это звучит… — я в отвращении поморщилась. — Неправильно? — подсказал мне Арвид. — В любом ключе… Это сейчас ты плаваешь в пруду, а дальше… Иногда, чтобы выиграть партию, нужно пожертвовать Королевой. — А что, если Королева стоит того? Пешки, они заменимы, а вот она… — вздохнула я, покачав головой. — Тебе объявлен шах, на кону стоят Королева и твои солдаты, — образно высказался Эклунд. — Выбирай! Прочь эмоции и чувства. Всех нельзя спасти, тебе придётся кем-то пожертвовать. — Это не шахматы, чёрт возьми, — вскипела моментально я. — А даже если и так, то партия только началась! — Ты думаешь, что никто не знает о случившемся, — хмыкнул швед. — Это не так. Далеко не так.